"Тыквенный пирог для Драко"

Непоколебимая уверенность в собственном интеллекте часто играла со мной злые шутки. Когда вам вечно повторяют «Ах, ты такая умная» или «Ах, ты такая проницательная», то скоро ты и сам в это поверишь. Я, чего греха таить, всегда верила. И относилась к мальчишкам немного свысока, как к несмышленым, но любимым детям. Поэтому я, конечно же, не задумалась над тем, что свои «бестактности» Гарри говорит всегда очень вовремя. Даже слишком, для столь простодушного и прямого человека. Уже третий раз он подталкивал меня к нужному решению, но я этого не замечала. Привыкла считать себя самой умной. Я упрямо поджала губы и уставилась в пол, думая лишь о том, какой Малфой гад, и что я ему ещё покажу. Что я собиралась ему показывать в тот момент, остаётся для меня загадкой и по сей день. Но я была столь решительна в своих стремлениях, что даже принялась гневно оглядывать гостиную, будто надеялась обнаружить Драко в одном из углов комнаты. — Тогда я жду тебя вечером с вещами, — весело сообщил Гарри, откладывая тетрадь в сторону. — В шесть часов. — Уже? — удивилась я. — А чего тянуть? Мне лично не терпится начать, — улыбнулся Гарри, мечтательно глядя в потолок. — Комната твоя уже готова. Кстати, Живоглота можешь смело брать с собой. Мы с ним всегда неплохо ладили. Да и Драко любит животных. Я кивнула, с ужасом понимая, что сожгла все мосты. И сегодня в шесть часов начнётся новая полоса в моей жизни. Я закончила сборы в рекордно короткие сроки. Небольшой чемоданчик со всем необходимым мирно лежал на кровати, пока я прикидывала, что ещё может мне понадобиться. Немного подумав и покраснев чуть ли не до свекольного оттенка, я затолкала на самое дно чёрный шёлковый пеньюар. Не хотелось щеголять перед Малфоем в своей ситцевой пижаме с медвежатами. Я могла хотя бы попытаться оградить себя от насмешек. Пеньюар был совсем новый. Его мне подарил Джастин, пока мы ещё встречались. Правда, ему так и не довелось посмотреть, как он на мне смотрится. Ну, вот Драко и оценит. Я невольно горько рассмеялась, представив его комментарии. Хотя нет, он, наверное, даже комментировать побрезгует. Живоглот уже давно лениво забрался в корзину и наблюдал за моими сборами со снисходительным интересом. Кот всегда проявлял недюжую сообразительность. Я нередко думала о том, что Живоглот поумнее многих мужчин, которые за мной ухаживали. А ещё он всегда очень быстро определялся в своих пристрастиях — если кот невзлюбил кого-то, то был верен своему решению. И надо отдать ему должное, не ошибался ни разу. Не зря Живоглот так упорно шипел на Рона и орал у нас под дверью, когда мы оставались одни. Знал котяра, что не выйдет у нас ничего хорошего. Я с нежностью посмотрела на кота, но потом одёрнула себя. Рано ещё превращаться в старую деву, квохчущую над своим домашним любимцем. Я подхватила Живоглота на руки, проигнорировав корзину. Всё равно добираться буду через камин. Гарри его так и не закрыл, чтобы я могла беспрепятственно попасть к ним в дом. И ровно в шесть часов я снова появилась в прихожей. Выпустив недовольного Живоглота на пол, с удивлением поняла, что меня никто не встречает. Гарри нигде не было. Я нервно посмотрела на часы, чтобы удостовериться, что не пришла раньше и не опоздала. Вздохнув, я снова подхватила чемоданчик и направилась в гостиную. Не шататься же по всему дому в поисках хозяев. Быстро преодолев коридор, я резко замерла, вдруг услышав сдавленный стон. Я запаниковала, шмякнула чемодан на пол и ворвалась в гостиную. И тут же чертыхнулась, проклиная себя за то, что ввалилась без стука. Они оба были в комнате. Я задохнулась от изумления, но всё же смогла отметить, что была чертовски права — они совершенно изумительно смотрятся вдвоём в постели. Вернее, на столе. Я застыла на пороге не в силах пошевелиться, жадно ловя каждое их движение. Они были настолько поглощены друг другом, что не замечали меня. По комнате были разбросана одежда. Но, видимо, они так торопились, что даже не удосужились раздеться до конца. Я крепче вцепилась в дверную ручку. Нужно