Венец творения 2193

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Мстители, Люди Икс, Первый мститель, Человек-Паук (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Баки Барнс, Чарльз Ксавье, Роберт "Бобби" Дрейк, ГГ - ОЖП. Много мутантов, героев, злодеев и прочих.
Рейтинг:
R
Размер:
планируется Макси, написано 264 страницы, 39 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Songfic Дружба Нецензурная лексика ОЖП ОМП ООС Повествование от первого лица Попаданчество Стёб Фантастика Экшн Элементы гета Юмор

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от Мертвые Кролики
«Интересная работа» от cat-without-smile
«Захватывающее произведением » от Betelgeuse044
Описание:
Мутанты - новая ступень эволюции, которая в итоге вытеснит обычных людей. А что делать "венцу творения", если его мутация позволяет контролировать чужие мутации? Как скоро этим "венцом творения" заинтересуются? И кто успеет первым убить или забрать его себе?

Посвящение:
Посвящается миру Марвел, моим подругам, поддерживающим меня и моё безумие. И, конечно же, посвящается читателям, которые поддерживают и вдохновляют меня своими отзывами!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Этот фанфик - смесь фильмов, мультфильмов, каких-то данных с википедий и прочих ресурсов. Потому мутанты у меня здесь - действительно мутанты, а не люди, которым дали мутации Наблюдатели. Впрочем, будут и те, кому мутации действительно достались от высших сил.
Обложка: https://pp.vk.me/c621931/v621931878/39924/3XcpFXZE_Xg.jpg
Альбом с артами к фанфику: https://vk.com/album-90795098_234029260
Песни к фанфику: https://vk.com/audios-90795098?album_id=76757068

27 глава

23 июля 2017, 02:39
Примечания:
WARNING!WARNING!WARNING!
Критическое количество романтики во второй половине главы. Кто предупрежден, тот подготовлен. Кто подготовлен, тот не жалуется в отзывах на отсутствие движухи, потому что она вот-вот начнется, просто автору было важно начать отношения главных персонажей до всей движухи.
Спасибо за внимание.
Я прижалась щекой к кожаной куртке Баки и смотрела на то, как мимо проносится поток машин, улицы, прохожие. Урчание мотоцикла подо мной навевало воспоминания. Я прикрыла глаза и даже на секунду услышала призрачный смех - свой собственный смех - и почувствовала ветер в своих волосах, как когда-то давно. - Держись крепче, - с толикой азарта в голосе попросил Барнс. Мне не оставалось ничего иного, как крепче вцепиться в сержанта, старательно пытаясь отогнать чувство дежавю и чертову ностальгию. Баки прибавлял скорость и ему это безумно нравилось. Нравилось это и мне. Восторг начал захлестывать с головой, когда мы разогнались. Я не боялась. Не потому, что не могу умереть, а потому, что доверяла Баки. Мы домчались до пиццерии на набережной Гудзона в мгновение ока. Пожалуй, мы останавливались только на светофорах (правда не ручаюсь за то, что мы не пропустили парочку). У Баки после поездки глаза блестели озорством, как у нашкодившего мальчишки, чье злодеяние еще не раскрыли. Я улыбалась, чувствуя себя если не абсолютно счастливой, то близко. - Это здорово, Баки! - мне хотелось смеяться от восторга и опьяняющего чувства счастья, свернувшихся теплым комочком внутри. Я шутливо ударила Барнса в плечо, на что он лишь улыбнулся, галантно подставляя мне локоть и предлагая пройти в пиццерию, которая уже у входа выглядела заведением приятным и уютным. Особенно мне понравились клетчатые скатерти и стены с отделкой под каменную кладку. Было в этом особенно очарование. В неизменной футболке AC/DC и купленных в прошедшем августе джинсах, я взявшись за предложенный локоть вечного джентльмена, вошла в эту уютную пиццерию. И тут же чуть не подорвалась к столику у окна, выходившего прямо на блестящую в солнечных лучах реку. Барнс не был телепатом, но у меня был слишком красноречивый взгляд. Мы заняли тот самый столик, на который пало мое внимание с самого порога. Скоро к нам подошел официант и предложил меню. Открыв последнее, я с хитринкой посмотрела на Барнса, который стянул свою куртку и повесил её на вешалку рядом со