IV часть.
2 августа 2016 г., 10:13
POV Томми.
Сон был настолько приятен, что я не хотел просыпаться. Адам покрывал поцелуями мою шею и мне было так тепло и уютно. Промурлыкав что-то одобрительное, я услышал, как Адам смеется мне в шею и в это же время, покусывает мочку уха со словами:
-Котёнок, просыпайся, нам скоро на репетицию, — рука Адама блуждала, где-то в районе моего живота поднимаясь выше, начиная медленно стягивать с меня футболку.
И тут я понял, что происходящее сейчас далеко не сон, я заставил себя разлепить глаза. И как так получилось, что моё утро началось с Адама Ламберта? Не знаю, но это чертовски мне нравится. Сейчас Адам выглядел очень юным и до жути сексуальным, волосы торчали во все стороны. По сути, просыпаться рядом с Ламбертом для меня не в первой, но не в такой обстановке. Обычно мы просыпались в обнимку в отеле и рядом с нами бутылки из-под спиртного. Всё, что происходило сейчас очень непривычно и даже немного пугало. Но единственное, в чем я сейчас не сомневался так это в том, что хочу быть рядом с этим человеком. Он улыбался как маленький, и наклонившись ко мне, оставил на моих губах лёгкий поцелуй. Я моментально вспомнил вчерашний вечер, и ответная улыбка не заставила себя ждать:
— Доброе утро, — потянувшись и зевая, ответил я — Давай ты меня обнимешь, и мы поспим ещё пару минут, — пристроившись поближе к Адаму, я закрыл глаза.
— Парой минут наше «поспим» точно не закончится. Мне придется тебя разбудить… другим способом, — с этими словами Адам перевернул меня на спину, и я почувствовал, как он нависает надо мной, но глаза я не открыл. — Думаю, начнём отсюда.
Я чувствовал теплые пальцы Адама у себя на шее. Он чертил линию от шеи к ключице и обратно, еле прикасаясь ко мне, вызывая мурашки по всему телу. Один из моих органов уже давно радовался такому пробуждению, и я понимал, что долго не смогу сохранять спокойствие, но Адама явно заводила эта игра, и доказательством тому была его эрекция, так явно упирающаяся в моё бедро. За пальцами последовали губы и язык. Адам оставлял дорожку влажных поцелуев на коже, вместе с тем покусывая и посасывая. Шея была моим слабым местом. От этих поцелуев крышу унесло моментально, но я собрал последние крохи самообладания и еле сдержался, чтобы не застонать.
— Всё ещё хочешь спать? — проводя языком от шеи к уху, спросил Адам.
Я прекрасно понимал, что ничего связного сейчас сказать не смогу и всё на что меня хватило так это невнятное «угу» звучащее где-то на уровне горла. Я буквально чувствовал улыбку Адама, его руки спустились к моим бедрам и принялись поглаживать их.
— А сейчас? — рука скользила от бедра к паху, но так и не добралась к заветной цели.
— Ммм…- я еле удержал стон и сильнее вцепился в подушку.
— А так?
В следующую секунду Адам накрыл губами один сосок, а второй схватил пальцами, и тут я сдался. Ахнув и выгнувшись дугой, я не смог сдержать стона, да и не хотел. Я больше не мог притворяться спящим. До боли в пальцах хотел дотронуться до Адама, целовать, обнять до хруста костей. Притянув Адама к себя, я вцепился в него жадным поцелуем, тот издал гортанный до жути сексуальный стон и с ещё большим желанием ответил на мой поцелуй. И тут я уже перестал различать, где чьи пальцы, губы, руки, всё смешалось в одно мучительно- сладкое ощущение. С каждой секундой мне хотелось большего, но я смутно понимал, что пока не готов на это большее. Сладкая пытка продолжалась ещё несколько минут, Адам нехотя отстранился и посмотрев на часы произнёс:
— Если мы сейчас не остановимся, Эш убьет нас. Пора вставать.
