Венец творения 2224

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Мстители, Люди Икс, Первый мститель, Человек-Паук (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Баки Барнс, Чарльз Ксавье, Роберт "Бобби" Дрейк, ГГ - ОЖП. Много мутантов, героев, злодеев и прочих.
Рейтинг:
R
Размер:
планируется Макси, написано 264 страницы, 39 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Songfic Дружба Нецензурная лексика ОЖП ОМП ООС Повествование от первого лица Попаданчество Стёб Фантастика Экшн Элементы гета Юмор

Награды от читателей:
 
Описание:
Мутанты - новая ступень эволюции, которая в итоге вытеснит обычных людей. А что делать "венцу творения", если его мутация позволяет контролировать чужие мутации? Как скоро этим "венцом творения" заинтересуются? И кто успеет первым убить или забрать его себе?

Посвящение:
Посвящается миру Марвел, моим подругам, поддерживающим меня и моё безумие. И, конечно же, посвящается читателям, которые поддерживают и вдохновляют меня своими отзывами!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Этот фанфик - смесь фильмов, мультфильмов, каких-то данных с википедий и прочих ресурсов. Потому мутанты у меня здесь - действительно мутанты, а не люди, которым дали мутации Наблюдатели. Впрочем, будут и те, кому мутации действительно достались от высших сил.
Обложка: https://pp.vk.me/c621931/v621931878/39924/3XcpFXZE_Xg.jpg
Альбом с артами к фанфику: https://vk.com/album-90795098_234029260
Песни к фанфику: https://vk.com/audios-90795098?album_id=76757068

19 глава

24 июля 2017, 19:13
Баки кормил меня с ложечки, помогал читать книги и конспекты, предоставленные Хэнком мне для подготовки к обучению в университете, смотрел со мной телевизор, просто разговаривал. Желая поскорее позабыть случившееся, Скотт насел на Барнса и Хэнка по поводу защиты школы. И вот уже разрабатываются не только планы защиты и эвакуации, а и расписания занятий, тренировок и проведения учебных тревог. Я предложила проводить соревновательные игры, чтобы дети подтянули ловкость, ну и вообще: совместные игры полезны как для здоровья, так и для общения. Баки хмыкнул, сказав, что я не такой уж и гений и они вот-вот собираются провернуть подобное. Я даже не стала обижаться: в своем интеллекте я уже успела разочароваться. В общем-то, жизнь в школе Ксавьера налаживалась, а я всё больше вникала в жизнь этой школы и генетику. Оказывается, школа для одаренных подростков Чарльза Ксавьера и институтом может называться. Докторами наук был и Хэнк, и Чарльз, и Джин, преподававшие здесь. Докторскую сейчас писала Ороро, которая решила пойти по пути учителя литературы (по этой причине, а ещё потому, что проводила занятия, она не могла дарить мне много времени, как тот же Баки). С такими преподавателями, высшее образование этого учебного заведения котировалось ничуть не меньше других частных институтов, история которых насчитывала менее двадцати-тридцати лет. И это было по-настоящему замечательно для мутантов, нашедших здесь убежище. Научатся управлять своей мутацией и вполне смогут в дальнейшем получить нормальную работу или перевестись в другое учебное заведение. И меня после подтягивания знаний и выправления документов, вполне можно будет устроить в какой-нибудь университет. В общем, жизнь не была такой уж отстойной, пусть руки все ещё слушались меня с трудом, но я хотя бы могла самостоятельно ходить в туалет, если мне откроют дверь, конечно. Раз в два дня у меня были водные процедуры, с которыми помогала Шторм. Она была благодарна за помощь Джин, но не одобряла выбора времени для этой помощи. Сама же Джин меня избегала всеми силами. Я не совсем понимала, чего она боялась... но к общению с ней я никогда и не стремилась. Через неделю я наконец-то смогла самостоятельно открывать двери и перелистывать страницы учебников. Было, конечно, тяжело: пальцы практически не сгибались и побаливали, но ещё тяжелее было быть этаким безруким инвалидом. Баки не перечил