Так и не наставший Апокалипсис...

На безмолвную улицу опустилась ночь. Винчестеры и братья давно спали, в то время как Даша мучилась от бессонницы. Тревожные мысли не покидали ее головы. Холодная луна светила в приоткрытое окно. Она завораживала Люцифера своим безжизненным светом, сатана не мог оторвать глаз от этой красоты. Распахнутые ставни впускали в себя ночную прохладу, и робкий ветерок едва касался седых волос. Люцифер блаженно закрыл глаза. Это было первое полнолуние, которое он встречал в этом мире… Внезапно по щекам дьявола побежали мерзкие соленые слезы, которые застилали глаза и мешали смотреть на луну. Он не знал, почему он плачет. И Даше казалось, что плакал именно Люцифер, а не она. Луну медленно застилали серые облака, и Даша в этот момент непроизвольно сравнила себя с бледным спутником. Она настоящая сейчас была точно также укрыта лживой пеленой образа Дьявола. Старшая Скворцова села на кровати, спустив ноги на холодный пол. Непроизвольно у нее промелькнула мысль купить домашнюю обувь. Непозволительно громко она шаркла ногами по полу, холодный линолеум так и лип к ногам, и каждая половица норовила скрипнуть под весом Сатаны. Тихо выйдя из своей комнаты и неплотно прикрыв дверь, Люцифер стал осторожно спускаться с лестницы. Полная темнота полностью лишала зрения, поэтому приходилось обходиться, в основном, слухом и осязанием. Чуть не упав на последней ступеньке, Даша получила микроинфаркт и, держась одной рукой за сердце, а другой поддерживая равновесие, направилась на кухню, ибо ночной жор — это сила, которой даже падший архангел противостоять не в состоянии. Спать совершенно не хотелось. Девушка, сделав себе несколько бутербродов и чудом не порезав пальцы, взяла свое добро и отправилась в самое неподходящее для еды место — в студию звукозаписи. Даша, сев на стульчик от синтезатора, случайно уронила еду на очень чувствительные клавиши. И Даше показалось, что звук при этом был такой, будто в пункт приема стеклотары врезался Тунгусский метеорит. Помолившись Папочке, чтобы не услышали люди, Люцифер стал вгрызаться в несчастный кусок хлеба с колбасой; бедный Вадик, который будет утром все подметать. Но молитвы Сатаны до Бога не дошли, звук услышал младший Винчестер. Сэм почти не спал в эту ночь. Его мысли полностью занимал падший архангел. И все последние события роем летали в его голове, мешая погрузиться в мир Морфея. Вдруг за стенкой, в комнате Люцифера, он услышал шарканье, а потом и полноценный скрип. «Даже ради приличия не будет ходить ночью тихо» — подумал Сэм, как-то забыв, что ангелы и, в частности, архангелы, могут перемещаться в пространстве и времени. А тем временем скрип направился к двери, и Сэмюэль решил проследить за Дьяволом. Винчестер думал, что уже ничего не сможет его удивить, наивный… На его глазах Сатана, крадучась в собственном доме, с горой еды в руке свернул за угол и хлопнул дверью, надеясь поесть в одиночестве, но желанием Люцифера не дано сбыться. Сэм на цыпочках пошел за ним. Сказать, что Люцифер напугался — тупо промолчать в тряпочку. Он был в ужасе, когда услышал за своей спиной шаги. Быстро, в спешке, пряча еду в синтезатор с откидной крышкой, в барабаны, под отходящую половицу за микрофоном, Даша мигом вскочила с места, схватив первое, что попалось под руку. Это оказался табурет, на котором она сидела секунду назад.  — Отойди мразь черноглазая! У меня стул! Сэм, услышав такой крик, был уверен, что кричали не ему. Он, когда услышвл про демонов, проклял себя, что не взял с собой нож Руби. Прокрутив в голове экзорцизм, он резко повернулся, да так, что умудрился запутаться в собственных ногах. Состоявшийся грохот напугал Сатану до усрачки ещё больше. Это спровоцировало Дьявола разбить вдребезги табуретку в руках об пол так, что руки обхватывали только две «эбонитовые палочки». Сэм не выдержал и заорал, удивляясь, что он выразить свой лёгкий испуг весьма безматерными словами. Никто не проснулся… Даша только по голосу определила в мнимом демоне Винчестера.  — Это ты, Сэм? — тихо спросил в темноту Люцифер.  — нет, это не я, это Кроули!  — Ты меня очень сильно напугал!  — А не надо было орать про демонов!  — Так откуда я знаю, что это ты, а не Кроули? Я же тебя не вижу! Язвительные шепотки закончилось у обеих сторон, и Люцифер с Сэмом сели на две оставшиеся целые табуретки. Люцифер предложил охотнику перекусить, но тот отказался, мотивируя это тем, что он ночью не ест. Вдруг Люцифер пододвинулся поближе к стоявшему рядом синтезатору и тихо стал наигрывать мелодию. Сам же и подпевал ей. Задумывая черные дела, На небе ухмыляется Луна. А звезды, словно мириады стрел. Ловя на мушку силуэты снов, Смеётся и злорадствует любовь, И мы с тобой попали на прицел. Смотри же и глазам своим не верь, На небе затаился черный зверь, В глазах его я чувствую беду. Не знал и не узнаю никогда Зачем ему нужна твоя душа, Она гореть не сможет и в аду. Я же своей рукою Сердце твое прикрою, Можешь лететь и Не бояться больше ничего. Сердце мое двулико, Сверху оно набито Мягкой травой, а снизу Каменное, каменное дно.* - Пошли спать, Сэм, а то завтра не встанем, - Люцифер встал и направимся к выходу.