Chapter 1
8 июня 2016 г., 00:40
How soon do we forget, how we felt? Dealing with emotions, that never left Playing with the hand that we were dealt, in this game… Maybe I'm the sinner, and you're the saint Gotta stop pretending, what we ain't Why we pointing fingers, anyway? When we're the same Ariana Grande — Best Mistake
— Вы уверены в своем решении? — спокойный, но немного настороженный голос доктора заставил омегу закусить губу до крови. Солоноватый привкус. Стайлз закрыл глаза пытаясь собраться с силами и дать ответ. Утвердительный. Не смотря ни на какие предупреждения и последствия, он порвёт эту чертову связь. Связь, что лишь мешает им обоим. Дерек Хейл. Чёртов Дерек Хейл испортил жизнь не только ему, но и самому себе долгое время пытаясь это скрыть. Виновата во всём природа, и Стилински это осознавал, но легче было валить всё на альфу, чем на мать-природу. Брюнет не виноват в том, что его истинная пара оказалась ему не нужной. Измена за изменой лишь доказывали тот факт, что семья и муж — обуза для чёртового Хейла, а глупый Стайлз всё это терпел, прощал, однако всему наступил предел. Просто в одно прекрасное, солнечное утро, омега осознал, что не хочет больше жить с Альфой, который трахает всех девушек, с которыми знакомится. Стилински понимал, что Хейл — идеал которых на земле почти не осталось: чистокровный Альфа, имеющий хорошую родословную, успешный в карьере и внешностью очень даже не плох. На таких вешалась каждая вторая Омежка и пятая Бета. С одним лишь ему не повезло — пара досталась не по уровню. Стайлз — почти ничем не приметный омега, один из тысяч таких же. Ореховые глаза, море родинок, худоба и вместо крови — сарказм, вот краткое описание мистера Стилински. Ему казалось, что пара это что-то родное, близкое, что ты знаешь издавна, но даже если и не знаешь — понимаешь и ощущаешь, даже не имея встреч. Связь не только физическая, но также ментальная, что очень сказывалось на обоих партнерах после их встречи. Первая встреча — первый зрительный контакт и всё… Связь — гораздо глубже любви и привязанности. Что-то наподобие цепи, которая при необходимости позволяет взлетать. Не в этом случае. Стилински устало провел ладонью по лицу. — Уверен…. — Хорошо, тогда пройдемте в другой кабинет… — док указал мужчине на дверь рядом с выходом.***
Очнулся шатен уже в больнице. Он ничего толком не помнил после того, как дверь кабинета была заперта врачом. Рядом с его койкой сидел задремавший отец, а на соседнем стуле погруженная в сон Мартин. Её усталое лицо давало понять, что Стайлз в больнице не пару часов. — Пап… Пап…. — Стилински испуганно дергал отца за руку, пытаясь разбудить, — пап, где я? Где Джеймс? С ним все хорошо? Шериф быстро очнулся и обнял сына, по его красным глазам было ясно — тут не только хроническая бессонница и недосып. Джон плакал, а значит случилось что-то серьезное. На стуле зашевелилась Лидия и открыв глаза сразу же подскочила. — Стайлз… мой хороший! — женщина подошла к кровати, — ты очень нас напугал… — под её глазами лиловые пятна — недосып. Лидия Мартин редко, когда не наносила макияж и всегда следила за своим распорядком. Следовательно, случилось что-то действительно серьезное. — Что случилось? Почему я тут и где Джеймс? — Стилински взял рыжую за руку и умоляюще посмотрел. Все его мысли были только о малыше, который был у Дерека. Два раза в неделю. Так договорились, пока идет сбор документов. Альфа не говорил ничего против, лишь молча принял предложенные условия. Понимал, что другого выбора нет. Стайлз в любом случае в праве указывать Хейлу, ведь, как-никак, был законным мужем шесть лет. Из чувства долга, привязанности и привычки, так было заведено у них в семье — всё, что касается воспитания ребенка — ответственность Стайлза. Несмотря на то, что он был омегой, Хейл