столиком. - Если собираешься создать дыру в моем бюджете своим неуемным аппетитом... то не могу тебе отказать. В крайнем случае придется звонить Скотту и просить его одолжить мне денег, - усмехнулся Баки, правильно истолковав мой взгляд. Я счастливо улыбнулась, тут же сделав вид, будто заинтересованна исключительно меню. Пожалуй, даже не пришлось делать вид, мне действительно было интересно, что предлагает эта пиццерия. Ничего выдающегося, на самом деле, но цены демократичные, да и на выбор пожаловаться нельзя. Когда я озвучивала заказ официанту, он не удержался и поинтересовался, подойдет ли кто-нибудь еще. И был несколько озадачен, когда Барнс с непередаваемым наслаждением в голосе ответил, что нет, никто больше не подойдет. Мне начинает казаться, что Баки доставляет удовольствие издеваться надо мной и над окружающими тоже. А вроде бы был таким приличным человеком, а на деле тот еще тролль. И ведь не обидишься на него, он такой харизматичный стервец! - Как там дела? - поинтересовалась я, когда озадаченный официант скрылся из поля зрения. Тонко улыбающийся, хотя скорее усмехающийся Барнс, пожал плечами. - Всё как обычно. Профессор Ксавьер носится наперегонки с учениками, но это ты помнишь, - начал перечислять Баки. Я кивнула, с улыбкой слушая сержанта. Всё-таки общаться в живую не тоже самое, что по телефону. А про спортсмена-профессора я могла сказать лишь то, что он будто наверстывал всё время, которое был прикован к инвалидному креслу. Серьезно! Даже дети были менее активными, чем он! Но мне ли осуждать Ксавьера? Я-то после лаборатории тоже была, пожалуй, несколько жадна до всего и неуклюже восстанавливала навыки общения. - Хэнк гордится тобой и надеется, что когда-нибудь ты познакомишь его с Коннорсом, - на этих словах Баки не поморщился, не дрогнул ни одним мускулом, даже голос его был почти ровным, но чувствовалось какое-то напряжение. Я нахмурилась, с недоумением посмотрев на друга. Вот опять, опять он начинает заморачиваться! И я не понимаю из-за чего. Я, вроде, не косячила... Проблема в Коннорсе? Или в чем? - Баки, что не так? Скажи прямо, - настойчиво попросила я, заглядывая в глаза сержанта. Он посмотрел на меня долгим взглядом... и отвел глаза, посмотрев на реку за окном. Молча. Я начала раздражаться. - Тебе не нравится Коннорс? Дело в нем? - продолжила допытываться, не собираясь отступать. Не люблю, когда есть какие-то недомолвки. - Нет, дело не в Коннорсе, - несколько раздраженно отозвался Баки, вновь посмотрев на меня. Повисло невысказанное "дело в тебе"... Или мне лишь показалось? Когда я стала такой мнительной? Я замолчала, выжидающе смотря на Барнса. Он смотрел в ответ и, по всему выходило, что не спешил продолжать разговор. Вовремя появился официант с едой. Или невовремя, это с какой стороны посмотреть. Я не хотела оставлять поднятую тему, но вроде как и ссориться с Барнсом - тоже. Так что метаясь между двумя противоречащими друг другу желаниями, я просто решила, что всегда могу докопаться до друга как-нибудь потом, а сегодня просто наслаждаться прекрасным воскресным днем. И обедом за чужой счет. Официант отходил от нашего столика каждый раз с идеально круглыми от удивления глазами. У несчастного рвались шаблоны. Отметка моего настроения вновь поползла вверх, да и Баки вроде отошел от нашего недавнего разговора, иногда усмехаясь уголком губ. Он тоже провожал нашего официанта насмешливым взглядом, как и я. Барнсу повезло во многом. Во-первых, я уже поела, когда он забрал меня из общежития. Во-вторых, в кафе были демократичные цены, в-третьих, весьма большие порции. Ну и в-четвертых, я не собиралась проедать всю зарплату Барнса, хотя вполне могла это сделать чисто из вредности. Но нет, после порции пасты, трех пицц и двух десертов я соизволила остановиться. Чувство насыщения не пришло, но состояние, когда ты вроде наелся, а вроде в тебя влезет еще много чего вкусного, заполнило меня всю. В принципе, именно это чувство и считается насыщением, разве нет? - Ты не заболела? - обеспокоенно поинтересовался Баки, чем ввел меня в кратковременный ступор: настолько