The Ringmaster/Шпрехшталмейстер

Эдди переиграл нас всех с самого начала. Мы выбили его дверь на следующий день — его уже и след простыл, он бросил все свои пожитки. Я огляделась, пытаясь найти признаки того, что он вернется, но не было даже злорадной записки «ха-ха», оставленной в надежде, что мы приедем на него поглядеть. Я безропотно посмотрела в сторону Джокера, листавшего одну из книг Эдди. — Что будем делать? — спросила я, когда он бросил на меня косой взгляд. Он оглядел комнату, бросил книгу в сторону и сказал: — Принеси-ка любую воспламеняющуюся жидкость. Мы ждали пожарников в тени моста через улицу. Аварийные службы сдались после часа борьбы с пламенем, мы с Джеем наблюдали, как здание горит и крушится. Я положила голову ему на плечо, когда сваи, наконец, не выдержали, и он позволил мне это, обхватив меня одной рукой за плечи. Остальное мы собирали по кусочкам в течение следующих дней. Кобблпот подтвердил, что Эдди натолкнул его на нас, он начал с того, что сделал меня прицельной мишенью Пингвина. Дальше все сложилось легко: информация, которую Эдди дал нам о Кобблпоте, была совершенно бесполезна, легкость, с которой он уступил мне местоположение Гюнтера, имело цель устранения неудачливого стрелка, ведь целью Эдди вовсе не было убийство Джокера именно в тот момент. Прошлая ночь стала для него решающей. Мало того, что он заложил бомбу, я предполагаю, он надеялся уничтожить большинство претендентов на роль короля преступного мира Готэма, он также привлек туда Бэтмена. В ту ночь, когда мы все были повязаны одной нитью, был ограблен музей естественной истории Готэма. Кто-то удрал с артефактами на миллион долларов. — Убежать от шести кретинов с чертовыми артефактами, — фыркнула я, увидев эту новость. По ночам мне мешала спать мысль о том, что мы были в заминированном «Айсберге». Если бы мы остались, чтобы закончить с Оззи, через несколько минут нас бы разорвало на кусочки бомбой Эдди, который, видимо, не понял, что мы с Джокером не из болтливых, а Освальд — нытик. Как только было названо его имя, воздух запах чем-то иным. Как оказалось, конечная цель Эдди — собрать нас всех в одном месте и взорвать — оказалась полным провалом. Он, правда, уничтожил «Айсберг Лаунж», ну и что с того! Бэтмен пришел в себя как раз вовремя и утащил тушу Освальда на соседнюю крышу. Он пристегнул Освальда наручниками к кондиционеру и сбежал. Полиция спасла Освальда в ту же ночь. Ну, как спасла. Они задержали его для допроса, чтобы понять, что, черт возьми, случилось той ночью. Ему стало плохо в тот момент, когда он узнал, что будет мотать срок в Блэкгейт в ожидании суда. Они предъявили ему обвинение в страховом мошенничестве. Я так смеялась, когда услышала, что даже не смогла объяснить Джею причину смеха. В целом, мы обошлись минимальными потерями. Патроны «Айсберга» мудро решили, что здание лучше покинуть, как только объявился Джокер, ищущий меня. Кроме людей, погибших во время перестрелки между нашими ребятами и парнями Пингвина, никто опознан не был, все ушли. Я почувствовала легкое порочное удовлетворение, когда узнала, что хоть Эдди и создавал нам подводные рифы, его конечная цель, конечно, провалилась. Памела и Джонатан послушались моего совета о Бэтмене и были достаточно далеко от клуба, когда он взорвался. Я позвонила ей позже в ту ночь, чтобы узнать, как она, а через несколько дней заехала рассказать последние новости. Она была не особо довольна. — Хочешь сказать, что эта крыса намеренно заставила его тебя похитить и подвесить, как какую-то незадачливую героиню в дешевом фильме ужасов восьмидесятых годов, чтобы сознательно подставить под угрозу меня и Джонатана? — спросила она устрашающим тоном, глядя на меня прищуренным взглядом поверх бокала. Я подняла руки, защищаясь. — Рыжая, тебе никто никогда не говорил, что ты можешь заставить людей чувствовать себя так, будто они свиньи на убой? — Многие говорили, — сказала она, все еще погруженная в свою страшную медитацию. Ее задумчивое состояние было прервано телефонным звонком. Мы обе пораженно посмотрели на мобильник. — Сколько людей тебе обычно звонит? — настороженно спросила я. Она более или менее отошла от социума, не думаю, что с ней кто-то общался, кроме меня и Джонатана, а я сомневалась, что звонил он. — Немного, — раздраженно