I глава
12 июля 2016 г., 12:32
Pov Томми
Многие говорят, что нельзя влюбиться сразу в двоих. Я вам скажу — можно.
Прямо сейчас, стоя на сцене, я держусь за любимую гитару, как за спасательный круг и пытаюсь понять, что же, черт возьми, чувствую. Влюблен ли я в самого сексуального глэм-рок исполнителя, который так шевелит бедрами на сцене, что у меня круги перед глазами от возбуждения? Который называет меня котенком, и дарит самые нежные и искренние улыбки. Который при всех показывает себя диким самцом и жадным сердцеедом, но только рядом со мной становится настоящим.
Я улыбнулся своим мыслям и мотнул головой так, что челка опять упала на глаза.
Или же это человек, который сейчас в зале, в самом углу, так что его тяжело заметить, если не искать специально? Человек, который своим акцентом может свести с ума. Который одним своим смехом, заставляет меня краснеть и смеяться вместе с ним. Который любит обнимать меня и вечно пожирает взглядом.
Щеки опять залил румянец. Я прикрыл глаза. Голова пухла от мыслей и неопределенности.
«И вот как ты до этого докатился, Томми?» — спросил я самого себя. — «Еще недавно натурал до кончиков пальцев теперь разрываешься от чувств к двум мужчинам».
Зажмурившись, я на автомате продолжал перебирать струны, полностью уходя в свои мысли: «Да, Томми. Если бы не та чертова вечеринка, ты бы сейчас не разрывался от мыслей, как перекаченный воздушный шарик»
***
POV Томми. Последний аккорд… И зал взрывается бешеными криками. Мы отыграли последний концерт в рамках «We Are Glamily Tour». Как и всегда, это было сногсшибательно. От полученных эмоций я еле держал в руках гитару. А фанаты всё никак не могли отпустить Адама со сцены, но никакие эмоции не могли компенсировать дикую усталость. Я всегда поражался трудолюбию и выносливости Адама. В бешеном ритме мы объездили пол мира, а он готов ещё столько же объездить, ради улыбок своих фанатов. Кое-как, под крики фанов, нам удалось покинуть сцену. В этот момент я понял, как сильно устал. Зайдя в гримерку, я рухнул на первый попавшийся диван и прикрыл глаза не в силах что-либо сказать, а тем более, сделать. В эту же минуту в гримерку забежала Эшли. Улыбнувшись во все тридцать два, она кинулась Адаму на шею и смачно чмокнула в щеку. — Боже, Адам, как тебе удается? Тысячный концерт и как в первый раз, такие бешеные эмоции. Я думала, ты собьешь фанатов с ног своей энергией, — проговорила девушка, выпуская Ламберта из объятий. Адам усмехнулся. И как вообще у неё есть силы не то, что говорить, бегать по всей гримёрке, да и вообще ходить? Откуда в людях столько энергии? М-да, Томми Джо, стареешь… — Ты преувеличиваешь, тут не только моя заслуга, вы все молодцы, — мягко улыбнувшись, ответил Адам, присаживаясь за столик с косметикой. Ламберт весь светился от радости, но в уголках его таких замечательных глаз залегла усталость. Меня всегда поражало и вдохновляло то, с каким энтузиазмом он подходит к своей работе, как он обожает то, что делает. Он буквально передает тебе частичку себя со своими песнями, он заряжает людей этой взрывной энергией жизни. Ни один человек не может перевести взгляд от Адама на сцене, это просто невозможно. Невольно, я залюбовался им. — Конечно, мы молодцы, — cказал Айзек, который уселся справа от меня. — Поэтому, предлагаю пойти в клуб и отметить. Кто за? — он демонстративно поднял руку, как первоклассник, которому так не терпится ответить. В глазах Эш полыхнул дьявольский огонек. — Айзек, ты гений. Я иду. Адам, ты тоже идешь. И Саули захватим. Адам буквально на секунду замялся при упоминание парня и энергично ответил: — Я только за, ребят! — Адам сверкнул своей сногсшибательной улыбкой и, кажется, только я заметил эту странную заминку и потухший огонек в его глазах. Я чуть прищурился и хотел