Волна разочарования и даже обиды прошлась по мне. Услышав мой стон негодования, Адам усмехнулся и прошептал на ухо:
— Не переживай, котёнок, всё самое интересное ещё впереди, — поцеловав меня в висок, Адам встал и направился в сторону ванной, оставив меня изнывающим от желания, ни с чем. Что он чёрт возьми снова задумал?
***
POV Адам. Я понял, что это утро поистине прекрасное, как только проснулся и увидел рядом с собой это чудо, по имени Томми Джо. Ещё недавно я думал, что ничего не получится, а уже сегодня я просыпаюсь с ним в одной кровати. Поцеловав меня вчера, он подарил мне надежду на что-то большее. Выходит, не такой уж ты и натурал, котенок. Я усмехнулся своим мыслям и решил рассмотреть внимательнее моего котёнка, пока он ещё спит. Растрепанная чёлка лезла на лицо, подрагивающие ресницы, немного приоткрытые губы, он выглядел умиротворенно, будто спящий ангел. Спуская взгляд на шею и ключицы, я не смог удержаться, и оставил несколько поцелуев на коже. Интересно, придётся ли по вкусу Томми такое пробуждение? Я пустил вход язык и зубы. Томми что-то промурлыкал и отвел голову назад, давая мне полный доступ к его шее. Я не смог сдержать усмешки и посмотрев на часы, проговорил, что-то про репетицию. Но я не мог заставить себя остановится, этот блондин просто свел меня с ума. Он как доза наркотика, с каждым разом хочется всё больше. Руки невольно проникли под майку, я добился желаемого. Взгляд карамельно-янтарных глаз Томми уставился прямиком на меня. В нем отчётливо читалось непонимание и замешательство. Я испугался, что реакция Томми будет противоположной желаемой, но спустя мгновение котёнок улыбнулся и зевая произнёс: — Доброе утро. Давай ты меня обнимешь, и мы поспим ещё пару минут. Я с облегчением выдохнул и осознав, что сейчас сказал парень, расплылся в улыбке и решил продолжить начатое, но, как не печально, время и правда поджимало, и мне пришлось прервать утреннее возбуждение Томми Джо. Я стоял в душе под тёплыми струями воды и обдумывал свой коварный план, одновременно избавляясь от утреннего стояка. Я прекрасно понимал, что Томми совершенно не готов к чему-то более серьёзному, чем поцелуи (зато какие!), но поиграть никто не запрещает. Учитывая, что рядом с Томми я еле держусь, чтобы не набросится на него, я хочу, чтобы его крышу снесло, как и мою. В голове уже потихоньку зарождался план действий. Времени оставалось мало. Пока Томми был в душе, я успел подкрасить глаза и сделать пару глотков кофе. Томми выскочил из ванной немного растрепанный. Он скакал в сторону кухни, по пути натягивая джинсы и бубня себе под нос что-то про кофе. Отняв у меня кружку, блондин залпом осушил ее и ушел (точнее убежал) в комнату. Через пару минут Томми вышел в своей любимой футболке, с каким-то очередным монстром, и с гитарой наперевес. Котенок жмурился и потирал глаза: — Сегодня ляжешь спать пораньше, — сказал я обнимая Томми за талию. — Только если под боком будешь ты, с тобой хорошо спится. Подъезжая к студия Томми посмотрел на меня и смущаясь произнёс: — Адам, я думаю… нам пока не стоит распространяться… ну, о нас. Я пока не готов, — разглядывая руки произнес блондин. Котенок перевел взгляд на меня. Не знаю, что отражалось на моем лице, но Томми запаниковал и начал прятать глаза за челкой. — Ты не думай, я тебя не стесняюсь, просто хочу немного подождать. И я прекрасно его понимал, после стольких лет отрицания, он имел полное право не афишировать наши отношения. Мы сами ещё не определились, что происходит между нами, но это явно непросто увлечение. Я мог часами приводить факты, почему не стоит