Моя любовь

POV Стайлз Через 10 минут я вышел из палаты отца. Я его не узнал, он был весь обмотан бинтами, там, где не было бинтов, были царапины и синяки, и все эти многочисленные трубочки… Боже, он был неузнаваем, так тихо дышал, что я испугался за него еще больше. Это было просто ужасно. Ну вот, я только вышел, а на меня уже посмотрели шесть пар глаз, в таких разных глазах я вижу сочувствие и понимание, и… Любовь? Но я себя быстро одёргиваю, ведь у Лидии Мартин теперь своя жизнь, а у меня своя. — Стайлз, — ко мне подошла Кира и обняла, но так осторожно…. Пару минут назад меня обнимала Лидия, и я знал, как правильно ответить, но в этой ситуации я даже растерялся. Ведь Кира не любит показывать свои чувства на людях, будь то семья, или друзья, слишком гордая для каких-то там соплей, которыми она когда-то переболела. — Кира, всё хорошо… Со мной всё хорошо, — говорю я ей в макушку. — Я лучше поеду домой. Мне нужно выспаться и прибрать в доме. — Стайлз… — начал было Скотт, но я его перебил: — Я сказал, что мне нужно отдохнуть!!! От моего ора Кира сразу же отпрянула от меня, Скотт закрыл рот, так и не успев ничего сказать, у Эллисон глаза стали огромными, а Лидия… Лидия взяла за руку Айзека, а тот даже не сопротивлялся, как будто так и должно быть. Я предательски посмотрел на неё и снова почувствовал, что пик ярости может настигнуть меня в любой момент. Я ведь говорил себе уже не раз, что у неё своя жизнь, а у меня своя, и что наши жизни больше никогда не пересекутся, я уже это выучил, я повторял всё это, как мантру. Но она убила меня своими объятиями, своими нежными прикосновениями, своим волнующим дыханием мне в область шеи. Я нёс какой-то бред, типа: «У тебя всё ещё есть я». Боже, ну зачем я это ляпнул? Может, моё подсознание до сих пор хочет вернуть Лидию, хочет, чтобы она будила меня своими горячими поцелуями, меня, а не Айзека. Кому я вру, конечно же, я этого хочу! А этот Айзек все глаз не может с неё свести. Может, это всё игра подсознания, а может, и сердца… Всё неважно! Теперь, всё неважно! Я наконец-то всё понял и сопоставил. Я понял, почему Айзек избегал меня всё это время. Этот трус боится посмотреть мне в глаза, не то, что поговорить! — Стайлз, подожди! — слышу голос позади себя, — Стайлз, если тебе что-нибудь понадобится, ты звони, хорошо? — Катись к дьяволу! — я даже не повернулся к Лидии. Конец POV Стайлза А если бы он все-таки повернулся, то увидел бы, что её тело сотрясает крупная дрожь, а из глаз потекут слёзы, прокладывая мокрую дорожку на её пухлых щеках. Она была в шоке. Да все кто там стоял, были в шоке! *** Домой Стайлз вернулся в 18:40. Он не надеялся обнаружить в квартире Эрику. Она явно после того, что произошло в больнице, не намерена оставаться один на один с психопатом, готовым тебя придушить в любой ему удобный момент. После больницы Эрика приехала в дом Стилински и наспех собрала свои самые важные вещи. Кое-как, трясущими руками, написала записку Стайлзу и оставила её на кухонном столе. Но записку Стайлз не стал читать, так же как и её оставшиеся вещи, он выкинул в мусорный контейнер. А потом с облегчение разлёгся на диване. Следующие сорок минут его взгляд был устремлён в белый потолок, а позже он уснул, не заметив этого. *** Стайлз проснулся от настойчивого звонка в дверь. Еле разлепив глаза, он нехотя поплёлся посмотреть на незваннооо гостя, по пути задевая всё, что только попадалось под ноги молодого человека. Через несколько мгновений он стоял возле двери и тяжело дышал, всё не решаясь её открыть. «А вдруг Эрика пришла забрать свои вещи?» «А может, это коллеги по папиной работе?» «А может, доставщик пиццы ошибся номером дома?» Слишком много «А может…». Так или иначе, но Стайлз должен был открыть дверь, и он, затаив дыхание, все же открыл ее… Перед ним стояли его друзья, бывшая девушка, которая на подсознательном уровне должна стать его другом и новоиспечённый враг Стайлза — Айзек Лейхи. — А я вам говорил, что он откроет! Надо было только чутка подождать, — весело сказал Скотт. — Привет, — Сайлз недоумённо смотрел на улыбающихся лучших друзей. — Как ты? — обеспокоенно спросила Кира. — Всё нормально, разве не видно? — Стайлз попытался выдавить, что-то типа улыбки, но внутри у него была полная пустота. — Прекрати! — строго сказала Лидия. — Мы пришли с миром… И ещё мы