III часть
28 июля 2016 г., 13:17
***
POV Адам. Проснулся я от громкого звонка в дверь, который намеренно собирался игнорировать, но видимо кому-то я был настолько нужен, что звонить не переставали (еще и колотить в дверь начали), и у меня уже начинала болеть голова. Разлепив глаза и кое-как, встав с кровати, я побрёл к входной двери, с безразличием отметив, что даже не успел переодеться. Боже, неужели мне не дадут выспаться?! Открыв дверь, мои брови поползли вверх, а сна, как и не было. На пороге, облокотившись о стену, и ехидно улыбаясь, стоял Саули. Уже с порога я понял, что он выпил. Его выдали глаза. За эти несколько лет я хорошо узнал своего бывшего парня, его привычки, манеру разговора, жесты. Что он здесь забыл? Неужели в клубе ему не хватило? Если он пришёл ради продолжения, ещё раз я этого не выдержу. Я только начал приводить свои мысли в порядок, и он снова появился. Я уже закрывал дверь, как он остановил её ногой и невнятно начал говорить: — Ада-ам, не будь букой, впусти меня. Нам надо по-оговорить. — Нам не о чем разговаривать, — раздраженно произнес я. Недосып и злость на Саули давали о себе знать. — Можешь забрать свои вещи и забыть дорогу сюда. — сказал я, пропуская его в дом. Финн уныло побрёл в такую знакомую ему комнату, достал из шкафа чемодан и начал без разбору запихивать в него свои вещи. — Адам, я не хотел тебя обижать и тем более бросать, я был пьян. Ты же знаешь, какой я идиот, когда выпью, — начал Коскинен и в плотную подошёл ко мне: — Милый, три года наших отношений не могут разрушиться из-за моей глупости. Саули состроил самое милое лицо, какое только мог. Раньше я бы тут же его простил. Он взял меня за руку и продолжил: — Разве мы можем расстаться из-за какого-то там поцелуя? Меня будто волной откатило. Я вспомнил этот отвратительный поцелуй Томми и Саули. Я снова ощутил это чувство ненависти и желание хорошенько врезать Саули. Во мне всё кипело от злости. Я выдернул руку и отступил назад (от греха подальше): — Забирай свои вещи и уходи. — Да черт возьми, Адам, за что ты так со мной? Да, я сглупил. Я не люблю Томми. Он просто попался под руку, — начал оправдываться Саули, но его слова разозлили меня еще больше. — Просто попался под руку? А ты не думал обо мне? Что я чувствовал, когда ты поцеловал моего Томми? Ты думал только о себе любимом, и как сделать мне побольнее. Убирайся, Саули. Финн замер, он явно этого явно не ожидал (да я и сам от себя не ожидал). В его глазах загорелся огонек ревности и ненависти. Подбежав к дивану, при этом покачнувшись и чуть не свалившись, он схватил чемодан и помчался к выходу, но у самой двери развернулся со словами: — Я знал, что прав на счёт вас двоих. Надеюсь, будет так же больно, как сейчас больно мне, — он ушел, громко хлопнув дверью. Я так стоял несколько минут посреди комнаты, и в какой-то момент, ко мне пришло осознание того, что я сейчас сказал. «Мой Томми». Эта мысль вызвала улыбку. Многие будут считать меня бессердечной скотиной по отношению к Саули, плевать, я не хочу больше иметь ничего общего с этим человеком. После всего, что он сделал, с меня хватит. Ещё несколько месяцев назад я бы никогда не поверил, что он способен на такое. Я был уверен в этом человеке, как ни в ком другом, но теперь я убедился, что уверен ты можешь быть только в себе. Невозможно контролировать поступки других людей, можно выбирать свои. Поэтому, пускай я буду эгоистом, собственником, но Томми будет моим. Я уже подсознательно сделал его своим, хотя физически