Это нравится тебе, но сводит с ума

Близнецы были дружны и неразлучны. Ванда всегда выступала в роли главной, хоть Пьетро и был старше на двенадцать минут. Сестра сама по себе, по своему характеру была спокойной, умной и рассудительной. В школе она всегда старалась выкладываться на сто процентов, участвовала в конкурсах и играла в сценках на праздниках. Пьетро больше нравилось наблюдать, чем играть самому. Пока Ванда рассказывала длинный выразительный стих на сцене, Пьетро любовался ею из зала, а когда выступление сестры заканчивалось, он вставал с места и начинал хлопать самым первым, посмеиваясь и театрально выкрикивая: — Браво! Браво! Какой талант! Восхитительно! Я поражён! Миледи, мне нужен ваш автограф! После чего к нему подходила классная руководительница, просила сесть на место и не дурачиться. А дурачиться Пьетро просто обожал.

***

Летом родители отпускали их на речку рядом с их загородным домом. Пьетро прыгал в воду самым первым. Ванда тихо сидела на берегу. — Давай ко мне. — позвал её брат, брызнув водой. — Ты ведь знаешь, — Ванда закатила глаза. — Я не умею плавать. — Отлично. Я научу. — хмыкнул Пьетро. — Не надо, ты меня утопишь. — рассмеялась она. — Сначала научу, — он рассмеялся следом. — А потом, может быть, и утоплю. Пьетро вылез из воды, и, резво подойдя к сестрёнке, подхватил её на руки. — У меня и купальника нет! — Ванда попыталась вырваться, но он сразу же кинул её в воду. Её одежда намокла. — Ну, плыви давай. — невозмутимо сказал он. — Серьёзно? — сестра уставилась на него, приподняв одну бровь. Как он себе это вообще представлял? Кинет её в воду и она сразу научится? Ха, конечно. Сам же Пьетро, кажется, уже потерял нить их бессмысленного разговора, внимательно разглядывая Ванду. Только сейчас, когда к её телу прилипла полупрозрачная от влажности футболка и лёгкие шортики, он заметил, как сильно она изменилась. Ванда уже не маленькая девочка. И он не маленький мальчик. — Ты... Так смотришь... — тихо произнесла Ванда, краснея. — Это ты во всём виновата. Как можно не уметь плавать в шестнадцать лет? — растерянно затараторил он. Пьетро смущённо отвёл взгляд, стараясь больше не смотреть на неё. — И вообще, какого чёрта ты идёшь на речку без купальника? — Конечно, тебе же проще меня во всём винить, дурак. — пробормотала она, скрестив руки на груди и отворачиваясь от него, а после вернулась на берег и укуталась в красное покрывало, чтобы не было видно мокрой одежды. — Тебе холодно что ли? — спросил Пьетро, присев рядом. Одному плавать было совсем неинтересно, вот он и вышел к ней. — Нет, — ответила сестра. — Это чтоб ты не пялился. — Да с чего ты решила, что я на тебя пялился! — вспылил Пьетро. — Я же видела. — Ванда отвечала привычно спокойно. — Ничего ты не видела, — Пьетро смущался всё больше и больше. — Тебе показалось. — Да расслабься ты, Пьетро, — заметив, как брат стеснялся её, Ванда решила сменить гнев на милость и робко улыбнулась ему. — Я тоже на тебя смотрела. Немножко. — Фу, извращенка! — засмеялся он, вероятно, пародируя её. — Больше не подойду к тебе. Вдруг приставать станешь. Так они и сидели весь вечер на берегу реки, постоянно подкалывая друг друга, по-дружески прикалываясь и дразня. Потом стали щекотать и брызгаться друг на друга водой. Они вспоминали своё детство. И думали о своём будущем. Обсуждали всё на свете. И действительно были счастливы друг с другом.