бросила она и ответила на звонок. — Алло? — я услышала жестяной голос на другом конце провода, и судя по суженным пылающим зеленым глазам Пэм, это мог быть только один человек. — Только потому, что ты обязан ей объяснить, но помяни мои слова, мы поговорим об этом позже, — сказала она, а затем безмолвно передала телефон мне. Я взяла. — Алло? — Привет, Харли, — это был Эдди, и самодовольство в его голосе заставило меня немедленно разозлиться. Я зарычала в динамик, он рассмеялся. — Ой, да ладно тебе. Ты в безопасности, и вот чт… — Вот уж спасибо! — Что? — спросил он таким озадаченным тоном, что я сразу прочувствовала его искренность, несмотря на недолгое знакомство. Но ведь понятно, что этот парень не любит быть очевидным, не хочет, чтобы кто-то знал правду о нем. — Я как раз послал нашу дорогую Пэм, чтобы она убедилась, что ты в порядке. — Чушь. Ты просто сгорал от алчности и хотел расширить свою власть, убить как можно больше своих конкурентов одновременно. Ты думал, что мы все будем заняты друг другом, пока тикал твой таймер, разве не так? — Это дикое и необоснованное обвинение. — Но ты не просчитал, что, только услышав твое имя, мы сразу поймем, что происходит что-то подозрительное, — продолжила я, — вот ведь незадача. Может, в следующий раз получится. Ну, если мы, конечно, не сдерем с тебя шкуру живьем к тому времени. — Я чувствую необоснованное количество враждебности. — Необоснованное? Кроме того, что ты пытался убить его, Эдди? — Боже, да что за ребячество, всего лишь небольшая бомба? Он из похуже передряг выбирался. Во всяком случае, он это заслужил, ты уже забыла о той ночи? Когда тебя арестовали за взрыв на складе Марони, м? Меня не удивило, что он об этом знал. — Это наши личные дела, Эдди. Не лезь в них. Можешь сделать некий рыцарский благородный жест, но я не оценю. — О, как жаль, — вздохнул он. — А я так хотел помочь тебе. — Ты имеешь в виду, ты так хотел позлорадствовать, — сказала я, вставая и подходя к окну, глядя на улицу и ожидая увидеть машину. — Эти компоненты взаимоисключают друг друга? — Ты все еще в Готэме? — резко спросила я. Он низко и удивленно рассмеялся. — А как ты думаешь? — Я думаю, что ты залег на дно после истории с музеем, еще я думаю, что ты вернешься, — прямо сказала я. — Ты произвел впечатление, не вижу оснований отступать. — Ты угрожаешь мне? — Да: когда вернешься в Готэм, лучше смотри по сторонам. — Спасибо за предупреждение, — сухо сказал он, а затем отключился. Я повернулась и бросила телефон Пэм. — Тебе нужно проверить его на маячки. Он не в Готэме, но тем не менее он знал, что я сейчас с тобой. Пэм сузила глаза, оглядела комнату и сказала: — Эдвард Нигма, если я найду хоть одну камеру слежения в доме, за тобой будет охотиться не только Харли. Весь разговор заставил почувствовать меня легкую тоску, но шутка Пэм в сочетании с моими мыслями о том, что я сделаю с Эдди, когда столкнусь с ним снова, заставила меня чувствовать себя немного лучше. Вскоре после этого я отправилась домой, чтобы поделиться подробностями разговора с Джокером. После инцидента в «Айсберге» мы переехали в старый магазин игрушек в заброшенном районе в западной части Готэма. Это было одно из тех старых зданий, где второй этаж был приспособлен под владельцев, что удовлетворило наши потребности на некоторое время. Ему не понравилось, что мы потеряли наше старое укрытие. Я поняла, что он вернулся домой сразу же, но там были две полицейские машины, сотрудники только начали понимать, что это была не обычная готэмская перестрелка. Они уже вызвали подкрепление, но подкрепление не прибыло вовремя, чтобы остановить Джокера. Он перестрелял всех четверых офицеров и зашел в дом, чтобы собрать нужные вещи. Как выяснилось, ни одну из моих вещей он не посчитал нужной. Я была разъярена, проснувшись в нашей новой явочной квартире, грязная и пыльная с ночи, не желая ничего больше, чем принять душ и ходить всю неделю в пижаме. — Ты не мог захватить для меня даже одежду? — кричала я, бросая в него медведей Тедди и другие старые игрушки, оставленные в магазине, чтобы разгрузить чувства. Наверное, просто, чтобы меня успокоить, он пообещал мне новый гардероб. Вероятно, он и не собирался выполнять своего обещания, но когда я перешла на агрессивные меры и начала носить его одежду