Студенты по обмену

The Hit Machine, Inc. — Good for You — Включаем!

Скука, сонливость, разочарование — всё, что я сейчас чувствую. Весенний бал, проходивший двадцать седьмого апреля во Франсуа Дюпон, оказался не таким уж и грандиозным, как щебетали наши учителя, пока мы устанавливали аппаратуру в актовом зале. Особых украшений не наблюдается, лишь пара плакатов и растяжек. За пультом диджея стоит месье Мор, чему я абсолютно не удивлена, ведь играет музыка за далёкий две тысячи десятый год. Как же не хватает Ляифа… Все столпились в свои небольшие кучки знакомых, болтающих и неприлично смеющихся. Слишком громкие басы неприятно бьют по ушам. Кажется, вот-вот лопнут перепонки. Удерживаюсь, чтобы не заткнуть уши. Проходящие мимо люди обязательно заденут плечо, толкнут или наступят на ногу. Не являюсь особым любителем дискотек не только школьных, но и клубных. Могу посетить подобное развлечение только для того, чтобы поддержать компанию. Больше люблю сидеть дома с горой вкусняшек и хорошим фильмом или сериалом… Ка-айф. Нет тех пьяных подростков, протащивших на дискотеку алкоголь, как показано в американских комедиях. Не выбирают короля и королеву бала, нет того безудержного веселья, лишь неумело дрыгающие конечностями неандертальцы. Немногие девушки пришли в платьях и каблуках, как сделала это моя персона, решившая, что именно сегодня ей надо выделиться. Хочу домой. Очень сильно хочу в ту уютную квартирку, в которой живу уже почти полных восемь месяцев. Хочу в тёплую кроватку, нагретую Агрестом, хочу усесться к нему на колени, хочу, чтобы он обнял меня, хочу заснуть вместе с ним… Увы, этого не случится. Частица предвкушения столь приятной фантазии заставляет блаженно закрыть глаза и улыбнуться. Но вскоре всё это пропадает, стоит вспомнить реальность, от которой я так люблю отдаляться. А ещё любят отдаляться от меня, что не может нравиться! Воспоминания того рокового вечера незамедлительно всплывают в памяти, принося с собой чувство горечи. Горькой. Горькой как желчь, разъедающей как кислота и тяжёлой как штанги Кима. Сейчас я не хочу домой. Ничего не хочу. Только уйти от всех проблем, сложностей, свалившихся на меня. Туда, где буду только я и мои мысли. Больше никого. Но этого не даёт сделать мне огромная бетонная стена, к которой сколько не прижимайся, сколько не ударяйся, сколько не ищи выхода, но всё равно не пройдёшь сквозь. Сразу вспоминается одна из любимейших книг — «Бегущий в лабиринте». Да, герои также ищут выход, спасаются, надеются. Вот только им это жизни стоит, а мне морального состояния. Возможно, я как и они найду выход, но только тогда, когда уеду. Одна. Томас спасается со своими друзьями и оставшимися иммуняками, но теряет Ньюта и Терезу. (Автор: Сорян, если проспойлерила тем, кто смотрит фильм) Я спасаюсь с восемью другими студентами, но теряю Алью. Прям закономерность того, что при нахождении выхода от проблем, близкий тебе человек уходит в мир иной… Сейчас же я стою в небольшом кругу людей, состоящем из половины нашего класса. Краем уха могу слушать их разговоры, но не вникать в суть. Мои мысли снова далеко отсюда. Взгляд сам нашёл зелёные глаза, поблёскивающие от яркого освещения. Блондинистые локоны уложены на правый бок, чёлка немного свисает на глаз, но, как я понимаю, это не помеха вести разговор. К сожалению, не со мной. Разглядываю его с ног до головы. Чёрные рваные джинсы с белоснежной рубашкой и такого же кроссы. Вот Нура из параллели смотрит на него, закусывая фалангу указательного пальца, вот Келли из десятого «А» класса обсуждает что-то со своими подругами, поглядывая хитро на него и недобро на меня. Чувство собственничества даёт о себе знать. А ведь он улыбается им. Обиду приходится заглатывать точно также, как и нарастающий ком в горле. Нет, я не собираюсь идти и выяснять отношения, всё стало давно понятно. А именно, после того злосчастного вечера, когда Агрест стал практически игнорировать меня, лишь изредка проявляя внимание. Мария. Наверняка всё дело связано с ней, помнит. Думаю, если бы у него был способ оживить её, как сделал это Сэт при помощи Кёртиса в «Отбросах», он бы сделал это. Да, а потом бы она стала зомби и сожрала всех на хрен. Такой расклад меня устраивает. Так, пора прекращать смотреть сериалы… В мгновение понимаю, что Адриан смотрит на меня точно также, как и я на него, только с открытым ртом, видимо остановился на полуслове. Скрепя зубами и допивая свой сок, отвожу взгляд в сторону. Не люблю, когда на меня откровенно пялятся, наверняка, и другие этого не любят. И с чего бы я такая заботливая? Нет, просто нужно нем…

