Datenshi

СонГю мчался в университет, не разбирая дороги. Ким катастрофически опаздывал, а для него это было что-то из ряда вон выходящее. С того самого дня, как он узнал о том, что поступил в университет, Гю взял себе за правило всегда приходить вовремя, показывать хорошие успехи в учёбе и вообще быть примерным студентом во всём. Фраза «Сначала ты работаешь на репутацию, а потом она на тебя» очень хорошо себя оправдывала и определённо приносила свои плоды. Ким был на очень хорошем счету у преподавателей своего вуза, его уважали студенты, хотя любимчиком всеобщим он и не был, да он к этому по большому счёту и не стремился. Но на нормальное адекватное отношение грех было жаловаться. Студенческая жизнь вполне устраивала парня. Да в принципе удача, как правило, всегда была на его стороне. Однако изредка выпадали и не особо удачливые дни. Как этот, например. День не задался с самого утра, начиная с того, что Гю проспал, не услышав будильник, ну, а дальше всё пошло по наклонной. Сперва будильник, затем пролитый на чистую рубашку утренний кофе, после — заклинивший замок. Как результат — пропущенная первая пара и вероятность не успеть на вторую, что было не очень хорошо, учитывая тот факт, что это была философия, а профессор по философии очень не любил, когда опаздывали на его лекции. В лучшем случае он мог не впустить в аудиторию, в худшем — припомнить этот инцидент на экзамене, об этом знали все и Ким в том числе. Именно поэтому Гю ускорил бег, желая, во что бы то ни стало успеть вовремя. Добравшись до университета, Ким, открыв дверь, взбежал по ступенькам, и уже было вздохнул с облегчением, однако раньше времени. СонГю забыл, что если ему не везло, то не везло по полной программе. До этого момента всё было очень даже ничего, если бы не одно «НО». Это «НО» очень неожиданно вырулило из-за угла и стало причиной столкновения Гю с твёрдой поверхностью пола. Ким, не удержав равновесия, приземлился прямо на пятую точку, уронив рюкзак из которого тут же повыпадали учебники и конспекты, щедро припорошив собой пол. Сонгю поднял голову в надежде посмотреть на того, кто стал причиной его падения. Этой самой причиной и по совместительству тем самым «НО» стал никто иной как Нам Ухён. К слову о любимчиках! Нам Ухён являлся неизменным лидером, всеобщим фаворитом, красавчиком, короче говоря — первым парнем на деревне. Его любили абсолютно все, от мала до велика. Он отлично учился, был прекрасным спортсменом, из очень состоятельной семьи и ко всему прочему был невероятно общительным со всеми, душой любой компании. Девчонки бегали за ним толпой и многие парни, если быть откровенными, тоже. Что касательно самого Нама, он «играл» за обе команды и, похоже, не делал из этого секрета. Только с одним единственным человеком у него не сложилось общения с самого начала, и это был именно Сонгю. Причём Ким всегда ломал голову, почему Ухён так невзлюбил его, ведь Гю по своей природе был очень миролюбивым человеком и никогда без острой на то необходимости не вступал в конфликты с кем бы то ни было. Но, похоже, Ухёну было всё равно. Он выбрал Кима своей мишенью для издёвок, и при любом удобном случае пытался задеть Гю, сказав что-то колкое в его адрес. Поначалу Ким пытался это исправить, выяснив, что послужило причиной такого к нему негативного отношения — не помогло. Следующим этапом стало игнорирование — тоже безрезультатно, в конечном итоге Ким стал отвечать колкостью на колкость, что стало настоящим состязанием в игре по остроумию. И если сначала, Гю было непросто, то со временем это настолько вошло в привычку, что без этой словесной перепалки можно было считать, что день прошёл напрасно. Их перебрасывание остротами непременно собирало своих зрителей и все с удовольствием наблюдали за тем, кто кого победит на этот раз, некоторые даже делали ставки. И сейчас, глядя снизу вверх на ухмыляющегося Ухёна, Ким уже ждал от него первого вступительного слова, и Нам, естественно, его не разочаровал: — Я, конечно, понимаю, что тебе нужно больше пространства для того, чтобы пройти по коридору, но всё же хотелось, чтобы ты хотя бы иногда смотрел куда идёшь. — Я не видел тебя, — поднявшись, начал Ким, стараясь побыстрее завершить разговор, потому как у него не было ни времени, ни настроения на словесную разминку, но похоже у Ухёна были совершенно другие планы. — Естественно ты меня не видел. С такими глазами мне вообще странно, как ты не врезаешься в каждый столб. Но за это, я так полагаю, надо сказать «спасибо» природе, — вставил очередную шпильку Нам, прекрасно зная, на какие рычаги нажимать. Он явно наслаждался видом раздражённого лица СонГю и с нетерпением ожидал ответа от старшего. — Тебе природа не дала самого важного — мозгов, — парировал Ким. — Что ты сказал? — переспросил Ухён. — И как я вижу, ко всему прочему ещё и проблема со слухом имеется, — ухмыльнулся Гю, торжествуя оттого, что его слова достигли цели. Нам подошёл вплотную к СонГю, смотря ему прямо в глаза: — Почему ты говоришь со мной так, как будто у тебя есть скидки в стоматологическом кабинете? — Быть может потому, что мой дядя прокурор? — обманчиво спокойно ответил Ким, хотя чувствовал, как сердце с бешеной скоростью колотится о рёбра. И дело было вовсе не в страхе физической расправы со стороны