Зимняя Роза +21

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Marvel Comics, Первый мститель (кроссовер)

Основные персонажи:
Джеймс Бьюкенен Барнс (Баки, Зимний Солдат), Наталья Романова (Черная Вдова)
Пэйринг:
Солдат/Вдова
Рейтинг:
R
Жанры:
Ангст, Драма, Hurt/comfort
Предупреждения:
Нецензурная лексика, ОМП, Смерть второстепенного персонажа, Элементы гета
Размер:
Мини, 13 страниц, 5 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Провал неприемлем, Зимний Солдат.

Посвящение:
С.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

4

7 июня 2016, 00:28
Приказ об отстранении изменил обычный распорядок дня, и теперь вместо Солдата подготовкой агентов занимаются другие люди, но он как всегда приходит в зал в назначенное время. Непривычная тишина вокруг обостряет все его чувства, поэтому шум приближающихся шагов куратора он распознает задолго до того, как тот подходит к двери. Солдат стоит спиной к входу, намеренно не оборачиваясь и не встречая вошедшего привычным кивком головы.

— Должно быть, непривычно? Я и не думал, что днем тут может быть так тихо, — куратор выглядит спокойным, даже расслабленным, но Солдат не из тех, кого можно легко обмануть. Он видит своего начальника насквозь, слышит фальшь в его голосе. Разговор будет нелегким.

Нужно ждать, дать тому время. Солдата учили вести допрос, он знает, что порой люди могут сказать куда больше, чем хотели изначально. Нужно просто наблюдать, позволить ошибиться собеседнику первым.
Солдат разворачивается и молча, смотрит в упор на куратора.

— Знаешь, тишина это не так уж плохо. Она помогает сосредоточиться, найти новые решения. На твоем месте я бы воспользовался тишиной, чтобы все обдумать, — продолжает куратор, вперив взгляд в стену. Его тихий голос звучит слишком громко в мертвой тишине зала. — В конце концов, у тебя не так часто случаются выходные. Наверное, это первый за три года. Используй это время с пользой, когда еще такое будет.

Солдат по-прежнему и куратор, понимая, чего от него ждут, переходит к сути дела.

— Ты же знаешь, что тебя вызывали сегодня утром в кабинет не для отчета. Им нужно было посмотреть на тебя. Этот человек, он... Он, скажем так, оценивал твое физическое и психическое состояние после миссии, и ты показал себя не с лучшей стороны. Не волнуйся, кстати, стол у меня уже заменили. Мне он и не нравился никогда, так что я должен сказать тебе спасибо, — куратор ухмыляется и наконец-то смотрит прямо на Солдата,— Вернемся к сути. Наверху узнали про твои отношения с Романовой, ее теперь отправят в другое место, и я не знаю, куда именно.
— Она вам не принадлежит, — упоминание родного имени заставляет Солдата наконец-то обрести голос, но его лицо все еще напоминает камень.
— Но и тебе не принадлежит тоже. Не волнуйся, будет жива. Может, даже замуж выйдет. Детей не нарожает, но семью обретет. В каком-то смысле...
Какое-то время они молчат.
— А что насчет тебя? Ничего не хочешь мне рассказать, Солдат, пока есть возможность?
— Пока есть возможность?
— Мы оба знаем, что у тебя есть проблема, которую ты скрываешь от нас. Именно это и стало причиной провала в Берлине, верно? Я обещаю тебе помочь, но для этого мне надо быть в курсе того, что с тобой происходит. Здесь никого больше нет, только ты и я. Даже стены закрыли свои уши. Я даю тебе шанс, последний раз протягиваю руку. Я могу прямо сейчас развернуться и уйти, но не думай, что твои тайны останутся в секрете. Сегодня я пришел к тебе не как начальник, не как куратор, а как друг. Откажешься, и завтра придут другие, и церемониться они с тобой не будут. Выбор за тобой.