Ty Dolla $ign feat. Wiz Khalifa — Or Nah — Включаем-с!

 — Кхм, кхм, М-Маринетт, можно пригласить тебя н-на… танец? — Натаниэль? Ого, не ожидала, что после того «инцидента» он подойдёт ко мне. Что ж, её царское величество готово дать шанс на искупление греха. Нет, я не продам ему индульгенцию, просто разрешу пригласить себя. Кивок и презрительный взгляд послужили ответом. В центре зала уже двигается несколько пар. Боже, и зачем я надела эти чёртовы каблуки? Нат осторожно, как будто с опаской берёт меня за талию, мои руки в то время оказываются на его плечах. Только сейчас заметила насколько он низенький. Пытается смотреть на меня, но лишь неуверенно отводит взгляд. Никогда не любила смотреть людям в глаза. Просто не могу. Только сквозь. Презрительным взглядом обвожу весь зал. Чувство ненависти к каждому непонятно за что, нарастает внутри, но нет, это слишком сильное чувство. Готова прямо сейчас выбежать отсюда и покалечить какой-нибудь предмет. Хочу быть ненавистной во всех обществах, чтобы никто ко мне подходить не смел. Одна хочу. Никого мне не надо… Неосознанно дёргаю плечом, чувствуя на себе чуткий взгляд. Надеюсь, что именно его взгляд. Нет, не вижу смысла вызывать ревность, просто, если он сам отвернулся от меня, то неужели я буду за ним бегать? Пусть поймёт это. Не понимаю, почему так сложно взять и нормально встречаться? Почему нельзя подойти, сказать: «Я тебя люблю»? Почему нельзя просто поцеловать? Нужно же обязательно стоять в сторонке и прожигать взглядом?! От нахлынувшей злости не замечаю, с какой силой впиваюсь Нату ногтями в плечо, от чего тот начинает скулить и немного сгибаться в коленях. Не сразу отпускаю его. Провожу рукой по шее, вызывая еле заметную дрожь. Не мою, конечно. Парень неуверенно, но всё же прижимает меня ближе, наклоняется к моему лицу и… моментально хватаю того за волосы, оттягивая голову назад и практически шиплю на ухо:  — Приблизишься ещё хоть на миллиметр, вырву кадык и вставлю тебе же в рот, — вся речь сопровождается безупречной улыбкой. Мда, с такими успехами меня в классе не только сукой будут называть, если каждый будет свой язык мне в глотку совать.  — Н-но… Ты же разрешила себя пригласить?.. — Встречаюсь с испуганным взглядом его голубых глаз. Вот вроде норм такой пацанчик, но такая размазня…  — Боже, Нат, какой же ты… наивный, — смеясь ему в лицо, с силой провожу ноготком по его щеке, оставляя красный след. Что это? В уголках его глаз? Тошно прям. Сбрасывая столь неприятные руки со своей талии и оставляя бедняжку одного, направляюсь в уборную, попутно расплетая бант на своей голове, оставив только кудри, часть которых свисает на левый глаз. Не знаю, на сколько сильно я задела Курцберга, но если честно, плевать. Бесит. Именно бесит вся атмосфера, возникшая в считанные секунды. Даже не раздражает. Слышу приглушённые шаги сзади. О да, Адриан, иди за мной. Поговори со мной. Разочаруйся во мне. Узнай, как я после того, как отнимают внимание, столь любимое мною. Мне уже всё равно, что ты подумаешь. Да и подумаешь ли вообще. Ведь судя по твоему поведению, тебе просто похуй. Не могу не улыбнуться столь «приятной» мысли. Мне осталось меньше дня пребывания в Париже, так почему же не сделать так, чтобы все запомнили тебя с такой стороны и были рады твоему уезду, чем скучали и звонили? Ненавидеть всех — приятно, но когда ненавидят тебя — в разы.

