Datenshi

…Ухён медленно подошёл к Сонгю со спины и обвил его талию руками, проводя ими по рёбрам, поднимаясь к груди, сжимая пальцами соски. Гю откинул голову назад и предоставил Наму прекрасный обзор на участок шеи, где быстро билась жилка, призывая Ухёна к тому, чтобы он как можно скорее прикоснулся к ней, что парень и сделал, прильнув к чувствительному месту губами в нежном поцелуе, заставляя Гю плавиться от удовольствия и трепетать от предвкушения продолжения. Руки Нама медленно поползли вниз по телу Гю, плавно скользя по торсу, медленно доходя до паха, касаясь возбуждённого члена парня. Ким застонал, чувствуя, как рука Ухёна обхватила его фаллос и неспешно начала двигаться вверх-вниз, усиливая возбуждение с каждым таким движением. Сонгю стал поддаваться вперёд, навстречу руке Нама, которая стала двигаться интенсивнее, уверенно надрачивая Киму. Парень постанывал, ощущая, как дрожь в ногах усиливается по мере увеличения темпа движений. Однако доводить Сонгю до разрядки слишком быстро у Ухёна не было намерения. Вместо этого, он развернул Кима к себе лицом и накрыл его губы своими, напористо целуя. Гю с готовностью отвечал, млея от ощущений, каскадом обрушившихся на него. Нам, неожиданно разорвав поцелуй, усадил Кима на стол, разводя в стороны его бёдра и располагаясь между ними. Он потёрся о пах Гю своим, отчего Ким слабо простонал и вновь потянулся к губам Нама, прихватывая зубами его нижнюю губу и проводя по ней языком. Ухён улыбнулся про себя, отмечая, насколько чувственным и раскованным стал его любовник. Уперев руки ему в плечи, Нам повалил Кима на стол, притягивая ближе его бёдра и плавно проникая в податливое тело. На этот раз Ухён не стал медлить и начал резкими рывками входить в Сонгю, отчего тот застонал, только уже в голос. Каждый такой стон музыкой отзывался в ушах Нама и заставлял ускорять движения, увеличивая силу проникновения в парня. Гю заскользил по твёрдой поверхности стола, но руки Ухёна крепко удерживающие его за поясницу, надёжно фиксировали местоположение Кима, не позволяя сместиться с выбранного курса. Кожу спины приятно холодило, и это создавало поистине удивительный контраст с тем, насколько сильно пылало всё его тело. «Так вот зачём здесь нужен стол» — мелькнула мысль в голове у Сонгю и тут же растворилась в ярком удовольствии, которое не позволяло в данную минуту здраво мыслить, да и мыслить в принципе. Наслаждение вышло на первый план и взяло Кима в оборот. Он уже совершенно перестал соображать, где находится, лишь чувствуя Нама глубоко в себе, и слыша, как тот практически рычит, исступлённо вколачиваясь в Гю. Ким коснулся рукой своего колом стоящего члена и пару раз провёл по всей длине. Оргазм не заставил себя ждать, и парень кончил, содрогаясь всем телом, вслед за ним достиг пика наслаждения и Ухён, выходя из Сонгю и изливаясь ему на живот. Боже!!! У Кима в голове так сильно шумело, что он ещё с минуту не слышал ничего, кроме стука собственного сердца в ушах. Нам и вовсе потерял ориентацию в пространстве, ноги стали ватными, а воздуха катастрофически не хватало. Надо было отдышаться, но для начала вернуться к кровати. Ухён подал руку Сонгю, и из последних сил помог тому принять вертикальное положение. Опираясь друг на друга, потому как идти и, правда, было сложновато, учитывая, сколько они потратили сил, парни добрались до постели и рухнули на неё как подкошенные. Дааа, сегодняшний вечер стал настоящей секс-вечеринкой, если это так можно назвать. А ведь ничто не предвещало такого развития событий. Вроде только что было стандартное рисование, сопровождающееся разговорами и забавными шутками, а в следующий момент — дикий секс на всех горизонтальных поверхностях, включая стол. Теперь Киму стало понятно, зачем в этой комнате стоит этот предмет мебели. А он то, наивный, думал, что стол предназначен лишь для письма. Ну, теперь будет знать, что не только. Ким глубоко вздохнул и повернул голову в сторону своего любовника. Интересно, а о чём сейчас думает Ухён?..УХЁН… Сонгю до сих пор было непривычно называть про себя мучителя именем своего однокурсника и парня, с которым у него не заладились отношения с самого начала. Но Ким уже смирился с этим. Как он и опасался, с того самого момента, когда они с Намом участвовали в эксперименте, Гю, находясь в клубе, вместо обычного силуэта начал видеть перед мысленным взором Ухёна, что жутко напрягало и смущало Сонгю, пытавшегося всеми силами прогнать этот образ. Однако ничего не вышло. Поначалу Ким очень нервничал, ему было сложно приспособиться к такому положению вещей. Особенно было невмоготу, когда дело доходило до прикосновений. Про секс вообще речи не шло. Когда у Сонгю произошла первая близость с воображаемым Ухёном, он думал, что сгорит от стыда. Расслабиться никак не получалось. Да и как, когда вместо безымянной фигуры, ты видишь Нам Ухёна? Однако постепенно Гю начал привыкать (спасибо клиенту, который своим отношением помог ему избавиться от зажимов). Но этого бы абсолютно точно не произошло, будь Киму ненавистен Ухён, и это было ясно как день. Надо было посмотреть правде в глаза и признаться самому себе в том, что ему нравился Нам. Иначе как объяснить то, что все эмоции и чувства стали несравненно ярче, после того, как Гю начал представлять Ухёна? Его ласковые прикосновения, плавно перетекающие в чувственные и в итоге трансформирующиеся в страсть — всё это волновало Кима, заставляя его плавиться от удовольствия, сходить с ума, чувствуя Нама в себе. Он практически убедил себя в том, что это и есть настоящий Ухён, вот только с приходом дня, Сонгю осознавал, что это всего лишь плод его воображения и с настоящим Намом его клиент не имеет ничего общего. Это два разных человека! Понимание этого моментально отрезвило, и Гю готов был сквозь землю провалиться, не зная, куда себя девать. Ему казалось, что у него на лице всё написано и встреться он случайно с Ухёном, как тот догадается, о чём думает Сонгю. Именно по этой причине, Ким начал избегать любых встреч с Намом, всячески обходя того стороной, и радуясь, если у него это получалось сделать. Ежели нет, то Сонгю просто отворачивался в другую сторону и усиленно избегал встречаться с парнем глазами, делая вид, что не заметил его. Возвращаясь вечером в клуб, Сонгю убеждал себя в том, что не будет думать об Ухёне, но как только приходил клиент, всё вновь возвращалось на круги своя — воображение рисовало того самого человека, о котором теперь уже постоянно думал Ким — Нам Ухёна, в данный момент лежавшего рядом и думающего о своём, а именно о том, что он долгое время обманывался, пытаясь доказать самому себе, что может искоренить мысли о Сонгю из своей головы. Он наивно полагал, что если найдёт для себя развлечение в виде красивого парня, то сможет убедить себя в том, что ему не нужен Ким Сонгю. Он забыл, что даже в самый первый раз близости с Ангелом, он хотел, чтобы на его месте был Гю. Потом наступил период, когда Ухён немного отвлёкся от своих бесконечных мыслей о Киме, но лишь потому, что перед ним появилась непреодолимая задача — найти подход к Datenshi. И он смог это сделать — теперь у них с Ангелом не было никаких проблем с близостью. Но…как только Нам разрешил эту проблему, на поверхность всплыла та самая, которая никуда не исчезла, а просто на время была оттеснена на задний план другой. Проблема номер один — Сонгю. Вот в общении с кем не наблюдалось никаких изменений. Нам долго ломал голову над тем, что же привлекло его внимание в Datenshi, и пришёл к выводу, что он всё время переносил образ Гю на Ангела. И не удивительно! Ведь Datenshi также как и Гю был неприступен, заставляя Нама наизнанку выворачиваться, лишь бы найти к нему подход, да и конституция их тел была очень схожа, что ни говори. Это Нам заметил ещё тогда, когда увидел Кима в мокрой майке возле фонтана, а после убедился в своих предположениях, делая наброски. Нарисовав тело Ангела, Нам решил попробовать дорисовать лицо Кима — вышло очень даже органично. Так Ухён утвердился в мысли, что не будет ему покоя, пока он не изменит что-то для того, чтобы наладить контакт с Гю. Только как? Он понятия не имел. Помнится, Нам уже предпринимал одну попытку пойти на сближение, и также он очень хорошо помнил, чем это всё закончилось — полнейшим провалом… Правда, была маленькая надежда на то, что можно что-то изменить — слова профессора после эксперимента. Мужчина сказал, что Ухён и Гю очень симпатизируют друг другу. Не мог же он просто так это сказать? Быть может, он заметил что-то, что абсолютно точно указывало на этот факт. Ведь со стороны всегда виднее. И то, что он попросил остаться обоих, а не только Нама, говорило о том, что не только Ухён испытывает к Гю определённые тёплые чувства, но и Гю к Наму тоже. А если это так, то нужно постараться выяснить это наверняка, выловив парня и поговорив с ним. Вот только у Нама никак не получалось претворить план в жизнь, потому как Ким всё время от него ускользал. Более того, Ухёну начало казаться, что тот его попросту игнорирует, делая вид, что не знает его. Одним словом начал вести себя так, как будто бы Нам — пустое место. Это очень раздражало и капитально выводило из себя. Ухён чувствовал, что ему просто жизненно необходимо было сбросить напряжение. И он сбрасывал его, занимаясь отвязным, необузданным сексом с Datenshi, представляя, что это Гю. С этим теперь не возникало никаких проблем. Но ограничиваться визуализацией Нам не собирался. Он сделает всё от него зависящее и во что бы то ни стало поймает Ким Сонгю.