мы с ним почти не общаемся. Я тряхнул головой. Надо было собраться с мыслями и придумать план действий по завоеванию гетеросексуального сердца Томми Джо. Найдя свой телефон в гостиной в груде подушек я набрал номер Томми. Котенок ответил только с третьей попытки: — Кто такое бессмертный звонит в… полдень?! — начал Томми сонно. — Китти? Это Адам. У тебя не записан мой номер? — удивился я. — А-Адам, привет, — послышалось шуршание и звук чего-то падающего и стеклянного. — Нет, записан. Просто я только проснулся, не ожидал, что ты позвонишь. Что-то случилось? Завтра уже репетиция? — Нет, милый. («Ему лишь бы работать»). Я хотел позвать тебя на с… прогулку. Завтра. На другой стороне провода воцарилось молчание, которое меня не на шутку напрягло. Я через трубку ощущал, как Томми покраснел. — Томми? — не выдержал я. — Да… Да, я согласен. —запинаясь ответил парень. Я улыбнулся во все тридцать два, и пытаясь скрыть радость в голосе и произнес: — Отлично, значит завтра вечером я за тобой зайду. После тихого «Угу» я повесил трубку. Положив телефон на столик, я не мог перестать улыбаться, настроение, как ни странно улучшилось. Посмотревшись в зеркало, я понял, что нужно хорошенько подготовится, да и вообще, что-то я себя запустил. Снова достав мобильник, я открыл контакты в поисках номера моего визажиста.***
POV Томми. Звонок Адама окатил меня как ведро ледяной воды. Резко приняв сидячее положение я тупо уставился на свой телефон в руке. Минут десять я пытался осознать, что черт возьми это значит? Адам позвал меня на прогулку? Это свидание? Вряд ли, он только расстался с Саули. Тогда почему я, а не Айзек? Мы с ним полгода общались только по работе, а тут он зовет меня на прогулку?! Может Саули ему все рассказал, и они воссоединились, и Адам придет бить мне морду…завтра вечером? Хотя Саули вряд ли бы нашел время. Его новая пассия липла к нему так, что я не уверен, что они успели дойти до кровати. Я чуть скривился от своих мыслей. Голова и так болела после «веселой» ночки с Кэтрин, а я ее еще больше загружаю своими размышлениями. Поднявшись с кровати я отправился в ванную. Бессонная ночка дала о себе знать. Под глазами пролегли синяки размером с мешки с картошкой, лицо чуть припухло от алкоголя и недосыпа, а волосы белыми «колючками» и колтунами торчали во все стороны. «Да, Томми Джо, такими темпами на такого красавца не то, что девушки, мужики клевать не будут» — подумал я забираясь в душевую кабину. Выйдя из ванной в одном полотенце на бедрах, я растрепал влажные волосы, так, что забрызгал все вокруг, и босыми ногами прошлепал на кухню. Чашки кофе на завтрак мне вполне хватило. Вернувшись в комнату, и не удосужившись натянуть джинсы, я вернулся к работе над новой музыкой. Не прошло и получаса как раздался звонок в дверь. Погруженный в работу я не сразу его услышал. После пятого звонка, и настойчивого стука в дверь, я нехотя оторвался от работы и пошел открывать: — О, Китти, это ты так рад меня видеть, — осмотрев меня в ног до головы, спросил Коскинен. Опять Саули. День полон сюрпризов. Сначала звонок Адама, теперь приход Саули. Может вечером узнаю, что выиграл в лотерею?! — Я тебя не ждал. Чем обязан такому неожиданному визиту? — пытаясь придать дрожащему голосу уверенности, спросил я. — Судя по твоему виду, ты ждал меня, —ответил финн и залился смехом. Я покраснел и мотнув головой спрятал глаза за челкой. — Я решил навестить тебя после приключений с… Кейт. — Кэтрин, —машинально поправил я. Саули меня, наверное, даже