мне, полностью понимая мою потребность в самостоятельности, Хэнк же периодически сношал мой мозг тем, что любые нагрузки будут препятствовать восстановлению. То, что я плевала на это с высокой колокольни, Маккой не понимал или не хотел понимать. И вот в один прекрасный день Баки приходит в лабораторию и сообщает, что Чарльз хочет со мной поговорить. Книжка так и выпала из моих рук. Как поговорить? Сейчас? Я была совершенно не готова! Видя моё растерянное лицо и немного затравленный взгляд, от чего-то мрачный Барнс смягчился. - Если хочешь, я буду с тобой присутствовать на разговоре, - сержант сел на стул рядом с кроватью, проведя ладонью по моим волосам, заплетенным в косичку. Собственно, он их и заплел, потому что сама я даже расчесаться не могла: руки сгибались с трудом. Баки за последние дни выработал привычку гладить меня по волосам, чтобы успокоить или похвалить. Это было забавно, я чувствовала себя маленькой девочкой, когда он так делал. - Нет, - я помотала головой, тяжело вздохнув. Было у меня смутное осознание того, что мой разговор с Ксавьером должен пройти тет-а-тет. Хотя бы потому, что не всё в этом разговоре может понравится Баки, а мне не нужно, чтобы он вмешивался. Хотя я была искренне благодарна другу за его предложение. - Но спасибо, мне приятна твоя поддержка, - я блекло улыбнулась. Барнс хмыкнул. Когда я поднялась с кровати, он помог накинуть розовый вязаный кардиган, который, наверняка, был ровесником бабушки Чарльза, иначе я понятия не имею, откуда он взялся в этой школе. Баки осмотрел меня и хмыкнул, заправив выбившуюся прядь волос за ухо. Делать прически он пока умел не очень хорошо, потому иногда волосы вылезали из косички или хвостиков, которые он заплетал мне. Баки открыл мне дверь в кабинет Ксавьера, обменялся с хозяином кабинета взглядами, посмотрел на меня и, помрачнев, удалился, буркнув, что будет ждать у двери. Я тяжело вздохнула. - Присаживайтесь, - предложил профессор вежливо, но так холодно... Я передернулась, послушно садясь на краешек кресла. Взгляда все ещё не поднимала. - Расскажите мне о произошедшем? - мягко поинтересовался Чарльз, но также холодно. А ведь если верить канону, по крайней мере слухам, гуляющим вокруг него, Ксавьер был влюблен в Джин. Так это или нет, но она его ученица. И пусть я ей помогла, тут были свои "но". - Что именно? В смысле, вам уже всё рассказали, да и вы могли видеть... - промялила я, разглядывая пол. - С самого начала. Всё. Со всеми деталями, Селма. Вот так поверишь, что профессор действительно директор, а ещё создатель Команды Икс и уже много лет противодействует своему старому другу-террористу. Это тебе не добрый инвалид-телепат, а настоящий руководитель, кремень. Тяжело вздохнув, осунувшись, я начала рассказ: - Насколько мне известно по той информации из будущего, Джин - мутант с огромной силой. Настолько огромной, что она сама не может её контролировать. И тогда вы блокировали её силы. Но в будущем, после уничтожения лаборатории Страйкера, Джин умерла. Так вы все думали. Но она выжила и даже послала телепатическое сообщение Скотту. Он пришел на место её гибели и увидел её живой... И она убила его. Эта сила была ей неподвластна, зато Джин была подвластна этой силе. Потом много чего было, но в итоге Джин ушла к Магнето. Вы были убиты, был риск войны мутантов против людей. Одному мутанту пришлось убить Джин по её же просьбе. Я вспомнила это и решила попытаться блокировать связь... - Селма, - прервал меня Чарльз. Его голос уже не был таким холодным, но в нем звучала отеческая укоризна. - Не нужно врать. Я, может, не могу четко видеть ваши мысли, но уж отличить врете вы или говорите правду могу. Я судорожно вздохнула, кивнув. - Хорошо, я напугалась! Мне было неприятно от того, что она в наглую влезла к Барнсу в мозги и вытянула оттуда информацию обо мне, а потом начала рассказывать об этом другим! - вспылила, тут же успокоившись, так как поймала взгляд Ксавьера: на меня смотрели