***

Вот уже пять минут мы тупо пялимся друг на друга. Я же, сидя на подоконнике, закинув на него ноги и прислонившись виском к стене, наблюдаю, как величаво восстаёт Агрест передо мной, следуя примеру, подпирая стену. Что ж, если нравиться просто молчать, то я не против, даже обеими руками за. Ни за что не начну разговор первая. Всю жизнь я жила гордостью и только благодаря ему смогла хоть на пол шага, но переступить через неё. Сейчас же предстоит возвратить её, что не так и сложно. Главное — чтобы был повод. Так скажем, некий тост во время внезапно спланированного торжества. Да, говорят, если любишь, то можно забыть старые обиды, но не двухнедельный же игнор?! Чёрта с два я буду вести себя так, будто ничего не случилось. Слишком я злопамятная. Как говорил Атос, любовь — это лотерея, в которой выигравшему достаётся смерть. Тогда, он советовал д’Артаньяну всегда проигрывать, исходя из собственного опыта с воровкой, плечо которой было помечено лилией. М-да, печально… Нет, не говорю, что каждый раз готова отказываться от не то что от любви, но и от простой симпатии, наоборот, если человек того стоит, то почему бы не принести себя в жертву? Вот только оправдает ли она себя, если второй не проявляет признаков жизни? С головой погрузившись в омут, заполненный падшими ангелами, своих размышлений, не заметила приближения Агреста и лёгкого прикосновения его фаланги указательного пальца к моей щеке. Дёрнувшись от испуга того, что именно по ней могла скатиться непредвиденная и предательская слеза, отстранилась от столь приятных, притягательных истязаний, одарив напротив стоящего самым презрительным взглядом, что имелся у меня в запасе. На это действе Адриан всего лишь победно улыбнулся и выставляя руки вперёд, как бы извиняясь, отошёл на шаг назад.  — Злишься? — Что, блядь?! — Ну! Девушке несвойственно материться, — так, я сказала те слова вслух? Отлично. Но всё же, его самодовольная улыбка ничуть не успокаивает меня, а наоборот — заставляет злиться. Ему смешно, а мне обидно, хоть и пытаюсь это скрыть. Следующие слова были выкрикнуты внезапно, необдуманно, слишком резко. Как будто я и поджидала момента, чтобы произнести их вслух.  — Значит, парням свойственно игнорировать девушек?! — выделяя второе слово особым голосом, вспыхнула я. Именно сейчас я хочу высказать всё, что чувствую по отношению к нему на данный момент. Хочу, чтобы хоть какие-то мои слова задели его и его самолюбие. Хочу просто вырвать ту часть своей души, которой хуже всего и отдать Агресту. Хочу, чтобы не одной мне было хреново. Тошно смотреть на тех, кто смеётся, улыбается, а особенно, когда более бесстрашные пытаются спросить тебя о состоянии. А ты предпочитаешь разделить все свои мысли только с собой и… собой. Мои слова привели это отродье в некое заблуждение, чем я и решила воспользоваться. Не забочусь о последствиях, о том, что последует после следующей тирады. Отбрасываю сомнения и стеснения в дальний угол и слезая с подоконника, иду навстречу прямо парню, активно жестикулируя руками.  — Знаешь что, Агрест?!.