не услышал. Он прошел в квартиру, скидывая ботинки по пути и направился сразу на кухню. Я чуть подвинул его обувь к выходу. Коскинен во всю начал хозяйничать на кухне. Я облокотился на дверной косяк и молча наблюдал за ураганом «Саули» бегающем и ищущем продукты в моем богом забытом холодильнике: — Томми, ты питаешь ужасно вредной едой и все равно такой худой? Ты ведьма? — кидая на стол пачку чипсов, поинтересовался финн, потом посмотрел на меня. — Что-то не так, дорогой? — Я все еще не понимаю, зачем ты пришел, — честно сказал я. Саули улыбнулся, и подойдя ко мне вплотную, поцеловал меня в щеку: — У меня для тебя подарок, Китти. — Что? Зачем… Зачем подарок? — Милый. Ты бы лучше оделся, а то я не удержусь и закончу то, что начал в отеле. Ты слишком эротичен в полотенце, — улыбаясь сказал Коскинен. Осмотрев себя, я с ужасом понял, что стою перед финном почти голый. Меня передернуло. Пытаясь не паниковать и сильно не краснеть я ушел в комнату. Натянув первую попавшуюся футболку с валькирией, и джинсы, которые постоянно пытались с меня сползти. Вернувшись на кухню, я застал Саули, мирно сидящего за столом. Он что-то строчил в своем телефоне: — Саули, то что было в отеле…- финн переключил все внимание на меня. Я тут же покраснел и запнулся. — Ну… Я просто помог тебе добраться до номера и умыться. То, что было потом… — То, что было потом, было потрясающе, детка, — улыбаясь во все тридцать два, произнес финн. Я нервно сглотнул и уставился на Саули, стоя на пороге своей кухни. — Боже, не бойся. Я тебя не укушу. Садись, поешь, я для тебя готовил. Я неуверенно прошел к столу и присел на стул. Коскинен наблюдал за мной чуть прищурившись и подпирая подбородок руками. Взяв с тарелки бутерброд, я надкусил его, и понял, насколько я голодный. Вскоре я уплетал бутерброды за обе щеки. Пока я завтракал-обедал, Саули достал какую-то коробочку и протянул ее мне. Я вопросительно уставился на него: — Это подарок. Так скажем благодарность за помощь в отеле, — я только сильнее напрягся. Коскинен усмехнулся. —Не бойся. Это не кольцо. Открывай. Я аккуратно взял коробку и открыл ее. Там лежал новенький телефон за довольно-таки большую цену. Я начал качать головой: — Я не приму. — Ты хочешь меня обидеть? — Это слишком дорогой подарок, и меня не за что благодарить, — ответил я, закрыл коробку и вернул ее Саули. Финн чуть нахмурился. — Не думай о цене, дорогой. Я хочу тебя порадовать, — ответил Коскинен. — Не стоит. Лучше подари его тому парню, с которым ты был в клубе. В глазах Саули мелькнул дьявольский огонек: — Томми, ты что ревнуешь? Я залился краской до кончиков ушей: — Нет… Нет, просто ты нравишься тому парню, — кое-как начал оправдываться я. Финн засмеялся. — О, детка. Этого парня я снял в клубе на одну ночь. Кроме желания заняться сексом он ничего не чувствует ко мне, — вставая со стула сказал Саули. — Извини, Китти. Мне нужно убегать по делам. Проводишь? Я кивнул. Стоя в коридоре, я наблюдал за Саули, облокотившись на стену: — Я заинтересован в тебе, Томми, — резко сказал Коскинен. Меня будто током ударило: — Что… Что ты имеешь ввиду? — Ты правильно понял, Томми, — финн посмотрел на себя в зеркало и повернулся ко мне. — Ты интересуешь меня как парень, партнер, выбирай сам. Примерно минуту я стоял в ступоре не зная, что сказать: — Саули, я не могу. Финн лишь улыбнулся, и приблизившись ко мне, поцеловал. Не так, как раньше это делал с напором и без возможности вырваться. Сейчас это было… нежно. Будто он боялся сломать меня. Я был в таком шоке, что не смог ответить на поцелуй. Просто тупо стоял и чувствовал губы Саули. Видимо заметив мой ступор, финн усмехнулся и отстранился: — Сможешь, Китти. Я тебе позвоню, — сказал он и покинул мою квартиру. Я был в шоке. Не просто в шоке. Я был в ужасе. И шоке. Что мне теперь делать? Мой мозг будто отключился и единственное, что я помню, это столкновение моего лица с кроватью.***
