LIzzard +10

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
R
Жанры:
POV, Пропущенная сцена
Предупреждения:
UST
Размер:
Миди, 21 страница, 5 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Жестокий старомодный город, полный неправильных вещей и событий. Нуарные детективы, подпольные хакеры, злые коррупционеры-чиновники... здесь за малейшую провинность отнимают конечности, и чем выше тебе ее обрубили – тем больше ты достал это государство.
Но что представляет из себя герой подполья, которого все так боятся? И что он может на самом деле?

Посвящение:
Звезде Ходжа

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Оживший комикс со сплетением нуара и киберпанка от лица одного из персонажей. Изначально это история Тревора МакГи, которую он нарисовал в событиях De wereld van barsten (https://ficbook.net/readfic/3290535). Точнее, та ее часть, что не вошла в итоговый вариант для печати.

1111

20 июня 2016, 10:55
      Я узнаю, что он жив. Уверяюсь, что он в порядке, но никак не обозначаю свое присутствие. Хотя мне ужасно хочется это сделать, когда Марион режет на пробу палец. Но я молчу. Я просто не хочу с ним связываться, не хочу говорить. Он все равно закончит это дело, я уверен. Рано или поздно. Фокси относится к вымирающему виду: честный детектив. Он будет отрабатывать эти пальцы до тех пор, пока сам не посчитает долг оплаченным.
      У меня дрожат руки, когда он сам звонит мне, и я принимаю решение говорить максимально кратко, чтобы не выдать, как мне плохо. По той же причине я не смотрю на Мариона, когда он приходит. И показательно интересуюсь лишь пальцами, которые я для него создал. Мне приходится рисовать эту границу, чтобы сохранить здравый смысл и самообладание, но они рассыпаются, как только Фокси уходит, бросая это «Я скучаю по твоим звонкам из телефонных будок и посланиям азбукой Морзе».
      Я отпустил всех Потерянных мальчиков сегодня, за исключением Санни и Курта, отправив их по магазинам, и когда я вновь захожусь в рыданиях, мне кажется, что я поступил чертовски дальновидно.
      Когда я вообще плакал в последний раз?.. Я хорошо помню это. Когда очнулся три года назад и понял, что у меня действительно отняли ногу. Когда увидел, во что она превратилась, вдохнул сладкий запах гнили…
      Некроз. Я видел его в учебниках, видел на трупах. Но не думал, что когда-нибудь увижу на себе. К тому же, рядом не было ни одного знакомого лица, чтобы поддержать меня. Даже родители уехали, бросив все – об этом писали во всех газетах… мне было настолько страшно, что я не видел ни единого просвета. И тогда я плакал от жалости к себе.
      Но и сейчас причина не слишком поменялась.
      Я нахожу в себе силы отправить детективу новое сообщение только спустя почти полчаса. Но, кажется, он доволен. Хоть кто-то из нас должен же быть счастлив.
      Упустив Фокси из вида, пока он в дороге, я с каким-то извращенным наслаждением вспоминаю круги у его глаз. Причудливое соединение мешков от недосыпа, гиперпигментных пятен и веснушек. Они идут ему… это так странно, что не может не очаровывать. Как же я ненавижу его за то, что мне в нем все нравится. Мне хочется продолжать злиться, но я понимаю, что не могу. Боль и обида существуют отдельно от Мариона.
      Я связываюсь с Санни и проверяю, готова ли она встретить детектива. Ему точно понадобится помощь в этом бардаке… тем более, я смогу только привести его туда и подслушивать. Что довольно бесполезно в такой толпе, если вдуматься.
      Окончательно я теряю их после того, как Свалка начинает жить на всю катушку. Громкая и безумная… я даже не уверен, что Фокси и Санни встретились, настолько там шумно. Мне остается лишь гадать… и заодно готовить сюрприз для Молнии. К счастью, Курт в тишине – на стоянке, колдует с машиной, так что я могу помогать ему. Занятый с ним, я едва не пропускаю момент, как Свалка становится еще более шумной, и не сразу понимаю. Они поймали Санни. Сначала я слышу это по внутренней рации охраны, а затем… ее выставляют как лот. И в этот момент мне кажется, что хуже уже невозможно. Лишь когда раздаются выстрелы, я понимаю из разговоров по закрытым линиям персонала, что Марион спасает ее, и ненадолго успокаиваюсь. Приходится подгонять Курта, потому что теперь Молнию ждет куда менее приятный сюрприз.
      Я выбрал для него идеальную песню. И я буду мучить его перед тем, как убить. Потому что он заслуживает мучений, и потому, что он любит логику почти также сильно как я. Так что Молния верит, что мучить потенциальный труп не имеет смысла. Но человеческие чувства далеко не всегда осмыслены. Поэтому Молнии достается вся моя ненависть и злость. На него, на Санни, которая подставилась, когда попыталась проникнуть в технические коридоры, на Фокси, на Фосфора, на родителей… на всех. Я управляю его машиной, магнитолой, светофорами и всем на свете. Вот тебе урок, Молния. Никогда не выходи из своего убежища, только там ты в безопасности. И уж точно никаких пафосных приметных авто.
