Missing half

- Итак, такое музыкальное направление, как «джаз», появилось в… Ёндже вновь сидел на огромном кресле в гостиной Джэбома-сонбэ, только не так спокойно, как в прошлый раз, а словно на иголках. Он постоянно вертелся, пытаясь делать это как можно более незаметно - провлально - потому что изначально уселся в совсем не удобную скованную позу, отводил взгляд от старшего и вообще с трудом сосредотачивался на том, что тот говорил. Признаться честно, сам Дже не понимал, как у него вообще хватило сил и смелости опять появиться на пороге огромной квартиры. С самого утра он не мог заставить себя даже встать с кровати, кутаясь в одеяло и пытаясь не задохнуться от собственного бешеного сердцебиения. Нет, в этот момент он не чувствовал никаких светлых или каких-либо других возвышенных чувств. Внутри мальчика нарастали паника и беспокойство, словно сковывая и не давая телу нормально двигаться. Да, Ёндже боялся вновь оказаться рядом с хёном, да так, как ничего раньше. Причём боялся не чего-то эфемерного и непонятного, а очень даже конкретного. Боялся вновь ощутить ту сильную и от того ещё более непонятную гамму чувств, что вызывает в нём старший, боялся, что над ним вновь решили жестоко подшутить. Боялся, что не сможет забыть это так же просто, как все прошлые подолки от обидчиков. Боялся того, что не хотел, чтобы отношение Джэбома действительно станет всего лишь шуткой - это, на самом деле, казалось самым страшным. А ещё Ёндже до дрожи в коленках хотел вновь увидеть проступающие на бледных руках тёмные вены, ощутить приятный еле заметный запах парфюма и… Но от подобных мыслей становилось ещё хуже. Парнишка устало взглянул на стопку учебников и тяжело вздохнул. Какая разница, что он там чувствует, если экзамены сами себя не сдадут, а кроме Джэбома-сонбэ ему не к кому обратиться за помощью? Вот именно, никакой. Так, внутренне смирившись со своей участью, но стараясь оттягивать её как можно дольше, Дже, пусть и с небольшим опозданием, вновь оказался на пороге квартиры своего личного репетитора. Однако с нисколько не прибавившимся боевым духом. Как ни странно, появившийся за открытой дверью Им казался слегка удивлённым, но никак не разозлённым, как уже успел напридумывать себе Ёндже. Однако его лицо быстро приобрело обычное равнодушное выражение, и старшекурсник, поприветствовав младшего, быстро скрылся в гостиной, еле слышно шаркая домашними тапочками. В этот раз Джэбом не остался сидеть на большом диване, а предпочёл проводить лекцию ходя из угля в угол по всей комнате, не останавливаясь ни на секунду. - В основном, в начале своего существования джаз был распространён лишь среди жителей Нового Орлеана, но, в последствии став популярным направлением, его мотивы можно было услышать в таких местах, как… Ёндже старательно записывал каждое слово, произнесённое старшим, стараясь ничего не упустить несмотря на нервозность. Тема была достаточно интересной и понятной, так что можно было с головой окунуться в многочисленные причудливые названия разных направлений одного и того же музыкального стиля, не замечая ничего вокруг, и пристально изучающего взгляда тёмных глаз - в особенности. Искусственно созданная зона комфорта, так сказать. Пальцы слегка ныли от непрекращающегося письма, а видеть текст даже через стёкла очков, казалось, было всё сложнее с каждой минутой занятия. Поэтому когда Джэбом, устало развалившись в расположенном напротив кресле, охрипшим от долгого монолога голосом объявил, что занятие наконец законченно, мальчишка позволил себе еле слышно выдохнуть с облегчением. Ёндже оторвал взгляд от тетради, немного рассеянно смотря на сонбэ. - Спасибо большое за вашу помощь, Джэбом-сонбэ, я… - Не стоит благодарности, - отстранённо проговорил Им, даже не смотря на младшего, вместо этого без особого интереса рассматривая свою довольно обширную коллекцию книг, - Для этого ты сюда и пришёл. Немного смущённый таким нейтральным тоном, Дже поспешил скинуть свои вещи в рюкзак, от волнения слегка покусывая внутреннюю сторону щеки. Он не знал, что нужно ответить на слова хёна, и требуется ли тому вообще какой-либо ответ, однако желал как можно скорее уйти из этой квартиры, буквально кожей ощущая, как в воздухе повисает неловкая пауза. Неуклюже выбравшись из мягкого кресла и чудом не задев коленом хрупкий журнальный столик со стеклянной столешницей, Чхве украдкой взглянул на устало прикрывшего глаза Бома и склонился в благодарном поклоне, надеясь поскорее смыться домой. Однако организм, кажется, в таких делах оказался довольно средненьким помощником. Неожиданно желудок Ёндже неприятно сжался, напоминая, что в нём с самого утра и росинки маковой не было, а хотелось бы. Живот жалобно заурчал, а Дже, полностью смущённый