Я проснулся с ужасной головной болью. Даже не хочу вспоминать из-за чего голова трещит по швам. Кое-как поднявшись с кровати, я поплелся в ванную, в которой проторчал почти час, пытаясь привести себя в божеский вид и смыть головную боль. Зайдя на кухню, я налил себе постоянный свежезаваренный завтрак, и взял свой телефон. У меня было что-то запланировано на сегодня, но я никак не мог вспомнить, что именно. Не мог вспомнить пока не увидел сообщение. Отправитель: Адам. «Буду к шести» Я поперхнулся кофе. Даже не так. Кофе вылетело из меня как гейзер. Я начал паниковать, как девчонка перед первым свиданием. «Соберись, тряпка», — подумал я. Осмотрев себя, я понял, что надо найти что-нибудь привлекательное (?!). Я пулей залетел в комнату и начал вытряхивать шкаф в поисках адекватной одежды. Я почувствовал себя подростком, когда раскидывал любимые футболки по всей комнате с криком: «Все не то». Выбор остановился на водолазке с капюшоном и темных джинсах. Приведя волосы в порядок (если это можно, конечно, назвать порядком) и немного подведя глаза карандашом, я сел в гостиной. Ждать всегда было моим самым не любимым занятием. Я решил подождать Адама на улице. Взяв ветровку я вышел на улицу, и присел на ступеньку парадного. Голова опять начала пухнуть от мыслей. «Твою мать, Томми. Да ты даже когда с девушками встречался так много не размышлял». Как так получилось? Почему мои давно забытые (как я думал забытые) чувства к Адаму проснулись с новой силой? Еще и Саули нарисовался. В голове всплыли воспоминания о вчерашнем дне. Коскинен заинтересован во мне как в партнере? Он же только расстался с Адамом. Хотя, Адама недавнее расставание тоже не останавливает ходить на свидания со мной. Свидание? — Томми? — я даже не заметил, как прикрыл глаза и задремал. На лестнице. Открыв глаза, я увидел чудо. Точнее увидел Адама, но выглядел он потрясающе. Чуть подведенные глаза, улыбка на пол лица. Я начал судорожно вставать, из-за чего не удержался и начал падать. Благо, Адам перехватил меня: — Я тоже рад тебя видеть, котенок, но падать к моим ногам не обязательно, — усмехнувшись сказал Адам. Я покраснел и попытался спрятать лицо за челкой. Улыбка не сходила с его лица. Она в прямом смысле свела меня с ума. — Пойдем? — Да, надеюсь нас не смоет дождем где-нибудь в парке, — посмотрев на надвигающиеся тучи произнес я. «Боже, что я несу?». Мне захотелось пробить себе лоб рукой, но вместо этого я мило улыбнулся и последовал за Адамом. — Я умею плавать, так что до дома доплывем, —ответил Адам. —Хотя, может пронесет, и дождя не будет. Не тут то было. Не успев дойти до ближайшего парка, начался страшный ливень, буквально за несколько минут мы промокли до нитки. Адам принял предложение вернуться ко мне. Забежав в квартиру Адам прислонился к двери, а я стоя рядом и оперившись в колени, мы пытались отдышаться. Так быстро я ещё не бегал. Я перевел взгляд на Адама. Ламберт окинул голову назад, дав тем возможность мне беспрепятственно любоваться его шеей и ключицами. Макияж Адама стекал чёрными ручейками по щекам, волосы прилипли ко лбу, он напоминал