скрывать свои чувства и тем более ориентацию, но вместо этого я положил руку на колено Томми, подождал пока он посмотрит на меня я ободряюще улыбнувшись ответил: — Конечно, малыш, я всё понимаю, — Томми улыбнулся в ответ. После чего я наклонился, поцеловал его в щёку и прошептал на ухо: -Это будет нашим секретом, котенок, — увидев его пылающие щёки я усмехнулся, и вышел из машины. Все уже были в студии. Увидев нас Эшли, не скрывала улыбки и накинувшись с объятьями на Томми прошептала что-то ему на ухо. Блондин покраснел, посмотрел на меня и усмехнулся. Мы знали, что Эш догадалась. Эта девушка всегда знает все лучше всех. Проницательности Эшли можно позавидовать. Все считали ее почти сестрой (кроме Айзека, у него на девушку были другие «взгляды»). И судя по реакции Томми, он не возражал, что она знает, но всё равно нервничал. Репетиция проходила довольно весело и… возбуждающе. Я начал приводить свой план в действие. Каждый раз, подходя к Томми, я ненароком старался касаться его, так сказать невинные прикосновения, рождающие в моей голове довольно не невинные фантазии. Каждый раз котёнок вздрагивал и оглядывался по сторонам, убедившись, что никто не смотрит, направлял на меня непонимающий взгляд, типа «Какого черт ты делаешь Ламберт?». Я прекрасно помнил, что Томми сказал мне в машине, и действовал так, чтобы никто ничего не заметил. Как бы ни старался Рэтлифф играть в недотрогу, я замечал реакцию на мои манипуляции. Красные щеки (хоть и старательно спрятанные за челкой), и прикусывание губ с потрохами выдавали состояние Рэтлиффа. Благо, Эш делала вид, что не замечает, а Айзек был слишком увлечен музыкой. Пропуская искрометно-испепеляющие взгляды Томми я продолжал выводить его из равновесия. Вовремя перерыва он подошёл ко мне со словами: — Адам, какого черта ты творишь? Зачем доводишь до состояния…- парень покраснел и тихо продолжил. — …ну, до состояния как сегодня утром. «Именно, милый. Как же хочу довести тебя до дикого возбуждения.» — подумал я хитро улыбаясь. Склонившись к его уху я прошептал с придыханием: — Это ещё не все, на что я способен. Представь, что ты будешь чувствовать после репетиции, — после этих слов я провел по уху языком сверху вниз, немного прикусив мочку. Томми чуть откинул голову назад и прикусив губу тихо застонал. Я улыбнулся реакции котенка. Он посмотрел на меня и вцепившись в мою руку прошептал чуть запинаясь из-за сбившегося дыхания: — Я тебе отомщу, засранец, — после чего лихорадочно осмотрелся. Но я готов поклясться, что со стороны мы выглядели обычными разговаривающими людьми, учитывая, что в студии громко играла музыка, ничего странного заметить нельзя было. Оставшаяся часть репетиции прошла в том же духе, и внешний вид Томми явно давал понять, что он на пределе. Раскрасневшееся лицо, пряди волос прилипли ко лбу, расфокусированный взгляд, в котором уже явно читалась мольба. Он был не в себе, да и я уже был на грани, ещё десять минут, и я не выдержу и возьму Томми прямо на этом полу при всех. Прозвучал последний аккорд, и Томми пробормотав, что-то о плохом самочувствии, взял меня за руку и повел в сторону комнаты отдыха.