***

— Снова сидишь в засаде? — спросил внезапно подошедший к Наму со спины Хоя. Ухён повернулся и непонимающе воззрился на друга. На самом-то деле он очень хорошо понимал, о чём спрашивал Ховон. Именно этим Нам в данный момент и занимался — пытался всеми силами выследить Сонгю и вызвать его на разговор. Где и как? Это был уже другой вопрос. Но сказать об этом Хое — означало подписать себе смертный приговор в виде бесконечных подколов со стороны друга. А Ухёну этого ой как не хотелось. — Не понимаю, о чём ты? — ответил Нам, состроив безразличное выражение лица. — Я о твоей жертве, которую ты выслеживаешь, — усмехнулся Хоя, ни на секунду не поверив в искренность Ухёна. — Хорош говорить аллегориями, — посоветовал Ухён, — кого именно ты имеешь ввиду? Хоя улыбнулся: — Сонгю, естественно! Кого же я ещё могу иметь ввиду? Наму оставалось только удивляться про себя. Ховон его в такие моменты реально пугал своей прозорливостью. И ведь ни разу ещё не ошибся, паршивец! — Никого я не выслеживаю. Я просто стоял здесь и коротал время до начала следующей пары, — предпринял очередную попытку оправдаться Ухён, но Ховон на это лишь закатил глаза. — Да, ладно, Ухён! Прекрати упираться, наконец, и признай, что стоишь здесь не просто так, а с определённой целью! Это же очевидно! — Очевидно? — переспросил Нам. — Ты даже не представляешь насколько! — То, что тебе так показалось… — В том то и дело, что так показалось не только мне, а всему университету. Или ты думаешь, что никто не обратил внимания на изменения в твоём поведении? Нам расширил глаза на такое заявление: — Всему университету??? — Вот именно. И это неудивительно. Ты себя со стороны не видел. — А что не так то? — Ухён искренне не понимал, чем вызвал такой интерес у всего университета. — Что не так? Я тебе скажу. Уже три дня ты ходишь, сам на себя не похожий. В глазах появился какой-то безумный блеск, и поведение твоё полностью этому соответствует. Всё то время, что ты находишься в нашей с Дону компании, ты как будто бы отсутствуешь, витая в своих мыслях. Но стоит только в поле зрения появиться Сонгю, как ты весь напрягаешься и становишься похожим на маньяка, у которого в жизни только одна цель — добраться до своей жертвы. Ты, наверное, даже не обращаешь внимания, но ты реально стал одержимым! — Мне нужно с ним поговорить, а он как будто нарочно избегает меня! — выпалил Нам. — И я его очень хорошо понимаю. Твой хмурый вид может отпугнуть кого угодно, — заметил Хоя. — Неужели всё настолько плохо? — выдохнул Ухён. — Даже хуже! — ответил Хоя. Внезапно возникший на горизонте Дону поспешил подойти к друзьям: — Привет, мои дорогие! — просиял парень. — Привет, дружище, — ответил Хоя. — Ты очень вовремя. Мы тут как раз говорим о том, что поведение Ухёна за последние три дня сильно изменилось. — Ты о его одержимости Сонгю? — выдал Дону предположение, на что Нам простонал. — Вот видишь, — обратился Хоя к Ухёну. — Это слишком очевидно, для того чтобы ты доказывал обратное. Но с другой стороны есть в этом всём и положительная сторона! Ты дал студентам новое развлечение. Ребята с интересом наблюдают за развитием событий, и как обычно делают ставки, кто кого. — И кто же ведёт? — уныло поинтересовался Нам. — Пока что у вас одинаковое количество процентов, но кто знает как сильно изменится ситуация завтра, — ответствовал Дону. — Я не буду тянуть так долго. Мне нужно срочно отыскать Сонгю и выяснить некоторые интересующие меня моменты. — Оу, вот как? — хитро улыбнулся Дону. — Я только что из библиотеки и видел там Кима. Кажется, он был в отделе по философии. Видимо решил воспользоваться тем, что находится там один, и подготовиться, как следует, к семинару. Ухён моментально принял к сведению только что озвученную информацию и, не теряя времени, быстрым шагом направился в сторону библиотеки. — Ты куда? — крикнул ему вслед Хоя. — Заканчивать игру со ставками, — отозвался Ухён, заворачивая за угол. Сонгю стоял у окна и медленно пролистывал странички нужного ему пособия. Через два дня у него должен был состояться семинар по философии и профессор попросил Гю подготовить краткий доклад о Канте и о его основных достижениях. Ким настолько погрузился в изучение литературы, что совершенно не заметил, как сзади к нему кто-то подошёл. Сонгю только тогда понял, что не один, когда почувствовал, как на его зад легла чья-то рука и слегка сжала ягодицу. От такой неожиданности Гю просто впал в ступор, остолбенев на мгновение. Все мысли выветрились из головы, и единственное, о чём он в данный момент мог думать, это: «Какого чёрта?» — Нашёл что-нибудь интересное? — прошептал ему на ухо знакомый до боли голос. Не может быть! Ким резко развернулся и встретился лицом к лицу с Нам Ухёном, который стоял ухмыляясь, по всей видимости, очень довольный произведённым эффектом. — Что ты делаешь? — спросил ошарашенный Ким. Он до сих пор не мог собраться с мыслями, не понимая, что здесь происходит. — Я просто увидел тебя и решил поздороваться, — как ни в чём не бывало ответил Нам. — Поздороваться? Положив руку мне на задницу? — изумился Ким, забавно расширив глаза. На самом деле Нам этого не планировал. Он направлялся в библиотеку, в надежде поговорить с Кимом, но когда увидел его, забыл, зачем вообще шёл. Сонгю стоял возле окна между стеллажами, спиной к Наму. Ухён прошёлся взглядом по фигуре парня. На нём были надеты рубашка по фигуре и джинсы, которые плотно обтягивали его аппетитную задницу. Первый раз в жизни Ухён видел Гю в такой одежде, и надо сказать эффект на Ухёна это произвело моментальный, сработав подобно магниту, вследствие чего Нам и не смог устоять перед соблазном огладить формы Кима. — Да, а что такое, ты против? — полюбопытствовал Ухён. — Да, чёрт побери, против! — задохнулся от такой наглости Гю. Ухён почувствовал, что начинает раздражаться, хотя по большому счёту в сложившейся ситуации не имел на это права. Ведь сейчас в качестве притесняемого выступал Сонгю, а не он. Но вспомнив о том, что все эти три дня Ким сторонился его и делал вид, что Ухёна вообще не существует, Нам начал заводиться. Ему всеми правдами и неправдами хотелось вывести Кима из состояния равновесия, заставить его проявить нормальные человеческие эмоции по отношению к Ухёну, и единственным способом сделать это было — разозлить его. — Ещё скажи, что тебе не понравилось? — Сонгю расширил глаза от настолько неожиданного вопроса, но тут же вспыхнул, вспоминая свои ощущения от прикосновения, и от осознания того, кто именно к нему прикасался. Все остальные воспоминания, связанные с клубом, и с тем, чем Гю занимался с воображаемым Ухёном, тут же налетели со всех сторон и стали атаковать мозг Кима. Чувствуя, как горит его лицо, Сонгю, борясь с жутким чувством стыда, резко ответил: — Не понравилось. А теперь пропусти меня! — Сонгю очень надеялся, что Ухён отойдёт в сторону, но тот остался стоять на месте и не подумав уступать. — А что, если не пропущу? — спросил с вызовом Нам. — Лучше сделай это по-хорошему! — отчеканил Гю. Ухён засмотрелся на парня. Сейчас он был как никогда хорош. Раздражённый, но оттого не менее желанный. — А если я не хочу по-хорошему? — продолжал распаляться Нам. Ким сузил глаза: — Если не отойдёшь в сторону, мне придётся применить силу. — Хочешь применить силу? — хохотнул Ухён, раскидывая руки в стороны. — Вперёд! Ким несильно толкнул Нама в плечо, но тот не сдвинулся ни на йоту. Сонгю постарался обойти Ухёна сбоку, но Нам не позволил ему сделать этого, перегородив тому путь. Сонгю не мог понять, чего добивался Ухён. Зачем ему всё это нужно? Решил от нечего делать подоставать Кима? Гю думал, что эти его выходки уже в прошлом, но, как видимо, он очень ошибся. Понимая, что Нам просто так не отстанет, Ким начал злиться, сжимая и разжимая кулаки, чувствуя, как кровь ускоряет свой бег. Пытаясь не сорваться, он подошёл к Ухёну, и с силой толкнул того в грудь. Нам слегка отступил: — А вот это уже интересно, — широко улыбнулся Нам. В данный момент им завладел