Vicious

Дурные сны вернулись к Испании следующей ночью. Он вновь был один, лицом к лицу с собственными кошмарами из прошлого. На этот раз все было иначе, но не менее ужасающе и реалистично. Однако не было какого-то определенного сюжета... Все смешивалось в одно сплошное месиво. Он видел то бесчисленное количество тяжело раненых солдат, умеревших когда-то на его глазах, то мертвые лица своих правителей и полководцев, то жертв самых разных терактов. Отчетливо были слышны стоны и крики, мольбы о помощи или милосердии, выстрелы и взрывы. Антонио даже мог чувствовать запахи... Это были кисловато-сладкий запах крови и влажный - грязи. Кошмары настолько сильно затянули Испанию в свои объятия, что он не мог очнуться от них. Они мелькали перед ним один за другим, не отпуская ни на секунду, не давая ни малейшего отдыха. Знал бы он, как сейчас выглядит со стороны... Его волосы и пижама были насквозь мокрые, впрочем, как и простыня под ним. Одеяло было сброшено на пол, а подушка оказалась на другом конце кровати. Сам Антонио тяжело дышал и метался по кровати, сминая под собой простынь. Иногда он что-то выкрикивал, иногда тихо постанывал от переживаний, а иногда даже звал кого-то... Невозможно было разобрать, кого именно, но был тот, кто мог прийти на зов. И Романо пришел и на этот раз. Испания понял это тогда, когда ему на лоб опустилась тряпка, вымоченная в ледяной воде. Это заставило его сразу же очнуться. Правда, ужасающие картины все еще стояли перед глазами и наводили ужас, но они стали менее реалистичными. К тому же, намного тише слышались посторонние звуки и перестали ощущаться запахи. Зато Антонио смог учуять другой, более родной и приятный аромат; точно так же пахли сочные томаты, насыщенные солнцем; точно так же пах Ловино... Почувствовав его присутствие, Испания вздохнул, успокаиваясь. Воспоминания продолжали отступать, становились все более расплывчатыми и далекими. Отступали и все вызванные эмоции. Уходили страх и паника, уступая место умиротворению и благодарности. Уходило прочь все плохое. Романо все это время сидел рядом. Он вновь услышал подозрительные звуки и вновь не смог устоять и не прийти на помощь. Состояние Антонио в этот раз показалось ему настолько ужасным, что он, недолго думая, даже прихватил с собой компресс. Как оказалось, это решение вовсе не было лишним... - Романо... - хрипло прошептал Испания. - Значит, ты и в тот раз приходил... Спасибо. Ловино только фыркнул в ответ. Хорошо, что не ударил, а то было у него такое желание после подобного признания в том, что Тони не помнит, как он пришел предыдущей ночью. - Все еще не разговариваешь со мной?.. Ладно, можешь не разговаривать... Но не уходи, пожалуйста... Романо вновь захотел его ударить. Да за кого он его принимает?! За обидчивую девчонку?! Неужели так и не понял, что голоса просто нет?! Впрочем, Ловино взял себя в руки и лишь раздраженно выдохнул. Уходить он тем более не стал... Понимал, что его присутствие необходимо сейчас.

***

Несмотря на своевременную помощь, состояние Испании утром все равно было гадким и удрученным. Он все так же переживал, все так же не мог отделаться от ненавистных ему видений, терзающих и мучающих его. Казалось, им нет конца... Ни днем, ни ночью. Романо по-прежнему наблюдал за ним и прекрасно видел его состояние. Смотреть на посеревшие глаза и испуганный вид было страшно, но он все так же не знал, чем помочь и как призывать к улыбке. В голову шли только глупые и нелепые идеи, осуществить которые было слишком уж стыдно. Но почему бы хотя бы не попробовать?.. А потому, что Ловино не мог решиться. Представляя себе очередную попытку поднять настроение, он убеждался, что будет выглядеть или глупо, или жалко, а этого совсем не хотелось. Вот только нужно было справиться с этим чувством и все же сделать хоть что-то. Ведь это было бы куда лучше, чем сидеть и без конца и края перебирать различные варианты и страдать от бессилия. В конце концов Романо это надоело. Нужно было решать проблему! Как угодно, но надо было! Поэтому, набравшись решительности и отбросив куда подальше свою гордость, он все же поднялся со своего места и подошел к Испании. Дождавшись, когда тот поднимет свой взгляд, Ловино наклонился к нему и пальцами поднял уголки его рта вверх, показывая тем самым, чего он хочет и чего ему не хватает. - Романо?.. Что ты делаешь? - недоуменно спросил Антонио, слегка отстранившись. Романо не ответил ему. Вместо ответа он щелкнул ему по лбу, вызвав тихое "Ой!", а затем повторил свой жест. Что здесь могло быть непонятного? Кажется, до Испании начало доходить. - Если бы я мог, Романо... Знаешь, если бы я вновь услышал твой голос, то мне было бы легче сделать то, о чем ты просишь. Мне даже плевать, что бы ты сказал... Даже если это будут ругательства, мне будет все равно. Поговори со мной... Ловино выпрямился и приложил руку к лицу. Ну как объяснить ему, что он не говорит по какому-то нелепому недоразумению, а не из-за нежелания делать это? Он убрал руку и внимательно уставился на Тони. Прямо сверлил его взглядом... Чтобы хоть как-то показать то, что он пытается доказать, Романо открыл рот, из которого по-прежнему не вырвалось ни единого звука. - Постой... Так ты... Ох... А я думал! Черт возьми, я думал... Ловино махнул рукой, призывая помолчать. Понял и так, что тот думал... Только что теперь делать с этим? Голос-то от этого так и не вернулся... - Странно выходит, да? - Испания невесело усмехнулся. - Тебя бесила моя улыбка, а теперь я не могу выдавить ее из себя... А меня бесили твои ругательства, и ты теперь ни слова не можешь сказать... Вот так совпадение... Как близки они были к разгадке в этот момент... Этот вывод, озвученный Антонио, помог обоим размышлять и дальше. О чем они думали?.. Каждый о своем, но в то же время об одном. Им казалось, что то, что произошло - некая глупая шутка. Но неужели от самого Господа? Иного они просто не могли придумать. Но если это божья кара, то как избавиться от нее? - Романо... Поцелуй меня, пожалуйста. Если тебе нетрудно, - вдруг попросил Испания, не придумав ничего лучше. По лицу Ловино было видно, что тот возмущен и даже разозлен, но через некоторое время черты его смягчились, и он, поняв, что отказываться от такого предложения лучше не стоит, нагнулся и подарил быстрый поцелуй в губы. - Доволен теперь? - спросил он, не забыв гордо фыркнуть. - Р-романо... - лицо Антонио озарила широкая улыбка. Такая яркая, такая искренняя... Та самая, привычная всем. В следующий момент Тони уже крепко сжимал Ловино в объятиях. Так какова же разгадка, к которой они смогли прийти? Все проще, чем кажется. Все, что нужно было - это простить друг друга. Именно это было искуплением, и именно это избавило обоих от проклятия. Их грехи были исправлены. Конечно, у них есть и другие, много других. Но зато теперь они знают, что исправить любые из них можно лишь принятием и пониманием, а ругань только сделает хуже. Эти грешники усвоили свой урок.