обеспокоенно и заботливо у него получилось! - Так мало съела, - добавил он, не сумев или не захотев скрыть издевательской ухмылки. Мне искренне захотелось бросить в него стакан. - Звони Скотту, - с усмешкой, отозвалась я. Барнс озадаченно посмотрел на меня, перестав ухмыляться. - Зачем? - не понял он, даже чуть нахмурился. Я торжествовала, продолжая злорадно улыбаться. Но тут же попыталась состроить невинное выражение лица. - Как же? Ты предлагал мне ни в чем не отказывать моему аппетиту, так что скоро тебе придется занять у него денег! А я пока еще разок проштудирую меню, - с наслаждением пояснила я, так и не сумев изобразить самую невинность. Актриса из меня всегда была так себе. Баки подзавис на пару секунд, а потом усмехнулся, откинувшись на спинку стула и смотря на меня не то с весельем, не то с признанием своего поражения. Я была такой довольной, будто сорвала куш в лотереи, а не просто переговорила этого засранца. В конце концов, мы не стали ничего более заказывать, кроме счёта. Баки быстро расплатился, и мы вышли на улицу. Прохладный влажный ветер тут же подул в лицо, растрепав мои волосы. Запах воды, далекий шум машин и протяжный гудок проплывающего мимо судна, высотки на другом берегу, чернеющие на фоне безоблачного неба... - Не замерзла? - ровно поинтересовался Баки, вопреки своему безразличному тону накидывая на мои плечи свою куртку. Заботливо так. Я усмехнулась своим мыслям, придерживая накинутую куртку руками. Не могу поверить, что когда-то считала, будто мы с Баки даже приятелям не станем. Еще два года назад мы были друг другу никем, а сейчас?! А сейчас он "мамочка Барнс", а я его вечная головная боль! Ирония судьбы, не иначе. Хотя я уже говорила, что у меня особые отношения с Фортуной и Судьбой. - Нет, на улице тепло, - улыбнулась я, оборачиваясь. Баки задумчиво смотрел вдаль, думая о чем-то своем. Я даже не уверена, что мои слова дошли до него. А про то, что на улице тепло, я не врала. Осень в Нью-Йорке была довольно мягкой, тем более сейчас лишь начало сентября. Моргнув, Барнс медленно опустил голову, посмотрев на меня. Словно очнувшись от своих мыслей, он улыбнулся уголками губ и отшагнул от меня. - Не согласишься поехать со мной кое-куда? Я хочу тебе показать... несколько мест, - галантно предложил Баки. Такой джентльмен! Я не сдержала смешок, продевая руки в рукава куртки, а после хлопая друга по плечу. - В чем вопрос? Я в полном твоем распоряжении! Баки ответил на мои слова какой-то странной улыбкой. Мне даже стало интересно, о чем он там подумал, но этот интерес быстро пропал, когда сержант протянул мне мотоциклетный шлем. Мы сели на байк, я уже привычно ухватилась за железобетонный торс друга. Мотор взревел, и мы понеслись по дороге неизвестно куда. Точнее, куда мы неслись, знал лишь Барнс. Справа блестела в солнечных лучах река, впереди виднелся мост через пролив Ист-Ривер, соединяющий Манхэттен и Бруклин. Я удивилась. Не знаю, чему именно: собственной недогадливости или тому, что Баки везет меня туда? Туда, где прошло его детство и юность. Интересно, а он бывал там с тех пор, как сбежал от Гидры? Или сегодня первый раз?.. Глупости какие, наверняка ведь бывал! Или нет? Зная Баки, он мог долго мучиться, принимая подобное решение. Всё-таки у него непростые взаимоотношения с собственным прошлым. Я прижалась к спине Барнса, то ли жалея его, то ли выказывая молчаливую поддержку. Какая разница который раз сегодня Баки посещает Бруклин? Главное, пожалуй, это то, что Баки хочет мне там показать. И почему-то меня это странно волнует. Потому, что Баки не часто открывает мне свою душу? Когда у подъезда к мосту мы свернули налево, я даже поразилась. Мы едем не в Бруклин? Изначально туда не ехали, или Баки передумал в последний момент? Но нет, мы повернули так, словно это изначально и задумывалось. Я была в смятении из-за того, что мои предположения не подтвердились. Вдалеке виднелся знаменитый Бруклинский мост, старейший подвесной мост в Нью-Йорке и одна из его визитных карточек, появляющаяся чуть ли не во всех голливудских фильмах. Да и не только