"Тыквенный пирог для Драко"

Драко вышел, не дожидаясь моего ответа. Наверное, ему было не так уж и важно, соглашусь я или откажусь. Я не знала, чего ждать от этого приглашения, но решила не накалять и без того напряжённые отношения и отложила книгу. Драко сидел за столом и вяло ковырялся в своей тарелке. Я как можно более вежливо пожелала ему приятного аппетита. Он кивнул, не поднимая глаз, и продолжил размазывать лазанью по тарелке. Я взяла приборы и неторопливо отрезала кусочек свежего тыквенного пирога — моего любимого, к слову. Драко немного поморщился и слегка отодвинулся, будто увидел что-то неприятное. Я покрепче сжала вилку и принялась есть пирог, который уже не казался мне таким аппетитным, как мгновение назад. Я чувствовала, что Драко рассматривает меня. Лихорадочно шарит взглядом по моему лицу, будто пытаясь отыскать что-то важное. И чем дольше мы сидели в молчании, тем больше Драко мрачнел. Мне хотелось отодвинуться от него. Или как-то нарушить тишину. Я ощущала липкий холодный ужас, который медленно заползал ко мне в душу. Он действительно ненавидел меня, отчаянно и безрассудно. Стало тяжело дышать. Я с трудом понимала, за что он так ненавидит меня? Мне казалось, что если я посмотрю на него, то увижу не лицо любимого человека, а кого-то ужасного. Но вдруг всё кончилось. Вилка звякнула, ударяясь об пол. Драко вздрогнул и отвёл взгляд. — Я всё равно не понимаю, — глухо произнёс Драко, обхватив голову руками. — Не понимаю. — Что? — удивилась я, поднимая на него глаза. Я вздохнула с облегчением, обругав себя за впечатлительность. Напридумывала себе ужасов. — Почему он выбрал тебя? Что в тебе такого? — как-то отстранено объяснил Драко. — Ведь столько лет прошло. Я пожала плечами. Нашёл, у кого спрашивать. — Я думала, что вы обсуждали мою кандидатуру. И вам должно быть виднее, почему Гарри решил попросить меня об этом одолжении, — резонно заметила я. Драко поднял голову и пристально всмотрелся мне в глаза. В первый раз он смотрел на меня без неприязни или брезгливости. В его глазах я увидела лишь изумление и неподдельный интерес. Потом он вдруг запрокинул голову и рассмеялся — его волосы рассыпались по плечам, а вечно напряжённые мышцы лица расслабились. — Какая непосредственность, — отсмеявшись, хмыкнул Драко. Потом снова сморщился и добавил. — Накрой пирог крышкой, пожалуйста. У меня на тыкву аллергия. Я пока его домой вёз, весь исчихался. Даже глаза воспалились. Я растерянно уставилась на пирог. Потом схватила крышку и поспешно накрыла блюдо, будто на нём лежал разъярённый соплохвост — ни больше и ни меньше. — А как же ты в Хогвартсе пил тыквенный сок? — решилась спросить я. — В магическом мире всё ещё существует зелье от аллергии. Но сейчас мне нельзя принимать большинство зелий, — отмахнулся Драко, снова уставившись в свою тарелку. — Зачем же ты тогда его купил? — удивилась я. — Гарри попросил, — кратко ответил Драко, мгновенно помрачнев. Создавалось впечатление, что они поругались. Ну не из-за пирога же, право слово. На том разговор и заглох. Мы молча выпили кофе, потом Драко быстрым движением палочки убрал со стола, опередив меня всего на секунду, и, не прощаясь, вышел из столовой. Я вернулась в свою комнату, застав там Живоглота, который вальяжно прогуливался по кровати. Кота, наверное, тоже впечатлили её размеры. Потоптавшись, он улёгся точно в центре с таким царским видом, что невольно напомнил мне Драко своими барскими замашками. Я улыбнулась и поспешно извлекла из письменного стола свой альбом, который уложила туда вчера. Мне неожиданно захотелось нарисовать Живоглота. Я быстро изобразила мохнатую тушку и сама не заметила, как на заднем фоне добавился ещё один персонаж. Драко сидел на краю кровати с кошачьей небрежностью, готовясь сорваться с места в любую секунду. Лица его не было видно, но платиновая макушка и легко узнаваемая фигура не давали ни единого шанса перепутать с кем-то. Я так увлеклась рисованием, что довольно быстро сползла с кресла на пол и продолжила своё занятие уже там. — Неплохо. — Драко стоял надо мной с подушкой в руках и критически оглядывал мой рисунок. Я вскинула на него глаза и удивлённо огляделась — за окном уже зажигались фонари. Чёрт. Сколько же я провела за рисованием? — Неплохо для грязнокровки? — ощетинилась я, надеясь, что ссора избавит меня от обсуждения выбора моделей для рисунка. — Неплохо для любителя, — спокойно ответил Драко. Моё самолюбие слабо трепыхнулось. Я критически осмотрела свой рисунок, но не нашла никаких огрехов в исполнении. Уж что-то, а повторить что-то по стандартной схеме, взятой из учебника, я всегда могла. Мне не хватало лишь таланта, чтобы рисовать действительно хорошо. — И что же не так с моим рисунком? — полюбопытствовала я. — Во-первых, ты совершенно не умеешь передавать различные фактуры — ткань, дерево, стекло. Во-вторых, штриховка фона прорисована неверно. В-третьих, свет падает не с той стороны, — слегка прищурившись, сообщил Драко. Потом хмыкнул и покачал головой. — Но всё это довольно мелкие ошибки. Их легко исправить с помощью практики и грамотной работы с цветовой палитрой. Я перевела растерянный взгляд на рисунок и поняла, что он абсолютно прав. — Я и не знала, что ты любишь рисовать, — невольно не сдержав восхищения чужим мастерством, выдохнула я. — Кто сказал, что я люблю рисовать? — удивился Драко, усаживаясь в кресло. — Но ты так точно всё увидел, — начала было я. Но Драко меня перебил, отрицательно помотав головой. — Уметь рисовать, не значит любить. Я же аристократ. Меня многому учили до поступления в Хогвартс. И рисованию в том числе. Ещё я играю на пианино, неплохо фехтую. А танцор я просто непревзойдённый, — скучающим тоном заметил Драко. — А как же верховая езда? — ехидно осведомилась я. — Я боюсь лошадей, — неохотно заметил Драко. Потом он посмотрел на часы и добавил. — Мне, конечно, ужасно нравится наша светская беседа, но вообще-то уже пора ложиться спать. Завтра тяжёлый день в офисе. Я немного смутилась, но быстро собрала разбросанные по полу карандаши и альбомные листы, чтобы не нарваться на очередное, вполне справедливое замечание. Немного подумав, я не стала смешить людей и вытаскивать из чемодана «секретное оружие». Вчера Драко вполне спокойно отреагировал на мою дурацкую пижаму, значит, и сегодня потерпит. Я не стала сообщать Драко, что мы вполне могли бы поспать эту ночь раздельно — у него был такой решительный вид. Хотя… Хотя сейчас я, наверное, уже могу признаться, что мне просто хотелось побыть с ним ещё немножко. Я не питала никаких иллюзий и не строила никаких планов, но отчего-то мне была приятна мысль, что этот Драко — спокойно рассуждающий об искусстве, немного язвительный и бесконечно серьёзный — проведёт эту ночь рядом со мной. Я улеглась на свою половину кровати. Драко вернулся с подушкой. Но без тапочек. И босиком. Я не удержалась и заметила: — Не ходи босиком. Простудишься. Гарри говорил… Драко немного удивлённо выгнул левую бровь, но посмотрел на меня так холодно, что я невольно разозлилась на себя за свою несдержанность. Видимо, сегодняшний запас благотворительности закончен. Драко аккуратно уложил подушку на дальний край кровати и удалился в ванную. В мою ванную, кстати. Я неожиданно разнервничалась. С чего это он в ванную решил заскочить? Как будто… Я подскочила с кровати так быстро, будто обнаружила там выводок плотоядных гуй-гуйев*. Уселась в кресло, успокаивая себя тем, что это всего лишь паранойя и ничего больше. Драко вышел из ванны через мучительно долгих десять минут — мокрый и босиком. Демонстративно прошлёпал босыми ногами по холодному полу и улёгся спать. Я вздохнула с облегчением. А потом тихонько рассмеялась. Из чистой вредности Драко пошёл в эту дурацкую ванную, чтобы продемонстрировать мне, что ходит, ходил и будет ходить без этих злосчастных тапочек. Я так подозреваю, что если бы я ему сказала не прыгать с крыши, то он из чувства противоречия сделал бы наоборот, прекрасно понимая весь идиотизм своего поступка. С этими отчего-то неожиданно счастливыми и тёплыми мыслями я и уснула прямо в кресле. Утро началось для меня с головной боли и ломоты во всём теле. А всё результат ночи, проведённой в кресле. Мышцы затекли, отдаваясь болью при каждом движении. Я быстро посмотрела на часы и сладко зевнула. Удивительно, проспала почти до полудня. Совсем