addict with a pen

Луи удаётся заснуть лишь под утро, учитывая то, что Гарри пришёл только в четыре. Он просыпается от того, что голова гудит, и сначала не хочет вставать, но мочевой пузырь требует немедленного пробуждения, так что он нехотя поднимается. Дверь в ванную приоткрыта, и когда он заходит, то сразу видит Стайлса. Кудрявый лежит в жутко неудобной позе прямо на холодном кафеле, его волосы превратились в непонятно что, а под носом и немного на рубашке красуются алые капли засохшей крови. Луи качает головой и несильно пинает парня ногой, но тот, естественно, не отзывается. — Эй, Гарри, — Томлинсон опускается на корточки и трясёт Стайлса за плечо. — Вставай. Гарри недовольно мычит и пытается оттолкнуть Луи от себя. — Что тебе надо? — скрипучим голосом спрашивает он, лениво приоткрывая глаза. — Я хочу ссать. — Так что тебе мешает? — спрашивает он и переворачивается на другой бок. — Ты, — грубо отвечает Луи. — Можешь хотя бы перелечь в кровать? Боже, нахрена ты так обдолбался? Томлинсон замечает, что Гарри мелко дрожит, видимо, из-за того, что проспал на холодном полу несколько часов. Когда Стайлс лениво качает головой и закрывает глаза, планируя вновь погрузиться в сон, Луи тяжело вздыхает и встаёт. Он думает о том, с какой стороны будет удобнее подступиться, прежде чем подхватывает Гарри на руки, — одна ладонь под задницей, другая удерживает за плечи — и несёт его в кровать. Стайлс благодарно стонет, чувствуя мягкую поверхность, ещё не потерявшую тепло Луи, под собой. Мужчина накрывает его одеялом, сняв из всей одежды лишь ботинки. Он идёт в душ, надеясь привести себя в порядок, но мысли о Гарри и его зависимости грызут Томлинсона, заставляя голову разболеться ещё сильнее.

хХх

Стайлс просыпается ближе к обеду, и Луи из-за него пропускает работу, обещает, что придёт ближе к вечеру и разберется с важной документацией. Когда Гарри встает, он не сразу понимает, где находится, и плохо помнит вчерашний вечер. Томлинсон помогает стереть кровь с лица и готовит им завтрак-обед, от которого живот Стайлса скручивается. Они сидят в тишине, перекидываясь неловкими взглядами, прежде чем Луи отодвигается и прочищает горло. — Итак, — начинает он, и Гарри ёжится от того, насколько громко звучит его голос. — Ты вчера был под наркотой. Это не вопрос, это утверждение, и Стайлс молча кивает. — И как часто ты употребляешь? — спрашивает Луи, надеясь звучать хоть немного более уверенно. — Смотря что для тебя «часто», — хмыкает Гарри, пожимая плечами. — Я думаю, где-то несколько раз в неделю? Теперь очередь Томлинсона молча кивнуть. В комнате слышно лишь царапанье вилки о тарелку. Луи есть что сказать, но он просто не думает, что имеет право указывать Гарри что-либо. В конце концов, кто они друг другу? Гарри неловко мнётся на месте. — Я хотел занять у тебя денег, — он с надеждой смотрит на шатена. — Четыреста долларов. Луи фыркает. — Неужели ты надеешься, что я буду способствовать наркообороту? — он усмехается и неверяще качает головой. — Нет, спасибо, я не хочу быть посредником между тобой и смертью. — Я не собираюсь покупать на эти деньги наркоту, — грубо отвечает Гарри. — Я просто… Должен кое-кому. Луи разворачивается к нему лицом. — Прости, но нет, — он вытирает влажные руки о домашние штаны и выходит из кухни.