сильный азарт, и в парне проснулся настоящий охотничий инстинкт. Он вновь встал каменной стеной перед Гю. Терпение Сонгю лопнуло, и он навалился на Нама всем телом, руками упираясь тому в грудную клетку. Ухён перехватил руки Гю и вытянул их парню по швам. Кое-как вырвав из хватки Ухёна одну руку, Ким занёс её для удара, но был повален Намом на пол. Ребята сцепились в напряжённой борьбе. Катаясь по полу, каждый из парней пытался одержать над другим верх, но поскольку среди них лишь один был спортсменом, а именно Ухён, после минуты сражения, Гю оказался плотно прижатым крепким телом Нама к поверхности пола. Всё ещё усиленно отбиваясь, Сонгю пытался спихнуть с себя Ухёна, но не тут-то было. Нам завёл руки Киму за голову, обхватив пальцами запястья, и вперил в парня взгляд. Сонгю замер, глядя в горящие глаза Ухёна. И снова это состояние, как если бы он оказался под гипнозом. Нам стал приближать своё лицо к лицу Кима и тот, осознав, наконец, что именно Ухён собирается сделать, шумно выдохнул: — Ты же говорил, что не берёшь силой! — С тобой эта схема не работает, — произнёс Нам и в следующую секунду впился в губы Гю поцелуем. Ким плотно сжал губы, всеми силами сопротивляясь, вертя головой из стороны в сторону, пытаясь избежать того, что задумал Нам, но парень обхватил свободной рукой лицо Сонгю, удерживая его в одном положении, и продолжил целовать Гю, пытаясь добиться отклика. Ким, ощущая, как горячий язык Ухёна проходится по его губам, почувствовал, что его сопротивление тает, и не имея больше ни сил, ни желания бороться, ещё пару раз слабо дёрнувшись, сдался, приоткрывая рот, впуская язык Нама внутрь. Ухён среагировал на этот жест молниеносно, углубив поцелуй, и чувствуя, как язык Сонгю встречается с его собственным. Желание накатило настолько резко, что Ухёну показалось, что его хватит удар. Он жадно целовал Сонгю, не желая прерываться ни на секунду. Ким отвечал с такой страстью, что Наму просто крышу сорвало, и он абсолютно перестал себя сдерживать. Руки Сонгю расслабились, и Ухён разжал пальцы на его запястьях. Ким тут же запустил руки в волосы Наму, притягивая его голову ближе, для ещё более глубокого поцелуя. Страсть, похоть, вожделение захлестнули парней. Каждому из них хотелось гораздо большего, нежели обычный поцелуй. Придерживая голову Гю одной рукой, не прекращая целовать его, Нам с нажимом другой провёл по груди и по животу Гю, спускаясь к его паху, и запуская ладонь ему в джинсы. Гю глухо застонал, чувствуя, как рука парня легла на его член и сжала, начав двигаться по всей длине. Сонгю задыхался. Казалось, под ним сейчас загорится пол! Он стал извиваться всем телом, не в состоянии контролировать себя. Боже! Это было настолько желанно, настолько сладко, что Ким чувствовал, как будто он сходит с ума от эмоций переполнявших его. Тело пылало, возбуждение стало невыносимым. «Только не останавливайся» — в полубредовом состоянии молил про себя Гю. И Ухён как будто бы услышав молчаливую просьбу, продолжил сводить Кима с ума своими прикосновениями, быстро водя рукой по члену парня, в это время, кусая губы Гю, проводя по ним языком, и попеременно втягивая каждую в рот, вновь углубляя поцелуй. Ребята настолько выпали из реальности, что совершенно забыли, где они находятся, но звук хлопнувшей двери, поспешил им об этом напомнить. От неожиданности парни, слишком резко отпрянув друг от друга, подскочили на ноги. Гю стоял, тяжело дыша, с красными щеками и припухшими от поцелуя губами, не в силах посмотреть на Ухёна. Мысли сильно путались. В голове стоял шум. Господи! Что только что произошло? От осознания, что он позволил себе такое в публичном месте, да ещё и с самим Ухёном, Гю пришёл в ужас. Желая от неловкости исчезнуть с планеты Земля, Ким бросился наутёк из библиотеки, не проронив ни слова. И Нам бы побежал за ним следом, да только в данный момент он был не в состоянии этого сделать. Ему как будто бы обухом по голове дали. Он тупо проводил взглядом выбегающего Кима, а после того как тот скрылся из вида, прислонился телом к стеллажу и съехал по нему вниз, усаживаясь на пол. Запрокинув голову назад, Наму вздохнул. Казалось, он всё это время вообще не дышал, забыв, как это делается. На самом деле он не понимал, что на него нашло и как всё это произошло, но, чёрт возьми, это было офигенно! То, как Сонгю отвечал на его поцелуи, на его прикосновения, было чем-то потрясающим и явилось для Нама доказательством того, что у него есть все шансы добиться расположения Кима. На губах Ухёна начала играть идиотская счастливая улыбка! Нам чувствовал, что, не смотря ни на что, он всё правильно сделал и сегодняшний инцидент — это огромный шаг вперёд на пути к неуловимому Ким Сонгю.

***

Если до этого момента Ухён думал, что Сонгю его избегает, то он абсолютно точно не имел представления, что означает в понимании Гю слово «избегать». Следующие два дня Ким вообще перестал появляться на виду у Нама, и это ставило последнего в тупик. Можно было бы подумать, что Гю нет в университете, но это было не так, потому как Дону с Хоей видели его не единожды. Его видели абсолютно все, кроме Ухёна. Складывалось впечатление, что у парня есть какая-то суперспособность исчезать, становиться невидимкой, когда на горизонте появлялся Ухён. Нама такое положение вещей сильно расстраивало, ведь изначально он преследовал цель сблизиться с Кимом, а вышло так, что они наоборот ещё больше друг от друга отдалились, при том, что и до этого их общение нельзя было назвать полноценным. Единственное, что могло бы расставить всё по своим местам — это выяснение отношений между ребятами. Но ведь для этого снова надо было отловить Гю, а тот, по всей видимости, задался целью избегать Ухёна до конца обучения в университете. Ну почему всё так сложно? Почему нельзя просто поговорить и расставить все точки над «i»? До каких пор они будут играть в кошки-мышки? Бесконечные вопросы без ответов ужасно утомили Нама, и он решил, что нужно хотя бы немного разгрузить свою головушку от обилия надоедливых мыслей. А в этом случае лучшего способа, чем поход с друзьями в любимое кафе, придумать нельзя было. Хое и Дону не нужно было предлагать дважды, они всегда с большой радостью соглашались на такого рода вылазки, в особенности, когда инициатором этого являлся Ухён. Дождавшись окончания занятий, ребята чуть ли не вприпрыжку направились в кафе, волоча за собой Нама, не поспевающего за чересчур энергичными друзьями. Зайдя в небольшое помещение, парни уселись за свой любимый столик у окна с видом на центральную площадь, и поспешили сделать заказ. Когда официантка ушла, парни растянулись на кожаных диванчиках, наслаждаясь приятной ненавязчивой атмосферой заведения. — Так бы вечно сидел и ни о чём не думал, — протянул вальяжно Дону. — Если ни о чём не думать — отупеешь, — вставил шпильку Хоя, желая напомнить другу, что мыслительные процессы — это именно то, что делает человека «человеком разумным». Дону вскинул бровь: — Лучше уж ни о чём не думать, чем забивать себе голову бесконечными проблемами и вопросами, на которые не можешь найти ответа. — У меня таких проблем нет. Я всегда знаю, чего я хочу, и стремлюсь всеми правдами и неправдами добиться поставленной цели, — парировал Ховон. — А кто говорит о тебе? — поинтересовался Дону, переводя взгляд на Ухёна, в данную минуту вновь задумавшегося о своём, хмуря при этом лоб, — Я о нашем дорогом друге говорю. Хоя тоже посмотрел на Нама и, вздохнув, решил вывести парня из состояния лёгкого коматоза, пощёлкав перед его носом пальцами: — Ухён, очнись! Нам, вынырнув из своих размышлений, обращая внимание на друзей: — Извините, я просто… — Дай-ка угадаю, — предложил Хоя. — снова Сонгю? — С чего ты взял? — спросил Ухён. — Не нужно быть гадалкой или медиумом, чтобы знать об этом. Последнее время ты только и говоришь, что об этом парне. — Может быть потому, что мне нужно с ним побеседовать, а у меня не получается этого сделать? — обратился Нам к Хое, намекая на то, что и так