Нежданный наследник

Глава 4 Комната, куда вампир привёл Роланда, была круглой и пустой. Только слева у стены стоял столик с чашей и ножом на нём. Пол застилал такой же круглый ковёр с вытканными на нём пентаграммой и каббалистическими знаками. — Раздевайся, — буднично проговорил вампир, снимая с себя мантию. Роланд поколебался, но отступать было уже поздно, и вот уже в сторону полетели сапоги, рубашка, бриджи и другая одежда. До тех пор, пока на теле не осталось ничего, кроме естественных покровов. — Хм, какой ты волосатый, однако, — проговорил с неодобрением вампир, проводя рукой по тёмной дорожке вдоль живота. Холодные пальцы коснулись завитков в паху, взвесили вялый скукоженный член, огладили бедро. Роланд переступил с ноги на ногу, всё это так отличалось от их с Эмилем ласк, что хотелось оттолкнуть чужую наглую руку, уже орудующую сзади. — Не бойся, — голос вампира звучал странно, будто он был далеко-далеко. И в то же время рядом, так близко, что дыхание касалось кожи. Вампир что-то говорил, а юноша будто проваливался в тёмную воронку, где его кружит, кружит, кружит. Кожа будто вспыхивала жаром от касаний, тело льнуло к ладоням, он словно со стороны слышал низкий чувственный стон. Неприятные ощущения длились недолго и сменились чем-то другим. Это не было обычным удовольствием, скорее яркой вспышкой, будто под опущенными веками вспыхнули звёзды. И властный голос, прорвавшийся сквозь это: «Пей!» И он впился зубами в подставленную плоть и пил, пил, пил, захлебываясь от восторга. Очнулся Роланд в одиночестве. У стены лежала его одежда, за окном уже горели звёзды, тело было неприятно влажным, во рту чувствовался противный вкус, хотелось выпить воды или, еще лучше — вина. Он поднялся, натянул штаны и уже наклонился за рубашкой, когда в дверях появился вампир. Роланд ясно видел теперь ало-золотое сияние окружающее его фигуру, чувствовал запах его крови, осознавал беспокойство близкого родича прошедшей инициацией. И неожиданно проговорил: — Со мной всё хорошо. Спасибо… дед. Вампир ощутимо расслабился. — Тебе нужно пройти обучение. И ты сможешь уйти, куда захочешь. — Обучение? Но меня ждут дома! — Не беспокойся, здесь время течёт иначе. Тут может пройти несколько дней, а за пределами долины всего пара часов. Ты успеешь, — пояснил Дайзи, вглядываясь в лицо внука. В целом, мальчик ему понравился: капля крови дроу усилила вампирью сущность, и получился восхитительный коктейль. И воспитание, похоже, не подкачало, хороший у него внук, нужно будет помочь, хотя бы первое время. — Хорошо. Я готов! Он ожидал сурового наставника, тяжёлые фолианты, алхимические лаборатории, а вместо этого увидел низкое ложе и обруч, что надели ему на голову. Вампир положил руки ему на лоб и проговорил: — Спи. Сколько дней Роланд провёл в этой комнате, он так никогда и не узнал. Зато теперь ему стало известно, что кровь дроу позволит ему создавать огненные шары и двигать вещи, ну и ещё кое-что по мелочи: «видеть» россыпи драгоценных камней, клады, искать золото и серебро — очень неплохо для будущего короля. А вампиры дали возможность видеть и общаться с призраками и поднимать мёртвых, тоже полезное умение, если подумать. Зато целителем ему не быть — это прерогатива исключительно эльфов, он сможет только увидеть, где гнездится в теле болезнь. Древние владели всеми четырьмя стихиями, странно разделив их между собой. Так, для дроу своей стихией был огонь, для эльфов — вода, а вампиры подчинили воздух. Зато земля была общей для всех трех народов, и это понятно: целителям необходима земля и вода, чтобы выращивать травы, а ещё без этого не может жить ни одно существо, человек ли это или зверь. Теперь он знал, что маги, умеющие лечить, были потомками эльфов. Дроу когда-то дали начало боевым магам, а от вампиров произошли некроманты. Роланд нёс в себе сочетание трёх стихий, был, можно сказать, поисковиком и боевым некромантом. Забавное сочетание, но юноша был согласен с таким положением дел — как-то мало в нём было милосердия для истинного целителя. Он вновь подумал о том, как отнесутся священнослужители к нему, король – некромаг! Это просто пощёчина для их культа. Но одно было хорошо: с такими