Фундаментальная ошибка Джерарда Уэя 11

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
My Chemical Romance

Пэйринг и персонажи:
Джерард Уэй/Фрэнк Айеро, пространство кабинета
Рейтинг:
G
Размер:
Драббл, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: ООС Повседневность Психология Философия

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Джерард не любит психологов, а Фрэнк работает не по профессии

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Автор отказывается комментировать данную проблему
23 октября 2012, 23:16
Этот жестокий мир полон лжи и роскоши, и в перерывах между рождением и смертью ты даже можешь быть счастлив. - Давай проведем небольшой сеанс психотерапии? - произносит доктор, не отрывая своего оценивающего взгляда от меня. Чтобы разглядеть во мне хоть что-то, от чего я по его мнению должен "страдать", он не лишает меня своего пристального внимания на протяжении трех минут, в то время как я, вижу его насквозь, едва взглянув, еще в дверном проеме, мельком. Док представлялся мне примерным семьянином, носящим черный деловой костюм по вторникам, и не курящим в присутствии детей. Я так и вижу как он выкуривает одну сигарету за другой на работе, прямо за столом, роняя пепел на столешницу, затем буквально поливает себя изысканным парфюмом, и направляется домой, насвистывая какую-нибудь идиотскую песню из рекламы. Он движением руки предложил мне лечь на кушетку расположенную параллельно его столу,который в свое врем был завален одиноко лежащими бумагами и папками, в которые он, казалось никогда не заглядывал. Он и сам казался мне каким-то ненужным здесь, он выделялся из окружающего его серого тумана скуки, он выражал протест против этого всего, хотя сам не проронил не слова. - И как мне звать вас, док? -я не знаю зачем я задал ему этот вопрос, ведь я не разу не назову его по имени. - Я, пожалуй, сохраню своё имя в тайне. - Откуда такая конфиденциальность? Я же по вашим словам псих, не вор, не грабитель, не убийца, просто псих! - пытаюсь съязвить, но интонации склоняют произнесенную мной фразу скорее к иронии, ежели сарказму. - Слушай, а по-моему ты считаешь меня не только конченым ублюдком с мозгами набекрень, но и умственно отсталым? - Я этого не говорил, -он поднимает руки, жестом изображая что-то вроде "Сдаюсь, парень, ты победил, а теперь поспеши съебаться, и не мешай впредь профессионалам". - Но ясно дал понять. Ведь толку говорить про то, что ты скрываешь имя за профессиональной этикой, при этом не скрывая гравировки на часах... Да, Фрэнк? - А ты через чур наблюдательный для поехавшего...Ты не против если я закурю. В этом месте принято удивляться, но я не буду. Не буду даже изображать удивление, чтобы лишний раз укорить его в чем-то. Мне это не нужно. - Разумеется, док, - выдавливаю я из себя. Он подходит к столу, извлекает из под деловых договоров пачку "Мальборо", попутно беря две черные папки с именами "Шэри" и "Джон" и без сожаления, одним простым движением руки отправляя их в мусорку, направляется к окну. Я наблюдаю за ним, стараясь не пропустить ничего из того, за что мог бы зацепится. Ничего не пропустить, найти стержень, чтобы своей блестящей дедукцией сложить целостную картину. Портрет. Да, я неприменно уделю ему пару листов. - Это для вас так просто... - озвучиваю мысли, по ходу того как переосмысливаю их в миллионный раз, я ничего не упущу, не ляпну лишнего. Щелчок зажигалки похож на выстрел пистолета, но вместо крови по подоконнику течет сизый дым. - Что просто? - он, нехотя отрывается от вида из окна, выпуская небольшую струйку дыма. - Я поражаюсь, тому, как легко вы выкинули чью то жизнь. Годами несчастные Шэри и Джон собирали эти листы, исписанные далеко не полиграфическим почерком, а вы Фрэнк, просто взяли и смещали их с грязью. Не буду лгать себе, мне приходится делать некоторые усилия, чтобы произнести его имя. Мне не составляет труда