разленилась. Пора бы написать профессору Плошеку, что ученичество подождёт и приниматься за очередной эксперимент. Например, довести до ума универсальный магический клей. Я выскользнула из кресла и подошла к шкафу, чтобы переодеться. Внимательно оглядела себя в большом зеркале и ухмыльнулась своему отражению — заспанная, помятая, лохматая. Красотка, одним словом. Что-то весело напевая, я выудила из шкафа любимые серые брюки и принялась переодеваться. — Грейнджер, ты не могла бы перестать мучить кошку и отложить стриптиз до более подходящего случая, — хрипло произнёс Драко, откуда-то из-под одеял. Я резко обернулась и ошарашено уставилась на Драко, который всё ещё валялся в моей постели, если судить по его белобрысой макушке, торчавшей из-под одеяла. — Ты же сказал, что тебе рано вставать и ехать куда-то по делам! — возмутилась я, поспешно натягивая пижамные штаны. — А сколько времени? — появляясь из-под одеяла, заинтересовался Драко. Я молча кивнула на настенные часы. Драко вдруг подхватился с кровати, но не прошёл и двух шагов, как покачнулся и стал падать. Я успела в самый последний момент, с трудом удержав его. — Отпусти меня, — яростно прошипел Драко. Я удивлённо уставилась на него. Выглядел он неважно — красные глаза, лихорадочный блеск, нездоровые румянец на щеках, пересохшие потрескавшиеся губы и какой-то сиплый каркающий голос. Я быстро вернула его на постель. Драко настолько ослаб, что даже не сопротивлялся, только тихонько ругался и стонал что-то. — Да у тебя жар! — воскликнула я, вдруг поняв, отчего он мне показался таким горячим. — Нет у меня никакого жара, — тускло отозвался Драко. — И вообще, мне на работу пора. Но сил ругаться у него не было. Он лишь слабо махнул рукой и замолчал. — Доходился босиком, выпендрёжник, — вздохнула я. — Где у вас «Бодроперцовое» зелье? — Нет его, — буркнул Драко, всё больше походя на маленького капризного ребёнка. — Хорошо, я сейчас сбегаю в аптеку, — сообщила я, удивляясь такой безалаберности мальчишек. — Мне его нельзя, — отрезал Драко. — У меня на большую часть зелий аллергия. — С чего это вдруг? — удивилась я. Драко не успел мне ответить, приступ кашля заставил его согнуться пополам. Я нахмурилась, решая, как лучше поступить. Оставлять его одного нельзя, да и перемещать куда-то нежелательно. Можно просто вызвать колдомедика на дом. — После больницы. У меня была сильнейшая передозировка. После этого организм реагирует на любое магическое зелье, отторгая его, — выдохнул, наконец, Драко, откидываясь на подушки. — Гарри что-то давал мне. Но я не знаю что. Он всегда сам…этим занимался. — Я сейчас сообщу ему и попрошу приехать. По дороге и лекарств купит, — улыбнулась я. Но Драко лишь помотал головой, для пущей убедительности хватая меня за рукав. — Он не вернётся ещё три дня. У него очень важная сделка. Не нужно его дёргать. Сам справлюсь, просто попроси названия зелий, — решительно выдавил Драко. — И сова долго лететь будет. Лучше пошли патронуса. Я замерла, не зная, что сказать. События принимали скверный оборот. Как будто нарочно кто-то подстроил всё так, что мне приходилось врать и изворачиваться. — Я не могу послать патронуса, — проговорила я. — Я не умею. Ложь получилась настолько жалкой и глупой, что Драко, несмотря на своё состояние, нашёл в себе силы ехидно хмыкнуть. — Тогда отправь сову. Правда, она будет лететь дня три, — пожал плечами Драко, натягивая одеяло до подбородка. — До Бразилии путь неблизкий. Я кивнула и вышла из спальни. Я нервно расхаживала по коридору, а потом, решившись, взмахнула палочкой и произнесла: — Экспекто Патронум. И тут же передо мной появился небольшой белоснежный зверёк — то ли ласка, то ли лисица. Я так и не смогла определить, что это за животное. Иногда мне казалось, что я его придумала сама, как дети придумывают фантастических друзей, лепя их образ из всего, что мило сердцу. — Найди Гарри и попроси список лекарств, которыми он обычно лечит Драко. Пусть не волнуется, Драко всего лишь немного простудился, — решительно проговорила я. Я протянула руку, чтобы погладить патронуса, но он, как делал это уже сотни раз, уклонился с ленивой грацией хищника. *дух кладбищ