Щукины

Алиса

- Почему ты мне ничего не сказал? - зло и разочарованно выговорила я, смотря на фотографию. - Он не сможет тебе ответить! Все закончилось! Выметайся из моего дома и забери свои вещички! - в комнату влетела разъяренная мачеха. - Я не спорю, дом твой, но машину и квартиру в Подольске я забираю! - не понижая тона, ответила я. - Катись к чертям! - она вышвырнула меня из комнаты, и я больно ударилась об стену, по-моему разбила губу. Боль была не выносимая, как в губе, так и в душе. Как она смеет? Мачеха не может выгнать меня из дома за то, что я дочь покойного мужа! Вот тварь! Да, неделю назад у меня умер отец, точнее его убили друзья мачехи, для того, что бы та завладела его имуществом. Скотина! Ненавижу! Вчера из документов на опекунство я узнала, что у меня есть два старших брата и мать, которые живут в Подольске. Сегодня я еду к ним. Отец оставил мне там квартиру и машину, на которой я туда отправлюсь. Права у меня с шестнадцати лет. Отношения с папой у меня были очень напряженные. Этому предшествовал мой характер и его ненормальная жена. Как же я ее ненавижу. Тварь, самая последняя! Судиться без полезно, ее отец главный судья, но он не то, что бы на стороне дочери , он скорее на моей. Но дочь свою любит. Все вещи были загружены в чемоданы и давно уже лежали в машине. Одев на себя светлые джинсы по щиколотку, свободную белую футболку, вязаный кардиган и парку с шапкой, шарфом и перчатками, я выбежала из дома. Но я поняла, что поторопилась. Медленно поднялась по ступеням и опять зашла в бывший дом. - Я же сказала, чтобы ты не возвращалась! - донеслось с лестницы. - Я только кое-что заберу и уйду, - кивнула я, показывая средний палец. Я зашла в бывший папин кабинет. Подошла к сейфу и открыла его. Там лежали документы на дом, адресованный маме, сертификат на хоккейные вещи, адресованные братьям и документы из банка. - Я тут немного передумала насчет веще и дома, - я помахала бумагами перед лицом мачехи, - И никакой папочка тебе не поможет! - Вернись гадина! Немедленно! - она указала охранникам на меня, но догнать они не успели, я ела в машину и поехала по дворам, что бы у них не было возможности меня вычислить. Губа все еще болела, слез уже не осталось, была только боль. Вернусь в Подольск, вернусь к "Медведям". Мне было пятнадцать, когда меня оттуда увезли, сейчас мне семнадцать. Конечно в Москве много хоккейных клубов, но в Подольске один единственный, к которому я привязалась. Да, я занималась с парнями, но они очень тепло ко мне обращались. Вообще в хоккее я с пяти лет. А в Москве от не фиг делать стала заниматься танцами, но учиться долго не пришлось. Закончила вместе со школой. Поступать собралась на адвоката, но жизнь свяжу с хоккеем. Думаю ребята меня помнят.