казалось бы очевидно. — О чём ты хочешь с ним поговорить? — справился Дону. — Ты так рвёшься это сделать, что мне этот вопрос не даёт покоя. Думаю не только мне, — парень посмотрел на Ховона и тот кивнул, в знак согласия. — Неважно, — отмахнулся Нам. — Э, нет, дружочек, так дело не пойдёт. Ты просто обязан нам рассказать об этом, если не для того, чтобы раскрыть свою страшную тайну, то хотя бы для того, чтобы получить дружескую поддержку в виде мудрого совета. Ухён посмотрел на Дону так, как будто тот сморозил откровенную глупость. В данный момент ему как-то совершенно не хотелось говорить на эту тему, а просто постараться расслабиться, проще говоря, сделать то, ради чего он и шёл в кафе. Но, быть может, если он ответит на этот вопрос, то ребята перестанут его доставать, и они смогут, наконец, обсудить что-нибудь другое. Желая поскорее сменить тему, Нам решил рассказать правду: — Я просто хотел пойти на мировую, вот и всё, — спокойно ответил Ухён, в надежде, что друзья от него отстанут, но надежды не оправдались. — Надо было воспользоваться тем случаем, когда ты пришёл к нему в библиотеку. Не нужно было его тогда отпускать, надо было прижать парня и заставить тебя слушать, — произнёс Хоя. Это была та самая версия, которую Нам поведал друзьям после инцидента с Гю. Правду он тогда рассказать не решился. А ведь по большому счёту в том, что произошло, не было ничего такого. Ну подумаешь, немного потерял контроль… Подумаешь, чуть было не трахнул парня в библиотеке. Да такое может случиться с кем угодно! — На самом деле, я его не отпускал, — замялся Ухён. Хоя с Дону удивлённо переглянулись: — Так, с этого места поподробнее, — Хоя подался всем корпусом вперёд в ожидании подробностей. — У нас случился небольшой конфликт из-за маленького недоразумения, — продолжил Нам. — А поточнее, — поинтересовался Дону. — Ну, я…хм… поздоровался с ним, но немного нетрадиционным способом. — Боюсь даже предположить, — произнёс Хоя, пряча улыбку. — И что же это за способ такой? — Я положил ему руку на задницу, ничего больше, — просто ответил Нам. Хоя прыснул от смеха, поворачиваясь к Дону: — Ты знаешь, я думаю, Ухён никогда не перестанет меня удивлять. А я то голову ломаю, почему Сонгю от него бегает. Теперь всё ясно. — Что в этом такого? — стал хлопать ресничками Нам. — Ничего особенного. И вообще у нас у всех принято при встрече с людьми, с которыми мы практически не общаемся, в знак приветствия класть им руку на задницу, — с наигранно серьёзным видом произнёс Хоя, но, не сдержавшись, всё же издал смешок, — Ладно, Бог с тобой, а Ким то как отреагировал на это? — обратился он к Ухёну. — Ему это не понравилось. — Странно, — пошутил Хоя. — С чего бы это? — Прекрати меня подкалывать! — взмолился Нам. И зачем он вообще начал говорить на эту тему, ведь знал же, что за этим последует. — Хорошо, хорошо, — сжалился Ховон. — Что было дальше? — Дальше он стал порываться уйти, но я должен был его удержать каким-нибудь способом. И… так получилось, что мы немного подрались, повалились на пол, а потом… Хоя с Дону слушали в оба уха, ожидая, когда Нам расскажет, чем всё закончилось. — Он ушёл? — предположил Хоя, но Ухён помотал головой, давая понять, что догадка оказалась неправильной. — Что же тогда? Нам красноречиво посмотрел на друзей, и те в один голос воскликнули: — Нееет!!! — А что мне оставалось делать? — поинтересовался Ухён, видя бурную реакцию своих друзей. — Так ты не шутишь? — изумился Хоя, проигнорировав вопрос Нама. — В библиотеке?!! Серьёзно? — Да, в библиотеке, — бросил Ухён. — Какая разница? Я просто хотел, чтобы он перестал меня игнорировать и обратил, наконец, на меня внимание! — Вааа… Да ты серьёзный парень! — заметил Дону, растягивая губы в улыбке. — С тобой опасно связываться. Теперь даже если мы с тобой поссоримся, я уж точно никогда и ни при каких обстоятельствах не стану тебя игнорировать. Хоя после этих слов рассмеялся, а Нам стал буравить друзей тяжёлым взглядом. После того, как Ховон успокоился, Ухён спокойно произнёс: — Я вам рассказал в надежде на то, что вы поможете мне выпутаться из сложившейся ситуации, но, наверное, я обратился не по адресу. Забудьте, я сам справлюсь. Ребятам стало неудобно перед другом, и они поспешили исправиться. Дону стал серьёзным, а Хоя, мягко улыбнувшись, обратился к Наму: — Ухёна, мы столько лет с тобой дружим, а ты до сих пор не можешь привыкнуть к нашим подколам? Ухён привык и даже не был против, но не тогда, когда дело требовало срочного вмешательства. А делая акцент на то, что Нам ломал голову над этим вопросом уже не один день, и был в неважном расположении духа, то всякого рода шуточки и подколы действовали на него как красная тряпка на быка. — Я привык, — ответил Нам. — Но всё же очень бы хотелось получить тот самый мудрый совет, о котором говорил Дону, а не слушать как вы, два придурка, глумитесь надо мной, — шутя прикрикнул Нам, и кинул в Хою скомканной салфеткой. — Эй, а почему именно мне прилетело? — возмутился Ховон, отбивая рукой бумагу. — Потому что твои шуточки достают меня гораздо больше, нежели шутки Дону, — аргументировал свой поступок Ухён. Хоя ничего на это не ответил, крыть было нечем. Вместо этого он просто сменил тему, решив перейти к сути дела: — Знаешь, что я думаю по поводу Сонгю? Мне кажется, то, что произошло между вами оказалось для него неким потрясением. Он просто не был готов к такому повороту событий. Только вчера вы грызлись как собаки, а сегодня…хм…общаетесь в библиотеке. — Он не остался безучастным, — заметил Нам. — Пусть так, но это всё было на эмоциях. Выплеск адреналина, эффект неожиданности и прочее — всё это повлекло за собой такую реакцию, — пояснил Хоя. — Значит, считаешь, я ему неинтересен? — задал вопрос Ухён. — Я этого не говорил. Но! Ты должен дать ему время обо всём подумать. В противном случае всё осложнится ещё больше и дойдёт до того, что он вообще переедет в другой город. — Ну, ты не перегибай, — хмыкнул Дону. — Ладно, я немного преувеличил, но то, что Сонгю закроется от тебя — это сто процентов. Просто дай ему время. — Время, — протянул Нам. Что-то слишком часто все ему стали талдычить о времени. Сначала ситуация с Datenshi, теперь с Сонгю. Почему нельзя получить всё и сразу? Почему всегда нужно чего-то ждать? Вопрос, на который Ухён очень хотел бы получить ответ. — Надеюсь, ты примешь к сведению этот совет, и он тебе поможет. И если это всё, что тебя беспокоило, то мы можем просто закрыть эту тему и немного расслабиться, поговорив на отвлечённые темы, — произнёс весьма неожиданно Дону. Ухён был удивлён, но тем не менее несказанно рад такому предложению. Наконец-то у него появится возможность избежать сомнительных тем. — Да, давайте поговорим на отвлечённые темы, — согласился Ховон, листая меню и делая вид, что внимательно его читает… — Вы хоть предохранялись? — после небольшой паузы выдал Хоя, заставляя Нама поперхнуться холодным чаем, который он медленно попивал. — Хоя!!! — откашлявшись, прикрикнул Нам. — У нас не было секса, мы просто… валялись на полу и целовались, — закончил в более сдержанном тоне Ухён. — Да? Тогда ладно… просто я подумал, что всё-таки публичное место, много книжной пыли, да и студенты много грязи на ногах таскают… мало ли, — рассуждал Ховон, но под строгим взглядом Нама замолчал, вновь утыкаясь взглядом в меню. Дону в этот момент внимательно смотрел на Хою и еле сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. Ухён напряжённо следил за Ховоном, но когда понял, что тот больше не собирается произносить ничего, расслабился. — Нет, но в библиотеке! — воскликнул Хоя, и Дону расхохотался, не в силах больше сдерживаться. Нам, глядя на этих двух дурачков, именуемых его друзьями, только закатил глаза, в который раз задаваясь вопросом, за что ему такое счастье. Однако видя, как искренне веселятся ребята, трясясь от хохота, почувствовал, что весёлая атмосфера передаётся и ему, и спустя буквально минуту, присоединился к ребятам, сползая под стол от смеха.