Ухёна, он прекрасно знал, что Нам его и пальцем не тронет, всё это он говорил для красного словца. Причина заключалась в том, что Нам никогда не подходил к нему настолько близко, насколько он позволил себе сегодня, обычно их разделял хотя бы метр расстояния. Сонгю почувствовал себя не в своей тарелке, потому как Ухён вторгся в его личное пространство. Ухён не знал, правда ли у Кима дядя прокурор, но пришёл к выводу, что парень сказал это просто для поддержания разговора. Что ж, отлично. Наму нравилось нежелание Сонгю проигрывать, но и он не собирался просто так отдавать победу: — Не зли меня, малыш. Я уверен, ты не захочешь видеть меня в плохом настроении, — спокойно произнёс Ухён. — Я тебя не боюсь, так что можешь не стараться, — Сонгю начал понемногу раздражаться. Ну почему Нам не может просто пройти мимо? Почему донимает его без конца? — Очень напрасно, — произнёс Ухён, — я могу сильно попортить тебе кровь, если будешь хорохориться. Так что лучше бы тебе вести себя как пай-мальчик. — Иди в задницу, — бросил Ким в лицо парню. Ему порядком надоело переговариваться со своим оппонентом, потому что даже минута беседы с этим человеком надолго выводила Гю из состояния равновесия. — Воу! Я могу расценивать это как приглашение? — Нам прошёлся глазами по телу Кима, затем нагнул голову вбок, окинув взглядом пятую точку парня, — Она у тебя очень даже ничего. Я бы не отказался от такого лакомого кусочка. Ким, совершенно не ожидавший такого подвоха, казалось, покраснел до корней волос. Он не знал, куда себя деть, что говорить, все его остроумные мысли как ветром сдуло. Обостряло ситуацию наличие в коридоре приличного количества студентов, которые как обычно столпились поглазеть на очередную перебранку Сонгю и УХёна. Единственная мысль, которая приходила сейчас Киму в голову, попытаться оправдаться, ведь он не имел ввиду ничего подобного. — Я совсем не это… — начал Гю, но Нам оборвал его на полуфразе. Ещё бы! Он сразу почувствовал, что нашёл слабое место своего противника и решил ещё больше смутить того. — Ладно тебе…не надо отпираться. Я знаю, что ты хочешь меня… — самодовольно усмехнулся Нам. — Наверняка не раз представлял меня голым. От этих слов Сонгю вспыхнул ещё больше, хотя, как он чувствовал, щёки горели так, что от них запросто можно было прикурить сигарету. Образ обнажённого Ухёна, тут же встал перед мысленным взором и намертво засел в голове. Вот же чёрт!!! Нам, видя насколько сильно его слова подействовали на Кима, решил добить того окончательно: — Представлял, как я трахаю тебя во всех мыслимых и немыслимых позах? — похоже, Ухён и сам не заметил, как его понесло. Он и сам себе удивлялся. Что это на него вдруг нашло? Раньше он себе не позволял такого на публике, но сегодня азарт захлестнул его с головой и парень решил оттянуться по полной программе. — Ннет… — выдавил из себя Гю, смотря себе под ноги. Посмотреть в глаза Наму он бы не смог сейчас при всём своём желании. Ухён приблизил своё лицо к лицу Кима, оставляя мизерное расстояние: — А хотел бы попробовать? — задал он вопрос, но ответа на него не успел получить. Внезапно вмешавшаяся подруга Сонгю разрядила напряжённую до ужаса обстановку: — Он хотел бы, чтобы ты шёл своей дорогой и не мозолил лишний раз глаза. Нет, серьёзно, Ухён, ты правда от природы такой придурок или ты этому где-то дополнительно обучался? — Ой, ладно тебе, Шинхё! Что я такого сказал или сделал? — Ухён немного отодвинулся от Гю, изобразив искреннее недоумение, невинно хлопая ресничками, — Мы с Сонгю просто беседовали. — Да, знаю я какие у тебя беседы, ты просто… — Шин, оставь его, — оборвал тираду девушки, Ким, — мы опаздываем, — присев на корточки и собрав разбросанные по полу учебники с конспектами, Гю перекинув рюкзак через плечо и расталкивая собравшихся зевак, направился в сторону кабинета по философии на пару со своей спасительницей. Лекция прошла достаточно быстро, несмотря на опасения Сонгю, касательно того, что время будет тянуться мучительно медленно. Правда, сосредоточиться на предмете Гю так и не удалось, а всему виной был его Величество Нам Ухён. Парень настолько сильно выбил Сонгю из колеи, что собрать мысли в кучу Киму так и не удалось. Он задавался вопросом — Что было бы, не появись Шинхё так вовремя? Как бы Сонгю ответил Ухёну на его провокационный вопрос? Но что было гадать теперь. После боя кулаками не машут. В любом случае, Нам преследовал одну единственную цель — самоутвердиться за счёт Кима, и надо признать, у него это неплохо вышло. Направляясь в университетский буфет, Гю очень надеялся на то, что утренняя «дискуссия» не запомнилась любопытным студентам и что в него, не станут тыкать пальцами и смеяться за спиной. Войдя вовнутрь просторного помещения, Ким обратил на себя взгляды половины присутствующих в столовой ребят. Как и опасался Сонгю, с его появлением большинство стало шушукаться и с едва сдерживаемой улыбкой смотреть в его сторону. Чудесно! Просто великолепно! С этим теперь ничего не поделаешь. К сожалению, у людей на такого рода вещи очень хорошая память и надеяться на то, что все моментально забудут такой интересный эпизод, было глупо изначально. Но если делать вид, что ничего не было, то вскоре об этом разговоре никто не вспомнит, во всяком случае, Ким на это очень