***

Я ехала два часа, за это время я успела оторваться от охранников и завести их в тупик. Да, у меня хорошая логика и сообразительность. Вот.... Я подъехала к дому мамы. Раз... Выхожу из машины и достаю чемодан... Сердце ушло в пятки и теперь выбивает бешенный ритм. А вдруг не примут? Вдруг они здсь уже не живут? Два.... Захожу в подъезд. Ноги стали ватными... сердце забилось сильней... Три.... Дохожу до двери квартиры. Волнение охватило меня сильней.... Звонить? А может развернуться и уйти? Нет, что за бред? Вся моя смелость куда-то делась. Ну, с Богом... Я нажала на звонок. Никто не открыл. Еще раз. Тишина. Может дома нет? - Иду, - послышалось из-за двери. Может убежать? Дверь открыл паренек лет восемнадцати. - Вам кого? - его голубые глаза смотрели на меня. Кто это? Я ошиблась квартирой? Сердце забилось сильней. - Елена Константиновна здесь проживает? - охрипшим от волнения голосом, поинтересовалась я. - Мам, тебя, - он жестом пригласил меня войти. Я немного растерялась. Это Дима или Егор? Неужели я так сильно за два года изменилась? - Вы ко мне? - из комнаты вышла женщина с длинными черными волосами. - Мама... - Алиса? - еле слышно спросила она. Из глаз потекли слезы. Мама подошла ко мне и обняла. Я прижала ее к себе сильно - сильно, давая понять, что я очень сильно скучала. - У нас гос...- из зала вышел еще один парень чуть старше. - Алиса! - закричал тот и, подняв меня, начал кружить, - Ты так изменилась! Как же мы давно тебя не видели! - Егор, я скучала, очень сильно, но не было возможности увидеться, - я стиснула брата в объятьях. - Димка! - я полетела на другого брата. Еще минут двадцать мы стояли на пороге и просто обнимались. - Ой, что же мы стоим? Проходи, мальчики покажут что и где, - опомнилась мама. - Как будто я не вспомню, - ухмыльнулась я. - Помнишь время тренировок? Думаю Дед тебя еще помнит, - предупредил Егор. - Он еще тренирует? - обрадовалась я. - Куда он от нас денется? - на веселой ноте ответил Дима. Я посмотрела на всю семью. Дима с Егором так выросли, возмужали. Мама совсем не изменилась. - Наверное сильно переживаешь? - спросил Дима, когда мы усаживались за стол, за это он получил подзатыльник от Егора. - Ну вообще да, но мы особо-то близки были, папа постоянно в разъездах был, а его чокнутая жена меня пилила, от нее, кстати, мне здорово досталось, - при упоминании о Ксении мама заметно погрустнела. - Это она тебе губу разбила? - взгляд Егора упал на мою рану на нижней губе. - Мы два года то и делали, что дрались. Бои были не на жизнь, а на смерть. Ну мне было легче, в хоккее в пяти лет, как никак! - усмехнулась я, - Кстати, папа оставил документы. Я достала из портфеля документы на дом и из банка, которые протянула маме и сертификат, который отдала братьям. - Позже обсудим, - прошептала мне на ухо мама. Я кивнула. - А кто из команды ушел? Или все на месте? - Антипов, - немного помедлив, ответил Дима. Степан Аркадьевич хвалил нас с Антоном иногда. Мы не то, чтобы были близки или прям друзья-друзья, нет, мы просто хорошо общались. Некоторые думали, что у нас любовь, но нет, они ошибались. Хотя первое время я действительно была к нему неравнодушна. - Почему? - я была немного шокирована новостью. - У него девушка раньше работала пресс-секретарем, но потом что-то случилось и она уволилась, а он ушел из команды, - пожал плечами Егор. - Значит девушка была, - пробубнила я себе под нос. Почему-то в районе сердца что-то неприятно кольнуло. Неужто пробуждение прежних чувств? - Ты чего? - мама потрепала меня за плечо. - Ничего, просто задумалась, - я мотнула головой и постаралась отбросить мысли подальше. - Я спрашиваю, пойдешь на тренировку? Мне кажется, что Дед тебя примет, - улыбнулся Егор, а Дима уткнулся в книгу. - Конечно, я че, дура что ли, - я стукнула брата по носу. - Раньше в детстве, ты очень сильно была похожа на меня, - вспомнила мама. - А потом твои