было срочно исчезнуть, пока они не заметили меня. Но я стояла в дверях, наблюдая, как они занимаются любовью. Их страсть — такая естественная, такая сильная — накрыла меня с головой. Мне казалось, что я действительно чувствую жар, исходивший от их разгорячённых тел. Ощущаю вкус поцелуев и порывистое дыхание на своей коже. В тот момент я думала лишь о том, как не прав был Рон. Разве можно назвать их отвратительными или мерзкими? Они прекрасны. Действительно прекрасны. Сердце стучало как сумасшедшее. Я с жадностью рассматривала их полуобнажённые тела, забыв уже даже о том, что порывалась уйти каких-то пять секунд назад. Я хотела запомнить их такими. Странно, но эти два человека казались мне совсем незнакомыми. Я не могла поверить, что Гарри может воплощать в себе столько страсти, огня, похоти. И уж точно никогда бы не подумала, что Драко может быть таким удивительно нежным, мягким и безудержным одновременно. Волна жаркого возбуждения вдруг накрыла меня с головой. Я закусила губу, ощущая мелкую дрожь, пробежавшую по телу. Чёрт, ну почему всё так по-идиотски получается? Стон — скорее острого сожаления, чем желания — сорвался с губ. Наваждение мгновенно слетело. Я надеялась, что мне всё же удастся выбраться незамеченной. Но тут Гарри поднял голову и посмотрел прямо на меня. В его глазах, слегка затуманенных удовольствием, я увидела лишь желание и голодный блеск. А потом он вдруг приглашающе улыбнулся. Я каждым сантиметром своего тела ощутила, как он взглядом медленно снимает с меня одежду. Потом Гарри призывно облизнул губы и снова ухмыльнулся, нахально подмигнув мне. Я пулей выскочила из гостиной и рванула в прихожую. Меня трясло. Я подскочила к камину, но не смогла найти летучий порох. Выругавшись сквозь зубы, я рухнула на кушетку, стоявшую в прихожей и, обхватив чемодан руками, замерла. Конечно, меня сложно было шокировать тем, что люди, живущие вместе уже больше пяти лет, занимаются любовью. Как-то глупо было предполагать, что они мирно держатся за ручки и целомудренно целуют друг друга в щёчку перед сном. Но меня потрясло до глубины души другое. Реакция моего собственного тела. Куда делась моя сдержанность, разумность и логичность? Да я подглядывала за ними и получала от этого удовольствие! О том, как повёл себя Гарри, я не думала вообще. Наверное, посчитала всего лишь шуткой, не стоящей внимания. Я не знаю, сколько времени просидела на кушетке, полностью погружённая в себя. Может полчаса, может час. Я раз за разом вспоминала улыбку Гарри — дразнящую, нахальную, бросающую вызов. И чем дольше я думала, тем дальше уводило меня моё воображение. — Гермиона, — раздался голос Гарри. Я встрепенулась и отчего-то с опаской уставилась на него. Возникло страшное подозрение, что всё же чему-то Гарри научился на уроках легилименции и сейчас с лёгкостью читает мои мысли. Гарри стоял в дверях и, улыбаясь, смотрел на меня. Рубашка была застёгнута всего лишь на несколько пуговиц, в брюках не было ремня. А ещё он был босиком. Почему-то именно вид его босых ног привёл меня в чувство окончательно. — Вы уже закончили? — как бы между прочим спросила я. — Ага. Ты извини, но Драко не выйдет к нам. Он когда узнал, что ты всё видела, впал в состояние глубочайшей депрессии и сейчас стыдливо сидит в нашей спальне. Чистокровный, что с него взять, — хмыкнул Гарри. — Я ему объяснял, что ты нормально относишься к таким вещам. Но он ханжа ещё похлеще многих. Я немного удивилась такой реакции Малфоя. Неужели он стесняется своей ориентации? Хотя, наверное, Люциус сделал всё возможное, чтобы внушить сыну, что это мерзко и отвратительно. И вообще, не подобает и по кодексу не полагается. Если уж в семье более чем либеральных Уизли царит такая гомофобия, то, что уж тут говорит об аристократах вроде Малфоев — Но у него это скоро пройдёт, так что ужинать будем все вместе. Часов в восемь. Ты можешь пока распаковать вещи или принять ванну. А я пока что-нибудь приготовлю. Эльфов после смерти Кикимера мы не держим, так что справляемся сами, — сообщил Гарри, ловко выудив у меня из рук