снисходительно и даже немного со скепсисом. - Селма, тебе было неприятно от чего-то другого, верно? Профессор не мог читать мои мысли, но при этом очень тонко угадывал такие пикантные детали. Я стиснула зубы. - Да, вы правы, - как же тяжело говорить правду, когда ты даже себе не хочешь в ней признаваться. - Мне было неприятно от того, что она в первую очередь лезет в жизнь Барнса! Кто-кто, а он заслуживает личного пространства. После этого показательного эпизода меня одолевали размышления о том, как обезопасить сознание Баки, и я не придумала ничего лучше, как лишить Джин её телепатии, а там вмешался Феникс! Он выжег мне руки, но сказав, чтобы я "подавилась", обозвав ещё какой-то "очередной", пропал. А я... а я передумала лишать её телепатии. Собственно, вот и всё. Остальное вы и так знаете, - тихо пробурчала, отворачиваясь. Мне было стыдно и совестно, но я не считала, что я не права. Просто ответила на угрозу. Не очень адекватно и умно, но все же. Чарльз тяжело вздохнул, сцепив руки в замок и смотря куда-то в пустоту. Я наблюдала за ним краем глаза. - Я уже думал о том, что стоит обезопасить сознание вашего друга. Но пока его разум не готов к подобному. Ему нужно... нужна стабильность, нужно обрести почву под ногами, прийти в себя, привыкнуть к жизни не по указке. И лишь после этого можно будет с великой осторожностью работать над его сознанием, ставить защиту от таких, как я, учить противодействию таким, как я. Я слушала это откровение с широко распахнутыми глазами и не скрываемым удивлением. А я... дура. Что, впрочем, неудивительно. Я импульсивна и не могу предположить, что кто-то может желать мне добра и помочь. Даже не мне, а Баки. Что-то от всех этих переживаний у меня голова разболелась. Потерев висок, я внезапно задумалась о том, что могу помочь Ксавьеру. Мысль просто зацепилась сначала за помощь, потом за Баки, потом вспомнилось, что я очень долго тупила с его бионической рукой. И тут вспомнилось, что не от хорошей жизни Чарльз прикован к инвалидному креслу. И я могу ему помочь. - Дотроньтесь до меня! - воскликнула я, широко улыбнувшись. Наверное, вид у меня был весьма... маниакальный. Ксавьер поперхнулся, изумленно уставившись на меня. - Я могу вылечить вас, - снизошла я до объяснений своей странной просьбы. - Селма, вы можете... что?! Чарльз, который, видимо, был очень шокирован моим предложением, налил себе воды в стакан. Неужто, он действительно не задумывался над возможностью подобного? - Я могу вернуть вам возможность ходить, - удивленно моргнула, смотря на профессора с недоумением. Чарльз выпил воды, все ещё не веря в возможность излечения. Столько лет он был прикован к инвалидному креслу... Я встряхнулась, упрямо посмотрев на профессора. - Дотроньтесь до моей шеи, - попросила я снова. Ксавьер, немного помедлив, выехал из-за стола на своем инвалидном кресле, и послушно выполнил мою просьбу. Я прикрыла глаза, погружаясь в данные о его теле. Что же, моя мутация всё-таки со мной! Так что всё-таки бездонный желудок у меня не от природы, а от мутации. От мутации, которой мои руки, почему-то, не по зубам. Да уж, неудивительно, что Чарльз прикован к инвалидному креслу. С такой-то травмой! Ещё и собственная мутация препятствовала излечению. В смысле, у Ксавьера было свое особенное строение организма. Вроде бы человек обычный, ан нет, пара генов делает некоторые лекарства для него либо бесполезными, либо опасными. И обычные способы лечения не могут помочь ему встать на ноги, потому что нужно вырабатывать для него особенный курс лечения. Хотя хирургическое вмешательство всё ещё действует, но таких искусных хирургов один на миллион, пойди найди. Что касается ещё и курса лечения, то, возможно, Чарльз просто отказался тратить на это деньги и время, может не нашлось специалистов, но как бы там ни было, сейчас я была здесь и могла кое-что сделать. Ксавьер подавил в себе крик, впившись в подлокотники своего кресла. Ему было больно. Очень и очень