просить: «все ли в порядке», но Эш отвлекла меня, потрепав по волосам. — Томми? Ты с нами? Ты же понимаешь, что отказы не принимаются?! — заявила девушка. — Ну, не знаю… По правде говоря, я бы лучше остался дома и посмотрел парочку своих любимых ужасов или триллер какой-нибудь. Тащиться в клуб с ребятами было последнее, что я хотел сделать сейчас. Но говорить это в слух я не собирался, просто хотел каким-нибудь волшебным образом отмазаться. Мне, конечно, нравиться отдыхать с друзьями, но клубные тусовки меня никогда сильно не привлекали. То ли дело Адам, легче посчитать, сколько тусовок обошлось без него. — Эй, в Томми проснулась старая бабуля? Ребят, он променяет вечеринку с нами на сериалы по телеку, — смеясь, сказал Айзек. По сути, шутки и подколы между собой — это неотъемлемая часть нашей жизни и грех на неё не ответить, в этот момент меня будто сам чёрт за язык дёрнул. Кидая в Айзека рядом лежащей подушкой я сказал: — Бабуля, говоришь? Никакие сериалы не сравняться с твоей пьяной мордой, Айз. Я не могу такое пропустить, так что, я с вами, — хлопнув друга по ноге, ответил я и снова прикрыл глаза, надеясь немного подремать. — Отлично, тогда собираемся, ребят, — сказала Эшли и снова потрепала меня по волосам. Я открыл один глаз и возмущенно на нее посмотрел. — Хватит спать, Томми.***
POV Адам. Бросив друзьям «Я прогуляюсь» и накинув куртку, я вылетел на улицу. Руки чутка дрожали от переутомления. Обычная реакция организма, которая вызывала у друзей чувство беспокойства, поэтому решил переждать тремор на воздухе. И заодно позвонить. От мысли, что придется разговаривать с Саули, меня передергивало. Я изо всех сил пытался скрыть чувство грусти при упоминании имени парня. Эта тема давит на меня тяжким грузом. В такой небольшой истории моей личной жизни, отношения с финном во многом отличались от всех предыдущих. Дело в том, что раньше я был опорой для своих партнёров, так сказать, каменной стеной, поддержкой, которой мне так не хватало. И вот, я, кажется, её нашёл. Хотя, кто бы мог подумать, что такой на вид божий одуванчик, как Саули Коскинен, может быть таким сильным душой человеком? В нем есть стальной стержень, целеустремлённость и, как мне кажется, именно это меня и привлекло в нем. Саули терпел наши выходки с Томми на сцене, хотя от меня не скрылось то, как это его задевает. Я думал, что нашёл то, что искал. Ну или хотел так думать… Ведь только с ним я позволял дать себе слабину, именно Саули был моей каменной стеной. Я никогда бы не подумал, что наши прекрасные отношения может что-то порушить, но… Примерно уже полгода, наши отношения зашли в тупик. Мы просто начали отдаляться друг от друга, чувства остыли. Для меня это личная трагедия, которая разрушает изнутри. Мне необходимо получать заряд эмоций, но я понимаю, что вряд-ли можно что-то исправить. Я пытался и до сих пор пытаюсь. Только вот как бы не хотел иного, я понимаю, что сам остыл и, скорее всего, эти отношения уже не разгорятся с новой силой. Только я продолжаю держаться за них, как за спасательный круг, сам не понимая, почему. Говорить с кем-либо об этом я не хочу. Просто не готов к таким разговорам. Самокопание с друзьями доведет меня до ручки. Если я не позову Саули на вечеринку, то вызову этим подозрения и нежелательные вопросы со стороны друзей, собственно, поэтому, я сейчас стою на улице с телефоном в руках, собираюсь позвонить своему парню и надеюсь, что наш разговор получится нормальным. Чуть сжав телефон, я набрал давно заученный номер. Секунду поколебавшись, я все-таки поднес телефон к уху. Монотонные гудки оставляли надежду на то, что парень не возьмет трубку. — Адам? — мои надежды не оправдались. Я зажмурился и глубоко вздохнул. — Привет, ребята приглашают тебя на вечеринку. Ты придешь? — выпалил