Венец творения 2191

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Мстители, Люди Икс, Первый мститель, Человек-Паук (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Баки Барнс, Чарльз Ксавье, Роберт "Бобби" Дрейк, ГГ - ОЖП. Много мутантов, героев, злодеев и прочих.
Рейтинг:
R
Размер:
планируется Макси, написано 264 страницы, 39 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Songfic Дружба Нецензурная лексика ОЖП ОМП ООС Повествование от первого лица Попаданчество Стёб Фантастика Экшн Элементы гета Юмор

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от Мертвые Кролики
«Интересная работа» от cat-without-smile
«Захватывающее произведением » от Betelgeuse044
Описание:
Мутанты - новая ступень эволюции, которая в итоге вытеснит обычных людей. А что делать "венцу творения", если его мутация позволяет контролировать чужие мутации? Как скоро этим "венцом творения" заинтересуются? И кто успеет первым убить или забрать его себе?

Посвящение:
Посвящается миру Марвел, моим подругам, поддерживающим меня и моё безумие. И, конечно же, посвящается читателям, которые поддерживают и вдохновляют меня своими отзывами!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Этот фанфик - смесь фильмов, мультфильмов, каких-то данных с википедий и прочих ресурсов. Потому мутанты у меня здесь - действительно мутанты, а не люди, которым дали мутации Наблюдатели. Впрочем, будут и те, кому мутации действительно достались от высших сил.
Обложка: https://pp.vk.me/c621931/v621931878/39924/3XcpFXZE_Xg.jpg
Альбом с артами к фанфику: https://vk.com/album-90795098_234029260
Песни к фанфику: https://vk.com/audios-90795098?album_id=76757068

10 глава

31 июля 2016, 06:39
      Если его давно не замораживали в криокамере и не обнуляли, он начинал что-то вспоминать. Всплывали цепочки ассоциаций, вызывающие у него смятение, панику… агрессию. Эти ассоциации, точно нити паутины, невесомо оплетали мозг и сдавливали его, даря вспышки боли… И вспышки воспоминаний. Когда боль уходила, Зимний солдат записывал вспомненное в свои блокноты. У него было много разных блокнотов с драгоценными воспоминаниями и всё это он прятал от Гидры. Он солдат, он выполняет приказы, но подсознательно почему-то не верит своему командованию. Где-то глубоко-глубоко внутри, что-то, чего не коснулся ни холод криокамеры, ни электричество при обнулении, каждый раз требовало восстать против этих людей. Против Гидры, спасшей и сделавшей его лучше. Зимний солдат не понимал, почему всё так, как оно есть, но безукоризненно выполнял данные ему задания.       Кроме этого. Убить Говарда Старка и его жену, устранить возможных свидетелей, забрать сыворотку. Что может быть проще на безлюдном шоссе, обладая пушкой и мотоциклом? Оказывается, даже такое легкое задание может стать в разы сложней. Машина Старков врезалась в дерево. Супружеская пара была уже в том возрасте, когда от столкновения машины с чем-либо больше страдаешь ты, чем транспортное средство. Зимний солдат слез с мотоцикла, направляясь к автомобилю с грацией хищника, уже знающего, что жертвы никуда не денутся… Но внезапный свет и поток ветра, вставший на пути ручного пса Гидры, стали полной неожиданностью. Обнаженная девушка среднего роста, такая худая, такая хрупкая, с длинными, чуть выше поясницы спутанными каштановыми волосами и затуманенными голубоватыми глазами, обладающая одновременно и славянскими чертами лица, и чем-то итальянским, легко увернулась от кулака Зимнего солдата, заставив его нахмуриться. Внезапная свидетельница явно пребывала мыслями не здесь и уворачивалась от ударов словно на автопилоте, играючи. Это дико разозлило пса Гидры. Его атаки стали быстрее и яростнее, но это мало исправило ситуацию. Когда её взгляд стал осмысленнее, Зимний солдат внутренне напрягся, готовясь к контратакам, но:       — Желание. Ржавый. Семнадцать. Рассвет. Печь. Девять. Добросердечный. Возвращение на Родину. Один. Товарный вагон, — она знала его код! Все мысли пропали из головы. Он так и держал руку, не достигшую её лица, вытянутой, беспристрастно отозвавшись:       — Жду приказаний, — странная девушка дала задание и убежала к машине, сначала потянувшись к багажнику. Забрала сыворотку, что-то сказала Старкам, а потом позволила ему вести её в безопасное место, где их пока не найдут. По дороге он поймал двух птиц, с трудом приходя в себя. В голове всё перемешалось из-за кода. Потом пещера, где девушка, съевшая птиц сырыми, что-то делает с ним, а после приказывает чутко спать.       