tomcats

— Ты не видел мой пиджак? — уже засобиравшись домой, Джин заметил, что чего-то не хватает. — Мне казалось, я брал его с собой, когда выходил из кабинета. — За своими вещами следи сам. Ты у нас уже взрослый мальчик, — Намджун валился с ног после тяжелой работы и грозился вот-вот уснуть прямо на ходу, уткнувшись в широкую спину хёна. — И всё же, — альфа осмотрелся в поисках пиджака, но так и не смог его найти, ровно как и вспомнить, когда и где он его снимал в последний раз. — Хён, поехали уже, — скулил младший, всё больше и больше опираясь на Сокджина сзади. — Хочу в кровать, на свою любимую подушечку… — Ты еще всем тут расскажи, что мы спим вместе, — шикнул Ким, «стряхивая» с себя лучшего друга. — Хочешь домой — езжай, никто тебя не держит. — Дай тогда денег на такси, — уже с закрытыми глазами промямлил Намджун и вытянул сложенные ладошки вперед. Тяжело вздохнув, Джин, не раздумывая, полез в карман брюк за деньгами, чтобы поскорее отвязаться от тонсэна. — С этого момента все подобные «пожертвования» будут вычитаться из твоей зарплаты, так что постарайся к концу месяца не уйти в минус, — несколько зеленых купюр бесшумно легли в большие ладони другого альфы. — И не занимай всю кровать, — добавил Джин чуть тише. — Распластаешься — сброшу на пол, как котенка. — Люблю тебя, — широко улыбнулся Намджун и послал старшему воздушный поцелуй. — Правда, хён, ты у меня самый лучший. — Какой ужас, — поморщился тот в ответ и махнул рукой в сторону выхода. — Мои глаза уже устали смотреть на твое лицо, поэтому поторапливайся. Младший не спорил, поэтому спустя пять минут, Джин уже купался в полном одиночестве. На самом деле, причиной задержки директора был не пиджак, коих у него было с десяток, а странное поведение Чимина во время работы. Ещё Ким отчасти чувствовал вину за то, что так пристально смотрел и, возможно, смущал тем самым Пака, поэтому решил уточнить, всё ли у того в порядке. В гримерке, где ютились танцоры, было довольно пустынно: многие уже закончили свои смены, поэтому быстро разошлись по домам, внутри же оставались только те, кто выступал самыми последними, или те, кому нужно было больше времени, чтобы снять весь нанесенный ранее макияж. Джин особо и не рассчитывал застать там Чимина, но его почему-то всё равно тянуло в эту комнату. Осторожно приоткрыв дверь, Ким ощутил на себе прикованные удивленные взгляды — всё-таки не часто директор вот так проверял своих подопечных, поэтому многие из танцоров даже немного напугались такому визиту. Секунду спустя все почти синхронно поклонились за исключением Чимина, который, как оказалось, ещё не ушел домой и в это самое время переодевался в углу. Быстро стянув через голову майку, Пак с опозданием поклонился и поспешил отвернуться в поисках другой одежды. — Когда успел удариться? — большими шагами Джин пересек гримерку, игнорируя других парней, и замер в тридцати сантиметрах от обнаженного тела Чимина. — Откуда синяк? — парень слегка надавил пальцем чуть ниже лопаток танцора. Пак вздрогнул и резко схватил свою футболку, натягивая ее в спешке задом наперед. — Это пустяк, — еле слышно выдал он, а после больно прикусил губу, понимая, что от страха надел одежду совсем не так, как нужно, и сейчас выглядел глупо. — Спрошу еще раз, когда и как ты получил этот синяк? — Джина немного смущал тот факт, что несколько людей сейчас просто застыли в недоумении и наблюдали за всем этим. — Спасибо за работу, все могут быть свободны, — директор обернулся и слегка склонил голову, вежливо выгоняя ненужных свидетелей, которые, впрочем, тут же похватали свои сумки и вышли за дверь, пожелав на прощание крепких снов. — Так что ты мне ответишь? — Ким бесцеремонно задрал край футболки Чимина и снова посмотрел на темно-фиолетовое пятно, уродующее спину. — Если у тебя какие-то проблемы, можешь рассказать мне, — длинные пальцы медленно разжались и опустили край одежды обратно. — Мы с Вами не в тех отношениях, чтобы делиться такими вещами… — Чимин говорил осторожно, боясь показаться грубым с директором. В этот момент его мобильный телефон завибрировал, но парень не спешил поднимать трубку, хотя на имя звонящего всё же посмотрел. — Простите, но я тоже хотел бы пойти домой. — Кто такой Джевон? — Джин успел краем глаза увидеть высветившееся на экране телефона имя. Чимин промолчал и поспешно спрятал мобильник в карман толстовки. — Простите, но мне кажется, что Вы каким-то образом пытаетесь контролировать мою жизнь… — Я отвечаю за тебя. И прежде всего, отвечаю за твое здоровье, поэтому будь добр объясниться, откуда у тебя такой синяк на спине, — директор и сам понимал, что