я на одном дыхании. — Ребята приглашают меня одного? — после недолгой паузы спросил Саули. — Нет, я имел ввиду нас. Тебя и меня. — сказал я, прикусив губу. С каждым днем «Нас» было произносить все труднее. Я надеялся, что Саули как обычно откажется, придумает самую глупую в мире отговорку и я со спокойно душой напьюсь с ребятами, но… — Ну, хорошо. Раз ребята позвали «нас». Вышли адрес сообщением, — ответил финн и сбросил звонок. Секунду затормозив, собирая мысли в кучу, после такого «прекрасного» разговора, я убрал телефон в карман куртки и вернулся в помещение.***
Переодевшись, мы решили сразу отправится в клуб. Все ребята были в отличном настроении, насколько оно возможно после нескольких месяцев непрерывной работы, только Томми почему-то притих. Котенок сидел, согнувшись в три погибели, и смотрел в окно, заткнув уши наушниками, из которых доносилась до ужаса громкая музыка. Ехали мы относительно недолго, но всю дорогу меня не покидало чувство волнения. Я не знал, как будет вести себя Саули, что вообще будет. Всегда ненавидел чувство неизвестности, и вот сейчас, оно съедало меня изнутри. Во время тура у нас с ним не было времени всё обсудить, и вот, он закончился в Хельсинках, на родине моего парня. По сути, это была первая наша нормальная встреча за несколько месяцев. «Блин Ламберт, может, хватит себя накручивать?» — подумал я, плотнее закутываясь в куртку и переводя взгляд с Томми, в окно. — «Просто воспользуйся заслуженным отдыхом как следует». От моих раздумий меня отвлекла Эшли. — Хей, ты чего такой угрюмый, мистер бука? — девушка ткнула меня в плечо. Я невольно улыбнулся. — Адам, у нас закончился тур, наступил заслуженный отдых, а ты такой грустный. Сейчас над твоей головой появится грозовая туча и зальет тебя водой. — cказала девушка и провела по моим волосам. Странная любовь Эшли портить прически иногда доводила до желания дать ей по рукам. Я помотал головой. — Все хорошо, дорогая. Я просто немного устал. Демонстративно потянувшись и зевнув, ответил я. Девушка улыбнулась. — Может, вздремнешь, пока мы едем? — Если я сейчас лягу подремать, то усну и в клуб вы меня сами затащите. — Ой, да боюсь, такую тушку мы не поднимем. — съязвила девушка и хохотнула. — Ладно, я шучу. Ты в отличной форме, Адам. — cказала она, отправляясь на поиски новой жертвы. Ей оказался Томми. — Томми Джо, что за грустная мина? — начала Эш, подсаживаясь к Рэтлиффу, и растрепав его челку, обняла парня за плечи и начала его «веселить». Томми перевел на меня взгляд, в котором читалась мольба о спасении. Я невольно усмехнулся и одними губами произнеся «извини» отвернулся в окно. Мы подъехали к клубу со зловещим названием «Evil night». Томми сразу оживился. Вид взъерошенного Китти, который пытается лучше разглядеть вывеску, вызвал невольную улыбку. Учитывая, что мы уже не общаемся так, как раньше, мне до боли в руках захотелось обнять его. Краем глаза я уловил, что Эш наблюдает за мной и тщетно пытается спрятать улыбку. Что это с ней? — Ну что, старички, — начал Айзек, поднимаясь с кресла и потягиваясь, — поднимаем свои дряхлые задницы и идем крушить к чертям этот клуб. Я лениво вышел из машины, размял шею и невольно взглянул на Томми. Блондин улыбался во все тридцать два, уже был готов сорваться с места и бежать в этот клуб. От его усталости не осталось и следа. — Китти, ты больно оживился. Я думал, ты валился с ног от усталости и собирался смотреть сериалы дома, — начал я. Томми перевел на меня взгляд. На щеках Рэтлиффа выступил румянец, я улыбнулся. Парень мотнул головой, отчего его челка опять перекрыла почти все лицо. Мне так хотелось убрать ее за ухо, чтобы видеть его глаза. Я сжал кулаки, чтобы сдержать свой порыв. — Один вечер могу сериалы и пропустить, — ответил Китти