***

— Гю, что тебя беспокоит? — поинтересовалась Шинхё, пока они вчетвером, вместе с Менсу и Сонёлем, неспешно шли в сторону дома, возвращаясь с прогулки после университета. Вот уже несколько дней она наблюдала за переменой в настроении Кима. Причём она не могла сказать, что эта перемена была плохой. Разница между поведением Сонгю в тот самый раз, когда она узнала от него о том, что парень работает в клубе и поведением в данный момент определённо была. В тот раз она лицезрела отчаяние и безнадёгу, в этот же Гю просто стал немногословным, и вид у него был такой, как если бы ему задали разгадать какую-то головоломку. Проще говоря, сейчас Сонгю был очень задумчивым и около восьмидесяти процентов времени, проводимого с друзьями, витал где-то в своих мыслях. Что послужило поводом к этому, Шин не знала. — Ничего не беспокоит. Всё в норме, — ответил Гю, улыбнувшись. — Точно? В клубе всё хорошо? — поинтересовалась Шин. — Да, всё отлично, — кивнул Ким, смотря прямо перед собой на идущих впереди Менсу и Сонёля. Эта парочка так органично смотрелась вместе, что Сонгю стало немного завидно. Ему тоже хотелось, чтобы у него был человек, с которым бы он мог пройтись по улице за ручку, в обнимку, смеяться, кормить друг друга мороженным, целоваться, забывая обо всё на свете… Вообще-то последний пункт у Гю уже был недавно... в библиотеке… Одна только мысль об этом заставила щёки Кима вспыхнуть ярким румянцем. — Вот! — воскликнула Шинхё, — Это опять происходит! О чём ты сейчас думаешь? На твоём лице появился румянец! — Быть может, он думал о каком-то парне, который заставляет его сердце биться чаще, — пропел обернувшись Менсу, краем уха услышавший обрывок разговора Сонгю и Шинхё. — Ни о ком я не думал! — стал отнекиваться Гю, стараясь выглядеть как можно более непринуждённо. Выходило из рук вон плохо. — Хочешь сказать, что ты покраснел без причины? — недоверчиво спросила Шин. Она чувствовала, что Сонгю что-то скрывает, но тот молчал как партизан, ничего не рассказывая. — Причина есть. На улице жуткая жара! — выкрутился парень. Насколько бы ему не хотелось поделиться случившимся между ним и Ухёном в библиотеке, пока Гю не был готов рассказать об этом, даже своей подруге. Да и как об этом можно спокойно говорить? Если даже думать об этом было стыдно. — Мы только что были возле фонтана и вымокли насквозь, — вступил в разговор Сонёль. — Хочешь сказать, что тебе всё ещё жарко? — Есть такой момент. Моя футболка практически высохла, — аргументировал Гю, ловко сменив тему. — Вы придерживаетесь тенистой стороны, я же вынужден идти по солнцу. Хотя по большому счёту, больше всех в сушке нуждается Шинхё. — С чего вдруг? — удивилась девушка, непонимающе воззрившись на Сонгю. — С того, что мы парни. Мокрые футболки на нас — это нормально, а вот на девушке… — Сонгю выразительно посмотрел на грудь подруги, в данный момент отчётливо проступившую под просвечивающейся мокрой футболкой, — это слишком, как мне кажется. — Для кого слишком? — ухмыльнулась Шинхё. — И что это за дискриминация по половому признаку? Ну и что с того, что моя футболка слегка просвечивается? Что в этом страшного? — В том то и дело, что страшного ничего, а соблазнительного для подозрительных типов — хоть отбавляй, — заметил Сонгю. — Ой, я тебя умоляю. Кому я нужна? — пошутила девушка. Ребята завернули в длинный переулок. Направляясь к выходу из подворотни, ребята прошли мимо компании состоящей из четверых парней, стоявших в стороне и общающихся между собой на повышенных тонах. По всей видимости, те были на подпитке, на что сразу обратил внимание Гю. Он ускорил шаг, давая знак остальным ребятам сделать то же самое, желая не мозолить лишний раз глаза таким людям. Он очень надеялся, что компания их не заметит… — Эй, красотка! — крикнул один из парней. Не трудно было догадаться, к кому именно он обращался. Вот чёрт! Друзья продолжили упорно двигаться дальше, игнорируя оклик парня. — Эй, детка! Я к тебе обращаюсь! — голос прозвучал совсем близко, и в следующую минуту Шинхё схватили за руку и резко развернули на сто восемьдесят градусов. Ребята тут же поспешили вмешаться. — Не трогай её… — пытаясь не вспылить, убийственно спокойным тоном произнёс Сонгю, убирая руку парня с запястья Шин. Он знал, что с пьяными людьми лучше не связываться и если уж приходиться разговаривать, то ни в коем разе не повышая голоса, дабы не спровоцировать драку. Сонёль и Менсу стояли рядом, готовые в любую минуту встать на защиту Шинхё. Парень перевёл захмелевший взгляд на Гю: — Я не с тобой разговариваю, а с этой цыпочкой! — затем вновь посмотрел на Шинхё, проходясь по её телу масляным взглядом, — А ты горячая штучка. Не хочешь пойти со мной в одно чудное местечко и уединиться там? Ты не пожалеешь, — произнёс хриплым голосом парень и развратно облизал губы. — Не хочет, — ответил за подругу Сонгю, беря за руку бледную от страха Шин, и намереваясь уйти, но парня такой расклад не устраивал, и он схватил девушку за другую руку, пытаясь забрать её с собой. Компания подвыпивших подобралась ближе, давая понять, что так просто отпускать свою добычу они не намерены. — Отпусти, — процедил сквозь зубы Сонгю, теряя терпение. — Слышишь, парнишка, не указывай мне, что делать, я этого очень не люблю! — А я не люблю, когда мою подругу трогают все кому не попадя! — Это я-то кому не попадя? — недобро усмехнулся парень. — Шёл бы ты отсюда дружок, по добру по здорову, пока сильно не пожалел! — и невооружённым взглядом было видно, что он на пределе, и если Ким скажет ещё хоть слово, то тот сорвётся. Но Гю было плевать, для него главной задачей было защитить Шинхё. — С радостью, только со своей подругой, — уверенно произнёс Гю, зная наверняка, что за этим последует. — Чёрта с два! — выплюнул парень и, резко дернув за руку Шинхё, отпихнул её в сторону, тут же накидываясь на Сонгю. Менсу и Сонёль перехватили удар, оттаскивая противника в сторону, но его друзья не собирались стоять в стороне и ждать, когда драка закончится в пользу молокососов. Один из нетрезвой компании подбежал к Менсу и, схватив его за локти начал оттаскивать от своего товарища. Поставив его на ноги, он развернул Су к себе лицом и заехал ему в лицо кулаком. Менсу отпрянул назад, сплёвывая кровь, но в долгу не остался и тут же зарядил ногой в живот своему оппоненту. Сонёль в это время сражался с тем самым парнем, который затеял всю эту заварушку. Увидев, что Менсу ударили, у него в глазах потемнело от злости, и он нанес удар своему противнику в солнечное сплетение, оставляя того валяться на земле, корчась от боли. Шинхё стояла в стороне ни живая, ни мёртвая, но увидев, как один из парней, тот, который до этого не принимал участия в драке, направился в сторону Сонгю, отбивающегося от неприятеля, решила помочь и бросилась хулигану на спину, пытаясь удержать его на месте и громко вереща, используя любые средства для того, чтобы дезориентировать противника. Тот, расцепив руки девушки, сбросил её на землю, а затем вновь направился к Сонгю, в этот момент находящегося к нему спиной. Пользуясь моментом пока противник его не видит, парень занёс руку для удара. — Гю!!! — истошно выкрикнула девушка, подскакивая с земли, но понимая, что не успеет остановить нападение. Сонгю обернулся и увидел летящий в его направлении кулак. Однако цели своей удар не достиг, потому как в следующий момент нападающий был сбит сбоку человеком, повалившим парня на пол. Когда этот человек повернул голову вбок, Шинхё открыла рот от удивления. УХЁН??? Невероятно, но спасителем Сонгю оказался Нам Ухён, который в данный момент лупил недруга по лицу, выглядя при этом очень устрашающе. Гю, наблюдая за этой картиной, целиком и полностью разделял изумление своей подруги. И речь уже даже не шла о том, что Нам забыл в этом переулке. Странным был сам факт его ярости, которая в данный момент чётко обозначилась в его напряжённой позе и в выражении его лица. Гю поспешил остановить Ухёна, подозревая, что сам он этого делать не собирается. Схватив Нама за руку, занесённую для очередного удара, Ким моментально привёл того в чувства. Ухён перевёл не до конца ещё осмысленный