глаза начали приобретать серо-зеленый цвет и волосы немного посветлели, - продолжил Егор. - То есть немного? - я изогнула бровь. - Ну раньше были каштановые, ближе к темно-рыжему, а сейчас и вовсе рыжие, - пояснил он. - Заметь, огненно-рыжие, - поправила я его. - Ты мечтала, чтобы они превратились в рыжие, - кивнула мама. - Я думала это невозможно! - "обиженным" тоном ответила я. Мы с Егором начали обсуждать хоккей, а Дима куда-то ушел. Я была самая младшая и поэтому у меня всегда складывалось впечатление, будто меня никто не любит. Так, за общей болтовней и шутками, я не заметила, как пришло время собираться на тренировку, буду надеяться, что меня примут. Спортивная сумка весила не мало, но я привыкла носить тяжести, поэтому мне было легко. - Слушай, а как там в Москве? - немного замявшись, спросил Егор. - Ты про хоккей? Или про что? - я не поняла вопроса. - Ну да, - он рассмеялся. - Я хотела в мужскую по-сколько привыкла к нагрузкам, а меня определили в женскую, а там меньше немного нагрузка, поэтому мне было легко. Перепалки с тренером мне мешали, - я шла в пол оборота. - Из-за чего перепалки? - поинтересовался Дима, которого я не замечала. - Я на играх много к борту прижимала людей, а это были мои одногодки, которых иногда я калечила. Не представляешь, с каким облегчением на меня тренер и команда смотрели, когда я сообщила, что ухожу, - улыбнулась я, - А меня примут? Я немного загрустила, мне казалось, что в команде уже не та добрая обстановка и я буду там лишней. - Конечно примут! Ты не представляешь, как Дед о тебе отзывался! - с восхищением почти одновременно отозвались Егор и Дима. До Ледового идти было не долго. Дошли мы быстро, и самое интересное я не замерзла. Егор повалили меня на снег, а Дима начал обстреливать снежками. Потом я отомстила обоим. Егору засунула снег в перчатки, а Диме немного за шиворот. - Тут ничего не изменилось, - с горечью в голосе сообщила я. - Возможно, - Дима еле как отряхнулся от снега, - Теперь мне холодно! - "обиженно" сказал тот. Я довольно улыбнулась. - Ребят, может не надо? Это рискованно, - я схватила братьев под руки, но те сопротивлялись. - Чем рискованно? - Мной. Перед раздевалкой я снова затормозила. - Пожалуйста, - умоляющим тоном попросила я. - Да не ссы, - Егор запихал меня в прихожую раздевалки. - Я тебе отомщу, - погрозила кулаком я. - Девушка, а Вы вообще в курсе.... - это Кисляк? Это Андрей? Ничего он вырос! Капец! А там Миша? А это, что, Вадим, что ли? Офигеть, как все выросли! - Да, Кисляк, я в курсе, что это мужская раздевалка! Я в женскую! - довольно растянув слова и указав на дверь, я направилась в небольшую комнату. Дело в том, что для меня отвели небольшую комнатку, где сделали душевую и место переодевания. Здесь заметно опустело. Нет моей клюшки, коньков, формы. Мда... Из мужской послышалось... - Я чет не понял, - заинтригованно произнес Кислый. Я, в который раз, довольно улыбнулась. Я быстро переоделась и пошла на лед, мне повезло, потому что в раздевалке остался только Дима. - Может надо было сначала предупредить Степана Аркадьевича? - недоверчиво поинтересовалась я. - Его Егор предупредил уже, - шепнул он мне на ухо и пошел на лед, я отправилась за ним. - Ну, с Богом, - взмолилась я перед тем, как зайти на арену. - Рад тебя видеть! - из угла выскочил Степан Аркадьевич. - Я тоже, очень, - я пожала ему руку. - Ну что ж, Медведи, вспоминайте, - он говорил членораздельно, - Алис, заходи, - он подтолкнул меня немного. - Алиса? Щукина? - первым опомнился Костров. Я мотнула головой. По толпе прошлись довольные возгласы, кто-то забил клюшками, кто-то (такие, как Кисляк) полезли обниматься. Потом началась тренировка, вот к таким нагрузкам я привыкла. Вот это мое. Домой мы пришли уставшие. Дима быстро поставил раскладушку, пока я мылась, а мама ее застелила. Как только пришла, сразу уснула... ну или еще в воздухе, по пути к подушке...