больно. Ну ещё бы, я ведь лечила ему позвоночник! И, скажу, было это не так уж легко. Почти ювелирная работа, заставляющая возвращаться позвоночник к нормальному состоянию, подключение всех нервов, их излечение, ускорение процесса регенерации, устранение возможных осложнений и неприятных последствий. Уже привычно бонусом пошло усиление мышц, костей, нервов, желудка и иммунной системы. Я ведь не хочу, чтобы профессора вдруг отравили? Как тогда, когда Мистик испортила Церебро. Так что усиление всего, что можно без критических последствий... Странно, что усиление кого-либо не вызывало такого зуда на краю сознания, как создание качественно новых мутаций. Хотя, при старании и это можно объяснить. Я слышала, как кто-то стучал в дверь. Слышала, как входит в кабинет Барнс, но была слишком занята. Нужно сделать всё аккуратно, довести до определенного идеала. Этот человек так много сделал для меня и Баки, что хочется отплатить ему той же монетой. Я даже не заметила, как темнота перед закрытыми глазами завладела мной почти полностью. Как скрутило болезненно желудок от голода, как я начала падать на пол, но меня придержали крепкие мужские руки. Я закончила с лечением Ксавьера и поняла, что сейчас сдохну. От голода, конечно же. - Еды... - бессильно прошептала, приоткрыв глаза. Меня придерживал, что предсказуемо, Баки. Он мельком посмотрел на тяжело дышащего Ксавьера, подхватил меня на руки и понес на кухню. Если бы Барнс знал, что сейчас для меня выглядит как самый настоящий ангел, то не ручаюсь за его реакцию. Наверное, он бы очень удивился. Меня накормили, напоили чаем, а потом уже начали разбираться. Барнс мрачно взирал на меня, а я лишь виновато рассматривала столешницу, грея руки об уже опустевшую, но все ещё теплую чашку. - Ты... стоял под дверью и всё слышал? - поинтересовалась, вспомнив, что моими стараниями сержант был похлеще суперсолдата. В смысле, все показатели были на уровня два, а то и три-четыре выше даже самого тренированного человека. И что это значит? А значит это то, что он вполне мог расслышать всё, что происходило в кабинете. Баки тяжело вздохнул, прикрыв глаза. - Я периодически забываю, что ты практически неубиваема... но почему в одних случаях, как со Скоттом, ты думаешь о последствиях для себя, а в других - нет? - раздраженно осведомился сержант. Я сжалась, виновато взглянув на него. Он тут же успокоился, издав очередной тяжелый вздох. - Тебе нужно восстановиться, а потом уже творить добро направо и налево. Этими словами Баки подвел итог нашему разговору и отвел обратно в лабораторию, где химичил Хэнк. Зверь на нас даже не взглянул. Барнс ушел, а я села на кушетку и взялась за недочитанную книжку. В чем-то мой холодный друг был прав: в одних случаях я думаю о последствиях. А в других просто не думаю. Может с возрастом умнее стану? Сомнительно, ну а вдруг?.. Моя инфантильность... откуда её истоки? Мне тридцать, черт побери, годиков, а веду себя как идиотка двадцатилетняя. Неужто, внешность так на меня влияет? Или тот факт, что у меня никогда не было домашних питомцев и я почти не несла ответственности за кого-то другого? Да, я училась, мечтала излечить дядю и излечила в конце концов, но не я же заботилась о нем круглые сутки, как медсестры в больнице. И потом проживание в общежитии с девчонками, которые только-только вырвались на свободу тоже как-то взрослости не добавляет. А уж про проживание в лаборатории - отдельный разговор. За моим здоровьем следили целый штат врачей, распорядок дня мне составили другие люди. Я сама себе тогда не принадлежала! А в свободное время смотрела фильмы, играла в видеоигры, читала комиксы и книжки. Где там набраться ума-разума и стать взрослой? Щеночка что ли завести, чтобы прокачать так нужный мне скилл ответственности? В итоге книга мне осточертела, и я присоединилась к Хэнку. Болтала с ним и наблюдала за его работой. Он был не особо против. Сам собой разговор перешел на случившееся с Джин. Тут уж я честно