Мышонок для отца +37

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Повседневность
Предупреждения:
Элементы гета
Размер:
Миди, 52 страницы, 9 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Работа и сын - это всё, что есть у Алексея и ему кажется, что большего не надо, но в соседнюю квартиру уже переехал новый жилец.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Прочитала когда-то давно заявку, заинтересовалась, но написала только сейчас. К заявке не выкладываю ибо и ребёнок уже старше чем надо, и рейтинг не дотянула...
В общем, как всегда переделала...

Пролог

27 июня 2016, 01:44

Пролог 1.



      Девять лет «до».

      Они были молоды и счастливы. Мечтатели. Мальчишки. Казалось, у них впереди ещё вся жизнь, и никакие преграды не страшны. Ну что могли противопоставить родители с их правилами и желаниями любви, которая накрыла подростков с головой и впервые заставила почувствовать истинное желание жить? Они были окрылены. Мечтали по окончании школы снимать квартиру и жить вместе. Парой. И плевать, что другие думают по этому поводу. Пусть весь мир против, главное, что они вместе!
      - Пойдём на заочку и будем работать. – Покачивая ногой в воздухе, предложил брюнет. Они сидели дома у Алексея и «готовились» к вступительным экзаменам. Да-да, именно в кавычках, так как в этот день дело почти не продвинулось, хотя дата сдачи уже была определена и надвигалась со скоростью сапогов-скороходов.
      - Тох, - зевок. Настроение Леши, похоже, окончательно слетело с учебного. Мальчик хотел спать, а не зубрить нелюбимые с детства формулы. Родители хотели, чтобы их сын пошёл в строительный и стал инженером, хотя прекрасно знали, что подростка совершенно не интересовали чертежи и иже с ними. – Иди сюда. – Алексей протянул руку к любимому и поманил. Сам он всё это время сидел на полу, согревая своим телом пушистый ковёр, тогда как его парень оккупировал диван, на котором сейчас и полулежал, помахивая носком ступни в воздухе.
      - Или давай сбежим, а? – сверкнув орехового цвета глазами, предложил подросток, в мгновение ока скатившись вниз и оседлав чужие колени. – Вот прямо сейчас! А хочешь, я тебя похитю? Или правильней говорить «похищу»?
      - Я не прекрасная дама, чтобы меня красть! – хихикнул парнишка, раскрывая губы навстречу поцелую. – Сам кого хочешь, украду!
      - Тогда укради меня... – сбивчивый шёпот между поцелуями. – Укради. Увези. Не отдавай.
      - С удовольствием! – улыбка и выдох в губы. – Люблю тебя.

      Они шли по улице, наслаждаясь ярким летним солнцем и оставшимся до начала учебного года временем. Улыбки. Взгляды, понятные лишь им двоим. Парни были счастливы. Они поступили. Прошли по конкурсу в другой город, и значит так или иначе будут снимать квартиру на двоих. Жить вместе. И плевать, что Алексея совсем не интересует инженерия, справится. Ведь рядом с ним будет Антон, и это самое главное.
      - Как думаешь, та квартира, которую предлагает моя мама, нам подойдёт? – Лёша жмурится от яркого солнца и, покачивая рукой в такт движению, осторожно, чтобы не заметили посторонние, ласково касается пальцев любимого.
      - Я думаю, лучше подобрать что-то другое. Ведь если она знает хозяйку, это значит, что за нами будут следить и докладывать. – На мгновение хмурится подросток, но потом снова расплывается в улыбке и пользуется приёмом любовника, чтобы тоже коснуться чужой руки.
      - Единственное, что они смогут сказать о нас, так это то, что мы никого в дом не водим, учимся прилежно, по клубам не шастаем. – Успокоил Антона парень.
      - Посмотрим.
      - Тем более что если нам не понравится, всегда можем найти другую квартиру. – Предлагает компромисс Лёша, останавливаясь на светофоре и ожидая, когда загорится нужный свет.
      - Ты прав. – Антон весело улыбается и, радуясь большому скоплению народа на тротуаре, бесстрашно берёт любимого за руку. – Главное, что...
      Договорить мальчик не успевает. Крики и визг тормозов слышатся почти синхронно. Именно это заставляет двух влюблённых и счастливых подростков обернуться в сторону звука. Машина так и не останавливается. Джип влетает на тротуар и тормозит об разбегающихся в страхе людей: кого-то задевает по касательной, кого-то бьет, так что те перелетают через капот, а кого-то цепляет и тащит за собой, под колёсами, по асфальту, до ближайшего столба.
      Их детские мечты так и не сбылись. Антон умер почти мгновенно от полученных травм. Даже скорой не дождался. Именно он был тем, кого зацепило и проволокло, вспоров живот и задев лёгкое, мальчик просто захлебнулся собственной кровью. Лёше повезло чуть больше. Он остался жить, но об учёбе в этом году не могло быть и речи. Перелом костей, треснувшая в нескольких местах ключица и множественные порезы, - перелетел через капот, затормозив о лобовое стекло, которое уже было чем-то побито и под его телом окончательно лопнуло, орошая и водителя, и пострадавшего острым крошевом. В память обо всём случившемся Алексею достался шрам на плече, порванное в клочья сердце и куча фотографий, на которых они были счастливы и с радостью смотрели в будущее, которого больше не было.
      А на похороны он так и не смог пройти. Не смог попрощаться. Не выпустили из больницы, а позже и сам не пожелал выходить. Мальчик словно потух. Будто выгорел изнутри. Зато потом он всё же пришёл попрощаться. Не на кладбище, где было похоронено искорёженное тело, а на место аварии. Там тоже был венок, но без фотографии. Вот только именно у светофора, на этом самом перекрёстке и ощущалось присутствие Антона.
      - Прости, что не уберёг. Там должен был быть я...