данной реакцией, так и не смог найти в себе силы на то, чтобы разогнуться. К лицу прилила краска, даже уши и шея покраснели от смущения. Такой подставы от собственного организма мальчик не ожидал. Желудок вновь подал о себе знать, и Чхве, не зная, куда себя деть от стыда, приложил к разбушевавшемуся животу холодную ладошку. Господи, ну за что ему такое?! - Так ты голоден? В голосе Джэбома не было ни намёка на смех - который мальчишка ожидал с минуты на минуту от него услышать - а, напротив, он звучал немного заинтересованно и обеспокоенно. Дже, так и не выпрямившись до конца из поклона, лишь отрицательно покачал головой. Как же стыдно! Он-то думал, что дальше уже некуда, ан нет, нет предела «совершенству». Джэбом, наблюдающий за согнувшимся в три погибели младшим, прикусил губу, сдерживая мягкую улыбку. Он ещё никогда не видел, чтобы кто-то ещё так мило смущался – Ёндже дул и без того пухлые щёчки, залитые стыдливым румянцем, а глаза старательно отводил, не решаясь взглянуть на него. Им не спеша встал с кресла и медленно подошёл к Дже, протягивая ему руку. - Нет ничего ужасного в том, что ты проголодался, - тихо прошептал старший, заставляя Чхве выпрямиться, - Тем более, это легко исправить. И Им, сжав в своей руке аккуратную ладошку Ёндже, повёл удивлённого первокурсника в неизвестном пока направлении.

***

Кухня в квартире Джэбома оказалась хоть и ожидаемо большой, но необычно обжитой и уютной. Помещение было выполнено в светлых тонах, и, так как было угловым, две смежные стены были прозрачными. Кухня делилась на две части – обеденную зону и зону готовки – барной стойкой, за которую и усадил всё ещё смущённого Дже старший, а сам принялся за готовку. Мальчишка с трудом взобрался на непривычно высокий стул, явно не рассчитанный на рост "немного ниже среднего, но мы об этом благоразумно промолчим" и про себя отметил, что здесь довольно симпатично. Кухонная зона была заставлена разнообразными шкафчиками со всевозможными баночками со специями и приправами, а над плитой висела полочка, заставленная книгами с рецептами. Вся техника была превосходного качества, а в одном из шкафчиков Ёндже заметил мини-духовку и формочки для выпечки. Судя по всему, Джэбом очень любил готовить. Мальчик осторожно взглянул на сонбэ, в этот момент что-то методично нарезающего на кухонной доске. Широкие, уверенно расправленные плечи, сильная спина и мускулистые руки – всё это не вязалось с образом заядлого повара. В представлении Чхве рыжий больше походил на крутого рокера, ломающего гитары о сцену и имеющего знакомых в полицейском участке, чем на кулинара, но это совершенно необычное хобби делало хёна в глазах Ёндже ещё более крутым. Хотя куда уже больше? Понимая, что слишком долго пялится, Дже перевёл взгляд на панорамное окно, разглядывая вечерний Сеул. Небо ещё не полностью заволокла тьма, на горизонте до сих пор переливался красно-розово-фиолетовыми разводами закат, но кое-где уже начинали появляться редкие звёзды. Город же, напротив, будто только проснулся от дрёмы. Тут и там мелькали яркие зазывающие вывески, здания светились красивой подсветкой, а улицы, по которым не спеша прогуливались многочисленные парочки или просто прохожие, ярко освещались фонарями. Ёндже очень любил свой родной город с его в меру спокойной жизнью и тихими улочками, но такую красоту, как в столице, он вряд ли мог бы увидеть где-нибудь ещё. Вдруг перед ним на барную стойку опустилась тарелка, доверху заполненная чем-то вкусно пахнущим. Мальчик с интересом разглядывал аппетитно выглядящую тонкую пасту, политую соусом и украшенную зеленью и тонко нарезанными грибами. Названия блюда он не знал, но догадывался, что это явно что-то из итальянской кухни. - Это Тайарин*, - подсказал Джэбом, ставя рядом с тарелкой огромный стакан с горячим чаем и кладя салфетку с вилкой и палочками, - К сожалению, у меня не оказалось трюфелей, но, надеюсь, тебе придутся по вкусу и обычные шампиньоны. Дже неловко кивнул и приступил к трапезе, аккуратно перемешивая тонкую лапшу с соусом и грибами. Не хотелось выглядеть перед старшим грязнулей, не умеющем вести себя за столом, поэтому мальчишка старался делать всё как можно более аккуратно. Подцепив вилкой небольшую порцию угощения, Чхве поднёс горячую порцию ко рту, и, слегка на неё подув, проглотил. Джэбом, наблюдающий за его действиями, затаил дыхание, стараясь выглядеть не слишком очевидно взволнованным. - Ммм, это очень вкусно, - через несколько секунд смущённо признал донсен, аккуратно делая глоток чая, - Но слегка остро. Им фыркнул, стараясь не показать, насколько ему приятна похвала Ёндже, и только подложил ему немного пасты в порцию, чтобы уж точно наелся - а то вон, какой тощий. Обязательно надо исправлять.