и, улыбнувшись, прошел ко входу. Обычный ночной клуб, самое то, чтобы провести время с друзьями. Я никогда не был привередлив в плане выбора клуба и изысков я не требовал, главное, чтобы дали отдохнуть по-человечески. У главного входа нас оглушила музыка, Айзек стоял, пританцовывая, так ему не терпелось войти в клуб. Увидев нас, охранник указал в сторону служебного входа. Что было весьма кстати, так как пару десятков глаз уже уставились на нас. Зайдя, нас встретила девушка-администратор, очень милая на вид. Черные, как уголь, волосы, обрамляли ее лицо, делая его кукольным. Ярко красные губы и жирно подведенные черным карандашом глаза совершенно не сочетались с ее миниатюрностью, но прекрасно подходили администратору такого «зловещего» клуба. Одета девушка была в милое черное платье с прозрачным верхом, выгодно подчёркивающим грудь, и огромные каблуки, компенсирующий довольно-таки небольшой рост девушки. Девушка приветливо улыбнулась. Мельком я заметил, что Томми пялится на нее. Администратор подмигнула ему, отчего блондин покраснел и улыбнулся, и предложила сопроводить нас в VIP кабинку, которую несколько часов назад забронировала Эш. Мне ужасно захотелось стукнуть не то Томми, не то девушку-администратора, а лучше обоих. Интерьер клуба был довольно… Интересным. Весь зал был относительно большим: в середине располагался бар и танцпол, по краям в два этажа обычные и VIP кабинки, на втором этаже, кроме VIP мест, расположились танцоры и танцовщицы в образе демонов и всякой нечисти. Мы направились на второй этаж, стены кабинки были бордово-красного цвета с чёрным кожаным диваном и стеклянным столиком. От зала нас отделял тонкая золотистая ширма. Администратор оповестила нас о том, что сейчас придёт официант, чтобы принять наш заказ и, шепнув, что-то Томми, удалилась. Эш утянула Айзека танцевать. Я нервно поглядывал на экран телефона, сам не знаю зная зачем. — Хватит дергать телефон, — сказала Эш, забирая аппарат у меня из рук и положив его экраном вниз. — Саули скоро придет, не переживай. — Я просто смотрел время. — Ну, конечно. Десятый раз за минуту. Дорогой, время так быстро не идет, — проговорила девушка. — Я пойду, потороплю официанта, — сказал Томми вставая со своего места. — Ты так проголодался, Китти? — спросила Эш. — Ну, да… И я за вас переживаю, после концерта ничего не ели. Я сейчас, — спотыкаясь, сказал блондин и выбежал из VIP кабинки. Ровно через минуту пришел официант, без Рэтлиффа. — Понятно, по чему, или, точнее, кому, проголодался наш обольститель Томми Джо, — усмехнувшись произнес Айзек и уткнулся в меню, чуть слышно проговаривая названия напитков и продолжая двигать бедрами в такт музыке. Выслушав наш заказ, официант, молодой парень лет двадцати, кивнул и собирался покинуть комнату, как шторки открылись, влетел Саули в обнимку с Томми. Финн был уже изрядно подвыпивший. — Всем добрый вечер, — плюхаясь на диванчик рядом со мной, сказал Саули. — Я вас почти потерял, если бы не милашка Томми, который, кстати, ухватил номер этой девочки-администраторши, я бы так и остался посреди клуба один. Грустный, пьяный и очень доступный. — сказал Саули и засмеялся, кидаясь мне на шею. Меня передернуло от невыносимого запаха перегара и поведения парня. — А ты, милый, что, не рад меня видеть? — продолжил Саули, цепляясь за ворот моей рубашки мертвой хваткой и утягивая меня в поцелуй. — Мы пойдем, потанцуем, а вы тут поговорите, мальчики — сказала Эш и взяла под руку Томми и Айзека. Саули, уставился на меня взглядом пьяненькой шлюшки, схватил со стола принесённый официантом виски и выпил залпом. Впервые за три года мне до тошноты было противно и стыдно за своего парня. Я убрал его руки со своей шеи. — Ну и как хочешь, — проговорил финн, подзывая официанта. «Как он смеет? Почему он