Пролог 2.



      Три года «до».

      Они познакомились в институте. Учились на одном потоке и посещали одинаковые лекции. Любил ли её Алексей? Возможно. Она первая, кому удалось пробудить в этих потухших когда-то глазах жизнь. Она единственная, кто заставил двигаться дальше. И именно за это в большей степени была благодарна мать Лёши. Отец бы тоже поблагодарил, если бы не умер, так и не дождавшись счастливого заявления сына: «Я женюсь!» Болезнь скосила, заставив оставить любимую семью. И вот у Алексея уже два повода сходить на кладбище. Но он воспринимает это уже более спокойно, хотя цветы продолжает приносить на место аварии. Всё ещё помнит, но рана уже зарубцевалась. Почти...
      - У нас будет ребёнок! – именно это сказала Марина в один тёплый вечер. Она сияла подобно огранённому алмазу на солнце. Радовалась и дарила всё это любимому мужу. Свадьба состоялась не так давно, посреди последнего курса. Они даже в медовый месяц ещё не ездили, ждали получения диплома.
      Алексей улыбается, обнимает, целует. Он рад, как же невообразимо рад этой новости! Просто счастлив. Впервые за столько лет действительно счастлив.
      - Я люблю тебя! – шепчет он в её губы и целует. Мужчина не врёт и почти не лукавит. Не ей. Себе. Он так и не смог полюбить её так же сильно, чтобы дышать и не надышаться. Но она ему действительно дорога. За то, что вытянула из бездны отчаяния, за то, что полюбила, за то, что подарит ребёнка. За всё это он ей безмерно благодарен и готов носить на руках. Мариша – его персональное солнышко.

      Роды начались всего через несколько дней после получения диплома на руки. Двойное счастье: образование, а значит и профессия, и первый крик новорожденного. Лёша уже всё решил. Он так и не рассказал жене о своей первой любви, но упросил самостоятельно выбирать имя, если родится мальчик. Они не хотели узнавать раньше времени, и теперь у мужчины были все козыри на руках. Алексей улыбался, глядя в фотокамеру, когда мать снимала счастливую семейную пару с ребёнком на руках. У него теперь есть ребёнок. Сын.
      Мужчина осторожно держал малыша на руках, всё ещё боясь поверить в это счастье. Сын оказался ещё большим солнцем, нежели его мать. Мариша была лучиком, прорезавшим тьму мира Алексея, ребёнок же оказался полноценным светилом, которое затопило его жизнь и прогнало оттуда все отголоски отчаяния.
      Лёша улыбается, осторожно отдавая сына в руки медсестре и присаживаясь на край кровати жены:
      - Мариш, давай назовём его Антоном?

      А счастье оказалось недолгим. Алексей так и не понял, в чём была причина, но... Марина сгорела всего за месяц. Из роддома её перевели в больницу, Лёша и дневал и ночевал у неё, но врачи разводили руками и единственное, что говорили, было: «Мы делаем всё возможное». Жены не стало в конце лета. Отказало сердце. Причину так и не удалось установить. А мужчина начал ненавидеть это время года. Почти.
      На кладбище он стоял, удерживая на руках свёрток с сыном и бездумно смотря в никуда. Он не видел перед собой могилы и надгробия. Видел лишь улыбающиеся лица: первого возлюбленного, отца, жены. Все они были похоронены на одном и том же кладбище. Всё его счастье находило свой приют здесь, и только последний лучик света мирно посапывал в крепких руках. Маленький Тоша да мать, вот всё, что осталось от такого хрупкого счастья.