Только закрыв дверь, он прижал меня к стене и специально начал тереться о моё бедро своим стояком, парень буквально дрожал от возбуждения: — Доволен? Ты же понимаешь, что в таком состоянии мы до дома не доедем, — с долей злости произнес блондин. Я похотливо улыбнулся. От его действий захотелось тут же уложить его на диван и трахнуть так чтобы звезды из глаз полетели, но пугать Томми я не собирался. Мой план состоял в другом. Приблизившись к его шее, я начал покрывать ее поцелуями, параллельно запуская руки ему под футболку. Томми начал выгибаться на встречу моим ласкам: — Никто не заставляет ехать нас домой, котенок, — произнес я между поцелуями. Тихие вздохи и стоны Томми наполняли комнату. Я понимал, что за стеной, в нескольких метрах от нас, Эш, Айзек и другие, но самообладание я потерял уже с утра, я не мог устоять перед блондином, мне было абсолютно плевать, что подумают люди. Все, на чем я мог сосредоточиться, это сгорающее от желание тело Томми в моих руках. Оставив на шее блондина довольно-таки заметный засос я поднялся к его губам: — Тебе стоит только попросить, и я все сделаю, — сказал я и провел кончиком языка по губам Томми. Котенок приоткрыл рот рассчитывая на поцелуй, но я лишь усмехнулся и вернулся к его шее: — Твою мать, я тебя просто ненавижу, — просипел Рэтлифф. — Правда? А твое тело говорит об обратном, — парировал я, вычерчивая языком ключицы парня. — Адам… Пожалуйста… — облизывая сухие губы, проговорил Томми. — «Пожалуйста» что? — не прекращал пытку я. Спустившись рукой к паху парня, я легонько провел по выступающему бугорку. Томми задохнулся и сильнее прижался ко мне. — Адам, не заставляй меня произносить это вслух… Возможно, это было нечестно по отношению к Томми, так «мучить» его, но мне нравилось смотреть, как он изнывает от желания в моих руках, становится таким податливым, его глаза светились мольбой и чем-то еще… желанием, даже похотью. Все это неимоверно возбуждало и мое внутреннее «Я» ликовало, осознавая, что причиной тихих пронзительных стонов котенка являются мои ласки. — Ну я же не знаю, о чем именно ты просишь, — мысленно я уже убил себя раз десять за то, что продолжал изводить Томми, но остановится я уже не мог. Обхватив мое лицо руками, котенок притянул меня к себе и поцеловал, так жарко и возбуждающе, что у меня чуть ноги не подкосились: — Трахни меня, чертов Ламберт, — оторвавшись огрызнулся Рэтлифф. Нервы, словно гитарные струны были натянуты до предела, я хотел этого еще с утра, хотел, чтобы Томми сам попросил, хотел видеть его желание, и я с удовольствием бы сделал то, о чем он меня просят, но… …В этот момент я поверил в закон подлости, потому что как только Томми сказал, что (перефразируем) хочет меня, у меня зазвонил телефон. Я собирался выключить телефон, но достав из кармана понял, что это сделать не получится. Никогда в жизни я еще не был так зол и разочарован одновременно. Томми стукнулся головой об стену: — Вашу мать, подождать пять минут не могли? —проговорил Томми, от чего я треснул его по бедру. — Пять минут — это слишком мало. Ты плохого мнения обо мне, — возмутился я отвечая на звонок. — Кэтрин, у тебя должна быть веская причина отвлекать меня. Томми улыбнулся и поцеловав меня в щеку ушел в сторону зеркала. — Адам, где ты? У тебя интервью через двадцать минут. — Какое интервью? — А я что, вчера тебе не звонила? — искренне удивилась девушка. — Черт. Короче, Адам, через двадцать минут жду тебя. Адрес вышлю сообщением. И повесила трубку: — Что за Кэтрин? — поинтересовался Рэтлифф. — Ревнуешь или просто интересно? — Томми покраснел. Я усмехнулся его реакции. — Моя помощница. Ты должен ее помнить. Она была на одном из концертов. Ты еще телефончик у нее спросил. Котенок тут же поменялся в лице. Побледнел и его глаза были готовы выпрыгнуть из глазниц: — Что-то не так? — спросил я. — Нет-нет, просто вспомнил ее. — ответил Томми. — Зачем звонила? Я уже начал чувствовать себя виноватым за то, что сейчас происходит. Мы оба просто разрываемся от возбуждения, но ничего поделать с этим нельзя — это поистине пытка. Сейчас я готов был кричать от отчаяния и разнести здесь все к чёртовой матери, но вместо этого я печально посмотрел на блондина и произнес: — Мне нужно уехать, тебя подбросить до дома? Только выезжать надо сейчас, иначе… — Я сам дойду. Не волнуйся, — ответил блондин. Поцеловав меня в щеку, он ушел в репетиционный зал за гитарой.***