Это были самые странные сны в его жизни. А может и не самые странные. Какие-то обрывки воспоминаний. Мчащийся куда-то раскуроченный товарный вагон и он, падающий в снежную бездну. Снег, окрашенный в алый. Адская боль от оторванной руки. Темные ели вокруг и испуганные глаза советского солдата. Его спасли. Его спасли. Его спасли… Спасли те, против кого он боролся бок о бок с кем-то. Запрограммировали, лишили прошлого. Гидра — враг, враг, враг… Подсознание агонизировало и кричало. Этот сон был одним полным страдания и боли криком подсознания о том, что действительно важно знать Зимнему солдату. Нет, так называли его они… а кем он был на самом деле? Даже имени своего у него не получалось вспомнить!       Из-под полуприкрытых ресниц плохо осознающий себя мужчина наблюдал за тем, как проснувшаяся девушка ходила туда-сюда по пещере и потягивалась. Вкупе с её голым видом, это было можно расценить как попытку соблазнения, но она же была уверена, что он спит. Переполненная этой уверенностью, она полезла к нему, за что тут же поплатилась: его бионический кулак врезался ей в живот. Зимний солдат совершенно не ожидал, что его рука пробьет её тело насквозь. Вчера девушка была куда крепче и ловчее, что же случилось сейчас?! Секундная паника исчезла, когда мужчина понял, что девушка может вот-вот умереть или потерять сознание от болевого шока, а потом умереть:       — Кто ты такая?! — вместо равнодушного и холодного тона получился рык. Эта девушка определенно была связана с Гидрой, иначе бы как она узнала код?! Тихая просьба девушки, вроде бы не спешащей терять сознание или умирать, остудила пыл Зимнего солдата. Он вытащил руку, а когда девушка стала заваливаться вперед, придержал её за плечи. Мир, до этого кажущийся невероятно ярким, громким и буквально вбивающимся в мозг контрастными ощущениями, словно потускнел, но мужчине было не до этого. Он ждал ответов на свои вопросы. Внезапное сожаление девушки по поводу её неспособности умереть не тронуло ничего в душе солдата, хотя позже, всего через несколько часов, эти слова не выходили из головы — ему нужно было знать об этой девушке всё. Кто она, откуда, как, зачем и почему. Она должна была ответить на все его вопросы… Но почему тогда в добыче ответов он не прибегал к насилию, как делал это на миссиях? Почему не спешил причинять ей вред? Почему вместо нормальных вопросов, он начал спрашивать всякую чушь?! Какое ему вообще дело до того, почему она в таком виде и почему он должен верить ей?!       Селма. Было ли это её настоящим именем, сокращением от настоящего, кличкой данной кем-то из близких или ученых, какой-то аббревиатурой или случайно выбранным только сейчас именем — неизвестно. Сколько ей лет — неизвестно. Уроженка какой страны — неизвестно. В какой лаборатории находилась — неизвестно. Зато известно, что она мутант, каким-то неведомым образом знающая об одном из самых засекреченных дел Гидры, а именно о нем, Зимнем солдате и его коде. А ещё она знает как ему помочь. Какая-то школа Чарльза Ксавьера может предоставить им убежище и помощь. Это звучало слишком фантастично и не укладывалось в голове. И снова на каждый вопрос в голове было одно ёмкое «неизвестно»: откуда она знает о Зимнем солдате, его коде, о школе какого-то Ксавьера, какая у неё способность, как она сбежала, какие эксперименты над ней проводили, как давно держали в лаборатории, насколько она отстала от мира, насколько она адекватна, насколько приспособлена к выживанию в этом мире.       Пока Зимний солдат точно знал, что эта девушка совершенно не стыдится своего внешнего вида, не умрет от пробивания своей брюшной полости и потери крови, может питаться многим, раз уж съела только что убитых птиц, даже не пожарив их, а лишь общипав, а ещё, предположительно, обладала способностями менять чужие тела: сыворотки суперсолдата дали результат, которого не должно было быть. Бионическая рука, подвластная нервной системе, пробила живот девушки не только потому, что солдат считал девушку более крепкой, но и потому, что импульсы от мозга стали сильнее. Сам солдат стал сильнее. Нужно было теперь заново учиться соизмерять свою силу, но её обретению мужчина даже был почти рад. Почти, потому что неизвестность удручала, а новая знакомая вызывала легкое раздражение и крайнее недоверие. Кто она вообще такая? Если бы он был в более плохом расположении духа и ему во сне не пришел крик от подсознания, то его реакция на девушку была бы иной. Он бы её убил, особо не заморачиваясь… но хорошо, что он этого не сделал. Что-то, наверное, интуиция или шестое чувство подсказывали, что эта девица поможет ему освободиться из силков Гидры.       