поесть принесли. Стайлз тяжело улыбнулся: — Ну, проходите. У меня всё равно есть нечего. А у вас есть. Еда — это святое. — Это правильно, — весело сказала Эллисон. Все дружно они вошли в тёмный коридор дома Стилински. — Боже, Стайлз, включи свет, — попросила Лидия и ту же споткнулась об тумбочку. — Вот чёрт! Чёрт! — хромая на одной ноге, Лидия попыталась ухватиться за что-нибудь… И как не странно, это что-нибудь оказалось плечом Айзека. Стайлз включил свет и увидел картину: Мартин, смеясь, попыталась ухватиться правой рукой за больную ногу, а левой рукой держаться за плечо Айзека. А тот время не терял, ухватился одной рукой за её тонкую талию. — Лидс, ты в порядке? — спросила Эллисон. — Да, да, всё нормально, — Лидия опустила руку Айзека и уже двумя ногами стояла под пристальным взглядом Стайлза. — С тобой точно всё в порядке? Я что-то не уверен, — съязвил Стайлз и пошёл на кухню. — Что это с ним? — спросила Кира. — Ну, давай посмотрим, что с ним: его девушка Эрика, это уже повод для грусти. Так, дальше: она по непонятной причине напивается, садится в машину с отцом Стайлза… И попадает в аварию, отец Стайлза в коме, и только пару часов назад вышел из неё. Действительно?! Что с ним? — слукавил Айзек, приподнимая одну бровь, показывая фальшивое недоумение. — Лейхи, зашей себе рот! — скомандовал Скотт. — Я пойду, посмотрю как он, — тихо сказала Кира. Айзек, Скотт, Эллисон и Лидия остались в коридоре и стали собирать вещи, которые были разбросаны по полу. *** Войдя в кухню, Кира заметила Стайлза, который костяшками пальцев упирался в стол. — Как ты? — Я в порядке, — сказал он. — Ты говоришь так каждый раз! И каждый раз у тебя не всё в порядке! — Кира повысила голос, — Прекрати врать! Ты не в порядке! Ты не наслаждаешься вещами, которые любил. Ты сидишь весь день дома. Ты больше не выходишь с нами гулять. Ты отталкиваешь всех прочь. Ты в депрессии и нуждаешься в помощи! — Кира… прости меня, — Стайлз убрал руки от стола и направился обнять маленькую Юкимуру, — просто слишком много навалилось на меня: эта авария, это предательство… Кира отстранилась от парня, но только за тем, чтобы вопросительно на него посмотреть. — Ой, да ладно тебе! Только не делай вид, что не знаешь! Кира по-прежнему смотрела вопросительно: — Стайлз, я правда не знаю. О чём ты говоришь? — Я о Лидии и Айзеке! Только не перебивай меня! Ты сейчас будешь говорить, что они только друзья, но я не слепой и не глупец, я всё вижу и всё понимаю. Он смотрит на неё, как… Как… Я. И меня это убивает. Ведь, мне кажется, что я её люблю до сих пор. Нет, мне это точно не кажется, я и правда люблю её. Знаешь, а ведь правду говорят: «Так мир устроен, люди дышат теми, кто перекрывает им кислород». Ведь она и правда перекрывает мой кислород, — голос парня сел и стал хриплым, это всё из-за накатившихся слез. Которые долгое время в себе держали глаза. Кира подошла ещё ближе к парню и обняла одной рукой, а второй стала гладить по голове и приговаривать: — Знаешь, что самое страшное в жизни? Опустить руки. Это легче всего. Разве трудно, сидя на дне колодца, посмотреть вверх и сказать, что спасения нет? Стайлз, это проще простого! Куда сложнее карабкаться вверх, срываться и пробовать снова, сантиметр за сантиметром. Не потеряй то, что ты нашёл с таким трудом. Не потеряй Лидию. Скажи ей, что ты её любишь. А если она промолчит, ты начни кричать, и кричи, пока она не услышит. — Хмм… Можно попробовать. Знаешь, с одной стороны, я хочу её забыть. Но с другой, я знаю, что она — единственный человек во всей вселенной, который может сделать меня счастливым. Но я не смог сделать её таковой, возможно, у Лейхи получится… — Она не встречается с ним! — грозно сказала молодая девушка. — Что? — Что слышал. Она его не любит, а вот он… Я сомневаюсь. Но ты должен ей сказать то, что ты думаешь и чувствуешь. — Мне кажется ей это не надо, у неё и так всё нормально, — предположил младший Стилински. — Ага. Конечно, она скажет, что у неё всё хорошо, и скорее всего, просто улыбнётся. Но загляни ей в глаза, ты поймёшь, что она тебя любит… Только ты её надломил. — Кира… — Она плакала, когда ты её послал. Мы долго приводили её в себя. Она ведь переживает за тебя, и ей не всё равно, — девушка говорила искренне, и при этом пристально смотрела на своего друга. — Хорошо, я поговорю с ней, я обещаю…