чемодан. Другой рукой он осторожно помог мне подняться с кушетки и отвёл в комнату. — Это твоя комната, — он указал рукой на дверь. Потом махнул на соседнюю и добавил. — А это наша. Я кивнула и быстро скользнула внутрь спальни. — Нравится? Я сам её обставлял, — гордо заявил Гарри. Мне нравилось. Я никогда бы не обставила комнату так роскошно у себя, но для разнообразия можно было пожить и в таких королевских хоромах. Всюду дорогой шёлк, бархат. Несколько магловских картин на стенах. С нарочитой небрежностью по комнате были расставлены небольшие фарфоровые статуэтки, которые, держу пари, стоили целое состояние. Я поставила чемодан возле кровати и подошла к книжному шкафу, возле которого уютно примостилось глубокое кресло. Быстро оглядела ряды книг и с восхищением подумала, что не выйду из комнаты, пока не прочту хотя бы половину. А ещё лучше все. Бесценные издания по нумерологии, трансфигурации, чарам, зелья. Многие, я точно была уверена, существуют в единственном экземпляре. Гарри за моей спиной весело рассмеялся, а я покраснела, поняв, что на такую реакцию он и рассчитывал. — Я же говорил, что обставлял комнату специально для тебя. Поэтому здесь столько книг, а не бантиков и рюшечек, — сообщил Гарри. — Книги мне помог выбрать Драко. Мы их позаимствовали из семейной библиотеки Малфоев. Люциус был не против. Я удивлённо посмотрела на Гарри и уточнила: — А как он отнёсся к тому, что матерью его внука станет грязнокровка? — Терпимо, — лаконично ответил Гарри, явно не желая развивать эту тему. — Я займусь ужином. В восемь мы ждём тебя в столовой. Я отошла от книжного шкафа и только сейчас обратила внимание на кровать, закрытую пологом. У меня дома стоит красивая двуспальная кровать. А вот как назвать это чудовище я не знала. Сказать, что она была громадная, это не сказать ничего. На кровати можно было легко потеряться. Ну, или уложить, не мешая друг другу, человек десять. Я поразилась такому странному выбору, но потом решила, что возможно кровать была здесь давно. Мало ли какие вкусы и предпочтения у Малфоя. Может, аристократам только такая мебель и полагается. Ужин прошёл в гробовом молчании. Гарри безмятежно поглощал пищу. Драко злился — то ли на меня, то ли на Гарри, то ли на всех сразу. А я пыталась свыкнуться с новой обстановкой. Честно говоря, я сожалела о принятом решении. Но раз согласилась, то следует выполнять обещания, как бы сложно или противно не было. В десять вечера я с удовольствием переоделась в пижаму и улеглась в кровать, планируя почитать перед сном. Но как только я устроилась поудобнее и раскрыла книгу, раздался стук в дверь. — Войдите, — быстро произнесла я. Дверь распахнулась и в комнату чуть ли не влетел рассерженный, растрёпанный Драко в обнимку со своей подушкой. Следом вошёл Гарри, который, видимо, силой впихивал своего любовника внутрь — очки снова съехали на бок, а дыхание сбилось, как после спринта. — Это мы. Я пришёл пожелать вам спокойной ночи, — расплылся в улыбке Гарри — Вам? Кому это вам? — ужаснулась я, натягивая одеяло чуть ли не на голову. — Тебе и Драко. Вам нужно привыкнуть друг к другу. Помнишь, я тебе говорил? Поэтому вы будете спать вместе, — твёрдо заявил Гарри. Мы с Малфоем уставились на Гарри. Драко выругался и швырнул подушку на кровать. Потом упал сам и затих. — Он любит драматические эффекты, — обращаясь ко мне, объяснил Гарри. — Ещё немного и я сама полюблю такие эффекты, — возмутилась я. — Зачем нам спать вдвоём? Достаточно будет и одного раза. Или вы уже решили, что начнём делать детей вот так сразу? — Не ори, Грейнджер, — неожиданно подал голос Драко. Я невольно вздрогнула — до этого момента он был крайне вежлив и обращался ко мне исключительно на «вы». — Никто с тобой ничего делать сегодня не будет. Гарри просто надеется, что так сможет смягчить «моральные убытки» для обеих сторон, — презрительно продолжил Драко. А потом добавил. — Герой хренов. — Именно. Ты всё так здорово объяснил, — восхитился Гарри. — Ну, спокойной ночи. Дверь спальни с противным скрипом закрылась, оставив меня наедине с Драко.