Я — Селма, и я переверну всю твою жизнь с ног на голову, особо не напрягаясь. Играючи и шутя, — словно под этим лозунгом девушка безжалостно и беспощадно вошла в жизнь Зимнего солдата. И не сказать, чтобы он особо об этом пожалел, разве что в первые два-три дня знакомства.       Её неожиданные реакции, шутки, фразы, поведение… Она не вписывалась в привычную картину мира молчаливого и безжалостного исполнителя, коим вынужденно был Зимний солдат до прихода Селмы. Её внезапный уход после того, как он высказал ей своё недоверие, здорово огорошил его. Он был один, был растерян и мучаем головной болью, смутными ощущениями и накатывающими, словно волны, воспоминаниями, которые сливались в один сплошной неразличимый шум. Он не знал, что ему теперь делать и куда податься. Растерянный, потерянный, брошенный. Он сам не понял, как пошел за ней. Но это оказалось самым верным решением из всех, когда-либо принятых им в своей жизни, которую еще предстояло вспомнить и начать с чистого листа. Зимний солдат поможет Селме, а Селма поможет ему. Её постоянное присутствие рядом отвлекало от шума в голове и помогало медленно вливаться в окружающий мир. Не выискивать жертв или врагов среди гражданских, а пытаться держать себя в руках, когда она прижимается к нему или раздражает своими дерзкими репликами в его адрес.       Селма была странной. Это стало известно Зимнему солдату ещё в подвале случайного дома, используемого им для схрона. Селма обладала неутолимым аппетитом. Выяснено это было всё там же. Селма была пошлой, не обремененной моралью и воспитанием, бесстыдной и даже слегка безумной. Это стало известно ему еще до появления агента Гидры, пришедшего по их души. Селма действительно мутант. Один из сильнейших мутантов с самой пугающей способностью из всех, которые только можно было придумать. То, что её выворачивало от голода, от него же сносило крышу и то, что на преобразование кого-либо ей требовалось время, обычно довольно много, не умаляло того факта, что она опасна. По-настоящему опасна. Как только Гидра, или кто там еще мог держать её в стенах лаборатории, упустили такой экземпляр? Она любого могла сделать непобедимым, бессмертным, сильнейшим. Могла создать целый отряд сверхлюдей за сутки и непобедимую армию за чуть большее время. Либо Селму в лаборатории держали полнейшие идиоты, либо Баки, вспомнивший своё имя, пусть и не полностью, чего-то не знал. Селма была мощью, работающей на еде. Не нужно было ни дорогостоящей аппаратуры, многих лет исследований и подбора материала, ни огромных денежных затрат — еда не так дорога, как живые ресурсы или специальное оборудование. Когда Селма превращала агента Гидры в крысу, Баки сидел на кровати и смотрел в пространство невидящим взглядом. Масштаб проблемы, сидящей на полу со светящимися непонятно от чего руками и управляющей превращением, выходящим за рамки возможного, поражал. Более того — пугал. Эта чертова девчонка хоть понимает, что она величайшая драгоценность в мире?! Люди войной пойдут друг на друга, уничтожат весь мир в погоне за её способностями! Она настолько ценна, что это просто невероятно… а она все еще переживает из-за дразнилок в детстве по поводу своего необычного для Советского союза имени и просит просто доверять ей… Идиотка, не осознающая своего могущества и опасности, угрожающую ей.       Как Зимний солдат может доверять такой, как она? А Баки? Может ли ей доверять Баки?       Он совершенно запутался. Оставляя едва дышащую девушку на полу, он подхватил крысу и покинул комнату, заперев её на ключ. Нужно было купить еды для этого «сокровища» и избавиться от крысы. Заодно проветриться и понять, что делать дальше. О Селме не должны узнать. Идеальным вариантом было её убить, но… нет, Баки точно нужно проветриться.       