озвучивать огромные тирады, но эти пять букв. Их порядок, звучание, подтекст, я их заведомо ненавижу. "Ф" начинаю я про себя, "р", "э", "н", "к". В другой обстановке, в другом контексте, с другим человеком произношение этого слова вряд ли бы вызвало у меня затруднения. - Нельзя смешать с грязью то, что изначально было в ней, - буквально выплевывает Фрэнк. Драма снова взяла реванш. - По-моему ты расцениваешь тишину, как метод лечения. Было начинаю снова я, но договорить не решаюсь, все видно, результат на лицо парни, все свободны до следующей постановки. Я мысленно отмечаю эту фразу, для того чтобы на её основе выстроить очередную, миллиардную гипотезу, которую никогда не озвучу. - Ты разве не хочешь со мной помолчать? - усмехается доктор, а я мысленно ударяю себя по лбу за то, какую чушь сморозил. - На самом деле, помолчать я могу в остальные 99% времени, что не трачу в кабинете второсортного психоаналитика. Не в этот раз, не в этом сне. Скажи мне, как дико ты устал на этой блядской работе, приложи ладонь к затылку изображая боль в позвоночнике от сидячего образа жизни, выкури еще пару сигарет в тишине. Затем разбуди меня, я оденусь, и уйду. А всем кого встречу по пути их этого гнилого места скажу, что ты шикарен, мастер своего дела, ты великолепен в этой должности, - выкладываю я, стараясь произнести это со смертельной дозой яда. - Открой глаза, что ты видишь? - ухмыляясь спрашивает доктор, не отрывая взгляда от картины, на которой изображена французская деревня 18 века, видимо все еще анализируя сказанное мной. - Белый поток, а за ним еще несколько этажей, отделяющих меня от неба, атмосфера, космос, а дальше не знаю, видимо я пропустил пару уроков, когда нам объясняли, что я должен видеть. В воздухе растворено разочарование, которое ты вдыхаешь раз за разом. Тоска, скапливаясь в легких оседает отчаянием. - Док, а мы ведь здесь не живем, а выживаем. Мы здесь не дышим, а давимся воздухом. Все вокруг кажется иллюзией навязываемой сознанием. Почему я предельно честен с незнакомыми людьми? Вероятность того что мы еще хоть раз за мою недолгую жизнь увидимся равна примерно одной пятой. - Поверни голову направо, - командует он, нет вы должно быть издеваетесь, каким образом ты доберешься до моей "души", мифического создания, такими вопросами? - Там пустыни моих чаяний, каждая крупица - несбывшиеся желание, неоправданная надежда, неприкрытая ложь. - Теперь налево. - Океан. И души утопленников. По капле, по бессонной ночи. - Ты определенно болен! - едва ли не смеясь произносит Фрэнк, и я приподнимаясь на локтях, смотрю на него. Хотя, зачем я опять вру себе, я не смотрю, я любуюсь. - Твои сеансы сделают из меня самоубийцу, Фрэнк, - с лицом полным презрения отрезаю я. - Возможно, но вылечишься ты или спрыгнешь с крыши...тебя здесь все равно не будет, ты не появишься здесь вновь в семь, в пятницу, не провоняешь мои документы своими "Paco Rabanne" давая им вторую жизнь. Я не увижу твоего лица, не буду вслушиваться в звук приближающихся шагов в коридоре, надеясь на то, что это ты. Мы не будем каждый раз притворятся будто бы встречаемся в первый раз, да Джерард? Я поднимаюсь с кушетки и направлюсь к выходу, помахав на прощание. Я постепенно вникаю в сказанное им по мере удаление от его кабинета, я, черт возьми его ненавижу, наверное по этому сам ищу с ним встречи. Передо мной распахиваются двери лифта, и я на прощание посмотрев на кабинет дока находящийся прямо по коридору, так, что я до сих пор видел его облокотившегося на стол из темного дерева, слышу отдаленное, но различимое "Псих". Почему я предельно честен с незнакомыми людьми? Вероятность того что мы еще хоть раз за мою недолгую жизнь увидимся равна примерно одной пятой, с ними да, они не нужны мне. Но я не говорю всю правду тем, с кем питаю надежду увидится снова. Я уничтожу заговор лжецов, лжецов говорящих, что они любят друг друга. Абсурд!