Новые главы старой истории

Я уже битый час сидела за столом и копалась в бумагах, подписывала их, стараясь вникнуть в суть написанных строк. Если бы я знала, на что соглашаюсь, то не приблизилась к тому кабинету ни на метр. Мне сразу не понравилась эта идея, но переубедить остальных не удавалось. В итоге, теперь я целыми днями пропадала среди четырёх стен своего кабинета за столом, на котором не было ни местечка, где бы не лежал какой-то документ. Я думала, что смогу жить нормальной жизнью. Но, видимо, для меня это слово несёт совершенно иной смысл. Почти весь день я проводила на работе, мало виделась с семьёй. Мне так хотелось передохнуть, но я не могла бросить всё и исчезнуть даже на день. Ответственность, которая свалилась на мои плечи, не позволяла мне этого. Стук в дверь заставил меня оторваться от смысла очередной важной бумажки, но ненадолго. — Войдите, — сказала я и продолжила изучать документ, не поднимая на вошедшего глаз. Краем уха я прислушивалась к происходящему, чтобы в любой момент отставить документ и выслушать своего посетителя. Но ничего не происходило. Раздражённо посмотрев на дверь, я увидела застывшего там голубоглазого мальчишку и нежно улыбнулась. — Михаэль, иди ко мне, — позвала я его, и он в считанные секунды оказался рядом. — А что ты делаешь, мам? — раздался звонкий детский лепет, заставивший меня улыбнуться ещё шире. — Работаю, моя радость, — тяжело вздохнув, ответила я, погладив своё трёхлетнее чудо по растрёпанным светлым волосам. — Ты не сможешь прогуляться со мной? — с надеждой спросил Михаэль. — Сейчас нет, если только немного позже. Обиженно вздохнув, он побрёл к двери. Уже не первый раз я обещаю погулять с ним, но мне постоянно не хватает времени, а порой и сил, чтобы исполнять свои обещания. — Она снова не может! Она всегда занята, — из приоткрытой двери раздался капризный, чуть ли не плачущий голос сына. Кто-то тихо ответил ему, но я не смогла разобрать ни слов, ни человека, которому этот голос мог принадлежать. Михаэль утих, и я уже собралась вернуться к бумагам, клятвенно пообещав самой себе сегодняшний вечер провести с сыном. Но продолжить свою работу мне так и не удалось. — Снова безвылазно сидишь за своими бумажками? Мне даже не надо было поднимать на вошедшего глаз, я прекрасно определила по голосу, кто это. — Ты сам настаивал на том, что я должна заниматься этим. И порой мне хочется убить и тебя, за то, что так на этом настаивал, и себя, за то, что всё-таки согласилась. — Ну, знаешь ли, когда я настаивал на этом, я не подразумевал, что ты целыми днями будешь скрываться от всех в своём кабинете и штудировать все эти бумажки. Он встал позади меня и приобнял за плечи. От такого простого проявления нежности стало так тепло и уютно, что руки сами выпустили очередной лист, а его содержимое тут же влетело из головы. — Наш сын уже не помнит, когда его мама в последний раз заходила к нему не ради того, чтобы пожелать спокойной ночи. Я заглянула мужу в глаза, ибо сил рассказывать о своём сожалении уже не было. Мне и правда было стыдно, что я так редко захожу к Михаэлю. Я очень сильно скучаю по ним обоим, но совмещать свои обязанности и семью, видимо, не научусь никогда. — А вчера он мне вообще заявил, что хочет братика или сестрёнку, чтобы ему одному не было так скучно. В глазах Энди блеснуло предвкушение исполнения этой просьбы, и его взгляд притягивал меня к себе лучше всяких магнитов. В эти неестественно яркие голубые глаза я готова была смотреть вечно. — Но это позже, — шепнул он. — А сейчас бросай свои бумажки, мы отправляемся на прогулку. Не позволив мне произнести ни слова против, Энди взял меня на руки и вынес из кабинета, за дверью которого нас ожидал Михаэль. Увидев меня, он тут же забыл про свою обиду и радостно засмеялся, прыгая вокруг нас. — Куда ты хотел отправиться? — спросил Ди у нашего сына. — Я хотел покататься верхом, — пролепетал он, переводя взгляд с меня на Энди и обратно, будто ожидая услышать отказ. — Конечно. Отпусти меня, пока кто-нибудь не увидел, — тихо потребовала я у мужа, но тот даже