ведет себя, как последний урод?» -пронеслось у меня в голове. — «И вообще, что с ним, чёрт побери, твориться? Уже полгода его как подменили, неужели это тот человек, в которого я влюбился? Успокойся, Адам, постарайся решить ситуацию мирно». Не успел я уйти в свои мысли, как Финн опрокинул еще два бокала виски, принесенные официантом. — Мне кажется, тебе хватит, — сказал я как можно спокойнее, забирая стакан из его рук. — Не помню, чтобы нанимал тебя своей нянькой, — ответил Саули, пытаясь забрать у меня стакан. — Я просто волнуюсь за тебя. — Кажется, меня позвали твои друзья, а не ты, и что-то мне подсказывает, если бы не они, меня здесь бы не было, дорогой, и тебя бы совершенно не волновало моё местонахождение. Тебе уже давно плевать где я и что я, поэтому, извини, но я сам решу, когда мне хватит, — заплетающимся языком еле закончил финн и залил в себя стопку виски. Это стало последней каплей. Почему-то, смотря на Саули, я испытал отвращение и жалость, но где-то в глубине души понимал, что я, в какой-то степени, виноват в его поведении, возможно, я не замечал, как нужен был ему, раз сейчас он считает, что мне плевать, но во мне было столько злости на его поведение, что я вскочил с дивана и выплеснул ему в лицо недопитый виски. — Если ты приехал устраивать разборки, милый, то ты зря теряешь время. Езжай домой и проспись, — спокойно проговорил я, но нервы потихоньку сдавали. Руки невольно сжались в кулаки. Коскинен вытер с лица капли алкоголя, и засмеялся. — Ты говнюк, Ламберт. Тебе плевать на всех, кроме себя. — Саули, иди домой и проспись. — А ты мне не указывай, — гаркнул парень, вскакивая со своего места. — Ты ведешь себя, как клоун, хватит устраивать шоу. В этот момент в кабинку зашел Томми. — Я… Помешал? — неуверенно начал парень, испуганно глядя на нас с Саули. Финн улыбнулся и, подойдя к Китти, обнял его за плечи. — Что ты, красавчик. Ты как всегда вовремя, — улыбаясь, произнес Коскинен, потом снова обратился ко мне. — Шоу, значит, будет тебе шоу, дорогой. Знаешь, Адам, мне надоело. Мы расстаемся, — заявил он и впился жадным пьяным поцелуем в губы Томми. Блондин боялся пошевелиться. Я не сразу понял, что происходит. Всё было, как в замедленной съёмке, но самым большим потрясением для меня стало то, что смотря на то, как мой парень целует Томми, я не почувствовал ничего, что, по идее, должен был чувствовать, но видя целующимся Томми, я почувствовал неимоверную боль. У меня был шок. Наконец, Саули отклеился от Томми и похотливо облизав губы, уставился на меня. Я был разбит и унижен. Схватив курту и кинув на стол несколько банкнот, я кинулся к выходу. — Шоу удалось. Вернешься в Америку, заберешь свои шмотки из моего дома, — бросил я Саули и ушел. Последним что я увидел — это шокированное лицо Томми.***
POV Томми. Сказать, что я был удивлен, значит ничего не сказать. Меня только что поцеловал Саули. Мужчина. Окей, я привык к поцелуям Адама, но они были на сцене и только для публики. А сейчас. Коскинен смачно засосал меня при Адаме. Что произошло дальше, я почти не помню. Пришел в себя я, когда Саули повис на мне и уткнулся лбом в плечо. — Ну и пусть валит, чертов урод, —проговаривал парень, хлюпая носом. — Хей, ты как? — начал я, все еще немного боясь, что он снова меня поцелует. — Ты понимаешь, он плевал на меня с высокой колокольни, — проговорил финн, цепляясь за мою толстовку. — Он просто свалил и оставил меня. — Разберёмся с этим завтра, а сейчас тебя нужно отвезти в отель. — сказал я и, опрокинув последний шот с текилой, мотнул головой и покрепче перехватив Саули за талию, направился к выходу. Остановив такси, я кое-как запихнул Саули в машину. Финн вырывался и собирался вернуться в клуб с намерением «обмывать свою свободу», как он сам выразился. Парень был в