голливудских, пожалуй. Баки набрал скорость, но потом сбросил её, заметив полицейских, спокойно обедающих за столиком на улице. Ну да, не стоило превышать скорость, когда тебя могут запалить. Я усмехнулась, наслаждаясь поездкой. Это отдавало каким-то мазохизмом: наслаждаться поездкой на мотоцикле, при этом терзаемая грустными и в тоже время счастливыми воспоминаниями. Пожалуй, это и было мазохизмом, но я отмахивалась от этого. Мне было хорошо. Грустно, но хорошо. Когда мы подъезжали к Бруклинскому мосту, я уже ожидала, что мы поедем дальше, но Баки свернул на мост. Всё-таки Бруклин, да? Устав смотреть на реку, я повернула голову в другую сторону, смотря на пешеходную дорожку, находящуюся на возвышении между двумя потоками машин. Велосипедисты, пешеходы, туристы. Преодолев мост, мы повернули направо, снова придерживаясь реки, пока не доехали до Бруклин Хейтс Променад. Тихое место, зеленый островок спокойствия в бурном городском потоке. Дяде нравилось это место, пусть он и не часто мог выбираться из больницы. Да что за день ностальгии у меня сегодня?! Мы припарковались и отправились на прогулку. Молча. В общем-то, я не знала что сказать и не думала, что стоит это делать. Баки же молчал, потому что размышлял? Или тоже не знал, что сказать? Преодолев не такие уж пустынные, но всё равно не забитые людьми тенистые аллеи, мы вышли к реке. Здесь тоже встречались туристы и просто отдыхающие люди, всё-таки вид на Манхэттен, статую Свободы и Бруклинский мост здесь был просто шикарным, но здесь не было толкучки. Настойчиво преследовало ощущение умиротворения, которым веяло от этого места. - Дядя рассказывал, что Бруклин Хейтс Променад построили в 1953 году, - сообщила я, подойдя к перилам и посмотрев вниз, на воду. Такая бесполезная справка, факт для общего развития. Хотя, для человека, бывавшего здесь до означенного времени, это может и значить что-то?.. А для человека, бывшего здесь вообще в будущем и другом мире?.. Баки встал рядом со мной, тоже посмотрев вниз. - Ты бывала здесь с дядей? - поинтересовался он ровно, но искру интереса от него я все равно почувствовала. Улыбнувшись, я кивнула. - Пару раз. Его нечасто выпускали из больницы, но всякий раз он стремился именно сюда. Здесь... спокойно, - пожала я плечами. Мне всегда больше нравились музеи и парки аттракционов, или тот же Центральный Парк с его зоопарком. В юности я не любила Бруклин Променад, хотя сами старые районы Бруклина с различными старинными особняками мне нравились. Но сейчас, находясь здесь спустя столько лет и возвращение в прошлое в другом мире, мне тоже было спокойно и легко. Теперь, пожалуй, я понимала стремление дяди к этому месту. В этом месте дышалось легко. И думалось иначе. - Расскажешь о своей семье? - поинтересовался вдруг Баки, сложив руки на перилах, касаясь моего локтя своим. Я удивленно вскинула голову, посмотрев на друга. С чего вдруг такой интерес? Очередной допрос? Или простое любопытство? Я передернула плечами. Мне всё равно скрывать особо нечего, все козыри я раскрыла давным-давно. - А ты о своей? - полюбопытствовала я в отместку, не желая рассказывать вот так сразу. Нужно же поерничать для виду. Внезапно для меня Баки улыбнулся и... действительно начал рассказывать. О своём детстве, о матери, о Стиве. О том, как раньше бегали сюда, когда об асфальте и лавках, милых аллеях здесь не шло и речи, а был лишь спуск к речке через кусты и деревья. Я слушала, не перебивая, лишь в какой-то момент взяв Барнса за руку, пытаясь подбодрить его таким не хитрым способом. Рассказ оборвался так же неожиданно и спонтанно, как и начался. Когда Баки замолчал, я поняла, что настала моя очередь рассказывать о себе. И я рассказала. Про мать-итальянку, которая была домашним деспотом, но при этом я всё равно её любила, как и она свою семью. Про отца, про дядю, про брата-мотоциклиста, про друга Кирилла, с которым бегала всё детство, который поддерживал меня после каждых похорон. Про то, как уехала в Америку с дядей и повздорила из-за этого с Кириллом. Интересно, он мне так и не простил этого переезда? Кирилл тогда считал, будто я