Море впадает в небо +13

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
SEVENTEEN

Основные персонажи:
Вэн Джунхуэй (Джун), Ким Мингю, Су Минхао (ДиЭйт), Хон Джису (Джошуа), Чон Вону, Чхве Сынчоль (С.Купс), Чхве Хансоль (Вернон), Юн Джонхан
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Фэнтези, Мистика, AU, Дружба
Предупреждения:
Элементы слэша
Размер:
планируется Мини, написано 23 страницы, 7 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Кто из них ветер, кто ангел, а кто человек – не смогут решить, пожалуй, даже в самой Небесной Канцелярии.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

море впадает в небо

28 мая 2016, 22:36
Примечания:
Гю-хёну ♡

хансоль: https://pbs.twimg.com/media/Cie8gzOUkAAbUBn.jpg
мингю: https://pbs.twimg.com/media/CiWNzqHXEAAMR4m.jpg
Над их головами — одно только небо, бесконечное, сладкое, нежно-розовое, как сахарная вата; носятся, словно свора собак, облака. Совсем рядом шумит море, шепчет волнами свою вечернюю песню о мае на его исходе, о ветре, освежающем, как мороженое в жаркий апрельский день, о яблочно-зелёной толстовке Хансоля, о шкатулках домов, виднеющихся на горизонте, о длинном кардигане Мингю — кардигане цвета июльской ночи.

Море крадется по краю берега, пытается дотянуться до них — выбрасывается раз за разом на песок, шипит от боли, отступает, но спустя секунду пытается снова.

Хансоль смотрит на море снисходительно, улыбается мягко, прохладно. Море к нему тянется, ждёт его, любит.

Мингю его ждёт (и любит?) тоже.

Они сидят на песке, друг к другу лицом; шкатулки домов, что стоят вдалеке и хранят миллионы секретов, смотрят на них и жаждут узнать их тайну.

Хансоль — яблочно-зелёная толстовка, джинсы цвета ясного утреннего неба, короткие русые вихры, пушистые ресницы; босой, лёгкий, мальчик-весна; улыбка солнечная, подвеска-цветок; пахнет городом, ветром и морем, пахнет весной — живёт тоже весной.

Мингю живёт Хансолем.

От весны до весны, от Хансоля до Хансоля.

Море тянется к Мингю, шепчет ему, утешает, обещает новую встречу однажды. Мингю его не слышит.

Хансоль пересыпает из ладони в ладонь горсть песка; тот просыпается, горсть становится меньше — ровно как и количество минут, отведённых им.
Мингю смотрит в его сторону, думает: он всё такой же, как в начале весны — этой, прошлой, каждой; простой, мягкий, нездешний, с кричащим от одиночества сердцем, босой, потерянный и потерявший.

— Глупости, — говорит Хансоль, и теперь его улыбка, такая же мягкая и прохладная, как этот вечер, адресована Мингю. — Нашёлся давно.
Мингю щурится — шум моря перекрывает его тихий (самый счастливый) смех.
— И нашёл.
Хансоль кивает и повторяет за ним эхом, шепотом ветра, криком чаек:
— И нашёл.

Хансоль — мальчик-весна: приходит в первый день марта и уходит с последней секундой мая; он на весну очень похож, потому что, в каком-то неведомом миру смысле, он и есть весна. Смешливый, живой, яркий, подвижный, цветущий, всегда влюблённый.

Всегда влюблённый в Мингю.

С Мингю — задохнуться от восторга первой встречи; смеяться на всю улицу над глупыми шутками, распевать песни в кафе и веселить посетителей. Бегать наперегонки по пляжу, падать на песок, почти терять сознание: от счастья, от весны вокруг и внутри, от Мингю — его руки на своём плече, его мягкого, тихого, ласкового «очередной лучший день в моей жизни».
Ждать его по утрам на пляже — босым, счастливым, полным жизни. Натягивать его кроссовки, бежать в город, есть сладкую вату цвета этого неба над их головами.

С Мингю — дарить миру весну.

Дарить весну Мингю.

Дарить ему себя.

Мингю — первое, что видит Хансоль каждый раз, когда приходит в мир, и последнее, что он видит, уходя.

Мингю — тёплые руки — ловит его за запястье, бледное, полупрозрачное, отражающее закат; Хансоль раскрывает ладонь — песок струится по ней, выскользает, исчезает вместе с последней минутой мая, вместе с их очередной весной. Хансоль тянется к нему — ближе, теплее — в попытке пробыть вместе чуть дольше, но Мингю, этот добрый, этот большой и неловкий человек со своим большим и светлым сердцем, говорит:

— Море уже впадает в небо. И тебе пора.

Хансоль оборачивается: небо сливается с морем; бордовый повсюду, до самого горизонта, словно нет и не было никогда ничего иного, только они и это горящее, живое, бурлящее море цвета вишневого сока.

Мингю — тихий, счастливый, трепещущий, — шепчет, когда Хансоль поднимается, выпуская его руку:

— Из моря ты пришел, в море ты и уйдёшь.

Смотрит ему в след, не двигаясь, прячет руки в песке, чтобы не дать себе протянуть их вслед уходящей весне, уходящему Хансолю, чтобы не дать поймать, спрятать, оставить рядом с собой навсегда — пусть миром правит вечная весна и они вдвоем.

Хансоль ступает по песку осторожно, невесомо, не оставляя следов; ступает босыми ногами в море — полупрозрачный, эфемерный.

Шаг за шагом.

Всё ближе к сердцу.

Он оборачивается, когда вода уже доходит ему до колен, улыбается грустно и долго, улыбается лучами закатного солнца и просит:

— Смотри на море и жди весны.

Жди меня.

Мингю кивает. Машет рукой, улыбается; сильный как майский ветер, верный и вечный, как само время. Шепчет сам себе, словно заклинание:

— В море ты ушёл, из моря ты и придёшь.

Закрывает глаза.

А когда открывает вновь — море, гладкое, спокойное, чистое до самого горизонта, — поет ему свою песню: об обещаниях и новых встречах, о влюблённости и о весне.

В воздухе витает аромат зеленых яблок.

До новой весны — сотни морских песен.

Мингю дождётся.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.