Вернувшись в номер и обнаружив, что он очищен от кусков мяса и кожи — закон сохранения энергии, на радость все еще ошарашенного солдата, работал даже при таких фантастических явлениях — да и крови уже меньше: быть может, она просто впиталась в пол, Баки задал самый глупый вопрос из возможных. У девушки явно не хватило бы сил убраться. Её окровавленную одежду, лицо и волосы Баки комментировать не стал. Как и не стал озвучивать вслух пришедшую в голову догадку. Он знал, что Селма неприхотлива в еде, но не знал, что настолько.       Зимний солдат был крайне недоверчив, и у него были на то причины. Он не доверял девушке, проведшей десять лет в лаборатории, но так здорово ориентирующейся в мире, обладающей такими способностями… Да, всё упиралось в способности Селмы и то, что она не говорила ему всего, определенно скрывая что-то. Баки нутром чувствовал, что у его спутницы есть тайна. И тайна эта куда фантастичнее её способностей, в этом мужчина не сомневался. Каждое действие, почти каждая реплика бывшей подопытной вызывали кучу вопросов и подозрений. Зачем она в интернет-кафе искала музей какого-то Капитана Америки? Зачем ей это? Еще и подпевала какой-то песне в кафе, привлекая ненужное внимание. Откуда она вообще её знает?       Селма любила шутить, но покладисто согласилась не затрагивать тему слив, о покупке которых Баки уже сто раз пожалел, хоть и подозревал, что девушка стала бы шутить по поводу любого другого фрукта, какой бы не оказался в руках мужчины, если сам солдат не будет напоминать о её полном имени. Селма не любила рассказывать всего и пояснять на пальцах простые и ясные для неё вещи, но отчаянно хотела установить с кем-то доверительные отношения. Баки не менее отчаянно боялся довериться. Увы, девушка старательно не оставляла ему иного выбора, кроме как удовлетворившись каким-нибудь туманным ответом, делать так, как хочет она. Выбивать ответы из Селмы солдат даже не думал, пусть это и было заманчивой идеей. Их отношения только-только начали налаживаться, не хотелось бы рассориться с девушкой из-за собственной подозрительности и раздражительности.       Он вспомнил не всё. О, далеко не всё, но собственная почти смерть и какие-то яркие моменты со Стивом вспыхнули в голове. Его словно ударили чем-то тяжелым. Он мог лишь слушать Оливера и смотреть на безликие манекены, одетые в искусно созданные копии формы их отряда. Только лишь копии… Это было слишком для него! Столько лет быть Зимним солдатом, человеком без жалости и ужасом всех врагов Гидры: настоящих или потенциальных… и в одно мгновение стать Джеймсом Бьюкененом Барнсом.       Самым поганым было то, что Селма, похоже, знала всё с самого начала. Неизвестно, в какой момент решила привести его сюда, но она знала и о нем, и об этом месте. Неизвестно, она такая хреновая шпионка неясной организации, весьма тупой и недальновидной организации, раз такой ценный ресурс отправляют на задания, которые вполне может выполнить менее ценный человек, или такая искусная шпионка, зачем-то раскрывающая себя? Баки не мог определить, кто девушка рядом с ним: враг или друг? Если бы она рассказала ему правду, какой бы невероятной та не была, ему бы стало легче ей довериться.       Нападение наемников прошло как-то… никак. Зимний солдат остался абсолютно равнодушен к происходящему. Ни его сердце, ни рука не дрогнули, когда он стрелял через Селму, выступившую против его поступка. Она знала, что он собирался делать: то ли была такой проницательной, то ли имела понятие о его предыдущих миссиях. Краем сознания мужчина удивился тому, что Гидра предпринимает какие-то вялые попытки вернуть его и завладеть девушкой, укравшей у них сыворотку. Может быть у них нашлись дела поважнее? Проблемы с правительством или их кто-то припер к стенке? Баки не знал точно, мог лишь предполагать.       Зимний солдат заметил, что слишком часто задает глупые вопросы этой девушке. Она словно делает его… глупее? К удивлению Баки, Селма не стала бросаться на него в попытке отомстить за боль, не стала сыпать угрозами, ругательствами и обвинениями. Всего один раз врезала ему. От переизбытка чувств у неё не находилось слов, в чем она и призналась, но быстро заткнулась, опустив голову. Её лицо закрыли волосы, представляющие из себя жалкое зрелище. Баки не знал, чего ждать, слабо веря в то, что девушка успокоилась сама:       — Селма… — имя вырвалось у него так легко и естественно, словно он уже тысячу раз звал её по имени. Девушка вздрагивает, раздраженно поводит плечом и порывисто просит заткнуться, искренне сообщая, что он бесит её. Это вызывает у него усмешку, которая быстро исчезла, когда Селма продолжила говорить. Выяснилось одно из ограничений её способностей: она не может преобразовать мертвые организмы. Насколько много этих ограничений? Баки не знал, но очень хотел бы.       