был уверен — Стилински воспитает их сына, Альфу, таким, каким он должен быть: ответственным и сильным. — Ты был на приеме у врача… помнишь? — голос женщины дрожал. Шатен неуверенно кивнул. — Ты пытался разорвать связь между тобой и Дереком… — А я как знал, что не нужно этого!!! Чувствовало моё отцовское сердце, что к добру не приведет! Связь это что-то большее, чем мы можем представить! — вставил слово шериф. — Помнишь?.. — Лидс аккуратно взяла Стайлза за руку. — Я помню, как закрылась дверь за врачом… — омега зажмурился, пытаясь припомнить дальнейшие события — это не дало никакого результата, лишь голова стала болеть ещё сильнее. — Стайлз… в общем…. — Мартин смахнула слезу. Шатен нахмурился. Ему не нравилось происходящее, — у тебя… Дверь открылась и влетел заплаканный Джеймс. — Папа… папочка! — мальчик испуганно прижимался к кровати, пытаясь забраться на нее, однако его маленькие ручки всё время соскальзывали. Шериф подсадил внука к сыну и тот обнял отца. — Джеймси… — Стайлз прижал малыша к себе. Хоть кто-то родной и не предает. Его маленькое сердечко билось так часто, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Он закрыл глаза, прислушиваясь к, уже привычному, сердцебиению внутри себя. Биение маленького сердечка будущей дочери. Тихо… Что-то не так… Стилински приложил ладонь к своему животу. Тишина… Тишина там, где должны быть хоть какие-то признаки жизни. Шатен поднял голову и посмотрел на Мартин. По её щекам текли слезы, а сама она шептала: «Мне так жаль. Стайлз… так жаль…» Мужчина крепче обнял сына и расплакался.***
Время шло незаметно. Омега знал, что за разрыв связи природа возьмет что-то своё, но не думал, что она окажется настолько жестокой. Его маленькая девочка… Он до конца своей жизни будет сожалеть о содеянном. Стилински заперся в себя, пытаясь забыть всё, что связывало его жизнь до и после. Внутри было пусто, серо и безразлично. Ноль эмоций, ноль переживаний… Ноль любви. Все ощущения сошли на нет, неважно к кому или к чему. Каждый день просыпаться и ощущать себя убийцей, понимать, что виноват в смерти маленького живого существа стало привычным для мужчины. Он ненавидел свою жизнь, ненавидел день, когда решился на разрыв связи, он ненавидел Хейла. Все клетки были против мыслей о нем, против воспоминаний и против чувств. Стилински хотел ненавидеть мужа. Предатель. Это слово нужно высечь, как клеймо, на теле Дерека, потому что на сердце оно и так уже есть, чтобы все, абсолютно все, видели, каков этот Альфа на самом деле, чтобы каждая омега, или каждый бета избегали брюнета. Стайлзу хотелось сделать больно, хотелось искалечить Хейла, как тот поступил с ним. Не в физическом смысле, а в моральном. Хотелось взвалить на того большую часть вины, накричать, унизить. Но он знал — Хейл моральный урод. Любящий человек, не пошел бы гулять, любящий не лгал бы, любящий хотя бы приехал и узнал как дела. Хоть Стайлз и не хотел его видеть, но то, что Альфа не навестил ни разу его в больнице, больно кололо сердце. Каждый день он ждал, когда откроется дверь и в палату зайдет бывший муж, но всегда его сердце предательски ёкало, как только зашедший оказывался не Дереком. Сердце, словно падало в пропасть.Стайлз — падал в пропасть. Нельзя показывать, что тебе плохо от происходящего. Нельзя давать слабость. Плохо — сожми зубы и терпи. Хочется плакать — закуси кулак. Но ни за что не показывай свою боль, не давай ей выйти наружу. Это принесет лишь лишние переживания дорогих тебе людей. В конце концов у него есть малыш Джеймс, которому нужен хоть какой-то достойный отец. С самого рождения сына, Стайлз сам себе сказал, что воспитает достойного Альфу, не таким, как его папа. Отныне, Дерек Хейл — предатель. Отныне Дерек Хейл — прошлое. Отныне, Стайлз Стилински — убийца. Отныне Стайлз Стилински — одиночка.