рассчитывал. Купив кофе, Сонгю вместе с Шинхё сели за столик возле окна. Ким медленно попивал свой напиток, задумчиво глядя в окно. — Хочешь поговорить? — обратилась к нему Шин, видя, что парню просто необходимо с кем-то обсудить утреннее происшествие. — Да не о чем тут говорить, — как можно более беззаботно ответил Гю, — всё как обычно, ничего нового. — Ну не скажи, — не согласилась Шинхё, — Обычно Ухён не позволял себе говорить на такие темы в присутствии других людей, почему же сегодня его вдруг прорвало? — девушка задумалась, и спустя мгновение осторожно поинтересовалась, — А не может быть так, что он узнал о твоей ориентации и решил тебя по этому поводу доставать? Услышав такое предположение, Сонгю заметно напрягся. О том, что Киму нравятся представители мужского пола, знали избранные люди, и их было очень немного: Мама Гю, причём он сам решился ей обо всём рассказать, и женщина не стала упрекать сына, приняв его таким, какой он есть; отчим Кима, с которым его мать состояла в браке семь лет, после смерти отца Гю. Он узнал об этом чисто случайно, услышав разговор Кима с матерью. Ему бы было всё равно, какие у Сонгю предпочтения, именно так он ему и сказал, подозвав Гю к себе после ужина; из друзей об этом знали Менсу и Сонёль, но они не были против, может быть потому, что сами состояли в отношениях друг с другом; ну и собственно Шинхё — лучшая подруга Кима, но она бы никогда не осудила Гю за его выбор, потому как всегда была на стороне друга. Вот собственно и всё. Никто другой не был в курсе об этой маленькой тайне Гю, потому что он просто не желал афишировать это. И от одной только мысли о том, что Ухён мог об этом проведать каким-либо образом, становилось не по себе. — Откуда ему об этом могло стать известно? — поинтересовался Сонгю. — Об этом знает очень немного людей и во всех я абсолютно уверен. — Ну…не знаю…быть может он увидел тебя с кем-нибудь в компании… — предположила Шин. — Прекрати, — усмехнулся Ким, — Ты прекрасно знаешь, что у меня никого не было и нет. Поэтому этот вариант отпадает сразу…. — Ну, тогда не знаю, что и думать. — Да нечего здесь думать, он просто зацепился за неудачное выражение и решил меня таким вот образом заткнуть, — пришёл к логическому умозаключению Гю. — Наверное, ты прав, — кивнула Шинхё, затем хитро улыбнувшись, произнесла, — кстати, о том, что у тебя никого нет… — Если ты хочешь признаться мне в любви, то мой ответ «НЕТ»…прости, — пошутил Ким, чем вызвал смех подруги. — Я серьёзно, Гю, когда уже ты познакомишь меня со своим другом сердца? — Тогда, когда появится кто-то действительно особенный, — ответил Ким, — с первым встречным даже пробовать не хочу. Шинхё притворно зевнула, прикрыв рот ладошкой: — Ты такой скучный, меня даже в сон начало клонить. Взявшийся неизвестно откуда Менсу, плюхнулся на стул рядом с ребятами: — Привет! Соскучились по мне? — лучезарно улыбнулся парень, окинув взглядом лица друзей. — Есть маленько, — улыбнулась в ответ девушка, — А Ёлли где? — Приболел немного, весь телефон мне оборвал, просит, чтобы я ушёл пораньше с лекций. Скучно ему, видите ли! — Так почему ты ещё здесь? — улыбнулся Ким. — Больным, между прочим, нужно идти навстречу. Ничего с тобой не случится, если пропустишь одну лекцию. — Я так и собирался поступить, только вот после следующей пары. Контрольный срез лучше не пропускать. Ну, это ладно. Вы мне лучше скажите, о чём у вас шла речь до того, как я подошёл? — О девственности Гю, — выпалила Шин, тут же поймав недовольный взгляд Сонгю. — О как! — брови Менсу взлетели вверх. — Вовремя я подошёл, ничего не скажешь! — Ещё и как вовремя! — воодушевилась девушка, — Очень нужна твоя помощь. После этих слов Гю подавился кофе, Менсу же переводил ошарашенный взгляд с Сонгю, на Шинхё и обратно. Поняв, что Менсу неправильно истолковал её слова, девушка рассмеялась: — Господи, Су! Другая помощь! — не в силах сдержать приступы смеха ответила Шин. Кое-как успокоившись, она продолжила развивать свою мысль, — Ты не мог бы найти для Гю кого-нибудь? Что-то он немного заскучал. — Не надо для меня никого искать, — категорично заявил Сонгю, — Спасибо тебе за желание мне помочь, Шин, но я правда, справлюсь сам. Просто пока что мне это не нужно. — Ладно, ладно, как хочешь, — подняла девушка руки вверх, в знак капитуляции, и резко сменив тему, доверительно сообщила Менсу, — На самом деле мы обсуждали Ухёна и его сегодняшний выпад в сторону Гю. — А, твоя любовь! — заявил Менсу обращаясь к Гю, введя того в шок. Старший воззрился на друга не зная, что сказать. — Любовь?! — пришёл в себя Ким, — Да я его на дух не переношу! — Ага, так же как и он тебя! — Менсу хмыкнул. — Голову даю на отсечение, что он тебя хочет. — Что? — глаза Гю полезли на лоб от такого нелепого предположения. — Да с чего ты это взял?! Он же меня терроризирует с того самого момента, как я переступил порог этого университета! Вздохнуть мне не даёт! — Естественно! А ты что же думал, что он к тебе на шею кинется?!! — спросил Менсу. — Ну, вообще-то нормальные люди предпринимают хотя бы слабую попытку заговорить, найти к человеку подход, а не едят ему мозг алюминиевой ложкой при любом удобном случае. Менсу покачал головой: — Люди, знаешь ли, бывают разные. Ухён вероятно относится к той самой категории парней, которые