бегу от себя и своего прошлого. И расценивал мою поездку, как предательство. Я же не говорила ему, что мой дядя болен. Забыла или не захотела, какая в сущности разница? - Разница есть, - вздохнул Баки, сжимая мою руку в своей. Его поддержка заставила меня улыбнуться. - Может быть, тогда была эта разница, а сейчас? Сейчас это действительно не важно. Я не тягощусь тем, что осталось там. Дядя здоров, пусть и остался один. Он еще не стар, вполне может завести свою собственную семью. У меня же есть школа Ксавьера, Хэнк, ты, учеба и работа. Мне нравится моя жизнь той, какая она есть, - улыбаясь, сказала я, ничуть не покривив душой. Я повернулась к Баки, который молча смотрел на меня. Он усмехнулся, и заправил прядь моих волос мне за ухо, на пару секунд задержав свои пальцы на моей коже. Не знаю почему, но я заострила своё внимание на этой детали. Наверное, это в очередной раз моя мнительность виновата. Уже стемнело, когда мы решили наконец-то покинуть Бруклин Хейтс Променад. Настроение было каким-то странным, и думаю, что не у одной меня. Надели шлемы, сели на мотоцикл и покатили к Бруклинскому мосту. Пешеходов на нем заметно убавилось, всё-таки время было что-то около девяти. Я забыла о том, что оставила в общежитии и деньги, и телефон. Надеюсь, если я опоздаю, Энни пустит меня хотя бы на порог. Хотя и в холле диван не плох, можно поспать и там. Мы остановились у въезда на мост. Я недоумевала. - Баки? Бензин кончился? - поинтересовалась я, хотя это был глупый вопрос. Глупый, потому что Баки явно сам остановил мотоцикл. - Нет, - он слез с байка и снял шлем, посмотрев на меня с тенью улыбки. - Прогуляемся немного по мосту? Потом я тебя отвезу в общежитие. Я тоже стянула с головы шлем, с недоверием смотря на Барнса. Каким-то уж больно внезапно и подозрительным было его предложение, но почему бы и нет? Я пожала плечами, тоже встав с мотоцикла. Размять ноги перед сном полезно для здоровья, хотя не мне на него жаловаться. Мы стояли на дорожке для пешеходов. Внизу проносились машины, еще ниже плескалась вода и проплывали редкие корабли. С двух сторон огнями горели Бруклин и Манхэттен. Такие яркие, шумные, но сейчас далекие. Ветер то поднимался, то унимался, но мне было тепло. Не из-за мутации, а из-за куртки Баки. Интересно, ему-то нормально? Я посмотрела на него, стоящего рядом и задумавшегося о чем-то. И не смогла удержать язык за зубами, настолько безразличный вид был у Баки. - Если ты собрался прыгать, то не поможет. Падение с такой высоты тебя не убьет, да и помереть тебе никто не даст. Зато мозги начнут сношать страшно, - попыталась я пошутить. Баки скосил глаза на меня, а я нарочно отвела взгляд, вновь уставившись на воду, в которой отражались огни набережных. - Я просто наслаждаюсь свежим воздухом, - стоя со скрещенными на груди руками, хмыкнул мужчина, прикрыв глаза. - Спасибо, что привела сюда, - поблагодарил он. И я поняла, что речь идет совсем не о мосте. В конце концов, это он меня сюда привел. На душе разлилось тепло, а глаза немного защипало. Какой же сентиментальной я стала! - Пожалуйста. Я рада, что ты чувствуешь себя на своем месте. Из тебя вышел замечательный учитель, - улыбнулась я, несильно ударив мужчину кулачком в плечо. Барнс позволил себе улыбнуться в ответ. - А ты? Нашла себе кого-нибудь? - внезапно спросил он таким тоном, в котором скрывалось столько всего. И насмешка, и любопытство... От такой внезапной смены темы я нахмурилась, почесав бровь и чуть склонив голову к левому плечу. Умеет же сержант озадачить! - Да кого? - фыркнула, закатив глаза. - В институте ни с кем особо не общаюсь, живу в женском общежитии. А в школе Ксавьера... За малолеток посадят, а те, что постарше, или уже заняты, или просто не подходят мне, - вздохнула. Не то, чтобы я так уж была расстроена таким положением дел, наверное, даже наоборот рада в какой-то степени. Какие романтические отношения могут быть у кого-либо со мной? Да никакие. Не романтичная я натура, совсем. А может всё дело в занятости? Или в ответственности? Отношения подразумевают какие-то обязанности, ответственность и