***

- Что значит ты не знаешь, как обратить на себя внимание?! Ты же Им Джэбом! Голос друга на том конце телефона был слегка удивлённым, но не лишённым смеющихся ноток. Джебом устало потёр переносицу и недовольно нахмурился, обещая себе терпеливо выслушать приятеля несмотря ни на что. После того, как Дже стремительно покинул его квартиру, Иму нужно было срочно с кем-нибудь поговорить. Но, обнаружив, что младший по ошибке забрал с собой его телефон, круг абонентов резко сузился до одного человека, номер которого блондин помнил наизусть и мог позвонить со стационарного телефона, что он, в принципе, и сделал. И только сейчас Джэбом понял, какой опрометчивый поступок он совершил. Этот хён хоть и слыл милашкой-обаяшкой, но Им-то знал, что за личиной невинности прячется грозный серый волк-любящий-вмешиваться-в-личную-жизнь-других-до-безумия. Но блондин уже выложил этому любознательному чудовищу в шкуре добропорядочного гражданина и уважающего личную жизнь друзей всю суть своей проблемы, а значит, пути назад нет. По заинтересованному сопению можно было определить, что друга его история прямо-таки взяла за живое. - Ну и что дальше? – хмыкнул он в ответ, вертя в пальцах зажигалку, - Не думаю, что этот факт произвёл на него сильное впечатление. - Это всё из-за твоего внешнего вида, - уверил его собеседник, добавив авторитетности в голос, - Ты же словно огромный полярный медвежара: высоченный, грубый и сверлящий злобным взглядом! Того и глядишь, голову откусишь! А боль твоего сердца, судя по твоему рассказу, личность замкнутая и нежная. Думаю, ты его пугаешь. Джебом до хруста сжал старенький телефон. Он пугает свою пару? Им перевёл взгляд на зеркальную дверцу одежного шкафа. Из отражения на него грозно смотрел высокий сильный блондин, холодным взглядом проходясь по его фигуре сверху вниз. Как ни сложно было это признать, но, похоже, друг был абсолютно прав. - И что ты мне прикажешь делать? – рыкнул он, с силой бросая зажигалку в собственное отражение, - Совсем не появляться ему на глаза? - Нет, ну почему же? – услышав, как надрывно звякнуло стекло, собеседник заметно смягчился, - Просто постарайся за ним сначала поухаживать. - И что ты мне посоветуешь? – устало поинтересовался блондин, опускаясь на широкий подоконник. Сил спорить не было совсем. - Ну, - голос на том конце заметно оживился, - Попробуй быть с ним предельно осторожным. Сделай так, чтобы он не дергался от твоих прикосновений, и при этом не смей переть на пролом, как ты это любишь! Продемонстрируй ему, что ты не только сильный и весь такой крутой-независимый, но и способен его защитить, понимаешь? Кстати, я скоро приеду, будем тебе образ менять. - Зачем это? – насторожился Бом, нервно оттягивая горло майки. - Потому что я так хочу! *** Джэбом хмыкнул, заправляя прядку непривычно ярких волос за ухо. Как ни странно, старания хёна не прошли даром, как это обычно бывает, и Ёндже, кажется, понравился его новый образ. Им взглянул на довольно уплетающего за обе щёки его стряпню младшего, и сердце заныло от щемящей нежности. Давно ли он понял, что полюбил этого милого паренька? Да, он потерял голову ровно в тот момент, когда на посвящении в студенты в толпе первокурсников он нечаянно столкнулся взглядом с огромными грустными глазами, и отрицать это было бессмысленно. Неизвестный мальчишка, кажется, в тот момент даже не обратил на него внимания, а внутри Бома словно всё перевернулось. Метку обдало жаром, и тогда ещё блондин понял – вот она, его пара. Ещё прекраснее, чем он себе представлял. Когда спустя некоторое время рядом с его Дже появился этот надоедливый китаец, парень готов был рвать