способностями убить его будет гораздо труднее, чем обычного человека. Узнал он и самую страшную тайну Древних — их было не три народа, а четыре. И те, четвёртые, как раз и были виновниками всех тех страшных слухов, что ходили среди людей. Назывались они ламии, жили под землёй, не любили солнечный свет, пили кровь, как вампиры, но не знали при этом меры, могли иссушить за один раз взрослого человека. Не чурались людоедства, предпочитая отлавливать для трапезы детей, а ещё занимались тем, что подменяли в колыбели младенцев, подкладывая вместо человеческого ребёнка своих полукровок, но кто бы ни вырастил ламию, она в любом случае оставалась преданной своему народу. И ещё, у ламий не было мужчин, только женщины – колдуньи. Зачинали они от человека, а потом подкидывали своих детей и, до поры до времени, не интересовались ими. Лишь, когда девочке исполнялось десять, её обязательно находила ближайшая ламия и вот тогда и начиналось настоящее воспитание. А гномы, как оказалось, вообще ушли из этого мира, оставив о себе только смутные легенды. — Господин, вы будете ужинать? Роланда вырвал из размышлений тонкий девичий голос. — Тобой? — пошутил он. Но девушка восприняла это нормально, подошла к нему и, опустившись на колени, откинула в сторону пушистые волосы, обнажив шею. Роланд смотрел, как бьётся на ней тонкая, едва заметная жилка и чувствовал, что рот наполняется слюной, а желание выпить свежей крови становится нестерпимым. — Не противься ему, — услышал он голос деда. — После инициации и обучения, тебе необходима свежая кровь. Теперь ты высший вампир, не забывай об этом. Роланд склонился к шее девушки, вонзил зубы и сделал первый глоток. Девушка под ним напряглась и чуть слышно вздохнула. Он пил пряную горячую жидкость и казалось ему, что слаще в его жизни не было ничего. Быть может, раньше, Роланд бы испугался, что иссушит свою жертву, но сейчас он точно знал, когда нужно остановиться, чтобы получить для себя всё необходимое и не навредить при этом девушке. Вот он аккуратно вынул зубы и ласкающе провел по алым точкам языком, слизывая последние капли. Ранки медленно закрывались, затягиваясь прямо на глазах. — Целительное действие слюны вампира наглядно, урок первый, — пробормотал он. — Иди, — девушка, повинуясь приказу, исчезла за дверью. — Не только в этом. Ты уже понял, что знаешь, когда нужно остановиться. Теперь ты узнал, что твоя слюна заживляет небольшие ранки. А твоя кровь, если её дать кому-то может облегчить болезнь или помочь организму бороться с ядом. — Нужно запомнить, — кивнул Роланд. — Ты запомнишь. Что тебе ещё непонятно? — Мне теперь всегда будет нужно пить кровь человека? Раньше хватало коровьей. — Раньше ты не был инициированным высшим. Да, раз в неделю обязательно. Или после ранений, чтобы восстановиться. Я пошлю с тобой двух доноров, брата и сестру. Тебе понравился вкус Милы? — Милы? А, эта девушка! Ну… вкусная. Да, понравился. — Её брат не хуже. Кроме того, что они будут давать тебе свою кровь, они могут согревать и твою постель. Очень искусные любовники, прикажи им как-нибудь заняться любовью, тебе должно понравиться. Роланд быстро глянул на него, он вспомнил Эмиля и испугался, когда понял, что образ милого юноши подёрнулся чуть заметной дымкой забвения. Это не ускользнуло от вампира и тот осторожно поинтересовался не оставил ли внук среди людей свою возлюбленную. — Нет, у меня там был близкий друг. — Он знает о тебе? — поморщился вампир. — Да, но никому не скажет. — Если твой… друг знает о твоей тайне, то тебе стоит его забрать, священники охотятся за такими, как он. — Зачем им Эмиль? И откуда ты знаешь, что происходит у людей. — Знаю. Идём, я кое-что покажу тебе. Вампир привёл Роланда в другую комнату, всё пространство которой, занимало огромное зеркало и несколько кресел перед ним. На одном из них сидел человек, записывающий что-то на листе бумаги. Судя по количеству таких листов, он занимался этим уже давно. А вот в зеркале не отражалось ничего, из того что было в комнате. Зато там видна была комната, стол и двое мужчин, в одном из которых, Роланд узнал своего предполагаемого отца, короля Этелред. — Что ты узнал, Стоддарт? — говорил