свою симпатию выражают через агрессию, неприязнь, если хочешь. Но это всё напускное, поверь мне. Гю лишь фыркнул. Ему эта версия казалась слишком неправдоподобной. — Ты так уверенно об этом говоришь, как будто бы записал на диктофон его чистосердечное признание, — заметила между делом Шинхё. — По мне так он просто нашёл мальчика для битья и откровенно развлекается, оттачивая на СонГю свою технику сарказма. Вот и всё. — Я согласен с Шин, — сказал Гю. — Это только лишь твои догадки, Су. Ты только по этому признаку сделал такие выводы? — Нет, конечно, есть ещё кое-что. — И что же это? — Киму стало очень интересно, что бы это могло быть. — То, как он на тебя смотрит, — со знанием дела ответил Менсу. — Как же? Что-то я не замечал ничего особенного в его взгляде. — Вот как? Может потому, что ты изначально настроен на то, что он начнёт тебя доставать, потому и не обращаешь внимания на очевидные детали. А смотрит он на тебя с похотью, так, как будто бы поимел тебя глазами во всех мыслимых и немыслимых позах не один раз. Шинхё усмехнулась, явно что-то вспомнив: — Забавно, — произнесла она, обращаясь к Гю. — А ведь сегодня Ухён сказал те же самые слова, только обвинил тебя в том, что ты об этом думаешь. — Вот видишь, — ярко сверкнул улыбкой Менсу. — Потрясающий приём — выдать свои мысли за чужие. И всё шито-крыто. — Бред… — Ким мотнул головой, отгоняя эту мысль в сторону. — Ну, верить или нет — это уже тебе решать, — заметил Менсу. — Но скажи, если предположить, что я прав, ты бы хотел, чтобы у вас с Ухёном что-нибудь завязалось? В этот момент как по заказу в столовую зашёл виновник торжества собственной персоной, моментально завладев вниманием всех присутствующих в помещении людей без исключения. Ким тоже невольно засмотрелся. Стараясь отбросить раздражение, которое неизменно появлялось при встрече с Намом, Гю попытался непредвзято оценить парня, оглядев того с ног до головы. Синие джинсы плотно обтягивали крепкие бёдра Ухёна, белая рубашка подчёркивала спортивный торс, а закатанные до локтей рукава, обнажали сильные руки; волосы Нама были в лёгком беспорядке, что только ещё больше подчёркивало его природную привлекательность, манера передвижения завораживала — Ухён шёл ленивой вальяжной походкой, присущей уверенному, знающему себе цену человеку, а слегка надменный (как казалось Гю) взгляд завершал картину в целом. Да, надо было признать — Ухён был дьявольски красив и Ким был бы лицемером, если бы утверждал обратное. — Ты только посмотри на него. Да он же просто живой сгусток обаяния, харизмы, красоты и… — И заносчивости, — подсказала Шинхё. — Ума, — улыбнулся Менсу, наблюдая за тем, как Нам садится за столик в другом конце столовой. — Взрывоопасная смесь, скажу я вам. Да к тому же у него отличное чувство юмора, что немаловажно. А какой у него взгляд! Даже я, будучи без ума от Сонёля, однажды залип. — Тебе запрещено глазеть на других парней, в особенности на Ухёна, — сделала другу замечание Шинхё. — Вот расскажу Ёлли… — Не нааадо, — взмолился Менсу, — он жутко ревнивый, ещё неправильно поймёт. — А как же тебя понимать, если ты фактически разглядываешь другого парня! — подметила девушка. — Слушай, Шин, для меня кроме Сонёля никого не существует, но у меня есть глаза и я могу оценить привлекательную внешность другого парня, что вовсе не означает, что я на него запал. Да к тому же, я не для себя стараюсь, — Менсу перевёл взгляд на СонГю. — Ну так что, Гю, ты бы хотел себе такого парня, как Ухён? — Нет, — ответил Гю, — по той простой причине, что у меня аллергия на придурков, мы бы с ним просто не ужились. — Ты же ему даже шанса не дал, — гнул свою линию Менсу. — Представь себе, даже не собираюсь. — Может он совсем не такой придурок, каким кажется на первый взгляд, — Менсу вновь посмотрел в ту сторону, где сидел Ухён, только теперь тот был не один, к нему присоединились Дону и Ховон. — Ты прав, — согласился Сонгю, — он намного хуже, и я каждый день убеждаюсь в этом лично. Он меня ненавидит, знать бы ещё за что… — Это не ненависть, это — желание, — стоял на своём Менсу. Ким закатил глаза, не видя смысла спорить с парнем. Когда тот приходил к какому-то выводу, переубедить его было невозможно. Гю просто деликатно промолчал, желая замять тему. В тот же момент, он почувствовал на себе чей-то взгляд. Ким повернул голову вбок и встретился с прожигающим взглядом карих глаз, которые смотрели на него пристально и с таким неприкрытым желанием, что Гю просто замер, не в силах отвернуться. Ухён смотрел на него не моргая, гипнотизируя Сонгю, затем парень провёл языком по своим пухлым губам, призывно закусив нижнюю. Тело Гю моментально отреагировало на такой интимный жест — жар стал расползаться внизу живота, дыхание сбилось. Так, спокойно! Гю быстро отвернулся, зажмурившись. Он глубоко вдыхал и выдыхал, стараясь привести в порядок чувства. Затем посмотрел на Менсу и Шинхё, которые оживлённо спорили и, привлекая к себе внимание друзей, произнёс: — Давайте закроем эту тему, — Гю не хотелось говорить ребятам о том, что он засомневался в своей правоте касательно выводов, сделанных по поводу Нама. Может быть, СонГю только показалось, что Ухён на него так смотрел, быть может, это просто слова Менсу отложились в голове, и подсознание СонГю сыграло с