и в деталях рассказала о произошедшем. Не знаю, осуждал ли меня Маккой, но в любом случае его больше интересовали слова Феникса. - Удивительно, разумная космическая сила, способная вселяться в людей! Глаза ученого горели таким исследовательским энтузиазмом, что мне невольно стало жаль огненную птаху. Впрочем, ей бы ничего и не было, она же далеко-далеко от Земли и даже не представляет, насколько ей повезло. - И эти её слова о тебе. Может быть, она уже встречалась с такими мутантами, как ты? Или даже, возможно, есть целая раса существ, с похожими способностями! Хэнк мог лишь строить предположения, но мне уже становилось от них не по себе. И если первое предположение было довольно логичным, то вот второе - полный абсурд. Ну в самом деле, как в мой скучный мирок могли попасть представители инопланетной расы? Я же жила не в комиксе, не в фильме, сериале, аниме или игре. Так что бред это. - В любом случае, мы этого не узнаем, - улыбнулась я и поспешила перевести внимание Маккоя на химическую реакцию, протекающую в колбе. А ночью меня мучили кошмары о лаборатории. Подсознание живо напомнило мне мои метания и переживания в тот момент, когда мне сообщили, что хотят провести эксперимент с беременностью. Пожалуй, это было самое худшее воспоминание из застенок лаборатории. Я привыкла и смирилась со многим, но не с возможностью того, что стану матерью там. Что стану матерью, которая обречет своего ребенка на жизнь подопытной крысы. Как итог, я проснулась в не самом лучшем расположении духа и голодная. Глаза быстро привыкли к темноте, а потом и вовсе перешли на ночное зрение. С тяжелым вздохом я поднялась с кровати и почапала к выходу: дверь была заботливо приоткрыта, оставалось только чуть толкнуть её ногой. Лифт доставил на первый этаж, а далее я потопала к комнате Баки. Не убьет же он меня за то, что я его разбужу? В его дверь стучалась лбом, слишком жалко было свои и так изувеченные руки. Мне долго не открывали, что немудрено, но скоро послышалась возня. Дверь всё-таки отворилась. - Селма? Какого чер... а-а, ты хочешь есть? Мрачный, заспанный и растрепанный Баки посмотрел на меня таким взглядом, что я почти устыдилась. - Иначе бы я тебя не будила, - мило улыбнулась, ничуть не испытывая мук совести по поводу того, что не дала человеку выспаться. Я сидела на кухне, смотря на то, как Баки варит кашу и жарит яичницу. Барнс не был поваром от бога, и список блюд, которые он умел готовить, был довольно краток, но, честное слово, мне так плевать на это. Привередой я никогда не была даже до пробуждения мутации, а теперь и подавно, тем более к чести сержанта, готовил он весьма и весьма. - Ты меня теперь каждую ночь будить собираешься? Барнс начал кормить меня маленькими кусочками яичницы. Спасибо, что хоть без "за маму" и прочих комментариев. - Нет, только когда проголодаюсь, - улыбнулась. Баки закатил глаза: - То есть, я вообще спать не буду? - усмехнулся сержант. Я сделала вид, что обиделась. На самом деле было видно, что мужчине не в тягость нянчиться со мной, да и сна у него не было ни в одном глазу. Мы просидели на кухне, обсуждая фильмы и будущие командные игры учеников, до самого утра. А после нам нужно было расползаться кому куда. - Знаешь... спасибо тебе, - после этих слов Барнс стремительно покинул лабораторию, до которой любезно проводил меня. За что он благодарил оставалось только догадываться. Может я его сегодня разбудила, когда ему снился кошмар, может ещё за что-то... а не важно, лучше поспать. Всё равно на меня никаких дел не навешали, да и с моими руками особенно ничем не займешься. Не завидую Орочимару из одной анимешки, зато понимаю теперь его прекрасно! У него, правда, с руками проблемы были после встречи с Шинигами, японским божком смерти, а у меня вот после общения с Фениксом. Определенно что-то общее у нас проскальзывает, разве что я не облизываюсь на несовершеннолетних мальчиков с шаринганом (ладно-ладно, я облизываюсь на всех, кто мутант).