взгляд на Гю: — Я думаю, с него хватит, — произнёс Ким, пристально глядя в глаза Наму. Тот с секунду помолчав, слабо кивнул и поднялся на ноги. Потом резко повернулся в ту сторону, где продолжалось столкновение противоборствующих сторон. К союзникам Сонгю и его компании, незаметно для них прибавилось ещё два человека в лице Хои и Дону, которые так неожиданно подоспели вместе с Ухёном на помощь своим сверстникам, и теперь осыпали ударами пьяных уродов, которые затеяли потасовку, пытаясь доходчиво объяснить отморозкам, что не стоило этого делать. Зачинщики всего этого беспорядка осознали, что далее отстаивать свою правоту нет смысла и, поджав хвосты, поспешили ретироваться — кто на своих двух, а кто на четвереньках, потому как отхватили они в этой драке неслабо. Как только они скрылись из вида, ребята оценили масштабы катастрофы и пришли к выводу, что отделались малой кровью. А ведь всё могло закончиться не так радужно, если бы им на помощь не подоспели Хоя, Дону и …Ухён. У Сонгю до сих пор в голове крутилось множество вопросов, которые он очень хотел задать этому парню, но сейчас нужно было немного прийти в себя. Посмотрев украдкой на Нама, Ким перевёл взгляд на Шинхё и, оглядев её с ног до головы, спросил: — Ты как? — Жить буду, — ответила девушка, всё ещё не оправившись от потрясения, вызванного стрессовой ситуацией. Сонгю очень надеялся, что подруга говорила правду. Он притянул её ближе к себе и крепко обнял. Нам отметил про себя, как по-хозяйски Гю держит в объятиях девушку, и в груди от этого неприятно кольнуло. Ему определённо не нравился такой жест, проявленный Кимом по отношению к Шинхё. Могло ли быть так, что у них взаимоотношения? Ведь невооружённым взглядом было видно, что девушка ему очень дорога и насколько он трепетно к ней относится. Сонгю тем временем немного отстранившись от Шин, повернулся в сторону друзей: — Ребята, вы там живы? — поинтересовался он, обращаясь к четвёрке, стоявшей неподалёку. — Порядок! — отозвался Менсу. — Где порядок-то? — запротестовал Сонёль, в это время осматривая разбитую губу своего парня. — Эти уроды изувечили его, Гю! — Да нормально всё! Не преувеличивай, — не согласился Менсу, беря парня за руку и подходя ближе к Сонгю, Шинхё и Ухёну, переминающемуся с ноги на ногу рядом. Хоя и Дону подтянулись следом. — Ничего, ничего! Я тебя вылечу. Как доберёмся до дома, я тебе покажу, что такое настоящая забота! — заявил Ёлли. Что именно он имел ввиду под этими словами, никто уточнять не стал, но чтобы не заострять внимания на его словах, Сонгю обратился к Хое и Дону: — Вы как, ребята? — Отлично! — улыбнулся Хоя. — День обещал быть скучным, а тут такой сюрприз. Давненько я не участвовал в драках. Приятно осознавать, что форму я не потерял. — Ну, немного всё-таки потерял, — заметил Нам, глядя на разбитую бровь парня. Шинхё расширила глаза, обратив внимание на рану парня. — У тебя кровь! — девушка подошла ближе к Ховону и провела пальчиком под бровью, стирая кровоподтёк, образовавшейся из-за небольшого рассечения. Хоя посмотрел на девушку, внимательно изучающую его ранение, и аккуратно перехватив её руку, заставил посмотреть ему в глаза: — Пустяки, до свадьбы заживёт, — мягко улыбнулся он. Шинхё не смогла сдержаться от небольшой колкости: — Ну, тогда ты точно истечёшь кровью, а этого ни в коем случае нельзя допустить. Хоя не ожидал такого ответа. Да, эта девочка оказалась очень острой на язычок. Все прекрасно знали, что Хоя был ходоком и представительниц прекрасного пола менял как перчатки. Нам даже по этому поводу шутил, говоря, что он писать ходит дольше, чем Хоя встречается с девушками. Но то, что эта мало знакомая ему девушка сделала ему такого рода замечание, да ещё и в такой форме, которую предпочитал сам Ховон, действительно удивляло парня. — Что же ты предлагаешь? — поинтересовался Хоя, — Пойти к тебе домой и там, в домашних условиях обработать мне рану? — Ховон ожидал, что таким предложением смутит Шин, но не на ту нарвался. — Отличная идея! — просияла Шинхё, отчего парень растерялся окончательно. Остальные стояли удивлённые таким поворотом не меньше. — Ты серьёзно, Шин? — поинтересовался Сонгю, выискивая во взгляде Шинхё намёк на шутку. — Абсолютно! — поспешила уверить друга в серьёзности своих слов девушка. — Надо как можно скорее оказать первую медицинскую помощь. Менсу тоже нуждается в ней, к слову сказать. — За Менсу не переживай, я о нём позабочусь, — ответил Сонёль. Шинхё окинула взглядом всех собравшихся, выискивая раненных, но таковых больше не нашлось. Она оглянулась назад, на ещё одного парня, который скромно стоял в сторонке. — А как насчёт тебя, Ухён? — спросила Шинхё. Вот уж никогда бы она не подумала, что предложит ему свою помощь, но девушка, как бы это удивительно не было, чувствовала благодарность за то, что тот помог Сонгю, и хотела отплатить Наму за этот поступок. — Я в норме, — ответил Ухён, слегка улыбнувшись. — Не пострадал, совершенно. — Ладно. Тогда я предлагаю не терять времени и постараться помочь остро нуждающимся, — подытожила Шинхё. — И вообще я буду безумно рада, если мы свалим отсюда, как можно быстрее. Пока все шли в сторону дома Шин, Менсу и Сонёль трещали без умолку, общаясь с Хоей и Дону. Как оказалось общих тем ребята нашли море, и скучно им точно не было. Сама Шинхё перебрасывалась словами с Сонгю, который был явно недоволен тем фактом, что подруга собирается привести к себе в дом парня, да к тому же прожжённого ловеласа. Шин старалась успокоить Гю, говоря о том, что она всего лишь хочет отплатить добром за добро, да и дома они буду не вдвоём, а втроём. Дону тоже зайдёт к ней. Сонгю хмурился, но каких-то аргументов в противовес предоставить не мог. Ухён же всё это время, идущий вместе со всеми, но не примыкнувший ни к одной из групп, вслушивался в разговор Кима и Шинхё, стараясь выяснить, какие же отношения их связывают. По виду Сонгю он мог сделать вывод, что тому очень не нравилась идея того, что Шин приглашает к себе в дом Хою. Неужели Гю ревнует? Такой вариант был вполне возможен, и это совершенно не радовало. Добравшись до дома Шин, ребята остановились. — Менсу, ты уверен, что не хочешь, чтобы я помогла тебе? — спросила Шинхё. — Уверен, — улыбнулся Менсу. — Ёлли обо мне позаботится. Уверяю тебя, что завтра я буду как новенький. — Не сомневаюсь, — усмехнулась девушка. Уж кому как не ей было отлично известно, что Сонёль мог быть просто чокнутым, если дело касалось здоровья и безопасности Су. — Ладно, мы пойдём, пожалуй, — произнёс Сонёль, беря за руку Менсу. — Отлично погуляли. Надеюсь, следующая прогулка будет поспокойнее, — парень махнул всем на прощание, и уволок тяжело вздохнувшего Менсу за собой. Проводив взглядом друзей, Шин повернулась к оставшимся ребятам. Те стояли молча, переглядываясь между собой. Она бы непременно пригласила Сонгю к себе, но зная, что парню через три часа надо было идти в клуб, при всём желании не могла этого сделать. Ухёна она не приглашала по той простой причине, что недолюбливала парня, и к этому Нам сам когда-то приложил руку, доставая Сонгю при любом удобном случае. Она и Дону не хотела звать, но поскольку не сильно доверяла Хое, решила пригласить его лучшего друга для своеобразной страховки. Молчание немного затянулось, и Ким предпринял попытку попрощаться. Настороженно окинув взглядом Хою и Дону, он обратился к подруге: — Я тоже уже пойду, Шин. У меня ещё есть кое-какие дела, которые надо сегодня решить. Девушка понимающе кивнула. — Спасибо вам, ребята, за то, что помогли нам сегодня, — поблагодарил Гю парней, хоть по-прежнему не доверял им в некоторых вопросах. — Не надо благодарить, — сказал Хоя, — Уверен, вы бы тоже не остались в стороне, случись такое с нами. Сонгю сложно было поспорить с этим утверждением. Наверняка так и было бы. Шинхё помахала рукой Гю и дала знак Хое с Дону следовать за ней. — Не скучай, Намстар, — лукаво подмигнул другу Дону и, развернувшись, направился вслед за Шинхё и Ховоном, оставив Кима и Ухёна в компании друг друга. Оказавшись в доме Шинхё, ребята стали озираться по сторонам. Никакой роскоши, всё достаточно скромно, но настолько