таком состоянии, что и двух шагов самостоятельно сделать бы не смог, я понял, что оставлять его одного нельзя. «Ну что, Томми, с каждым часом всё веселее», — подумал я, заталкивая Саули в такси и садясь рядом. Всю дорогу Саули пытался подкупить таксиста, чтобы тот отвёз нас обратно в клуб, но выпитый алкоголь и усталость дали о себе знать, и Коскинен успокоился. Он свалился на мои колени и бормотал что-то о разбитом сердце. Это было забавно, пока я не начал замечать, что парень конкретно перепил и единственное, о чём я мог сейчас думать так это о том, чтобы мои колени и салон машины не оказался в обеде Саули. Благо, нам с машиной повезло. Следующей задачей было вытащить сонного и недееспособного финна из машины. Это стоило огромных трудов и синяка на локте. Я отвернулся расплатиться с таксистом и, повернувшись, обнаружил Саули, пытающегося «пофлиртовать» с неподалёку стоящим афроамериканцем, но его мастерство пьяного соблазнения было так себе: — Эй, а твоя мама случайно не кондитер, а то откуда у нее такая шоколадка… — хихикая и запинаясь, проговорил Саули. — Так, мачо, с тебя сегодня хватит, пошли, — извинившись за поведение горячего финского парня, я взял его под локоть. — Давай еще ты начни указывать, что мне делать Томми Джо, ой… всё так кружится… — выдернув руку, начал возмущаться Коскинен. Покачнувшись, парень облокотился на ближайший столб и зажмурился. — Не смей блевать, слышишь? — начал я, но поздно. Не успев пройти и несколько шагов, парня вывернуло на клумбу. — Твою мать, Саули. — Прости… — Зачем же так напиваться? — продолжил возмущаться я, но вид пьяного и морально убитого финна, заставил меня заткнуться. — Ладно, пошли, уложим тебя спать. На входе от меня не скрылся осуждающий взгляд швейцара, на который я, опустив голову, прикрываясь челкой, тихо проговорили «извините». Взяв ключ от номера и затащив Саули в лифт, я нажал кнопку 8 этажа. Парень положил голову мне на плечо и мямлил под нос слова благодарности. — Ты мне будешь должен, — усмехнувшись, сказал я. Я чувствовал себя героем, когда открыл эту дурацкую дверь, которая заела и не хотела поддаваться, другой рукой (и ногой) придерживая финна. Дверь распахнулась с диким грохотом. — Дом, милый, дом, — осматривая обстановку и затаскивая Саули, проговорил я. «Сегодняшний опыт доказывает тебе, Томми Джо, что тебе надо в тренажерный зал» — подумал я, занося Саули в ванную и усаживая на край ванной, пристроив его голову так, чтобы он не свалился. Включив воду, я умыл лицо прохладной водой и посмотрел на себя в зеркало. Выглядел я сейчас не лучше финна. Недосмытый макияж чуть потек в уголках глаз, челка превратилась в белое волосатое месиво. Тряхнув головой, я взял полотенце, намочил его и приложил к лицу Саули. Парень перехватил полотенце и что-то промычал. — Ты же сам справишься? — с надеждой спросил я, присаживаясь на край ванной. — Подержать полотенце? Вполне, —ответил Коскинен. — Нет, раздеться сам сможешь? — Малыша Томми потянуло на свободных и горячих финнов? — улыбаясь и подсаживаясь чуть ближе ко мне, спросил Коскинен. — Ты заблевал рубашку, — безэмоционально сказал я, поднимаясь и собираясь уйти, но финн перехватил мою руку. — Ну, куда ты, Китти?! Ты должен помочь мне, — на лице Саули заиграла пьяная улыбка. Я смотрел на его тщетные попытки расстегнуть рубашку. Почему именно я влипаю в такие истории? Меня что, прокляли? Я раздраженно выдохнул. «Только пьяного бывшего парня Адама мне на шее не хватало» — подумал я. — Ладно. Я взялся за пуговицы рубашки и принялся поочерёдно их расстёгивать, от контраста холодных рук и горячего тела финна по коже пошли мурашки. Саули как-то двусмысленно на меня посмотрел. Закончив с пуговицами, я отошел от него. — Рубашку сам снимешь. И тебе, наверное, стоит