одного из героев фильмов ужасов, но я уверен, что сам выглядел не лучше. Адам заметил мой изучающий взгляд, и усмехнувшись, сказал: «Я первый в душ» и рванул в сторону ванной. Я лишь глубоко вздохнул, стянув ветровку, и отправился в комнату за сухой одеждой. Переодевшись, я жутко захотел есть. В холодильнике была найдена пицца. «Отлично. И пусть Адам даже не вспоминает о своей диете! Он и так изводит себя сидя на одних овощах. Сегодня сделает исключение.» Из ванной послышался голос Ламберта: — Томми, принеси ещё одно полотенце, пожалуйста. Взяв из шкафа полотенце, я направился в ванную. От увиденного я забыл зачем вообще пришел. Адам стоял посреди ванной практически, в чём мать родила. Все, что на нём было — это тоненькое махровое полотенце, еле державшееся на бедрах. Влажные волосы зачесаны назад, ни следа макияжа, всё тело покрыто капельками воды. Он выглядел прекрасно. Без косметики он выглядел на много младше своих лет, я мог разглядеть каждую веснушку на его лице, плечах, губах. Это творение искусства нельзя было описать словами. Скользя по его телу сверху вниз, я остановил взгляд на кусочке ткани, так провокационно висящем на его бёдрах. Волна возбуждения прошлась по мене словно разряд тока. Приоткрыв рот, я слышал собственное учащённое дыхание. Такая реакция меня уже не пугала, но до сих пор удивляла и смущала. Покраснев как бурак, я понял, что в открытую пялюсь на него. Я попытался откашляться, но во рту пересохло. От Адама не скрылась моя реакция. Он улыбнулся во все тридцать два, но продолжил играть недотрогу: — Уверен картина впечатляющая, но можно мне полотенце? Или так и оставишь меня мокрым? — сверкнув глазами, произнёс тот. Вот же засранец! Он же специально это делает, но зачем? Вспомнив про полотенце в руке я протянул его Адаму. — Сейчас принесу тебе сухие вещи, — пытаясь не выдать свое состояние с потрохами быстро проговорил и вылетел из ванной, ибо ещё секунда и Адам был бы на полу… подо мной. Я не всегда был таким, мягко говоря «тонким» и отыскав в шкафу старую майку с надписью «Металлика» и спортивные штаны я отдал их Адаму. Вернувшись на кухню за уже разогретой пиццей, я достал из холодильника несколько бутылок пива. Усевшись в гостиной перед приставкой, у меня появилась идея. В его игру могут играть двое, тем более, таким образом я узнаю зачем ему всё это. Адам зашёл в комнату, и я невольно улыбнулся, в моих шмотках он смотрелся довольно… мило. Посмотрев на пиццу он поднял бровь и хотел уже что-то сказать, но я остановил его: — Даже не думай. В моем доме царствует вредная еда, так что забудь про свою диету. И как на счёт сыграть в приставку? — А смысл? Ты всё равно выиграешь, котенок, — потрепав мои ещё влажные волосы Адам уселся рядом. — У тебя будет стимул выиграть, — хитро улыбнувшись сказал я. — Стимул? И какой же? Ты сжалишься над моей фигурой? — усмехнувшись спросил Адам. — Если я выиграю, ты ответишь правду на все мои вопросы. — Нет проблем. Но это твой стимул. Что получу я? — глаза Адама блестели хитрым блеском. — Всё, что захочешь, — без запинки произнес я, пытаясь не краснеть. Адам немного растерялся, но быстро взял себя в руки. -Хорошо, котенок. Ради такого я могу и постараться. Игра длилась дольше обычного и Адам действительно старался, но всё же, проиграл. На это, собственно, я и рассчитывал. Крикнув «Юху», я поднял руки вверх и начал сидя пританцовывать. Адам скорчил недовольную рожицу и кинул в меня подушкой. Я расставил руки перед собой, в знак защиты и подушка ударившись