POV Томми. «Что я сейчас сказал? Трахни меня??? Томми Джо, у тебя патологический недотрах», — подумал я, забирая вещи из репетиционного зала. Твою же мать, если бы не Кэтрин, я бы уже переспал с Адамом. Пару минут назад я желал этого больше всего на свете, но сейчас, я понял, что чуть не совершил ошибку. Как бы банально это ни звучало, я не хотел торопится. Черт, я да просто не готов к этому. Адам тоже молодец. Зачем доводить меня до состояния дикого возбуждения. Мы же еще даже не поняли, что между нами. Встречаемся мы? Или это просто перепихон на один раз? Такая перспектива меня не нравится. Да, мы явно неровно дышим к друг другу, но черт. Мы только вчера более или менее разобрались (точнее, нифига не разобрались), а сегодня я уже готов с ним переспать. Я прикрыл глаза и начал глубоко дышать, пытаясь собрать мысли в порядок и избавиться от напряжения. — Котенок, ты идешь? — подойдя ко мне и обняв за талию спросил Адам. Мельком улыбнувшись я кивнул. Мы вышли на улицу. Адам сильнее закутался в куртку. «Глупый любитель футболок и легких ветровок» — буркнул я про себя. Утреннего солнца как не бывало, и сейчас огромные темные тучи угрожали дождем: — Может, все-таки тебя подвести? — обеспокоенно начал Адам. Я улыбнулся. — Не волнуйся, дождем меня вряд ли смоет, до дома добегу, — ответил я. Адам коснулся ладонью мое щеки, очертив большим пальцем мою скулу. По всему телу пробежала приятная дрожь. — Постарайся не промокнуть, не хочу, чтобы ты болел. — Ты мой парень, а не нянька, не переживай так, —ответил я… и только потом понял, что я сейчас сказал. Мой парень? Адам мой парень? И я сказал это вслух? Я даже не уверен в том, что он хочет быть моим парнем. Томми Джо, ты просто сходишь с ума. Кажется, Адам удивился не меньше меня, но быстро сориентировавшись, певец улыбнулся уголками губ и поцеловал меня в щеку: — Я загляну к тебе вечером, — сказал брюнет, и сев в машину уехал. А я… я так и остался посреди улицы с выражением лица «Что это было?». Сейчас перспектива пешей прогулки открывала мне возможность все обдумать, но мне однозначно мешал стояк, который я старательно прикрывал ветровкой. Хотя я был очень раздражен и вымотан после репетиции и фокусов Адама, при мысли о том, как странно будет выглядеть парень со стояком идущий посреди города, я усмехнулся и покраснел. Вспомнив свое упоминание Адама, как парня, я чувствовал себя ужасно глупо, учитывая, что недавно сам размышлял о том, что не хочу спешить. А тут на тебе. Нет, слишком рано, пусть Адам и говорил, что Саули в прошлом, все ровно я знал, что на нем это оставило своего рода отпечаток, да и мне все еще нужно время чтобы свыкнутся с ролью бисексуала. Да именно, не гея. «Боже, я уговариваю себя как девчонка», -подумал я, хлопнув себя по лбу ладонью. Девушки все еще привлекали меня, и не меньше, чем раньше. Но благодаря Адаму, который захватил мои разум и сердце, я признаю свою ориентацию. И дело было совершенно не в умопомрачительно сексуальных вещах, которые Адам вытворял на сцене. Это была показуха, хотя и она мне нравилась. Сейчас я понимал, что Адам нравился мне как человек. Его детский восторг, горящий взгляд, одержимость музыкой. Все это без остатка поглощало меня, я не мог выразить