ним шутку. Слишком странной казалась Киму такая резкая перемена в поведении Ухёна. В любом случае, нельзя придавать этому такое большое значение. Ведь не стоило отбрасывать также вариант того, что это могла быть очередная уловка Ухёна. Уж он то был любитель сыграть в игру «достань Сонгю». Надо просто не поддаваться на провокации, ничего сложного. Это Ким мог сделать… … — Уймись уже, — Дону дёрнул за руку Ухёна, пытаясь отвлечь того от весьма интересного занятия, — ты что творишь? Нам нехотя оторвал взгляд от Сонгю и, улыбнувшись, посмотрел на Дону: — А что, собственно, такого? — притворяясь, что ничего не понимает, поинтересовался Нам. — Сначала утреннее происшествие, теперь это. У тебя вообще есть кнопка «остановить по требованию»? — спросил Дону, оглядывая Ухёна на наличие выдуманного переключателя. Нам на это только хмыкнул: — Мне просто стало любопытно, как наш мальчик сможет выпутаться из такой довольно-таки непростой ситуации. Было же весело! — Весело? — переспросил Дону, тыкая локтем в бок Хое, который сидел улыбаясь, внимательно слушая то, о чём говорили ребята, но пока не принимая участия в разговоре. — Слышишь, Хоя, оказывается было весело. — А разве нет? — поинтересовался Ухён. — По-моему ты слегка перегнул палку, — признался Дону, — Да чего греха таить, тебя откровенно понесло! Раньше твой сарказм был более безобидным и не нёс в себе откровенный сексуальный подтекст. Но сегодня это было что-то новенькое. В какой-то момент мне даже показалось, что ты повалишь парня на пол и прямо там, на глазах у всех, трахнешь! Ухён открыл рот, не зная, что на это сказать. Желание в тот момент действительно накатило на него очень неожиданно, причём он сам себя завёл разговорами о том, как Сонгю якобы мечтает, чтобы Ухён его отымел. Сам сказал, сам поверил в то, что сказал. Единственное о чём он не подумал, как это могло выглядеть со стороны. — А знаешь, что я по этому поводу думаю? — вступил в разговор Хоя, проницательно глядя на Нама. — Ты просто запал на Сонгю и таким вот образом пытаешься привлечь его внимание. Но способ ты явно выбрал не очень удачный. — Не мели ерунды, — Ухён принял невозмутимый вид, хотя был определённо удивлён догадкой друга. — Всё дело в том, что мне безумно скучно в стенах этого заведения и я хочу внести капельку веселья в мои монотонные будни. Что поделать, если этой капелькой веселья стал Ким Сонгю? Поверь, если бы он не был таким ершистым в общении со мной, я бы быстро потерял к нему интерес. — Да, да, конечно, — рассмеялся Дону, вызывая симметричную реакцию у Хои. — Главное, чтобы ты в это поверил. — Я серьёзно! — настаивал Ухён. — Конечно, конечно, — начал кивать головой Дону, откровенно забавляясь, но поразмыслив немного, предложил, — Слушай, почему бы тебе не подойти к Сонгю и не поговорить, а? — Я вроде как целыми днями этим и занимаюсь, — разумно заметил Нам. — Да, но как только ты подходишь к нему, то сразу становишься откровенным придурком, и это печально. А я имею ввиду просто нормально поговорить, не унижая его достоинства. — Не вижу смысла, — отмахнулся Ухён. — Если я это сделаю, то придётся искать ту самую капельку веселья в другом месте, а я к этому не готов. Дону тяжко вздохнул и обратился к Хое: — Видимо, мы обречены смотреть на Ухёна в обличье придурка до тех самых пор, пока не закончим обучение. — Без вариантов, — согласился Хоя, на лице которого в данный момент читалась такая неподдельная скорбь, что впору было пустить слезу. — Да ну вас! — разозлился Нам. — Я знаю, что мне нужно, и менять свой стиль поведения нарочно не собираюсь. Если я чего-то хочу, то я это делаю. Так что давайте закончим этот разговор. У нас что, больше тем для обсуждения нет? — Почему же нет? Очень даже есть, — моментально поменял тему Дону, видя, что Нам начинает раздражаться, — Например — твой День Рождения. — Ах, да… совсем забыл, — Нам игриво улыбнулся, давая понять, что говорит несерьёзно. — Но мы то прекрасно об этом помним, — улыбнулся в ответ Хоя, — и даже приготовили для тебя подарки. — Ваааа, ничего себе!!! Настоящие подарки…мне?!!! — притворно изумился Ухён, забавно округлив глаза. — Естественно! — поддакнул Дону, — Но это только после обязательной части! — Ну, это само собой! — кивнул Ухён, прекрасно понимая, о чём говорит Дону. Обязательной частью была вечеринка. Без неё не обходился ни один День Рождения Нама. Это уже была своего рода традиция, как свечи, которыми непременно украшали торт. Гуляли всегда на совесть, и вспоминали после этого ещё очень долго, потому как на утро, как правило, действительно ничего не могли вспомнить. Но, не смотря на все негативные последствия гуляльной ночи, ребята каждый год повторяли это увеселительное мероприятие. — Как планируешь отметить? — поинтересовался Дону, ожидая интересных предложений от друга, но Ухён отреагировал без особого энтузиазма, пожав плечами: — Даже не знаю. Я ещё об этом не думал, и если признаться честно, настроения особо нет. — Стоп-стоп! — остановил парня Хоя, — То есть как это, нет настроения? Я требую продолжения прошлогоднего банкета. Мне надо обновить мою базу компромата, а то у всех предыдущих видео закончился срок годности. Ты же поможешь мне с этим? — Я подумаю, — усмехнулся Ухён. На самом деле было бы неплохо нырнуть с головой в