и метать. Хорошо, что этот недалёкий Джексон Ван так опрометчиво обидел Ёндже, теперь мальчик и на километр к нему не подойдёт. Конечно, жалко, что у Бэм Бэма оказалась такая отвратительная пара, но судьба и не такие фокусы показывала. Джэбом задумчиво прикусил губу. В глубине души он чувствовал вину перед президентом студсовета, но того, кажется, вполне устраивало положение дел. Тем временем Ёндже, закончив ужин, спрыгнул со стула и поспешил перейти барную стойку, чтобы помыть за собой посуду, но на полпути его остановили сильные руки, чуть оттягивая назад и не давая сдвинуться с места. Джэбом аккуратно отнял у него грязную утварь и сам направился к раковине. - Джэбом-сонбэ, я и сам могу, - нерешительно запротестовал Джэ, но его преспокойно проигнорировали. - Я хозяин дома, и не в праве заставлять своих гостей трудиться, - спокойно проговорил Им, открывая отсек под раковиной, - Тем более, у меня есть посудомоечная машина. Ёндже удивлённо уставился на рыжего, слега ущипнув себя за тыльную сторону ладони. Ну как можно быть таким идиотом? Конечно, в доме, в котором есть всё, обязательно найдётся хотя бы одна посудомоечная машинка. Дурак, дурак, дурак! Какой позор… - Ну, - тихо начал младший, неуверенно переступая с ноги на ногу, - спасибо за угощение, было очень вкусно! Мне… мне пора домой. - Я тебя подвезу. Джэбом не предлагал, он ставил перед фактом, и смущённый донельзя Чхве не смог отказаться. Оказалось, что подвозить его сонбэ собрался не на машине, а на шикарном новеньком мотоцикле**. Железный конь встретил хозяина безупречно отполированным блеском металла, и Ёндже, никогда прежде вблизи не видевший подобной красоты, восторженно застыл, не смея оторвать взгляда от японского произведения искусства. - Что, понравился? – лукаво прищурился старший, радуясь, что смог удивить Пару, и, получив одобрительный кивок, протянул Дже защитный шлем, - Так чего же ты ждёшь? Залезай! С непривычки у Чхве не получилось с первого раза взобраться на пассажирское сидение, но при помощи Има он всё же удобно устроился на жёстковатой поверхности. Внимательно прослушав краткий инструктаж о безопасности езды, младший дождался, пока Джэбом наденет свой шлем, и, дико смущаясь, невесомо опустил ладошки на бока старшего, боясь сжать их хоть чуть сильнее. Однако такие манёвры совсем не обрадовали Има. - Ты что, хочешь от первого же ветерка улететь? – недовольно буркнул Бом, крепко фиксируя руки донсёна на своём животе, - Вот теперь поехали. Когда ветер с силой ударил его по рукам, Ёндже подумал, что сейчас упадёт, но, стоило крепче прижаться к спине старшего, как этот страх улетучился сам собой. Джэбом на удивление легко управлялся с мотоциклом, и вскоре мальчик начал получать удовольствие от их поездки. Они быстро неслись по оживлённой трассе, но Дже любовался водоворотом звуков и огней, проносившихся мимо него на бешеной скорости. Но больше всего, к огромному стыду, ему нравилось прижиматься к спине Има, чувствовать, как под пальцами напрягаются мышцы сонбэ. В этот момент он ощущал, что его сердце наконец успокоилось, а сознание больше не терзают мучающие прежде мысли. Погрузившись в свои мысли, Ёндже не заметил, как они оказались напротив его дома. Почему так быстро? Немного разочарованно вздохнув, он неуклюже слез с мотоцикла и протянул шлем рыжему. - Спасибо за заботу, Джэбом-сонбэ, - пробормотал мальчик, поправляя очки. - Зови меня хёном, - попросил Бом, слегка касаясь на прощание пальцами, обтянутым кожаной перчаткой, ладошки Дже, и стремительно сорвался с места, улыбаясь совершено по-идиотски, потому что алые щёчки его Пары - нечто совершенно нереальное.