Медленно информация об Ансельмине накапливалась. Зимний солдат всё так же не доверял ей и опасался, но хотел узнать лучше, хотел понять, может быть.       Селма была отходчивой и необидчивой. Она первая заговорила с ним. Умела признаваться в своей слабости и не стыдилась этого. Она попросила о том, чтобы он дал пару уроков самообороны. Баки не знал на сколь долгий срок задержится в школе Ксавьера, но согласился. Селма была любопытной. Спрашивать у профессионального убийцы целовался ли он с 1945 года? О, Селма была способна и не на такое. Еще она была способна на то, чтобы передразнивать его. Это было так по-детски и так… мило? Селма не очень любила распространяться о себе, но всё-таки кое-какую информацию из неё удалось выудить. Её слова были чистой правдой, но в них верилось с трудом. Когда это в Америке завелись лучшие специалисты по вопросам раковых опухолей?.. Хотя, Зимний солдат не очень интересовался этими вопросами, может он отстал от жизни?       Петь с девушкой было весело. Её голос не оказался красивым как у певиц, но был громким и полным эмоций. Она так старательно отдавалась процессу, что Баки неожиданно для себя присоединился к ней… пока Ансельмина не испортила всё своей пошлой песней. Сержант сам был удивлен, когда начал бороться за нравственность. Откуда в нём это?..       Спорить с девушкой оказалось ничуть не менее весело, чем петь. Селма была слишком веселой и легкой на подъем, чтобы всерьез с ней ругаться из-за несерьезных вещей. А еще она хотела показать ему какие-то фильмы. Это было так же мило, как и её детские заскоки. Так и хотелось покровительственно растрепать её волосы. Барнс сам не заметил, как начал опекать эту девчонку. С проснувшимися воспоминаниями он сам стремительно просыпался, менялся. В этом несчастном случае с автобусом Ансельмина показала себя с другой стороны: серьезная и собранная — настоящий доктор, давший клятву Гиппократа. За недолгое знакомство Баки нечасто видел эту девушку серьезной…       Селма оказалась мстительной и злопамятной. Этот факт стал известен, когда на дороге остановился разноцветный фургон с весьма эксцентричной молодежью. Баки мысленно зарекся ссориться с этой девушкой — у неё слишком хорошая память и слишком плохой характер.       Баки не думал, что будет волноваться… Но он волновался, стоя у ворот загадочной школы Ксавьера. Волновалась и Селма, но она всё взяла в свои руки. Да, так было лучше, сам Зимний солдат сомневался, что у него получится нормально общаться с людьми. Девушка снисходительно относилась к его заскокам, а вот кто-то другой мог и не быть таким понимающим. Хэнк Маккой не понравился Барнсу, потому что чувствовалась в нем сила и опасность. Солдат каждый раз, когда Хэнк открывал рот с клыками, дергал рукой к кобуре с пистолетом. «Это школа, это школа, он не враг, нельзя его застрелить» — но рука все равно была близко к кобуре, чтобы в любую секунду достать оружие и всадить несколько граммов свинца в тело синешёрстого мутанта.       Барнс кропотливо составлял портрет Селмы в своей голове и изучал её способности, потому сейчас, шутя и язвя, он пытался понять из-за чего она так хочет нивелировать мутацию? Да, он сохранил и костяной клинок, и яд-сыворотку-правды, потому что это действительно отличный козырь в случае чего. Тем более, эта мутация ему нисколько не мешала. Но почему это так не понравилось Селме? Какие-то личные заморочки и принципы или… может быть инстинкты? Девушка стала проявлять нервозность и беспокойство и это уже было нельзя списать на переживания перед встречей с Чарльзом Ксавьером. Она чувствовала себя неуютно, зная о том, что оставила кому-то мутацию… Или Баки лишь выдумывает? Спросить у девушки напрямую не было возможности.       