о мои руки упала на кровать. Схватив другую подушку я кинул её в Адама и смотря на его такое забавное выражение лица произнёс: — Ты первый начал. Я всегда знал, что Адам ведет себя как ребенок. Но сейчас, бросаясь подушками, мы и впрямь были детьми, от этого все внутри трепетало. Я не мог остановить смех, пытаясь попасть по Ламберту подушкой. Но Адам явно пытался хотя бы здесь взять реванш, отворачиваясь от моих ударов. Это меня забавляло, вокруг уже во всю летали перья, и моя комната напоминала заснеженные холмы гор. В этот раз я решил победить Ламберта хитростью, поставив ему подножку я надеялся так сказать подмять его под себя и добиться полной капитуляции. Но к моему сожалению (или даже к счастью), из-за моей неуклюжести, под Адамом оказался я. Все произошло очень неожиданно. И теперь он настолько близко ко мне, что я чувствую его теплое, щекочущее губы дыхание. Я чувствовал каждый сантиметр его тела, прижимающего меня к полу и вызывающего мелкую приятную дрожь во всем теле. Меня захлестывали эмоции, сердце разрывалось от чувств, которые я однозначно раньше не испытывал. Мое дыхание участилось, и я сам не заметил, как запустил пальцы в его волосы пытаясь притянуть его к себе еще ближе. Взгляд Адама скользил от моих глаз к губам и обратно. О боже, его глаза — это что-то невероятное. Их цвет нельзя было описать, он менялся в зависимости от настроения певца, от серо-голубого до темно-синего. Его глаза — это омут в котором я утопал, и я боюсь, если утону в нем, то меня уже не спасти. Я прикусил губу, все так же внимательно изучая глаза и губы Адама. В какой-то момент Адам стал еще ближе, но внутренняя тревога захлестнула меня и слова сами сорвались с языка: — Почему ты решил провести со мной вечер? Ты… Ты решил забыть Саули пользуясь мной? Я покраснел как помидор и отвел взгляд в сторону. Адам посмотрел на меня, будто я какой-то экзотический зверек и он видит меня впервые, но в его глазах было что-то еще, что я не мог понять. Смотря мне прямо в глаза он ответил: — Глупый, Томми Джо, — убирая челку с моих глаз произнес Адам. — Во-первых, это грубо, что ты так обо мне думаешь. Во-вторых, я думал ты сам догадаешься. После недолгой паузы, Адам улыбнулся и добавил: — Саули в прошлом. Я хочу… Даже не так. Ты мне нравишься, и я хочу быть с тобой. Я посмотрел на Адама глазами размером с блюдца. Я открыл рот…, но так и не смог сказать что-либо. Ламберт сказал это так искренне, что я просто не знал, что мне ответить. С его уст это признание прозвучало, как самая простая истина, как два плюс два. Адам начал приподниматься на локтях и отстраняться. Однозначно я испортил этот момент своим вопросом. Я почувствовал себя полным идиотом. От его признания хотелось парить и визжать от радости, переполняющей меня. Я понимал, что если не сделаю сейчас что-нибудь чтобы остановить его, то буду жалеть об этом всю жизнь. Не дав Адаму отстранится я притянул его к себе как можно ближе и мои губы робко коснулись его. По началу робкий, такой неуверенный поцелуй, начал перерастать в поистине страстное сплетение губ и языков. Казалось, уже ничто не может оторвать нас друг от друга, остались только мы и наши ощущения. Этот поцелуй не сравнится с поцелуями Саули и тем более, ни с одним поцелуем на сцене. Сейчас он был настоящим. Я понял, как долго этого ждал. Этот поцелуй был словно глоток воды после мучительной засухи. Мы так нуждались в нем, что даже страх задохнутся от нехватки воздуха не смог бы нас остановить. Кровь закипала в