Несколько лет спустя.

      Заказав билет домой, Кларк пошла в дом Октавии. Она решила попрощаться со всеми прежде, чем снова улетит неизвестно на сколько. Линкольн успокаивал Октавию, которая бросилась в слезы. Она не хочет, чтобы блондинка вот так уезжала. Гриффин решила посидеть немного и с Лексой наедине. Шатенка все еще была в отключке. Просидев у нее минут десять, голубоглазая встала и направилась к выходу.       —Прощай... — только и произнесла Кларк, прикрывая за собой дверь. Слезы стали подступать к глазам.       Гриффин направилась к Октавии и Линкольну, чтобы попрощаться. Они обнялись, и Кларк стала уходить. Блондинка вспомнила, что пообещала заскочить к Робину и Эмме. Нужно попрощаться и с ними. Гриффин стоит у их дома. Стучит в дверь и покорно ждет.       —Открыто! — звонкий голос Эммы доносился с кухни. Видимо, она что-то готовила. Во всем доме вкусно пахло. Голубоглазая прошла на кухню.       —Здравствуйте! — голос Кларк звучал радостно. Она мило улыбнулась. Эмма была в яркой рубашке, а сверху был фартук, темно-синие брюки. Видимо они ждали прихода гостей.       —Кларк! Проходи, садись. Я пойду позову Робина, — женщина обняла Гриффин и ушла. Вернулась уже с мужем.       —Кларк! Привет. Рассказывай, помирилась с подругой?       —Ну, в этом и есть вся проблема. В общем, я уезжаю завтра утром обратно. В городе меня больше ничего не держит, — сдержано ответила Кларк, пожимая плечами.       —Очень жаль. Ну, ладно. Только смотри, чтобы ты снова не уехала просто так, обрывая все ниточки. В следующий раз будет тяжелее их восстановить. Ты бы еще сто раз успела помириться с ней. Скажи, только честно, ты ее любишь? — Эмма говорит уверенно. Она хочет, чтобы Кларк доверяла им.       —Я думала, что это все прошло. Я даже согласилась выйти замуж за какого-то козла. Но наши встречи... они все изменили. Хоть я часто получала от нее, а она от меня, я поняла, что чувства остались, только они не взаимные. Поэтому я и уезжаю.       —Хм, а она тебе прямо заявила, что у вас не взаимно и все такое? — спрашивал уже Робин. Голубоглазая, кажется, могла доверить этим людям все, ведь они сохранили письма. Черт! Письма!       —Мы с ней не разговаривали на эту тему. Но ее подруга ясно дала понять, что она как-то отстранилась ото всех после того, как случайно прочитала одно из последних писем. Да, именно в письме я написала, что люблю ее, но уверена, что она подумала, будто я из дружбы так написала.       —Ах, Кларк. У тебя все так сложно. Ты уезжаешь, чтобы она разобралась в своих чувствах, а ты в своих? — голос Эммы начал дрожать, а глаза бегать по лицу блондинки.       —Именно так. Ладно, я, наверное, пойду. Еще нужно собрать чемодан, — Кларк обнялась с Робином и Эммой. Она чувствовала, как глаза наполняются слезами.       —Хорошей посадки, Кларк! Если будешь у нас в городе, обязательно заходи к нам, — мужчина проводил девушку до двери. Им так не хотелось прощаться, но нужно.       Кларк собирала чемодан, вспоминая, что еще нужно взять. Вроде все собрала, нужно проверить полочки для всяких тетрадей. Гриффин смотрит на шкаф, зная, что внутри лежат письма и нож Лексы. Блондинка достает нож и кладет в чемодан. Письма же она долго рассматривает. «Нужно, наверное, отдать их Лексе...» — мелькает в голове. Ладно, так она и сделает. Голубоглазая отвезет письма шатенке перед отлетом. Ничто не изменит решение блондинки об уезде.       Гриффин вызывает такси, оно прибудет через двадцать минут. Отлично, есть время все обдумать последний раз. «А что было бы, если бы я осталась?» — Кларк невольно начинает думать об этом. «Лучше отдать письма лично или кинуть в почтовый ящик?». Блондинка решает, что нужно написать еще одно письмо сейчас. У нее достаточно времени. Достает чистый лист и конверт. «От кого: Кларк Гриффин. Кому: Лекса Граунд». Руки неподдельно дрожат, сердце колотится. Еще чуть-чуть и Кларк здесь уже не будет. Жизнь наладится. Начинает писать, думая над каждым словом.       «Лекса,       Пожалуй, это будет последним письмом тебе. Да, я решила снова уехать. Думаю, так будет лучше для нас обеих. По крайней мере, твоя ненависть ко мне, возможно, утихнет. Мне кажется, мы больше с тобой никогда не встретимся. Ведь сейчас это ни к чему хорошему не привело. Каждый начнет жизнь с чистого листа. Ну, я надеюсь. Мне тяжело расставаться с тобой, Октавией и Линкольном. Особенно с тобой. Но терпеть нападки я больше не могу, прости. Пишу в этот же день, что и улетаю. Да, спасибо за нож, он мне еще не раз пригодится, я уверена. Спасибо, что защитила от Финна. Спасибо за все. Прости, что вот так тебя огрела лампой, надеюсь, что голова уже в порядке. Я верю, что ты будешь рада, что меня больше нет в городе. Теперь тебе не придется меня терпеть, видеть. Мы больше никогда не встретимся, я обещаю. Надеюсь, что у тебя все будет в порядке. Не ищи меня, я буду далеко.       С наилучшими пожеланиями,       Кларк.»       Гриффин аккуратно складывает листок. Уже приехало такси, а слезы катятся по щекам. Нужно быстро привести себя в порядок. Все же, Кларк не решается отдать письма лично Граунд. Так будет лучше. Блондинка быстро умывается и спускается вниз. Таксист любезно помогает с чемоданом. Голубоглазая садится в машину. Приятный джаз доносится из магнитолы. Кларк невольно вспоминает перепалки с Лексой. Нужно бросать это дело. Таксист не лезет с расспросами, он лишь наблюдает за девушкой, чтобы та не натворила глупостей.       Они подъехали к дому Октавии и Лексы. Медленно, но верно, Кларк идет к двери, где висит почтовый ящик. Она закидывает туда все конверты, думая, правильно ли поступает. «Правильно!» — внутренний голос подсказывает ей.       —Прощайте, ребята! Прощай, Лекса! — Гриффин садится в машину, и водитель дает по газам.       Начинается дождь. Капли стекают по стеклу, в которое смотрит блондинка. Она не замечает, как начинает всхлипывать. Руки крепко сжаты в замок, чтобы не ударить себя. «Какая же я дура!» — голубоглазая продолжает вести внутренний диалог с собой. В ней борется любовь к Лексе и ненависть к себе, за причиненную боль. Они подъехали к аэропорту. Сердце, кажется, перестает работать.       —Девушка, с вами все в порядке? Я не могу вас отпустить в таком состоянии, — мужчина тревожно смотрит на Кларк. Он действительно волнуется за нее.       —Все правда в порядке. Спасибо за заботу, — Кларк отдает ему деньги, на что он лишь пожимает плечами. Гриффин выходит из машины и забирает чемодан. Она долго сомневается: стоит ли ей уезжать или все-таки попробовать поговорить с Лексой. «К черту эту Лексу!» — да уж, внутреннему голосу явно Граунд не по душе.       Блондинка заходит в аэропорт. Она как-будто вернулась в тот день, который был несколько лет назад, когда она уезжала. Сейчас Лексу ждать бесполезно, нужно пройти регистрацию.