не шелохнулся. — Ты кого-то стесняешься? — спросил он и изогнул правую бровь в своей излюбленной манере. Но поставить меня на пол ему всё же пришлось. По коридору послышались чьи-то спешные шаги, и, поймав мой требовательный и грозный взгляд, нехотя Энди всё же выпустил меня из своих объятий. Человеком, так спешившим в мой кабинет, оказался старик Нортон. Он отлично справлялся со своей работой, не смотря на возраст, но был до ужаса дотошным. Если ему понадобится что-то, он точно не отвяжется, пока не получит этого. — Правительница! — воскликнул он, увидев меня. — Я как раз спешу к вам. Я нашёл ещё одну ошибку в составленном недавно законе… — Нет, Нортон, на оставшийся день Правительницы нет, все вопросы подождут до завтра, — ответил Энди, даже не дав старику закончить. — Но… Тогда, может, вы? — не расстроился мой помощник. — Меня тоже нет до завтрашнего дня. Оставь все государственные дела на сегодня и передохни. В твоём возрасте вредно столько трудиться. — Но как же… — собрался было возразить он, но в последний момент задумался. — Хорошо, Правитель, но завтра утром я буду ждать вас в вашем кабинете, а после подойду и к Правительнице. С этими словами старик скрылся, а Энди тяжело вздохнул и картинно закатил глаза. Да, от Нортона не было проходу никому, зато благодаря ему всё выполнялось вовремя и сам по себе он был хорошим человеком. Михаэль, не дождавшись, пока мы прекратим молча переглядываться, встал между нами, схватил за руки и потянул к лестнице. Рассмеявшись, мы с Энди побрели вслед за нашим сыном, слушая его восхищённые мечтания о нашей предстоящей прогулке. И я снова пообещала себе выполнить все его мечты, потому что улыбка на лицах двух самых дорогих мне людей и была для меня настоящим счастьем. По пути мы встретили Криса и Ханну, у которой уже заметно округлился животик. Они не спеша прогуливались по дворцу, держась за ручки. Эти двое решили пожениться только через год после того, как пал бывший Правитель и престол заняла я. Да и с детьми они особо не торопились. Первый год после падения «моего отца» нельзя вспоминать без содрогания, настолько тяжело было его пережить, восстановить полуразрушенную страну и улучшить жизнь народа. Я сделала свой выбор, о котором сейчас ни капли не сожалею. С того момента люди стали свободными, за что не переставал благодарить меня и Чёрный Легион. Я предложила им выбрать себе нового Правителя и хотела отказаться от якобы принадлежащего мне титула, но тогда взбунтовался не только народ, но и ребята, а в первую очередь Энди. Мне пришлось сдаться, но в отместку своему любимому я передала ему обязанность править страной вместо меня. Мы равноправно решали судьбу нашей страны, и тогда пропадала в своём кабинете не только я, но и он. Джинкса я поставила новой главой гильдии Мистиков, прекрасно зная, что он справиться с этой задачей. Крис также остался здесь и принял на себя обязанности подготовки Воинов Дворца. Джейк предпочёл спокойную жизнь в городе, но часто заглядывал в гости, а Эшли продолжил свой излюбленный образ жизни, но отпускать его подальше от себя я не захотела. Несмотря на его возражения, я выделила ему шикарные комнаты во дворце и приглядывала за ним, чтобы этот алкоголик совсем не спился. Взобравшись в седло своей рыже-чалой кобылы, которую так любил Михаэль, я приняла сына из рук Энди и усадила впереди себя. Подождав, пока Предсказатель взберётся в седло своего жеребца, я слегка ударила лошадь по бокам, и мы направились прочь из города, в место, где нас троих никто не мог найти, о существовании которого знаем только мы. Жители города, наши подданные, радостно махали нам в след. Даже спустя четыре года они не прекращали благодарить нас за освобождение от тирана. Слыша их искренние слова благодарности, прижимая к своей груди самое дорогое, что у меня есть, и чувствуя рядом своего любимого, я понимала, что моя жизнь стоила всего этого, что я не зря испытала так много боли. И если это награда за мои страдания, я готова вынести их ещё раз, чтобы вновь и вновь видеть счастливые улыбки дорогих мне людей.