атмосферу праздника и немного отвлечься от своих многочисленных мыслей, связанных исключительно с одним единственным человеком. Этот человек сидел за столиком в противоположной стороне буфета. Ким Сонгю. Мысли о нём не хотели покидать голову Нама ни днём, ни ночью. Причём Ухён никак не мог разобраться в своих чувствах. Ким его жутко бесил, выводил из себя всем своим видом, манерой общения и в то же самое время будил в Ухёне такое желание, какого парень не испытывал ни к кому и никогда. Всякий раз, когда Нам видел Сонгю, его начинали раздирать внутренние противоречия- с одной стороны ему хотелось уколоть Кима, поддеть его, но в то же самое время эта необходимость неизменно тянула за собой другое чувство — то самое жгучее желание, и чем больше Сонгю сопротивлялся, пререкаясь с Намом, тем больше Ухён распалялся. В такие моменты он еле сдерживался, от того, чтобы не утащить Сонгю в какую-нибудь подсобку и взять его, заставляя стонать от удовольствия. Сегодня Ухён практически выдал себя, озвучив свои мысли вслух. Благо он вовремя сообразил перевести стрелки на Кима. Только вот Дону с Хоей всё-таки заметили проявление неоднозначных чувств, которые, как казалось Ухёну, он очень хорошо скрывал. Видимо ему просто необходимо сбросить напряжение, которое накопилось и теперь било через край. Если так посудить, то вечеринка была очень неплохой идеей и смогла бы ему в этом помочь. Хороший секс и гулянье до утра — определённо та самая панацея, которая избавит Нама от бесконечных фантазий о Сонгю. — Кстати говоря, как продвигается твоя работа над скульптурой? — поинтересовался Дону, обращая внимание Нама на себя. — Да никак. Застыла на мёртвой точке, — раздосадовано отозвался парень. — А что не так? — Для того, чтобы вышло действительно то, что я задумал, нужна модель, а её у меня нет. — Хочешь, я тебе попозирую? Ну или Хоя? — Дону похлопал по плечу Ховона и тот согласно кивнул. — Спасибо, конечно, но нет. Я уже прикидывал такой вариант и пришёл к выводу, что вы не подходите. Без обид, ребята. — Что ты! Какие могут быть обиды? — успокоил Дону Ухёна, — Это очень тонкий вопрос. Наверняка у тебя в голове сложился какой-то определённый образ. — Да, но в том то и проблема. Что никто не подходит под этот определённый образ. — Ну, раз из нас не вышли модели, быть может, тогда мы могли бы помочь тебе поискать нужного человека? — внёс предложение Хоя. — Ты только дай описание, чтобы мы знали хотя бы приблизительно, что тебе нужно. Нам слегка воодушевился. Действительно, ведь всегда можно попросить о помощи. И почему он раньше об этом не подумал? Ухён тут же начал описывать свою предполагаемую модель: — Нужно стройное телосложение, рост выше среднего, в меру широкие плечи, худощавые, но крепкие бёдра и самое главное — длинные изящные пальцы на руках, — он и сам не заметил, как начал описывать Сонгю — тот самый образ, который намертво засел в голове и как призрачное видение постоянно маячил перед мысленным взором. — Так вот, как по-твоему выглядит ангел? — присвистнул Хоя, явно удивлённый тем, что Ухён настолько детально представлял свой шедевр. — Именно таким в моём понимании он должен быть. — Понятно. Будем искать, — подытожил Ховон. — А сейчас разрешите мне покинуть вас. Учёба зовёт. — Прихвати и нас с собой. Учёба зовёт не только тебя, — заметил Ухён, вставая из-за стола. Ребята не торопясь направились на выход, на ходу пропуская спешащих на занятия сверстников. В дверях уже столпилось очень много желающих поскорее получить очередную порцию знаний. И по счастливому стечению обстоятельств прямо перед Намом оказался никто иной, как Сонгю. Парень стоял, копошась в своём рюкзаке в поисках чего-то, медленно продвигаясь в сторону дверей. Ухён в очередной раз прошёлся оценивающим взглядом по телу Кима, только на этот раз ему представилась удивительная возможность рассмотреть того сзади. Идеальные плечи, потрясающие изгибы спины, аппетитные ягодицы — смотря на всё это великолепие, Нам моментально перенёсся в страну фантазий, живо представляя, что бы делал с Сонгю, останься они наедине. В следующий момент, движимый проснувшейся похотью, Ухён протянул руку к Киму и легко огладил его ягодицу, чувствуя, как от этого жеста старший напрягся. Ухён ожидал, что Ким развернётся и вмажет ему, как следует за такую вольность, но парень не пошевелился. Пользуясь замешательством Сонгю, Ухён нагнулся к самому его уху и, опаляя жарким дыханием, пошептал: — Хочешь попробовать? — не получив ответа, Нам добавил, — Подумай над этим. — произнеся эти слова, Ухён прошмыгнул мимо Кима и обогнув ещё несколько человек скрылся в коридоре на пару со своими друзьями. После того как Нам ушёл, Ким ещё с минуту стоял не в силах пошевелиться. «Это что ещё за хрень творится, вообще???» «Что сегодня происходит с Ухёном???» У него что, сезонное обострение началось? Период хотения? Только почему он решил в качестве самочки использовать Гю — вот это была тайна века! Неужто ему мало тех людей, которые готовы только за один его взгляд лечь перед ним, повесив на себя табличку «входите без стука»? Таких, Сонгю не сомневался, было больше, чем достаточно… Тогда почему же… Йаа, плевать! Гю, стряхнул с себя нашедший весьма неожиданно столбняк и поспешил покинуть университет. Менсу и Шинхё ушли немного