***

Октавия сидела и приводила Лексу в чувство. Шатенка вот-вот должна очнуться. Так и происходит. Резко подрываясь с места, зеленоглазая ищет Кларк. Ее нигде нет. На душе скребут кошки.       —Где Кларк? Я снова облажалась и обидела ее...ауч, почему так болит голова? — Граунд сразу села на диван из-за жуткой головной боли. Она не понимала, куда делась Гриффин, но она надеялась, что та просто ушла домой.       —Кларк...уехала. Она больше не вернется. И это все из-за тебя! — Октавия срывается на крик. В глазах злость. Окти сжимает руки в кулаки, чтобы сдержать эмоции, которые хочется выплеснуть на зеленоглазую, но нельзя.       —В смысле? Куда уехала? Я ничего не понимаю, — шатенка сидела в шоке, все еще держась за голову. «Неужели, я так обидела Гриффин?» — мысли не укладывались в голове. С этим что-то нужно делать.       —Она уехала обратно домой. Навсегда. Кажется, оставила вот это, — Октавия протягивает письма. —В нашем почтовом ящике. Там твое имя, Лекса! — О встала и ушла из комнаты прочь, оставляя шатенку наедине с письмами и тараканами в голове.       Лекса держала в руках все письма, которые писала ей Гриффин в течение трех лет. Их было довольно много. Уже пожелтевшая бумага. Но один конверт был белый. «Свежий, наверное.» — подумала Лекса и открыла его первым. Это было то самое письмо, которое Кларк писала накануне. Шатенка пробежалась глазами по письму. Еще раз. И еще раз.       —Вот черт! — только и крикнула она.       Граунд начала быстро собирать вещи, она должна успеть, должна. Покидав в сумку пару футболок, захватив кофту Граунд помчалась к Окти. Она поцеловала ее в щеку.       —Объяснения потом, скоро увидимся! — с такими словами зеленоглазая побежала ловить такси.       Лекса нервно смотрела на часы. Вот черт, не успевают.       —Можно быстрее? Плачу в два раза больше! — зеленоглазая почувствовала, как кровь начала закипать. Водитель лишь кивнул и дал по газам. Так-то лучше.

***

      —Даже не жди ее! Она лежит в отключке, по твоей вине, — буркнула Кларк себе под нос. Она уже прошла все проверки и просто сидела смотрела в пол. Слезы подступали к глазам. —Давай только не плакать в аэропорту.       Оставалось совсем немного времени. Пора было идти к самолету. «Ладно, пора. Она же не появится, Кларк. Ты такая наивная!» — внутренний голос убеждал девушку идти к самолету. Блондинка дает билет девушке. Назад пути нету. Долго проверяет билет же. Гриффин начинает нервничать.       —Кларк! Кларк Гриффин! — ну вот опять ей мерещится голос шатенки, как и тогда. Но почему-то Кларк оборачивается. Зеленоглазая стоит и смотрит на нее. Женщина за стойкой все же пробивает билет. Все. Пути обратно точно нет. Голубоглазая снова оборачивается к Лексе и пожимает плечами. Она уходит в самолет. На глаза Граунд навернулись слезы. Она не собирается вот так просто отпустить блондинку, не прояснив ситуацию. Нужно что-то придумать.