      Мне нравится давать Молнии ложные надежды, когда он начинает умолять. Я заставляю технику замирать всякий раз, как он кричит про деньги, будто торгуюсь с ним. Вот только жизнь Санни не стоит этого. Она стоит гораздо большего, и я срываюсь на хохот, когда сбрасываю Молнию вместе с его машиной.
      После у меня нет ни сил, ни возможности помочь Фокси и Санни в погоне. Я не рассчитывал на такой финал, так что могу только переключать светофоры и молиться. Мне чертовски нужно увидеть их побыстрее, обнять и расцеловать обоих, чтобы увериться, что они живы, но когда они, наконец, спускаются ко мне, я срываюсь.
      Все это время я был бессильным балластом для них, и мне еще никогда не было так страшно. Они могли умереть, а я был бы просто молчаливым свидетелем, и не более того. Потерять двух едва ли не самых важных людей в моей жизни даже без возможности попрощаться. Не говоря уже о возможности их спасти. Поэтому я кричу, чтобы скрыть страх, и мой крик выводит Санни из ступора. А после и меня…
      Я спалился. Господи, как же я только что спалился. Но я не могу остановиться. Если я на мгновение ослаблю оборону, я просто брошусь к Мариону, вырывая провода с мясом из своей головы.
      – Что вы устроили?! – мне едва хватает сил выдавливать это с шипением. Я стараюсь только потому, что должен отчитать Санни, но, к счастью, она понимает, что виновата. Наконец, шок отрезвляет ее, и выползает на поверхность страх. Она начинает плакать, у нее подкашиваются колени, и, падая, она обнимает меня. На мгновение мне становится совестно и очень, очень страшно за нее, но Санни прижимается грудью и животом к моим ногам, кладет голову мне на левое бедро, и я вижу, что все ее слезы были спектаклем. Она проверяла меня и, наконец, нашла доказательства. Хитрая девчонка. Ее ум будит во мне нежные братские чувства, и я провожу рукой по ее волосам. Но у меня еще остался Фокси. Я поднимаю на него строгий взгляд. Он не заслужил другого сегодня. – Как ты допустил это?
      – Нас ждали на аукционе. Лайза Уолберт была просто приманкой. Они охотились на нас. Точнее, на тебя. Пытались выманить тебя с помощью Санни.
      – Да неужели? – я хочу, чтобы это звучало саркастично, но получается скорее устало. Якобы плачущая Санни улыбается, и я чувствую ее улыбку на уткнувшемся в мои ноги личике. Нужно выпроводить ее отсюда. Я хочу поговорить с Марионом и объяснить все ему. Мне кажется, если я поблагодарю его сейчас так, как хочу, между нами что-то изменится в лучшую сторону. Но для начала избавиться от умной девчонки. Я трясу ее за плечо, заставляя поднять взгляд. – Милая, Санни, ты же знаешь, где лежит одежда? – Санни знает про мою комнату. И знает другой путь к ней. Поэтому она кивает, и я снова улыбаюсь. Эта девочка в последнее время заменила мне всех близких людей… она удивительна. И она жива. – Уверен, ты хочешь сходить в душ.
      – Хорошо… – Санни трет глаза, размазывая по лицу косметику, чтобы скрыть отсутствие слез, поднимается, быстро оглядывается на Фокси и уходит кружным путем в мою комнату.
      Я, наконец, позволяю себе расслабиться. Мой детектив жив. И он вернул мне Санни. Они оба в порядке. Я так хочу проверить, что он цел… может, заставить его снова раздеться? Нет, это глупо… наверное, нужно будет спросить его о травмах.
      – Спасибо, – нахожу я в себе силы начать, открывая глаза, и впервые за несколько дней смотрю прямо на Мариона. – Спасибо тебе за то, что спас ее. Я чуть с ума не сошел, когда понял по звукам, что там происходит… я ничего не смог сделать, и это – самое страшное. Иногда я смотрю на всех них и сам не понимаю, как они могут здесь оставаться. Ведь в случае провала они потеряют даже больше, чем я… – я знаю, что наговорил лишнего, но он должен знать об этом. Может, он все же догадается, как много они все для меня значат. И почему я боюсь за них… почему не могу открыться сам. – Спасибо. Я этого не забуду.
      – Не благодари. Мы вывернулись благодаря твоей помощи. Спасибо, что спас нас всех. Снова. Санни хорошая девочка. Сильная и очень умная. Она переживает за тебя, знаешь.
      Детектив улыбается, а я не верю своим ушам. Нет, Фокси, послушай… дай мне объясниться. Санни для меня – как младшая сестра, нет… не думай, что… Я смотрю на него в ужасе, но Марион не дает вставить и слова.
      – Наорала на меня, как на нашкодившего мальчишку. Ты береги ее. Вы с ней…
      Я хочу объясниться, просто дай мне шанс. Я сейчас все скажу. Я думаю так, пока он все-таки не оканчивает фразу:
      – Вы с ней отличная команда.
      После этого Фокси разворачивается и поспешно уходит. Я знаю, что он убегает от боли, точно так же как убегаю я. Но я совершенно не хотел его ранить в этот раз.