свои чувства. Неужели это любовь? Ведь даже спустя два года нашего, можно сказать «игнора» друг друга, нельзя было не согласиться, что мы сильно отдалились. После появления Саули, мои чувства не стали меньше, напротив они окрепли. И я пытался скрыть свои их, чтобы не рушить отношения Адама и Саули. Кстати о финне, сейчас меня осенило, что именно ему я обязан признанием своей ориентации. Ведь после ночи в отеле, я понял, что мне действительно нравится Адам. Вспомнив Косикнена, щеки залились краской. Я попытался отогнать непристойные мысли, но в своем состоянии это оказалось невозможно. Стояк, который начал сходить, снова вернулся, еще с прежней силой, я готов был кричать от безвыходности. Я всей душой желал избавится от него, но сами понимаете, посреди улицы, это проблематично. «Гормоны заиграли с новой силой на третьем десятке. Очень вовремя, Томми», — подумал я. Как Адам и говорил, хлынул дождь, а я прошёл всего ничего. В следующий момент ко мне подъехала машина. Увидев кто за рулем, в голове промелькнула мысль «Серьезно? Я в черном списке везунчиков?». В машине сидел мило улыбающийся Саули. Я не знал смеяться мне или плакать, учитывая, что у меня стояк, от которого я жутко хочу избавится, а финну я интересен как партнер. Окно бесшумно открылось и с лукавой улыбкой Саули сказал: -Маленький Китти мокнет под дождем. Очень опрометчиво, может тебя подвезти? Не желая мокнуть под дождем (и изнывая от желания избавиться от стояка), предложение было весьма заманчивым. Ведь чем быстрее я доберусь до дома, тем быстрее мне станет «легче». Главное не допустить, чтобы он распускал руки. Еще секунду поколебавшись, я кивнул: — Пожалуй, — садясь в машину ответил я. — И перестань называть меня «Китти» Финн усмехнулся: — Почему? Хочешь, чтобы я называл тебя более…мужественно? Тираннозавр подойдет? — выезжая на трассу, спросил Коскинен. Меня перекосило. — У меня есть имя. Милые прозвища мне не нравятся, — буркнул я закутываясь в ветровку. Финн, заметив мое «замершее» состояние, включил печку. — Странно. Когда Адам называет тебя котенком, или другими комками шерсти, ты не возникаешь. Я особенный? — возмущенно спросил Саули. Я покраснел. И правда, когда Адам называет меня милыми прозвищами, я этого даже не замечаю. Мне кажется это таким нормальным, будто «котенок» — это мое имя. Как я еще не замурлыкал и кошачий корм не начал есть?! — Какие планы на вечер, тираннозаврик? — Боже… -Ну это слишком высокий титул для меня. «Детка» или «милый» будет вполне достаточно, — усмехаясь, сказал Коскинен. — Китти, я всем своим парням давал милые прозвища, ты не исключение, — Сказал Саули. Почему-то после этих слов мне захотелось выпрыгнуть из машины и послать финна на три веселых буквы, но вместо этого я отвернулся к окну: — Я не твой парень. — О, это пока, дорогой. Еще не один не устоял против меня, — гордо произнес финн. — И да, Томми, в следующий раз надевай штаны по-шире. Мне льстит, что ты рад меня видеть, но не хочется, чтобы все это лицезрели. Я перевел взгляд на свои джинсы и стянув ветровку накрыл ей ноги, от чего Саули засмеялся. Я мотнул головой, пытаясь спрятать красные щеки за челкой: — О, дорогой, тут нечего стесняться. Показывать свое… желание о отношению ко мне вполне нормально, — мягко, почти мурлыкая произнес Коскинен. — Ты слишком большого мнения о себе, — произнес я разглядывая деревья. — Разве? Вообще, я удивлен. Думал твоя Кэсси из тебя все соки выжмет. — Кэтрин, — машинально поправил я. — У нас с ней ничего не было. — Правда? Ты остался верен мне? — в глазах финна загорелся дьявольский огонек. — Просто…просто