усилия, а я просто сейчас хочу учиться и наслаждаться жизнью. - Хэнк? - предложил кандидатуру Баки, смотря на меня одновременно насмешливо и серьезно. Как у него получается такой пронизывающий взгляд? Он определенно тренируется перед зеркалом! - Даже не смешно. Он ведь мой отчим, - насмешливо сообщила, усмехнувшись. Этот разговор становился таким забавным и очень похожим на игру. Я с азартом стала ожидать, что же ответит Баки. - Скотт? Чарльз? Коннорс? - Барнс немного издевался, предлагая такие кандидатуры. На все имена я отвечала фырком или укоризненным взглядом. И ведь понимаю, что он прикалывается, но Чарльз? Серьезно?! - Баки, профессор Коннорс вообще женат! - рассмеялась я. Баки азартно улыбнулся, и я поняла, что он сейчас продолжит подбор кандидатур. И я готовилась к этому, пытаясь угадать кто на этот раз. - Я? - спросил неожиданно Барнс, заставляя меня замереть и потерять весь запал. Честно сказать, я была ошарашена. Я замерла, смотря на Баки и не в силах ничего сказать. А он просто смотрел на меня. Серьезно и без тени усмешки. - Что?.. Баки, ты же не сер... - внимательно всмотревшись в лицо Барнса, я заткнулась на полуслове. Всё было ясно как день. - Твою мать, Барнс! - мне внезапно хотелось завыть от безысходности. И как-то на место встали все странности поведения Барнса. Он банально ревновал меня всё это время! И почему-то легче от этого открытия мне не стало. Совсем. - Ну на хрена?! - я взъерошила свои волосы, шумно выдохнув. В голове не укладывалось, что Баки сейчас на полном серьезе предлагает себя, как возможного партнера. Передо мной точно Баки, а не какая-нибудь Мистик?! - Черт, ну правда, Барнс, нахрена? Хотелось сделать вид, что всё это тупая шутка. Но Барнс не шутил. Не сейчас. Меня накрыло желание сбежать, закрыть глаза на проблему, игнорировать этот разговор и сам факт его существования. Не было сегодня, не было этого разговора и точка! Но я не могла так поступить. Во-первых, сержант не позволит, во-вторых, моя совесть. - Я хочу убежать, - честно призналась я, опустив голову. Он ведь даже не признался мне ни в чем, просто предположил, почти в шутку, если бы не его серьезность. А я уже... напугана? Скорее удивлена. Ну и напугана, да. Мне было комфортно с ним до этого, спокойно. Мне нравилось думать, что мы друзья. Но теперь? Баки сделал шаг навстречу и осторожно обнял меня. В кольце его рук тепло и хорошо. Чувствую себя абсолютно защищенной, но... он же друг? Я и сама уже не уверена ни в чем. - Если я тебе не нравлюсь, то так и скажи, - сообщил он мне в макушку, не спеша разрывать объятий. Я тихо фыркнула, обняв в ответ и прижавшись к нему, пряча лицо у него на груди. Чертов идиот, зачем он вообще начал весь этот разговор? Это вводит меня в замешательство... и смущает? Пожалуй, немного. - Дурак, - пробурчала я, тяжело вздохнув. Баки на это хмыкнул и чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо. Я чуть запрокинула голову, заглядывая ему в глаза. - Ты согласна стать моей девушкой и принять мои ухаживания? - насмешливо поинтересовался Барнс, пусть в его глазах плескалась пугающая меня серьезность. - Если ты обещаешь не дарить мне цветы, то да, я согласна, - улыбнулась я. Баки улыбнулся. - Обещаю, Селма, - шутливо отозвался он и склонился ниже. Я думала, что он поцелует меня, но его губы коснулись моей щеки. - Мне нужно отвезти тебя в общежитие, уже поздно. И откуда это легкое чувство разочарования, я же сама была вроде как против романтических отношений? Я улыбнулась, кивнув, всеми силами пытаясь скрыть неясное даже мне разочарование. Так хотелось, чтобы он меня поцеловал? Бред какой. Когда мы ехали обратно к моему общежитию, я еще не знала, какой ад меня ждет. Ад из расспросов любопытных девиц, видевших красавчика на мотоцикле. Ад на работе с Коннорсом, чьи диктаторские замашки еще только открывались в своей блистательной красе. И ад в отношениях, потому что Баки Барнс несмотря на всю свою непростую биографию всё равно оставался человеком другой эпохи. И твою мать, почему я во всё это вляпалась?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.