Зимний солдат не мог поверить в то, что ему понравился человек, способный залезать в головы других людей. Чарльз Ксавьер был человеком со своими убеждениями и принципами, со своими понятиями о чести и морали. Не сказать, чтобы Баки полностью был согласен с ним, и так уж хорошо его узнал, но честность и отзывчивость инвалида подкупили его. Мужчина не мог поверить в то, что он свободен от оков Гидры. Он больше не отзывался на код…       — Твое подсознание и сознание повреждены. Я стер код, программу и гипноз, но у тебя могут быть проблемы, — без обиняков и утаек начал говорить Чарльз, смотря на Баки с сочувствием. Барнс вынес для себя то, что его психика слишком повреждена, то, что директор этого заведения уничтожил программу Гидры, и то, что на восстановление психического здоровья понадобится примерно полгода. Баки обещались вспышки гнева, «падения» в неконтролируемое состояние. Тормоз в виде кода и программы исчез, и теперь мужчине предстояло самому пытаться контролировать себя. Сейчас он опасен, ему нужна помощь. Психологическая помощь. Чарльз предложил Баки больше времени проводить с Селмой: в случае чего она не умрет и не обидится, отходчивая, пусть и мстительная. Плюс к этому такая, как она, энергичная и не умеющая долго зацикливаться на плохом, поможет реабилитации куда больше какого-нибудь типичного психиатра. Барнс и сам был не против такого расклада: девушка была все еще ему интересна, ведь он почти ничего о ней не знал, тем более у него появилась новая цель. Селма слишком опасна и слишком драгоценна, пусть и не осознает этого, потому он защитит её от мира, а мир от неё. Что-то, наверное, чувство справедливости, ликовало внутри от принятия такого решения.       Хэнк показал Барнсу его комнату, сказав что Селма будет жить по соседству… Когда Баки зашел в её комнату, чтобы узнать как прошел её разговор с профессором, мужчина понял одно: всё плохо. Разговор с профессором явно расстроил девушку. И напугал. Она была в предыстеричном состоянии. Слова так и срывались с её губ со скоростью пулеметной очереди, а сама она ходила туда-сюда, демонстрируя свою нервозность. Зимний солдат не умел успокаивать девушек, Баки не помнил как это делать. Пришлось импровизировать… Селма впервые была с ним настолько откровенна, и Баки очень хотел верить, что такие разговоры еще будут. Девушка сильно уморилась, потому вскоре уснула. Хэнк устроил экскурсию Зимнему солдату, показал свою лабораторию и их особую тренировочную комнату, которую мужчина оценил по достоинству. Маккой не вызывал больше того отторжения, но Баки все равно не мог до конца расслабиться в присутствии этого мутанта.       Прошла всего неделя. Какая-то неделя… Баки в полной мере понял свою опасность для окружающих на тренировках с Селмой. Он был безумно благодарен этой девушке за то, что она терпела его. Он просто не мог совладать с собой, проваливаясь в воспоминания, словно раз за разом выполняя задания на ликвидацию цели, и ничего не мог с собой поделать. Он видел лишь очередную цель, которая пыталась убежать, которая ругалась на него или молила о пощаде. Иногда у девушки получалось дозваться до разума Барнса, иногда нет. Ему было страшно. А если бы на месте Селмы был кто-то другой, не такой бессмертный?.. Ему было и страшно, и стыдно, и чувство благодарности жгло душу. Баки уже мог простить этой девушке всё что угодно, потому что она терпит его и не шарахается от него по углам, хотя должна была так делать! Он же столько раз пытался её убить, пусть и не совсем умышленно…       Баки теперь было страшно представить, чтобы случилось, не появись эта совершенно бесстыдная и безбашенная девушка на той автотрассе. Как бы сложилась его дальнейшая жизнь без Ансельмины Кристины Облако? Сейчас он осознавал себя Джеймсом Бьюкененом Барнсом, его воспоминания медленно, но верно возвращались к нему, пусть еще и были вспышки гнева — «соскальзывания в режим берсерка» как это называла девушка — у него был временный дом и даже работа. Скорее всего, он так и останется в школе, может со временем начнет муштровать юных мутантов, как только убедится в своей безопасности для окружающих. Его жизнь, которую он вспоминал, стала прошлым. Просто занятным прошлым. А сейчас он начинал жизнь с нового листа, собственноручно строил своё будущее. Баки не покидала уверенность в том, то это будущее будет неразрывно связано с Селмой. Если бы сейчас она попросила его довериться ей, он бы… доверился.
Примечания:
Вот такая почти обзорная вышла глава. Буду рада вашим отзывам =)
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.