она испортила вечер, — ответил я. — Бедный Китти, — сказал Саули. Не понимаю, как я не заметил, что моя ветровка свалилась на пол и на мою ширинку легла теплая ладонь Саули. Я задохнулся от неожиданности и приятных ощущений: — Саули… что ты…? — я не мог четко сформулировать мысль. Либо у меня реально жесткий недотрах, либо тепло его руки и прикосновения сводили меня с ума. — Я хочу тебе помочь, милый. Не могу же я оставить своего парня в беде, — явно усмехаясь сказал финн. Что-то было привлекательное в такой дерзости финна, в то время как Адам относился ко мне прямо противоположно. Это как две стороны одной монеты и мысль о том, что обе стороны привлекают меня, пугала. Тем более учитывая, что в последнее время они оба ни давали мне побыть одному и разобраться в своих чувствах. Чувства к Адаму были такие светлые, наполненные теплом. Я хотел быть с ним постоянно. В то время, как в чувствах к финну было что-то порочное, я бы даже сказал, запретное. Каждый раз, когда он со мной, чувство, будто Саули змей-искуситель. И к моему удивлению эта порочность манила меня. Я весь день чувствовал себя бомбой замедленного действия и теперь, когда губы Саули начали покрывать мою шею поцелуями, мозг застелила пелена возбуждения и я уже ничего не соображал. Остались только животные инстинкты, я желал незамедлительно разрядки. Его рука все еще оставалась на моей ширинке, вызывая боль в паху, настолько сильно я был возбужден. Его губы нарочито медленно подобрались к моим, и Саули продолжал поглаживать мой стояк, провоцируя меня сделать первый шаг. Я уже не мог терпеть. Весь день Адам мучил меня, а теперь пытался и Саули. Я окончательно потерял рассудок и впился поцелуем в губы Саули, но он не дал мне углубить его. Финн отстранился, и победно усмехнувшись, проговорил: — Тише, тише, Китти. Я хочу растянуть удовольствие. Я готов был ударить его, но вместо этого я сказал, что не могу больше ждать и притянул его к себе. Коскинен был не против, но все же я почувствовал его удивление. Честно сказать я и сам был удивлен не меньше. Никогда не думал, что животные инстинкты могут взять надо мной вверх. Я даже не заметил, что Саули остановил машину, мне было плевать и на то, что нас могли запросто увидеть. Все, о чем я мог думать — это дикое возбуждение. У меня было такое чувство, будто я выпил несколько пачек Виагры. Мы продолжали страстный «танец» губ и языков, пока руки финна шарили под моей футболкой, нащупав соски, он сжал их. Я со стоном выгнулся дугой, мне казалось еще чуть-чуть, и я кончу прямо в штаны. Я не заметил, как моя майка оказалась на заднем сидении, и финн спускался от шеи все ниже. Прокладывая дорожку поцелуев к ширинке. В тот момент, когда он принялся расстегивать её я предвкушал назревающее удовольствие, в голове мелькнула мысль «А ведь сегодня утром, ты был готов отдаться Адаму». И тут меня как ледяной водой окатило, одна мысль об Адаме вернула мне рассудок. Я понял, как же мерзко я поступаю. Дал ему надежду, а сейчас его бывший готовится сделать мне минет. Меня охватил страх и отвращение к самому себе. «Здравствуйте, меня зовут Томми, и я шлюха» -подумал я. Схватив Саули за руку, я начал от него отстраняться. Коскинен вопросительно на меня посмотрел: — Я… я не могу, прости, — пытаясь восстановить дыхание произнес я. — Милый, не бойся. Все будет отлично. — ответил финн попутно забравшись рукой в мои джинсы. Я прикусил губу, пытаясь заглушить стон: — Саули… Пожалуйста, остановись, — еще немного, и я послал бы к чертям свое самообладание. Финн поднял голову и устало посмотрел на меня: — Китти, Адам