по-домашнему, что это моментально расслабило, заставляя чувствовать себя как дома. — Проходите в гостиную, я сейчас подойду, — дала Шин ценные указания парням, направившись за аптечкой. Ребята разулись и прошли в просторную комнату. Дону подошёл к полкам с книгами, на которых красовались семейные фотографии. Среди многочисленных оказалась парочка с изображением Шинхё в обнимку с Сонгю. Дону взял фото и показал его Хое, в данный момент стоявшего возле дивана и не решающегося присесть. Тот только развёл руками в стороны, мол «это нормально для лучших друзей». Дону хмыкнул и поставил фото обратно на то место, откуда взял. Хоя вертел головой по сторонам, не зная на чём задержать взгляд. Вроде бы комната как комната, но тот факт, что в этом доме жила Шинхё, весьма интересная девушка, заставляло парня сканировать помещение на наличие каких-то мелочей, которые могли бы рассказать хоть что-нибудь о его хозяйке. — А вот и я, — отвлекла Шинхё от созерцательного процесса своих гостей. — Не сильно заскучали? — А если я отвечу, что сильно? — Хоя вновь приступил к своему любимому занятию, которое он любил больше всего. Маленькие шпильки в адрес Шин, дабы проверить её на прочность. То, что личностью она была незаурядной, он уже понял, но Хое очень хотелось ещё чуть-чуть посоревноваться в словесной дуэли. — Если так, то я постараюсь исправить такое положение дел, — спокойно ответила Шинхё. — И каким же образом? — вскинул бровь Хоя. — Любым, — заявила Шин, не задумываясь. — Воу! Может, тогда станцуешь стриптиз? — усмехнулся Ховон. — Стриптиз не самая моя сильная сторона, если честно, хотя был однажды у меня такой грешок, — произнесла Шин, заставив Хою раскрыть рот от удивления. Боги! Да эта девочка полна сюрпризов. Ну ничего же себе! Шинхё лишь рассмеялась, увидев обескураженное выражение лица Ховона. Парень по ходу дела реально поверил в её слова. Наивный. — Расслабься, я просто пошутила. Дону прыснул от смеха, глядя на растерянное лицо друга. Такое он видел впервые и надо сказать, это было нечто! Хоя тут же постарался взять себя в руки: — Твои варианты, — предоставил он слово девушке. — У меня неплохо получается ухаживать за больными. И я хотела бы продемонстрировать своё умение, если ты не против. — Шинхё указала Хое на диван, приглашая присесть. Парень тут же послушно выполнил просьбу. Шин примостилась рядом, доставая из коробки с медикаментами вату, спирт и пластырь, приступая к обработке раны. Хоя следил за увлечённо занимающейся своим делом Шинхё, отмечая про себя миловидную внешность девушки. И почему он раньше не обращал на неё внимания? Может быть потому, что считал её слишком правильной, а с такими Хоя не связывался. Такие, по его мнению, требовали слишком многого, того, чего Ховон не мог им дать. — Ты одна дома? — задал вопрос Хоя, решив заполнить образовавшуюся паузу. — Да, родители уехали на неделю и оставили меня за главную. — Значит ты у нас очень хорошая девочка, на которую можно положиться, — заключил Хоя. — Временами, — лукаво улыбнулась Шинхё. — Быть всё время хорошей слишком скучно. Вот, значит, как? В тихом омуте черти водятся. После этих слов Ховону нестерпимо захотелось проверить, насколько слова Шинхё соответствуют действительности и он, дождавшись, когда Шин в очередной раз прикоснётся к его рассеченной брови, сдавленно простонал, как если бы она причинила ему боль. Девушка растерялась: — Прости, я сделала тебе больно? — Шин, не зная, что делать, приблизила своё лицо к лицу Ховона и начала дуть на рану, чтобы хоть немного уменьшить боль, чем и воспользовался Хоя, изловчившись и коротко поцеловав девушку в губы. Шинхё отпрянула в сторону, укоризненно посмотрев на парня, но вопреки его ожиданиям, пощёчину или скандал он за свой дерзкий поступок не получил. Просто пронзительный взгляд, от которого у Хои все внутренности завязались в тугой узел. А когда спустя мгновение девушка криво усмехнулась, то Ховон и вовсе потерял дар речи. Эта её ухмылка была настолько красноречивой, как бы говорящей: «Ты настолько предсказуемый. Другого от тебя ожидать не было никакого смысла», что Хоя не мог скрыть своего разочарования. Разочарования не в Шинхё, а в себе. Первый раз в жизни. Он настолько привык, что девушки без ума от него, что сейчас просто поверить не мог в существование такой, которая не купилась на его зверское обаяние. Прочный зрительный контакт ребят прервал Дону, лёгким покашливанием намекая им, что они не одни в комнате. Шинхё моментально сделала вид, что ничего не было, причём сделала это чрезвычайно просто, сменив тему: — Вы так просто оставили своего друга одного, получив от меня приглашение зайти в дом. Он не обидится? — Обидится? — хохотнул Дону. — Я думаю, он нам ещё спасибо за это скажет! Шинхё перевела взгляд на Дону. В принципе она понимала, к чему клонит парень, но всё-таки решила убедиться в своих предположениях: — Что ты имеешь ввиду? — прикинулась дурочкой Шин. — Думаю, ты и сама знаешь, — ответил Дону, поиграв бровями. — Тебе кажется, что у Ухёна какие-то виды на Сонгю? — Мне не кажется, я уверен в этом на сто процентов! И весь университет давным-давно это заметил. Вопрос только в том, когда они с Сонгю станут парой официально. Ухён — очень целеустремлённый парень и непременно добьётся своего. — Откуда такая уверенность? Ты совсем не знаешь Сонгю! — начала Шинхё. — Да, но я очень хорошо знаю Ухёна. Поверь, он своего не упустит. Шинхё перевела взгляд на Хою, ожидая подтверждения слов Дону, и Ховон кивнул, давая понять, что друг говорит правду. Девушка тяжело вздохнула. Если эти двое правы, то у Сонгю нет шансов избежать участи быть загнанным в сети сердцееда и профессионального обольстителя Нам Ухёна. Бедный, бедный Гю…

***

Наблюдая за тем, как ребята скрылись в доме Шинхё, Ухён повернулся, чтобы что-то сказать Сонгю, но того уже и след простыл. Нам посмотрел перед собой и увидел едва различимый силуэт парня, который незаметно успел уйти на достаточно большое расстояние. Ухён выругался про себя за свою невнимательность и не дожидаясь, пока парень скроется из вида окончательно, побежал догонять Кима. Тот тем временем шёл неспешно по направлению к своему дому, думая обо всём, что сегодня произошло. Неожиданное появление Ухёна, совершено не укладывалось в голове. Сначала Сонгю растерялся. Уж кого-кого, а Ухёна он меньше всего ожидал увидеть в качестве подмоги. После того, как потрясение прошло, Сонгю хотел поблагодарить Нама за помощь, но взглянув на него всего лишь раз, Гю вспомнил инцидент в библиотеке и слова, готовые сорваться с губ так и не были произнесены. Уж слишком неловко становилось при воспоминании об этом. Неловко и…жарко. Сонгю очень хотел иметь возможность вести себя в обществе Нама как ни в чём не бывало, но пока что у него это плохо получалось. — Чёрт, что же мне теперь делать? — спросил Гю в пустоту улицы, обращаясь к самому себе. — Делать с чем? — вопрос со стороны заставил Гю подскочить на месте. Он повернулся вбок и встретился глазами с Ухёном, который внимательно смотрел на Кима, прожигая своим взглядом. На лице у него играла лёгкая улыбка, вызванная забавной реакцией Кима на его появление. — Ухён? — выдохнул Гю. Сердце до сих пор отбивало бешеный ритм, не в силах успокоится. И непонятно было, по какой именно причине это происходило. Из-за испуга или из-за того, что в метре от него находился тот самый человек, рядом с которым Сонгю терял возможность вести себя адекватно. — Ты кого-то другого ожидал увидеть? — задал вопрос Нам. Гю пару раз растерянно моргнул и всё же предпринял попытку взять себя в руки. — Я вообще не ожидал никого увидеть, — стараясь сохранять хладнокровие, отозвался Гю и, развернувшись, решил продолжить свой курс. Нам последовал за Кимом. Гю надеялся, что парень пойдёт в обратном направлении, но тот продолжал упорно идти за Сонгю. — Почему ты идёшь за мной? — спросил Ким у Ухёна, сам не зная, какой ответ хотел бы услышать. — А почему бы и нет, — ответил Нам. — Я думал, ты живёшь в другой стороне. — Не могу же я оставить тебя одного, — хмыкнул Нам. — Я не маленький, сам смогу справиться, — парировал Гю. — Вот