Наверное, настал тот самый момент. Ведь Солдат давно хотел рассказать о постоянных головных болях, о странном сне, в котором ему снится поезд в заснеженных горах и...
— Скажите, а та миссия, в которой я потерял руку... Она не была связана с каким-то человеком в синем... в синей офицерской форме?
— Это был взрыв завода, Солдат. Вражеская диверсия, ты единственный выживший, более 100 погибших. Насколько я знаю, там не было никого в синей униформе, тем более военных, только гражданские. Ты должно быть, плохо это помнишь, но это правда, Солдат. А с чего такие вопросы?
— У меня усилились головные боли. Такое и раньше бывало, но периодически, а теперь не проходит. И еще постоянно вижу один и тот же сон: будто бы я был где-то в горах, зимой, в поезде. Там еще был человек, в синей форме, кажется офицерской, не помню звания, но там были звезды, и не одна, наверное.
— И это все?
— Да.
— Почему ты не рассказывал об этом раньше?
— Не придавал этому значения.
— И сколько это уже длиться?
— Три недели.
— Сны – странная штука. Я не эксперт в таких вопросах, но не думаю, что здесь есть повод для серьезных волнений. А вот с головой я бы шутить не стал. Скажу врачам, чтобы тебя сейчас осмотрели. Отправляйся в медблок, тебя там уже ждут. Обычный медосмотр, как и всегда после задания, ничего необычного, но теперь я прикажу, чтобы его провели тщательнее. Иди.
— Есть.

Солдат выходит из зала и направляется в медблок, как и было приказано. Куратор задерживается в пустом зале, словно поджидая кого-то. И это правда, у него и в самом деле здесь назначена очень важная встреча. Он ждет своего утреннего посетителя, который всегда славился своей пунктуальностью.

— Я снова рад нашей встрече, полковник! Как проходит ваш день? Мой — замечательно! Надеюсь, вы позвали меня, чтобы сообщить хорошую новость.
— Да, пожалуй. Вы были правы насчет Зимнего Солдата, он действительно начал вспоминать и уже очень многое вспомнил.
— Полковник, разве мои слова подлежат сомнению и проверке?
— Проект «Зимний Солдат» очень важен. Простите, но я должен был убедиться лично.
— Убедились? Я рад. Это все, что вы хотели мне сказать?
— Нет, не только. Я поддерживаю ваше предложение о возвращении проекта к фазе А1.
— Поддерживаете? Полковник, я не нуждаюсь в вашем одобрении, — на лице человека появилась ядовитая усмешка, — переход проекта к фазе А1 уже утвержден наверху, а руководство над проектом передается мне. Не знал, как вам сообщить, хорошо, что вы позвали меня сюда.
— И по какой же причине я отстранен, могу узнать? — обычно спокойный и ровный голос подводит куратора, переходя едва не в крик.
— Вы потеряли контроль над Солдатом, разве это недостаточно? Вы относитесь к нему, как человеку. Помните, что я говорил вам утром? Перед нами оружие, может быть, самое совершенное из всех существующих на данный момент, а вы готовы вытирать ему сопли, как впечатлительная мамаша! Вы превратили Солдата в хнычущего ребенка! Видите, к чему это привело?
— Да что вы себе позволяете!

Нервы сдают окончательно, и куратор хватает своего собеседника за лацканы его идеально выглаженного черного костюма, но человек оказывается слишком проворным. Он резко освобождается от захвата и проводит классический хук в челюсть.
— Вам не стоило этого делать, полковник.
Куратор чувствует, как рот наполняется кровью. Кажется, у него выбит зуб. Куратора пошатывает, он сгибается напополам, и в этот момент в зал заходят два офицера младшего звания.
— Теперь я вижу, полковник, у кого Зимний Солдат научился манерам. Не волнуйтесь, теперь у него будут славные учителя, — человек поправляет свой пиджак и отдает вошедшим офицерам короткий приказ.
— Увести.
Офицеры незамедлительно уводят еще не пришедшего в себя куратора из зала. Напоследок человек в штатском оглядывает с улыбкой зал и уходит, запирая двери на ключ.
Зал снова погружается в мертвую тишину.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.