в его отсутствие, он тут же нашел время, чтобы устроить мне шоппинг (кражу) на следующую же ночь. Он даже подарил мне новый револьвер на замену старого, оставленного полицейским. Теперь он сидел за своим столом, глядя в экран ноутбука, поглядывая на целый список ядерных спусковых кодов у себя на коленях. Мне пришло в голову, что если бы он на самом деле решил их использовать, все закончилось бы плачевно. Эдди был забыт, я спросила: — Э-э, Джей? Что ты смотришь? Он посмотрел на меня, затем обратно на экран, а затем помахал мне рукой. — Иди сюда. Я хочу тебе кое-что показать, — я с опаской подошла к нему, и он притянул меня к себе на колени, обхватив за талию, указывая прямо на экран. — Ты знала, что у меня есть фан-клуб? — Вот дерьмо, — сказала я, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть. — Ты серьезно? Ты серьезно, — он удовлетворенно хмыкнул, и я схватила мышь. — Ну-ка. — Эй, — возразил он, но я уже гуглила собственное имя. Оказалось, у меня была своя доля поклонников, но учитывая, что большинством были мужики за сорок с сомнительным хобби — рисованием меня во всех мыслимых и немыслимых костюмах, радости я особой не почувствовала. — Что это, блин? — спросила я у Джея, указывая на экран. — Что… половинчатый кружевной корсет? Кожаные шортики? Для какой цели они служат? Это даже не мои цвета. — Да-да-да, твой фан-клуб сосет у моего, — сказал он, пренебрежительно махнув рукой и закрывая вкладку, чтобы вернуться на веб-сайт, посвященный ему. — Кстати, без шуток, — проворчала я, — они сделали тебя предметом искусства. — Интересно, я могу заставить их разрезать себе лица? — вслух размышлял он, а потом посмотрел на меня и объяснил: — Если я скажу им, что таким образом они проявят солидарность, я уверен, они это сделают. — Ну, наверное, — сказала я, снова глядя на компьютер. Я смотрела на экран, пока он лениво прокручивал форумы, а затем отметила: — Знаешь, это ведь здорово. Ресурс, по крайней мере. — Ах… да, — согласился он с отсутствующим видом. Я покачала головой, внезапно вспомнив, зачем вообще пришла в комнату. — Черт, чуть не забыла. Я ходила к Пэм, и, видимо, Эдди знал, что я там, потому что он позвонил ей на мобильник, чтобы поговорить со мной. — Эдди? — Да. Похоже, он уехал из Готэма, но я тебе гарантирую, что в конце концов он вернется. — Да, — сказал он, по-прежнему сосредоточенный на компьютере. Я повернулась, чтобы посмотреть на него. — И?.. что будем делать, когда он вернется? — А? — я многозначительно посмотрела на него, и ему в конце концов пришлось оторваться от экрана и ненадолго посмотреть на меня недовольным взглядом. — Что будем делать… с Эдди? Я не знаю. Сожги его или придумай что-нибудь. Застрели. Я немного занят, Харли. Я смотрела не него, не веря своим глазам. — Ты. Ты, который обижался на меня, пока сам не забыл, за что. Ты отправил меня в Аркхэм за то, что я приковала тебя наручниками к чертовой кровати, но Эдди-то пытался тебя убить, а ты слишком занят, чтобы продумать месть? — Харли, у меня есть фан-клуб, — сказал он, глядя на меня так, будто не веря, что я не могу оценить значение этого. В этом взгляде был весь он. Я расхохоталась и спрыгнула с его колен. — Это очень здорово, извращенец, — сказала я, наклоняясь, чтобы поцеловать его в лоб, он уже был так сосредоточен на компьютере, что даже не оттолкнул меня. Конечно, отсутствие у Джокера интереса к мести Эдди было немного занудственным, но он уже должен достаточно понимать, что мне не нужна его помощь. Эдвард Нигма пытался разрушить мою жизнь, он угрожал мне и всем, кого я люблю, и клянусь, эту обиду я сохраню, пока не окажусь в могиле. Если он сунет свою морду в Готэм, я лично его выслежу и заживо закопаю. Но на сегодняшний день его здесь нет, мне об этом не нужно беспокоиться. В настоящее время у меня есть более важные дела, о которых нужно позаботиться, например, нужно повысить скил в играх с Тузом, чтобы он меня больше не называл дерьмом. Некоторые из его друзей скинхедов начали перенимать эту манеру, терпеть я это не буду. Я вышла из комнаты, насвистывая что-то, и присоединилась к ребятам. Конечно, долго это длиться не будет, это никогда не длится долго, но прямо сейчас я счастлива, что мне не приходится ни с кем бороться, а Джокер в безопасности. Этого достаточно. Конец