как? По-моему сегодняшняя ситуация с пьяными отморозками доказала обратное, — напомнил Ухён. — Это просто совпадение. Да и к тому же молния дважды в одно и то же место не попадает, — аргументировал Гю, бросив короткий взгляд на Нама. Он старался по возможности избегать длительных зрительных контактов, и был счастлив, что в данный момент ему представилась такая возможность. Ведь он шёл, а идти, глядя вперёд, и попеременно смотреть собеседнику в глаза, было крайне неудобно. На самом деле Сонгю просто боялся, что задержи он взгляд на Ухёне дольше, чем на полминуты, и тогда он наверняка потеряет бдительность и перестанет себя контролировать. — Я думаю, мы не будем проверять, так ли это на самом деле и элементарно перестрахуемся, — пояснил Нам. — Ведь нам не нужны проблемы в виде ещё одной такой потасовки. Сонгю ничего не ответил, промолчав, но мысленно соглашаясь с Ухёном. — Что там вообще произошло? — продолжил говорить Нам. — С чего начался весь сыр-бор? — Мы возвращались с ребятами из города, и эти отморозки начали цепляться к Шинхё. Я пытался объяснить, что девушка с нами, а поскольку меня никто слушать не захотел, пришлось объяснять, прибегая к другим методам. — Понятно. Ну, с пьяными вообще договориться цивильно достаточно проблематично. Хорошо, что никто из вас серьёзно не пострадал и Шинхё теперь в безопасности. — В безопасности ли? — спросил Гю, красноречиво посмотрев на Ухёна, явно намекая на его друзей. Ему и не только ему было очень хорошо известно о репутации парней, как об отпетых обольстителях. — Ты сейчас говоришь о Хое и Дону? — усмехнулся Нам. Он прекрасно понял, что так беспокоило Кима. — Не волнуйся по этому поводу. Отныне можешь не переживать за свою подругу. С этого момента у неё появилось два личных телохранителя. — Я не могу не переживать, потому что твои друзья до сегодняшнего момента выступали только в роли телотрахителей, — пробурчал Ким, — «как и ты» мысленно добавил он, но вслух не произнёс. Ухён на такое заявление рассмеялся. А у Сонгю, оказывается, отличное чувство юмора. — Да прекрати, они ничего не сделают Шинхё. Ведь она твоя подруга, а значит уже не входит в список жертв телотрахителей , как ты выразился. Говорю тебе, не о чем переживать. — Надеюсь, в противном случае я их кастрирую, — произнёс Сонгю, и сделал жест, имитирующий режущие ножницы, — так им и передай. Нам кивнул: — Так и передам. Но неужели после сегодняшнего, ты по-прежнему думаешь о них плохо? Они мои друзья и я могу тебе с уверенностью сказать, что ребята они хорошие. — Допустим, — согласился Сонгю, — Но всё равно в этой истории есть кое-что, никак не укладывающееся у меня в голове. — Если хочешь, я могу за них поручиться… — Почему ты мне помог? — спросил Ким, прерывая фразу парня. Нама этот вопрос застал врасплох. Уж слишком спонтанно Гю спросил об этом. — Не мог же я стоять в стороне, видя, как на тебя нападают со спины. Сонгю чуть замешкался: — Просто … это немного неожиданно. Не думал, что человеком, выручившим меня, станешь именно ты… — Почему? Ты меня совсем не знаешь, Сонгю. Я не чудовище и во мне много хороших качеств. Откуда тебе известно, каким я могу быть в свободное время. Быть может, я жертвую огромные суммы денег на благотворительность, вхожу в ассоциацию по защите животных и перевожу бабушек через дорогу! Ким повернул голову к Ухёну и скептически выгнул бровь: — Ладно, ладно, — поднял руки вверх Нам, — я не перевожу бабушек через дорогу. Сонгю, не сдержавшись, рассмеялся. Он и не заметил, как неловкость в обществе Нама исчезла. Невероятно, но с Ухёном ему было очень легко общаться. Хотя ещё полчаса назад он об этом даже и помыслить не мог. Ухён же, наблюдая всю дорогу за напряжённым видом Кима, делал всё возможнее, чтобы немного расслабить парня. И, похоже, определённого результата он всё-таки добился. Глядя на смеющегося Сонгю, Нам радовался как ребёнок, получивший подарок на День Рождения. И не удивительно. Видеть Гю с улыбкой на лице, которая никогда прежде не предназначалась Ухёну — это и было своего рода подарком. Бесценным… Бросив очередной взгляд на Нама, Сонгю взял себя в руки, перестав смеяться. Что-то он слишком расслабился. — Ты прав, я тебя совсем не знаю… — уже серьёзно произнёс Гю. — А хотел бы узнать? — Я… — Гю не знал, что ответить. Это был очень сложный вопрос, вопрос другого уровня, и Ким очень боялся допустить ошибку. — Хотя бы дать шанс… — быстро добавил Ухён, боясь получить отказ. Сонгю открыл рот, чтобы сказать что-то невразумительное, как вдруг его взгляд привлекли разбитые костяшки на руке у Нама. — Ты же сказал, что не пострадал, — заметил Гю, меняя тему разговора. Ухён проследил за взглядом Сонгю и поднял руку, покрутив ею перед глазами: — Пустяки, — улыбнулся Нам, однако тут же состроив страдальческое выражение лица, добавил, — Но лучше обработать чем-нибудь, чтобы не дай Бог не случилось загноения или ещё какой-нибудь неприятности. Ты ведь мне поможешь с этим, Сонгю? — протянул парень. Перспектива пригласить парня к себе домой пугала Гю до одури, и он, очень хорошо представив себе возможные последствия такого шага, слишком резко выпалил: — Лучше я тебе на ранку подую. Ухён от души расхохотался. У Сонгю в этот момент был такой испуганный вид, что он просто не сдержался. Безусловно, Гю мог быть очень милым, и Нам в очередной раз убедился в том, что это его человек, и что он ни за что не отступится от Гю и добьётся его, чего бы ему это не стоило. Незаметно ребята дошли до дома Гю. — Так, значит, ты живёшь здесь? — спросил Ухён, глядя на красивый аккуратный дом. — Да, именно. — Миленько, — дал оценку Ухён, оглядывая фасад… Возникла небольшая пауза, возвращая чувство неловкости. Момент сам по себе был достаточно интимным, требовавшим романтического поцелуя, если бы парни встречались. Но парни не встречались, что и ставило обоих в неловкое положение. — Ну, я пойду, — произнёс, нарушая молчание, Сонгю, и направился к двери. Ухён наблюдал за Кимом, не двигаясь. Гю обернулся, и, заметив, что парень застыл на месте, спросил: — Ты идёшь? — Я? Конечно! — встрепенулся Нам и быстрым шагом направился к Сонгю. Ким расширил глаза: — Что ты делаешь? — Иду к тебе! Ты же сам только что меня пригласил, — заметил Ухён, не понимая, чему Гю так удивляется. — Я спросил, идёшь ли ты домой! — пояснил Ким, непонятливому парню. Нам остановился и раздосадовано вздохнул, вызывая этим улыбку на лице Гю. — Да, уже иду, — протянул Ухён, но, тем не менее, не двигаясь с места. — Тогда почему стоишь? — справился Ким. — Не уйду, пока не буду уверен, что ты благополучно добрался. — До двери дома? — поинтересовался Гю, поворачивая голову к той самой двери, до которой оставалось два метра расстояния. — Я бы тебя и до комнаты проводил, если уж на то пошло. С тобой ни в чём быть уверенным нельзя. Мало ли что может приключиться. Сонгю на это замечание закатил глаза. — Пока, Ухён, — произнёс он, подходя к двери и открыв её, скрылся в доме. Нам же развернулся и в растерянных чувствах неторопливо поплёлся назад. Ну и что дальше? Как они с Сонгю теперь будут общаться и будут ли вообще? Неожиданно за спиной Нама скрипнула дверь: — Ухён? — позвал его голос. Нам повернулся и встретился глазами с Сонгю, стоявшим на пороге и неуверенно смотревшим на него. Ухён задержал дыхание в ожидании того, что скажет Гю: — Спасибо, — поблагодарил Гю, чем несказанно удивил Нама, совершенно не ожидавшего ничего подобного на завершение вечера. — На здоровье, — улыбнулся Ухён. — Завтра жду от тебя отчёта о том, как ты добрался до своей комнаты. — В письменной форме? — спросил Ким. — Нет, только в устной, — решительно произнёс Нам. — Ладно, — еле заметно улыбнулся Сонгю и вновь скрылся за дверью. Покидая Гю, Нам шёл мечтательно улыбаясь. Ким поблагодарил его, и Ухён даже не знал, к чему именно относилось его «Спасибо». Быть может, это была благодарность за помощь в драке, быть может за то, что составил ему компанию, а быть может за всё вместе. Да это, в принципе, не имело существенного значения. Главным было то, что тот самый шанс, о котором просил Нам, он всё-таки получил. Теперь Ухён знал об этом наверняка.