венах, голова шла кругом. Только когда шум в ушах ушел, я понял, что комната разрывается от звонка телефона Адама. Если мы не остановимся сейчас, то не остановимся никогда, и я просто разорвусь от чувств, переполняющих меня. Телефон все звони и уже стало понятно, что замолкать он не собирается. Титанических усилий воли мне стоило отстранится от Адама. В его глазах отражались мои чувства, это было что-то граничащее с безумием. Еще раз коснувшись моих губ он издал полный разочарования стон и нехотя достал из кармана телефон. — Как же ты не вовремя, Эш, —перекатываясь на спину (таким образом я оказался на нем) проговорил Ламберт. — Я пока… — Лежи, — сказал Адам положив руку мне на поясницу. Я улыбнулся уголками губ, и обняв музыканта, положил голову ему на грудь. Ламберт начал перебирать мои волосы. — Эшли, дорогая, скажи, что ты умираешь, иначе я не вижу других причин звонить мне так поздно. — Поздно? Адам, сейчас девять вечера. Не поверю, что ты спишь. — Не сплю, но я очень занят, — ответил Адам, проведя кончиками пальцев по моей ушной раковине. Я прижался к нему сильнее, и мне стоило больших усилий не замурлыкать. — Занят? — Эш на секунда замолчала. —Не знаю, кем ты там занят, но я много времени не отниму. У нас завтра репетиция в десять. Не забудь и не проспи. Я тебе звонить утром и будить не собираюсь. Адам усмехнулся: — Как скажешь дорогая. Остальных предупредила? — Айз в курсе, а Томми трубку не берет, — ответила Эшли. Я сразу уткнулся носом в шею Адама, чтобы скрыть хихиканье. — Не переживай, дорогая… ай… — Ламберт прижал телефон к плечу и прошептал. —Котенок, мне щекотно. От чего я засмеялся еще сильнее. Адам ущипнул меня. — Адам? — послышалось в трубке. — С кем это ты шушукаешься? Пусть твой друг подождет пока ты закончишь разговор, потом пристает, — возмущенно произнесла девушка. — Прости, дорогая. Томми сейчас занят… наверное, — сказал Адам проводя рукой от моей шее к пояснице. Забравшись под футболку, он начал вырисовывать узоры на коже. По телу прошел электрический ток, и я выдохнул, громче чем нужно, в шею Ламберта. На лице Адама заиграла победная улыбка. Но тишина в трубке напрягала: — Эшли? После минутного молчания девушка произнесла: — Когда Томми освободиться, передай ему, что репетиция завтра в десять, — и отключилась. Адам заблокировал телефон и отложил его на стол. — Она догадалась, —тихо произнес я. — Скорее всего. Тебя это беспокоит? — поинтересовался Адам перебирая мои волосы и разглядывая потолок. Я отрицательно покачал головой. Плевать, что подумает Эшли. Она раньше нас поняла, что мы неровно друг к другу дышим. — Можно я останусь у тебя? —вопрос Адама заставил меня резко принять сидячее положение и не понимающе на него уставиться. — Адам, я не знаю… Ты мне тоже нравишься, но… Я еще как бы не готов и все такое… — начал я. Ламберт посмотрел на меня как на маленького ребенка, который рассказывает какую-то ерунду. — Томми, ты не так понял. Я хочу у тебя переночевать и только. — произнес музыкант улыбаясь. Я сразу замолк и покраснел. «Твою же ногу через гитару. А я сразу подумал о сексе. Типично для меня» — подумал я, тут же покраснел как помидор. Я закрыл лицо руками: — Я только что опозорился, да? — спросил я. Адам начал заливисто смеяться, и приняв сидячее положение, парень обнял меня прижимая к себе крепче. — Я когда-нибудь говорил, что ты безумно милый? — Да, пару тысяч раз на дню, — ответил я, утыкаясь носом ему в шею, и путаясь пальцами в его еще влажных волосах. Адам