раньше, оставив Гю допивать свой кофе в одиночестве, а поскольку последнюю лекцию отменили, парень решил как можно скорее оказаться дома, предварительно оставив все ненужные мысли в стенах университета. Через полчаса Гю уже открывал входную дверь в свой дом. — Гю, сынок, это ты? — услышал парень голос матери, доносившийся до него из кухни. — Да, мам! — Гю снял кроссовки и протопал на кухню, откуда доносились приятные ароматы, заставляя желудок урчать в ожидании пищи. Войдя в небольшое помещение, Ким подошёл к матери, которая стояла у плиты, готовя еду. Поцеловав её в щёку, Сонгю заглянул ей через плечо. Женщина ласково улыбнулась: — Голоден? — поинтересовалась она. — Смертельно, — ответил Гю. — Иди мой руки, буду тебя кормить. Сходив в ванную, Ким сел за стол, на котором перед ним уже красовалась тарелка с пибимпапом, и рядышком в пиалочке стояло пулькоги. Ким с удовольствием начал уплетать приготовленную вкуснятину за обе щеки. — Мам, ты лучшая! — произнёс он с набитым ртом, закатывая от удовольствия глаза. — Ты ешь, давай, — засмеялась женщина, глядя на своего сына, умиляясь его забавному виду в этот момент. Справившись со своей трапезой, Сонгю налил себе холодного чая и сделал большой глоток. — Как на занятиях? — поинтересовалась мать Кима. — Неплохо, — односложно ответил Гю, предпочитая не посвящать маму в некоторые подробности сегодняшнего дня. — Никаких потрясений? — задала следующий вопрос женщина, и многозначительно приподняла бровь. Гю знал, что означал этот жест. Мать была осведомлена о том, что иногда у Кима возникают некоторые трудности в общении с одним человеком и узнала она это от Сонгю лично. Не то, чтобы Ким жаловался на Ухёна, просто советовался, так как считал, что мама его человек очень мудрый и рассудительный. С ней у него были очень тёплые, доверительные отношения и Ким всегда в любой момент мог поделиться с матерью своими проблемами, рассчитывая на поддержку с её стороны. Она всегда чувствовала, когда Гю нужен был совет, но никогда не лезла в душу, оставляя право выбора за сыном. Вот и сейчас она в завуалированной форме предлагала свою помощь, если таковая могла понадобиться. — Всё как обычно, — произнёс Ким, — не больше, не меньше. — Гю посчитал, что рассказывать о сегодняшнем инциденте нет никакой нужды. Да и если говорить начистоту, несмотря на то, что мама была в курсе его сексуальной ориентации, всё же он с большим трудом мог представить, как говорит ей о том, что какой-то парень предлагает ему секс. Тут и о девушке не всегда сможешь рассказать, что уж говорить о парне. — Хорошо, — скептически произнесла женщина, — но если вдруг понадобится помощь, ты ведь знаешь к кому обращаться? — Спасибо, мамуль, — благодарно улыбнулся Гю. — Если что, я сразу к тебе. — Договорились. — Что-то подозрительно тихо? — сменил тему Сонгю. — Мейли в садике? — Нет, дома, — усмехнулась женщина, — просто находится в творческом процессе и ничего вокруг не замечает. — Переведи, пожалуйста. — Рисует ребёнок, — растолковала госпожа Ким непонятливому сыну. — Но сейчас, чувствую, прибежит на зов крови. — Не сомневаюсь, — сказал, усмехнувшись, Гю и в подтверждение этих слов мать и сын услышали топот детских ножек. В следующее мгновение на кухню забежала младшая сестрёнка Сонгю. Мейли была пятилетней сестрой Сонгю по матери и вторым самым любимым человеком для Сонгю. Он обожал её, носил на руках, трясся над ней как над самым большим сокровищем и баловал, желая как можно чаще видеть улыбку на её милом личике. Девчушка отвечала искренней любовью и неподдельной привязанностью к своему брату. — Оппа! Ты вернулся! — пританцовывала девочка возле Гю, пытаясь обхватить его за ноги. — Конечно, ведь я очень соскучился по малышке Мей! — Ким подхватил сестру на руки и поцеловал её в щечку. Девочка засмущалась, опуская вниз глазёнки, с длинными ресничками, но в следующую минуту ярко улыбнулась: — И я соскучилась, оппа. — А поцеловать оппу? — Сонгю надул губы, притворяясь, что обиделся. Малышка захихикала, но всё-таки слабо чмокнула Кима в щеку. Сонгю пригладил волосы сестре, поинтересовавшись: — Ну, рассказывай, что делала сегодня? — Была в садике, а потом у меня заболел живот, и мама забрала меня домой, а потом я рисовала, — стала перечислять девочка, загибая пальчики на руках. — Ух ты, какая у меня занятая сестричка! — изумился Гю. — А как сейчас животик? Не болит? — Нет, совсем не болит! — успокоила брата Мей, но спустя мгновение пожаловалась, — Это всё Дунхён виноват! Он дал мне конфету и потом у меня заболел живот. Он плохой. — Он не плохой, малышка, просто хочет с тобой дружить, — нежно улыбнулся Сонгю. Девочка нахмурила бровки, размышляя над чем-то: — Тогда я ему тоже конфету дам, когда в садик пойду, — произнесла Мейли. — Хорошая мысль! Он будет очень рад, — согласился Ким, отпуская девочку на пол, — а теперь беги к маме, она тебя покормит. Наверняка ты ещё не кушала, после того как животик прошёл. — Она сегодня в садике съела не одну конфету, а десять штук и шоколадную вафлю в придачу. Об этом я узнала от её воспитательницы. Вот живот и заболел. Я звонила госпоже Пак, её лечащему врачу, она сказала, что парочку дней желательно вообще не давать ей сладкого. Будем кормить её куриным бульоном, — женщина налила в пиалку куриный суп, ставя