в этот момент король, и Роланд поразился, что он словно находится в одном помещении с ним. — Смерть принца Адальберта, государь, вызывает некоторые сомнения в естественности. — Поясни. — На затылке принца я обнаружил характерную шишку, будто его ещё при жизни ударили сзади чем-то тяжёлым, например, палкой или дубиной. Если бы там была открытая рана, можно было бы сказать точнее. — Камень? — Если только завёрнутый в ткань, иначе он рассёк бы кожу. На одежде, в районе колен, я заметил следы земли и даже травы, хоть её и нет почти. Это значит, что принца оглушили, а затем тащили к реке. — Значит, это был не один человек. — Да, государь, двое бы вполне смогли унести принца. Затем, его столкнули в реку. Характер повреждений говорит о том, что тело катилось кубарем, и лишь потом принц упал в воду. В лёгких у него вода, а значит, он не умер от удара, а захлебнулся. — Это убийство, — нахмурился король. — Это заговор. Это… государственная измена! — Да, государь. Я стал проверять, кому выгодно убрать от власти законного наследника. И выяснил кое-что. Леди Сюзанн, мать вашего незаконного сына вне подозрений: тихая и спокойная женщина мирно живёт в своём поместье и ни в чём не замечена. Лорд Роланд, энергичный юноша, имел нескольких любовниц, но детей не было, видимо, позаботился об этом… — Предусмотрительный, — проворчал король. Роланд хмыкнул, радуясь, что действительно озаботился этим вопросом. — Да, государь, — продолжал между тем Стоддарт. — Но в последнее время он остепенился и завёл себе постоянного любовника, некоего Эмиля, сына соседа. Юноше сейчас восемнадцать, приданое у него мизерное и дядя подыскал ему супруга. — Дядя? Ты же назвал его сыном? — Прошу прощения, государь. Это я устал, ошибся. Племянник. Эмиля просватали за барона Уорбека. — Фу, мерзкий человек, однако. — Именно так, государь, но на барона у меня пока ничего нет. — А то, что его мужья умирают, не прожив и года, это не аргумент? — Нет, государь, ведь все его супруги скончались от естественных причин. — Угу, от побоев. — Нет, государь. Было сказано, что они страдали малокровием. — Все трое? Ведь, кажется, барон собирается взять супруга в четвёртый раз. — Прикажете послать туда сыскарей? — Да. И приставьте к Эмилю наблюдателя. Что-то мне не нравится эта возня вокруг моего сына. — Мне тоже, государь. Я всё сделаю. Может, намекнуть графу не выдавать пока замуж Эмиля? — Не стоит, просто присмотрите, чтобы с мальчиком не случилось ничего непоправимого. Теперь, что там с Роландом? Он знает о предстоящей свадьбе любовника? — Это мне неизвестно, государь, но в поместье Роланда нет. Сразу, после получения леди Сюзанн депеши из дворца он уехал в сторону Полуночных гор. — Сокрытые долины? Зачем ему туда? Или… — Возможно, что леди Сюзанн носительница древней крови. — Или проснулась моя, — покачал головой король. — Значит, королю известно о том, что он потомок дроу, — негромко проговорил вампир. — А можно увидеть только кабинет Этелреда? – поднял глаза на деда Роланд. — Нет, любое место в стране. Ты, верно, хочешь увидеть своего возлюбленного? — А можно? — Можно, — вампир сделал знак рукой и перед Роландом появился холл собственного дома, растерянный Эмиль среди кофров и сундуков с вещами. Рядом с ним стоял, ухмыляясь, один из кузенов, пока второй рассыпался в комплиментах леди Сюзанн. — Эмиль, — Роланд шагнул к зеркалу, словно пытаясь докричаться до любимого. — Он не услышит, — вампир положил руку ему на плечо. — Я знаю. Хорошо, что король решил присматривать за ним. Эти двое изводили Эмиля, пока он жил с ними. Дайзи внимательно посмотрел на внука. — Он дорог тебе? — Да, очень! — Я отправлю одного из Рода, пусть охраняют его, пока ты не сможешь сам. — Спасибо! — Теперь ты понял, как мы узнаём все новости? Как только среди людей рождается наш потомок, его или её имя появляется на родовом древе. Мальчика мы забираем сразу, а за девочкой присматриваем время от времени. Я упустил тот момент, что она родила сына от короля. — Он тогда ещё не был королём, только принцем, — поправил Роланд. — Не имеет значения. Но у тебя хватило ума прийти самому. Ты готов продолжать обучение? Тогда идём, времени у тебя немного.