умыться, — сказал я, снова направляясь к двери. — Останься со мной, Томми, — молитвенно сложив руки на груди и почти падая в ванную начал канючить Коскинен. Я чуть кивнул, но к нему не подошел. Сложив руки на груди и прислонившись к дверному косяку, я выжидающе посмотрел на финна. Возмущенно закатив глаза, Саули неуклюже встал и, шатаясь во все стороны, подошёл к раковине. Поймав себя на мысли, что я пялюсь на его оголённый торс, мои щёки стали ярко красными, я отвел взгляд и очень быстро проговорил: — Где лежат твои вещи? — Чемодан около кровати, можешь и себе взять на ночь, Китти, — проговорил финн оценивающе глядя на меня. Пулей вылетев из ванной, я подошел к чемодану и, присев на краешек кровати, начал глубоко дышать, пытаясь успокоиться. «Что это было?» — подумал я. — «Соберись Томми. Это просто действие алкоголя». Выдохнув, я нашел в комнате нужные шмотки и вернулся в ванную. Коскинен вытирал лицо полотенцем и уже более или менее стал похож на человека. — Вот вещи. Я лягу на диване. — На этом маленьком, неудобном диване? — удивился Саули. — Я как-то не очень большой, мне пойдет. — Дорогой, тебе себя совсем не жалко. У меня большая двухместная кровать. Ложись со мной, — улыбаясь заявил Саули. — Что? Нет, — вскрикнул я, ища пути спасения из ванной. Финн начал подходить ко мне. Пьяная координация дала о себе знать и парень споткнулся о порожек ванной и навалился на меня, прижимая к стене. Я растерялся, и вместо того, чтобы вырываться, я тупо стоял, уставившись на Саули и тяжело дышал. Через мгновение мои губы накрыли сухие губы Саули. Коскинен сильнее прижал мне к стене углубляя поцелуй. Я не мог пошевелится. Саули путался руками в моих волосах, коленом раздвигая мои ноги, отчего я охнул в поцелуй и, прикрыв глаза, ответил. Саули принял это за знак, и начал отглаживать мои бока. — Саули… — начал я. — Молчи, детка. Я сделаю все сам, — в подтверждение своих слов финн забрался руками под мою толстовку, пытаясь стянуть ее. Меня передернуло. — Нет. Саули, не надо. Остановись, — тщетно пытаясь оттолкнуть его, продолжал я. — Почему? С Адамом ты и не таким занимался, — возмущенно протянул финн, на секунду мне показалось, что в его глазах горит злость и… ревность. — Адам… он, это другое… — с надеждой на понимание Саули, сказал я. Мысль об Адаме вызвала у меня тревогу, я уверен, ему сейчас тяжело, надеюсь, он не напился, как его бывший парень. И тут я понял, что Эш и Айз не знают, где я. И надежда, на то, что они спасут меня от цепких рук Саули, не было. Коскинен хищно улыбнулся, проводя рукой от моей груди к паху. Я закусил губу. — И что же такое «другое» вы делали с Адамом? — приблизившись к моему уху спросил финн. — Не то… Не то, что ты думаешь, — проговорил я, чуть сбиваясь.— Саули, пусти, пожалуйста. — Как скажешь… — обиженно выдавил Саули. Коскинен, покачиваясь дошел к кровати и плашмя упал на нее. Через пару мгновений послышался храп. Я все еще стоял у стены, зажмурившись. Я боялся отойти от нее и просто рухнуть на пол. Тряхнув головой, я вернулся в ванную. Умыв лицо, я все еще тяжело дышал. Посмотрев на себя в зеркало, я ужаснулся. Губы припухли от настойчивых поцелуев, щеки красные и челка, растрепанная во все стороны. «Твой образ натурала дает трещину, Томми», — эта мысль окатила меня, словно ведро ледяной воды. Я отпрянул от раковины. «Ты сходишь с ума, Томми. Надо поспать и утром во всем разобраться». Переодевшись, я проверил телефон, на котором, между прочим, 20 пропущенных от Эш и почти столько же от Айзека. Но сил не было даже на то, чтобы напечатать смс (ну, и дикая дрожь в руках мешала). Вернувшись в комнату, я плюхнулся на кровать, все еще чувствуя некое напряжение, находясь рядом с Саули, но усталость и алкоголь дали о себе знать и я провалился в царство Морфея.