хХх

— Лу, где мы? — недовольно спрашивает Гарри, когда парень заводит его в заброшенное здание. — Тут воняет хуже, чем от твоей задницы. Томлинсон закатывает глаза. — К моему огромному сожалению, ты всё ещё не знаешь, как пахнет моя задница, так что молчи, — он переплетает их пальцы и начинает подниматься по размякшим и обвалившимся ступеням недостроенного здания. — Готов к небольшой разминке? Через десять минут они, наконец, вываливаются на крышу и жадно глотают воздух, стирая пот с лица. Последние пять пролётов были почти невыполнимой задачей, но сейчас они здесь. Гарри замечает разложенное одеяло, бутылку вина и корзинку для пикника. — Итак, мистер Стайлс, — официально произносит Луи. — Я приглашаю Вас на это чудесное одеяло и предлагаю разделить этот прекрасный закат вместе со мной. Гарри хихикает. — Ты не мог выбрать классический вариант типа кинотеатра и кафе для первого свидания, правда? — Стайлс качает головой, но Луи знает, что тот в восторге. — Ты решил сразу отморозить наши задницы, да? — Для этого, дорогой мой Гарри, у меня есть запасные одеяла, — он гордо достаёт из рюкзака обещанные предметы. — Я обо всём позаботился, за кого ты меня принимаешь? Они удобно устраиваются на разложенном одеяле, и капли красного вина пачкают их одежду, когда Луи пытается разлить его по пластиковым бокалам. Гарри забавно морщится, делая первый глоток, а Томлинсон притворяется знатоком и вдыхает аромат напитка, прежде чем отпить — он видел, что его мама так делает. Они съедают фрукты, нарезанные на скорую руку, и покупные сэндвичи, болтая обо всём подряд: о школе, об общих друзьях, о планах на будущее, о том, «насколько ты, чёрт возьми, красивый». Через час они уже оба немного пьяны, хотя выпили лишь пол бутылки, и Луи достаточно смел, чтобы нарушить личное пространство Гарри. Парни смотрят друг на друга, молча впитывая каждую деталь, и Томлинсон ласково улыбается. — Могу я поцеловать тебя, Хаз? Гарри игриво закусывает губу. — Только если ты действительно хочешь этого. Томлинсон, не сомневаясь, соединяет их губы в медленном и нежном — первом — поцелуе.

хХх

Луи достаточно быстро замечает пропажу. Гарри ушёл около двадцати минут назад, и Томлинсон вдруг обнаружил, что офисная связка ключей не на месте. В голове нет ни единого сомнения насчет того, кто взял ключи. Он быстро спускается по лестнице и выезжает на дорогу, надеясь, что обгонит Стайлса — тот, в конце концов, ехал на общественном транспорте. Поднимаясь на двадцать третий этаж, он коротко здоровается с секретаршей и спрашивает её, не заходил ли кто. — Нет, мистер Томлинсон, — улыбается она. — Я никого не видела и не пускала, по крайней мере. Луи всё равно дёргает ручку двери, и та оказывается незаперта. — Чёрт возьми, — возмущённо произносит Томлинсон, когда замечает Стайлса, копающегося в одном из ящиков стола. — Откуда ты вообще узнал, что это мой офис? Гарри вздрагивает от неожиданности, но не останавливает поисков. — Я немного изучал твой телефон и набрёл на заметки, — непринужденно отвечает он и радостно присвистывает, находя то, что искал. — Тебе следует поставить более сложный пароль. Гарри выпрямляется и без зазрений совести суёт деньги в карман. Луи в растерянности. — Неужели ты не собираешься вернуть мне это? — спрашивает мужчина. — Ты, конечно, можешь назвать меня вором и мудаком, — пожимает плечами Гарри. — Но мне действительно нужны эти деньги, так что прости. — Это немного подло, тебе не кажется? — А чего ты ещё ожидал от меня? — грустно усмехается Стайлс. — Я жалкий наркоман, ворующий деньги у тех немногих, кто относится ко мне не как к дерьму. Неужели ты ждал от меня какой-то благородности? Луи закидывает голову назад и грустно смеётся. — Ты всегда был таким… Самокритичным, — он зажмурился, когда воспоминания и образы начали всплывать в мыслях. Гарри непонимающе хлопает глазами. — Что? — Ты ведь правда меня не помнишь, да? — Луи подходит ближе к столу, сокращая расстояние между ним и Стайлсом до какой-то жалкой пары шагов. — Я думал, что для тебя это значило хоть немного больше. Ну, знаешь, первая влюблённость обычно не забывается, ага? Гарри неуверенно приоткрывает рот и хмурится. Его глаза блестят от влаги. — Луи?.. — произносит он шёпотом, и Томлинсон понимает, что он вспомнил. Мужчина молча кивает. Они оба смотрят друг на друга несколько секунд, прежде чем Гарри зло трёт глаза, заставляя их покраснеть ещё сильнее. — В любом случае, всё изменилось, — его голос глубокий и дрожащий от подступающих слёз, которым Стайлс не даст возможность пролиться. — Теперь мы ещё дальше друг от друга, чем раньше. Посмотри где я – ворующий и ночующий на улице, и ты, — он взглядом окидывает кабинет. — Работающий в одном из самых престижных офисных зданий Лондона, да и всей Англии. Луи грустно смеётся. — Но мы всё же встретились, да? — говорит он. — Тогда, когда я уже смирился с тем, что никогда не увижу тебя. Гарри криво улыбается. — Лучше бы этого не происходило, — он не даёт Луи возможность ответить и быстро выходит из кабинета, сжимая измятые купюры в кармане.