на стол. Сонгю усадил Мей на высокий стул и придвинул ближе к столу, сам присаживаясь рядом. Наблюдая за тем, как сестра кушает, Ким невольно улыбался. Такую удивительную щемящую нежность этот ребёнок будил в Гю, что парень просто поражался сам себе. — Господин Ким ещё не приходил? — поинтересовался неожиданно Гю, переводя взгляд на мать. Женщина устало вздохнула: — С тех пор, как он заступил на работу в новой фирме, мы его практически не видим. Дай Бог, чтобы он сегодня пришёл ночевать. Гю нахмурился. Ким Джихун (по странной случайности у него была такая же фамилия как у отца Гю) был неплохим человеком, достаточно хорошим семьянином и Сонгю в принципе не мог сказать про него ничего плохого, однако последний месяц мужчину словно подменили. Он стал очень раздражительным, начал поздно возвращаться с работы, а иногда и вовсе не ночевал дома. Нередко между ним и матерью Гю случались скандалы с криками и громкой руганью, что неизменно заканчивалось слезами матери и громким хлопаньем входной двери, возвещающей о том, что отчим ушёл. Куда — никто не мог сказать. И все эти перемены произошли с мужчиной тогда, когда господин Ким сменил работу. Когда мать спрашивала, что у него за работа, он отвечал очень уклончиво. С его слов выходило, что он работает вице-президентом в рекламной сфере и что пошёл он на эту работу, потому как зарплата там была несоизмеримо больше, чем на старом месте. Так ли это было на самом деле, никто достоверно не знал, но Сонгю подозревал, что отчим темнит и сильно не договаривает. — Не нравится мне, как он себя ведёт последнее время, мам, — произнёс Гю, — но больше всего мне не нравится, что из-за его такого поведения, ты постоянно плачешь. Я с ним хочу поговорить и всё выяснить, наконец. — Не нужно, сынок. На самом деле всё не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Он просто много работает, сильно устаёт, вот эта усталость и сказывается на его настроении. Но я уверенна, что всё наладится. Прошу, не нужно никаких серьёзных разговоров, дай ему немного времени. Вот увидишь, он станет прежним, — видя умоляющий взгляд матери, Сонгю сдался. Он прекрасно понимал, чего женщина опасалась. Она боялась, что следующий скандал произойдёт между сыном и её мужем. И тогда неизвестно, чем всё обернётся. — Ладно, пока что не буду ничего предпринимать, но моё терпение на исходе, мама. Вечно это продолжаться не может. Надеюсь, ты это понимаешь. Женщина кивнула и слабо улыбнулась сыну, благодаря за понимание. Сонгю встал из-за стола: — Я пойду к себе. У нас контрольный срез по литературе через два дня, надо бы подготовиться, как следует, — поцеловав мать, а затем и сестрёнку, он направился на второй этаж. Зайдя к себе в комнату, Ким сел за письменный стол, достав учебники и тетради из рюкзака. Стараясь не думать о посторонних вещах, парень погрузился в учёбу. Время пронеслось очень быстро, и Сонгю совершенно не заметил, как за окном стемнело. Закрыв книгу, Ким посмотрел на часы. Половина одиннадцатого ночи. Встав из-за стола, он размял затёкшие плечи и направился в ванную, на ходу избавляясь от одежды. Приняв наскоро душ, Гю направился к кровати в надежде поскорее заснуть. Улегшись поудобнее, Ким вперил взгляд в потолок, нехотя вернувшись к событиям сегодняшнего дня, пытаясь в очередной раз проанализировать поведение Ухёна. В голове никак не укладывалось, почему Ухён себя так повёл, позволив себе то, чего раньше никогда не позволял. Но как ни крути, а отрицать то, что прикосновения Нама находили отклик в теле Гю, старший не мог. Это его несказанно удивляло, ведь раньше он даже и помыслить не мог, что такое вообще возможно. Но факт оставался фактом. Однако это вовсе не означало, что Сонгю собирался идти на поводу у Нама. Сегодня просто напросто Ухён застал Кима врасплох, но в следующий раз Ким не позволит тому проделать с ним то же, что он творил сегодня. Никаких прикосновений, никогда… С этой мыслью Гю провалился в сон… …А в это время на другом конце города Ухён никак не мог заснуть и без конца ворочался, думая приблизительно в том же направлении, что и Ким. Перед мысленным взором парня то и дело мелькал образ Сонгю — вот он смеётся, вот он злится, в следующем видении, смотрит зазывающим взглядом. Ухён почувствовал, как тело моментально отреагировало на последнюю картину. Так, достаточно! Почему это происходит с ним, Нам никак не мог понять. Почему всё так сложно? Не может же человек в одно время раздражать, а в другое — притягивать. Но больше всего Нам не понимал своего поведения сегодня. Какого чёрта он сегодня творил? Ведь изначально он ничего из этого не планировал! Может, всё дело было в том, что именно сегодня их с Кимом тела соприкоснулись, пусть и случайно. Казалось бы мелочь, но все так тщательно подавляемые желания моментально вырвались наружу. К счастью это можно исправить и Ухён это сделает без проблем. Для этого нужно просто придерживаться основного правила поведения с Сонгю и никаких прикосновений! Завтра Ухён сделает вид, что ничего не было. «В самом деле?» — перед глазами тут же появился образ Кима, призывно смотрящий на Нама, закусивший губу и медленно расстёгивающий свою рубашку. Вот чёрт!!! Ухён, застонав, крепко зажмурился, свернувшись калачиком на кровати. Похоже, сон к нему сегодня не придёт…