ничего не узнает. Что плохого в том, что я хочу тебе помочь в разрядке? Тем более, Ламберт пока тебе не парень, так что можно сказать, ты ему не изменяешь. Я непонимающе уставился на финна. Щеки залил румянец, и во мне снова проснулась рыба, открывающая и закрывающая рот: — Как?.. Откуда ты знаешь? — наконец выдал я. — Не ожидал? Милый, не сложно догадаться. Адам давно к тебе неровно дышит. Вспомни ваши выступления. Он никогда не притворяется, уж я-то знаю. Я видел, как он на тебя смотрит. Его останавливало только твое отрицание нетрадиционной ориентации. А так, он бы давно тебя оккупировал, — с усмешкой и некой ревностью в голосе ответил Коскинен. Его ответ выбил почву из-под ног, я застыл. Мое молчание дало понять ему, что он прав. Или он прекрасный психоаналитик или я реально такой предсказуемый. — Так ты… знал? Тогда зачем тебе я? Хочешь… отомстить Адаму? — спросил я почти шепотом. В глазах Саули промелькнула искра, но он тут же взял себя в руки, и улыбнувшись во все тридцать два ответил: — Месть? Китти, что за мысли? Ты из меня какого-то психа делаешь?! Неужели трудно поверить, что я просто заинтересован тобой? — Саули начал смеяться. Я напрягся и покраснел еще сильнее. Мне безумно хотелось домой. Смыть с себя возбуждение и воспоминание о руках Коскинена на моем теле. Взяв свою майку с заднего сидения, я натянул ее на себя и плотнее закутался в ветровку. Саули вернулся на свое сидение с недовольной физиономией и сцепился руками в руль: — Отвези меня домой, пожалуйста, — выдавил я, отвернувшись к окну. Как только машина остановилась у моего дома, я еще пару секунд сидел в машине. Тихо и невнятно произнеся «спасибо» я вышел из машины и поплелся домой. Зайдя в квартиру, я закрыл дверь на все замки, и осел на пол. Было чувство, будто из меня душу вытащили, встряхнули и вернули обратно. Меня трясло и крутило во все стороны, как после русских горок. Саули знал. Все это время он знал о чувствах Адама ко мне…и жил с этим. Зачем тогда ему я? Он хочет вернуть Адама? Каким образом? Он уже два раза чуть не переспал со мной. Факт того, что он переспит со мной, Ламберта точно не вернет. Тогда зачем? Он правда мной заинтересован. Но как я могу ему ответить взаимностью если у меня чувства к Адаму. Твою мать… Голова была готова лопнуть. Я поднялся с пола, и скинув одежду, направился в ванную. Холодная вода начала приводить меня в состояние «более или менее стояния», но мысли все равно не покидали мою голову. Я вспомнил руки Саули на своем теле, его ласки, поцелуи. Мне захотелось выть. Боже, когда я успел стать такой шлюхой. «Утром Адам, днем Саули, вечером снова Адам. Или сам себя удовлетворишь?!» — подумал я. Может рассказать о случившемся Адаму? И тогда он пошлет меня на три веселых буквы, и Саули побьет. «Супер. От тебя одни проблемы, Томми Джо.» — констатировал я самому себе. Выйдя из ванной, я думал зайти на кухню, что-нибудь перекусить, но каким-то чудным образом оказался у себя в спальне под одеялом. Не имею понятия, как я там оказался. Что мне теперь делать? Я хочу быть с Адамом. Хочу просыпаться с ним каждое утро, и быть с ним рядом постоянно. Но я до сих пор не понимаю, что меня тянет к Саули, когда он рядом. Я не узнаю себя и это пугает. Но и делать больно Саули я тоже не хочу. Он и так три года жил с знанием того, что Адам ко мне не ровно дышит. Может, уехать из города и оставить их двоих? Правильно, ничего умнее, чем сбежать от проблемы придумать нельзя. Мысли стали давить мне на мозг. Недосып дал о себе знать. Размышляя, «как же мне поступить?» и «что делать дальше?», я вырубился.