хХх

Это уже вторая ночь подряд, когда Томлинсону приходится проснуться из-за Стайлса. Его будит громкий телефонный звонок, и номер неизвестен, но он отвечает, несмотря на то, что стрелка часов давно перевалили за отметку трёх. — Алло? — мужчина звучит сонно и тихо, и он слышит чьё-то громкое сбивчивое дыхание на другом конце. — Луи, — это Гарри, кто же ещё. — Луи, пожалуйста. Мне страшно. Его язык вновь заплетается, а голос жутко дрожит. Томлинсон догадывается, что Стайлс не в себе. — Гарри, что случилось? Откуда у тебя мой номер? — Луи поднимается с постели, удерживая телефон между плечом и ухом, и пытается натянуть на себя чистую одежду. — Пожалуйста, мне страшно, — Гарри всхлипывает, и сердце Томлинсона пропускает удар. — Тут холодно. И темно. Я не знаю. Луи, пожалуйста. — Что… Что ты видишь? — мужчина хватает ключи и выбегает из квартиры, быстро спускаясь по лестнице. — Гарри, скажи мне, что вокруг. Стайлс молча всхлипывает несколько секунд, и Луи слышит шуршание на том конце. — Здание. Фонари. Много. И вода. Я не знаю, Лу. Кажется, я на набережной? Я не знаю. — Хорошо, успокойся, — просит Томлинсон. — Я сейчас приеду, ладно? Не бросай трубку. Ты видишь что-то ещё? Какие-нибудь заведения? Рядом есть люди? Луи заводит машину и тут же разгоняется, забывая обо всех правилах. — Нет, я один, — шепчет Гарри. — Или не один. Луи, страшно, так страшно, — он звучит как испуганный ребенок, и Томлинсон прибавляет скорость. — Я, кажется, шёл к себе. Спать. Но потом… Луи. Мужчина сворачивает в сторону набережной, вспоминая, где в прошлый раз видел тот сломанный пикап. — Я еду. Не уходи никуда. Сиди и жди, хорошо? Просто… Оставайся там. Он не кладёт трубку, прислушивается к громкому дыханию и истеричным всхлипам, и через две минуты его машина останавливается у барьера. Луи быстро выходит из неё и бежит в сторону набережной, игнорируя холодный ночной воздух, кусающий за открытые участки кожи. Когда до пикапа остаётся всего несколько метров, он замечает чей-то силуэт на асфальте. — Гарри, я здесь, — шепчет мужчина, подходя ближе. Стайлс дрожит и плачет. Он еле поднимает голову, замечая Луи, и Томлинсон невольно морщится от запаха рвоты и пота. — Ты можешь встать? — спрашивает он, заранее зная, что Гарри сейчас бесполезен. Он беспорядочно двигает ногами, выгнутыми под неестественным углом, но никак не помогает процессу. Луи тяжело вздыхает и старается не обращать внимания на запах и пятна на одежде Стайлса, поднимая его на руки. Гарри тяжелый, и если перенести его из ванной в постель было не так трудно, то сейчас Луи надеется хотя бы не уронить парня. Стайлс бормочет что-то неразборчивое, похожее на «страшно», «холодно» и «пожалуйста, Лу». Его пальцы беспорядочно хватаются за одежду и волосы Луи, и он похож на ничего не понимающего младенца — лишь ёрзает, скулит и плачет. Томлинсон усаживает его на пассажирское сиденье, пристёгивает и сам обходит машину, чтобы сесть за руль. К счастью Луи, Гарри в какой-то момент отключается, поэтому перенести его в квартиру уже немного легче. Он раздевает парня, решая оставить душ на завтра, натягивает на него свои боксёры и укладывает под одеяло. Луи плевать, что они никем друг другу не приходятся. Он просто знает, что должен сделать с этим что-то, потому что в следующий раз, возможно, он не сможет — не успеет — помочь Гарри.