немного давит на парня, но обуздать контроль в присутствии омеги было крайне сложно. — Просто ответь, иначе я не смогу спокойно уснуть. — На тренировке, — тихо ответил Чимин. — Теперь-то я могу идти? — младший сделал попытку протиснуться к двери, но рука Джина преградила ему путь. — Надеюсь, ты мне не врешь, — почти шепотом выдал старший. — И… впредь береги себя, — рука альфы опустилась обратно. Мог ли Ким сейчас задерживать Чимина? Не мог. Мог ли приставать с расспросами о личной жизни? Тоже не мог. И это бессилие во многом раздражало уставшего альфу. Следуя правилам приличия и субординации, приходилось засовывать свои желания куда подальше, до крови прикусывать язык и провожать взглядом того, кого больше всего хотелось бы задержать рядом с собой. Проезжая мимо остановки, Джин видел сонного Пака, прислонившегося к столбу в ожидании своего автобуса, но притормозить не мог, потому что и так слишком навязался и наделал лишнего. На Чимина ни в коем случае нельзя было давить. Но так хотелось. Проявлять симпатию с каждым годом становилось для Кима всё сложнее и сложнее. В последнее время это и вовсе скатывалось к контролю над омегами, «моё, и не трогать». Возможно, там была еще щепотка заботы, но очень завуалированная, такая, что без подсказки никак и не подумаешь, что о тебе переживают. Просто Джин не всегда умел правильно показать свои чувства, и в этом аспекте он сильно проигрывал беззаботному Намджуну, который всегда следовал эмоциональным порывам и делал всё, что хотел. — Я тебя предупреждал, — подтолкнув младшего к краю кровати, Джин улегся на освободившееся место и перетянул одеяло на себя. Спящий, словно младенец, Намджун выглядел слишком беззащитно, поэтому скинуть его на пол у старшего не поднялась рука (на самом деле нога). Джин мог быть сильным или грубым рядом с другими, но с этим человеком вся злость куда-то улетучивалась, уступая место настоящему отцовскому инстинкту. Тонсэн был балбесом, но альфе рядом с ним на данный момент было комфортнее всего. Полежав часа два под тихое похрапывание Намджуна, Джин не выдержал и, встав с кровати, поплелся на кухню. Солнце к этому времени уже вовсю светило в окнах, поэтому парень быстро опустил жалюзи и принес на обеденный стол документы, которые забрал из своего кабинета. Это было личное дело Чимина. И имя «Джевон» в графе родственников там не фигурировало. Подсознательная ревность так и пожирала молодого альфу, но всё то же бессилие призывало не тратить лишние нервы. — Чего не спишь? — размякшее тело Намджуна неожиданно показалось в дверном проеме. — Обещаю больше не храпе… Ого, это же досье на нашего Чимини! — младший выхватил из рук хёна пару листков. — Только посмотри, сколько наград! — восхищался он, пытаясь сквозь щелки опухших глаз прочитать мелкий текст. — Да этот парень дорогого стоит, знаешь ли. Мы с тобой там рядом не стояли, — усмехнулся он и хотел было присесть на колени к Джину, но тот вовремя развернулся в сторону и пресек эту высшую наглость. — Говори за себя. Я окончил Сеульский университет, — фыркнул Ким. — Ой-ой, мистер Ботаник, — тонсэн в одночасье запрыгнул на стол и скрестил худые ноги. — Но всё равно Чимин крут… — Не спорю, — зевнул старший и поднял свою задницу, чтобы приготовить хотя бы кофе. — Так что, поборемся за возможность первым пригласить его на свидание? На кухне повисла странная пауза. — Ты уже проиграл, — хмыкнул Джин и нажал на кофеварке кнопку старта, заполняя тишину комнаты приятным шумом. — Я знаю кое-что, чего не знаешь ты… — Йа! — парень спрыгнул на пол и подошел вплотную, хватая своего хёна за плечо. — Рассказывай! — Еще чего, — продолжал улыбаться тот, думая о чем-то своем. — Мы с тобой соперники, вроде как. — Козел, — обиделся Джун и по-детски ущипнул старшего за руку, а после вернулся за стол. — И какао мне сделай! Джин лишь снова усмехнулся, но повиновался «его Величеству», потому что не мог, да и не хотел по-другому.

***

— Можно хотя бы на ковре? Боюсь, я не смогу скрывать синяки и на коленях тоже, — Чимин медленно стянул с себя одежду, небрежно бросая ее в угол. — Как хочешь, детка. Сегодня выбираешь ты, — высокий подтянутый блондин, казалось, устрашающе нависал сверху и давил даже своей огромной тенью. — И, хён, нам надо поговорить потом…— несмело произнес Пак, избавляясь от остатков одежды. — Что? — не расслышал тот, на секунду увлекшись веревками и узлами. — Ничего…— отступил Чимин. — Я готов, — омега подошел ближе, подставляя запястья для связывания, и закрыл глаза, пытаясь воссоздать в памяти тот самый запах от пиджака в клубе, в который, казалось, уже влюбилась его душа.