усмехнулся. — Адам. — Да, милый. — Там пицца стынет, — Ламберт засмеялся и чуть отстранился от меня. — Да, котенок, можешь развеять романтику, — произнес брюнет убирая мою челку с лица. Он мельком поцеловал меня и выпустив из объятий сел ближе к столику хватая с тарелки пиццу. У меня чувство, что я сплю. Как может быть так, что я нравлюсь Адаму? Нет, я не сомневался в его словах и чувствах. Просто… нельзя так быстро переключиться с одного человека, с которым прожил три года, на другого. Тут меня осенило: — Ты мне проиграл. Ответишь на мои вопросы? — Я думал, один проигрыш-один вопрос, — ответил Адам доедая кучек пиццы. —Моя фигура тебе эту пиццу никогда не простит. Возмутился Ламберт, я улыбнулся и протянул ему джойстик: — Может тогда новый раунд, — спросил я. Певец с подозрением посмотрел на меня. —Или ты боишься? — Не дождешься, — произнес он. И…следующий раунд я продул: — Да как так-то? — возмутился я пиная ногой подушку. — Учись проигрывать, котенок, — улыбаясь во все тридцать два, сказал Адам. Обняв меня за плечи, Ламберт поцеловал меня в висок. — Ты мне должен одно желание. Я покраснел до кончиков ушей: — Окей, что я должен сделать? — уверенно спросил я. — Я, пожалуй, приберегу свое желание. — Так не честно! — возмутился я. — Разве? Мы не обговаривали срок выполнения желания, — с долей издевки ответил Адам. — Ты засранец, Ламберт, — дуясь как маленький ребенок ответил я. — Я требую реванша. Брюнет усмехнулся: — Ну хорошо. Недолго Адам радовался своей победе. Следующие два раунда он проиграл. Таким образом Ламберт был должен мне три вопроса. Но вопросов в моей голове было больше трех. Мне осталось только определиться, что я хочу узнать в первую очередь. Мы закончили играть, когда было уже давно за полночь. Я уговорил Адама лечь не на диване, который был раза в два меньше тушки музыканта, а лечь со мной на кровати: — Адам, это, наверное, очень личный вопрос, но почему ты не вернулся к Саули? Вы три года были вместе, а тут из-за глупого поступка расстались, — положив голову на грудь музыканта начал я. Адам глубоко вздохнул и начал лениво перебирать мои волосы. — Мы уже давно с Саули были на грани разрыва, просто… Когда он тебя поцеловал, это стало последней каплей. Наши отношения были, как бомба замедленного действия. Ты стал нашим катализатором. Я приподнялся на локтях и посмотрел в глаза Адама. В полумраке комнаты, освещенной только лунным светом, глаза музыканта были цвета сапфиров. Я почти задохнулся от такой красоты: — Получается… Я разрушил ваши отношения?! Адам провел рукой по моей щеке: — Нет, милый. В тот момент, когда Саули тебя поцеловал, мне стало противно, что человека, который мне нравится, целует мой парень. Ты помог мне разобраться в моих чувствах. Ламберт провел большим пальцем по моей нижней губе: — Я думал, что давно забыл, что чувствую к тебе. Ты… простишь меня? — За что? — Я слишком долго разбирался в себе, и потерял три года, — тихо ответил Адам. Я улыбнулся уголками губ, и приблизившись к нему аккуратно коснулся его губ своими. Адам ответил на поцелуй, пытаясь утянуть меня в более глубокий и разгоряченный, но я отстранился, прикусив губу: — Это месть? — просил брюнет. — Именно. За то, что так долго разбирался в себе, — Адам усмехнулся. — У тебя еще два вопроса, —констатировал Ламберт. Вернув голову на грудь музыканту я обнял его поперек грудь: — Я, пожалуй, приберегу свои вопросы, —пробубнил я. Адам начал смеяться. —Не трясись. Мне неудобно. — Спокойной ночи, Томми. — Спокойной ночи, Адам.