***

Я ждала этого пять недель четыре дня и десять часов, не считая минуты и секунды. Сегодня с моих рук окончательно снимут осточертевшие повязки. За всё время, что я была вынуждена восстанавливаться, мы с Хэнком каких только экстремальных методов лечения не пробовали! И облучение радиацией, гамма-лучами в том числе, и введение всяких химикатов, мутагенов, прочей фигни, ещё много-много всего, я даже по памяти накидала формулу сыворотки суперсолдата, которую перевозили Старки в ту злополучную ночь их встречи с Зимний солдатом... И НИЧЕГО! То есть, совсем ничего не сработало. Мои руки так и не излечились в короткие сроки, пришлось по старинке доверить лечение времени, лишь используя всякие мази и прочее. Они, правда, тоже не давали особого эффекта, но хотя бы бинты не присыхали к коже. Немного рельефные и не очень аккуратной формы ногти на пальцах, словно обрызганных жидкостью для автозагара. Мои руки все были в светло-коричневых узорах ожога, словно я длительное время загорала на солнце в какой-то ажурной кофточке. Я завороженно рассматривала свои конечности и не могла поверить в то, что вижу: моё тело не менялось десять лет, я не могла ни перекраситься, ни постричься, ни татуировку набить, ни шрамом разжиться. А тут такие узорчатые ожоговые "перчатки"! - Со временем шрамы станут незаметнее... - неуверенно сказал Хэнк, постаравшись меня подбодрить. Он посмотрел на меня с искреннем сочувствием, наверное, думая что для женщины шрамы представляют собой целую трагедию. Я широко улыбнулась ученому. - Нет, нет, мне даже нравится, - я шевелила пальцами и сгибала руки. Они, не стянутые бинтами, чувствовались и двигались по-другому. Свобода! Последние две недели я многое могла делать сама, но повязки все равно доставляли определенные неудобства, а теперь мои руки были от них свободны! Как долго я этого ждала. - Могу поздравить тебя с выздоровлением? - раздался насмешливый голос у двери. Я повернулась на него, одарив улыбкой Барнса. А кто ещё, как не он, будет меня подкалывать? Если учесть, что Дрейк и Аллердис не имеют доступ на минусовые этажи. - Скорее с переездом! - рассмеялась от радости, поселившейся в сердце. Теперь я буду возвращаться в лабораторию только для работы, а готовиться могу и в библиотеке! А вообще, мне просто осточертело здесь сидеть большую часть времени. Хэнк не рекомендовал мне возвращаться в мою комнату по той причине, что опасался рецидивов. Никто не знал и не мог предугадать, как огонь Феникса повлиял на мой организм: вдруг внезапно хуже станет? Так что жила я в лаборатории и не вякала. Зато теперь оторвусь по полной! Как приятно снова быть самостоятельной! - Теперь ты её ещё не скоро увидишь, - усмехнулся Баки, обратившись к Маккою. - Ну, не правда, я буду часто сюда ходить, в конце концов мне, нужна практика! - я нахмурилась. Конечно, по моему виду не скажешь, что я собираюсь и дальше круглые сутки проводить в лаборатории, но слова Барнса были явным преувеличением! Сержант непонимающе посмотрел на меня, а потом на Хэнка: - Ты ей не сказал? - поинтересовался он, чуть нахмурившись. Хэнк снял очки, достав из кармана специальную салфетку, и начал протирать линзы. Мне всё происходящее напоминало какую-то штамповую сцену из фильма. - Ещё не успел... - промямлил ученый. - Вы о чем? Они специально растравливают моё женское любопытство?! - Твои документы готовы и поданы в Нью-Йоркский университет. Завтра ты переезжаешь в общежитие, - сообщил Баки. Если бы он не был настолько серьезен, я бы подумала, что он шутит. Но он не шутил. И тут уж я не знала, радоваться мне или плакать...
Примечания:
И это еще не всё!
Головная боль Селмы в кабинет Ксавьера была не спроста, а что именно там было... прочтете в исправленном варианте бонуса 1.22 (перезаливать я его не буду).
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.