Пластилиновое сердце

Он сидел на лавочке и был, кажется, в полнейшем шоке. На соседней скамейке сидели ещё пару человек, семья, по всей видимости. Девочка плакала, прижавшись к маме, мать же пыталась успокоить её, говоря, что всё обошлось, все живы-здоровы и плакать не надо. Отец малышки куда-то ушёл. Хованский же подошёл к людям, наблюдавшим за всем этим. — Что тут произошло-то? — спросил он у пожилой женщины. — Ой, да тут пожар случился. У паренька из тридцать шестой и семьи рядом. Страшно-то как, Господи! Ещё и пожарные опоздали немного. Но всё обошлось с ними, живы, здоровы… — женщина продолжила говорить, но Хованский уже её не слушал. Поблагодарив, он направился к смотрящему в одну точку Диме. — Всё в порядке? Живой? Как получилось так? — Юра обвел «врага» взглядом и, не замечая чего-либо серьезного, тихо выдохнул, успокаиваясь. Всё не так плохо, как могло быть. Мужчина ответил ему лишь через полминуты. — Не знаю - я спал вообще… — как-то тормознуто, ещё не придя в себя. Такой ответ мужчину не удовлетворил, и он направился выяснять подробности. — Мы когда приехали, горело всё нефигово, у мужика особенно. Он вообще спал. Но спасти успели. А вот квартире его, мягко говоря, пиздец. Всё сгорело. Только ноутбук и паспорт вынесли. Юра всё ещё стоял там и не понимал, что ему делать. Собственно, ничего не надо было, это были не его проблемы. Но что-то не давало уйти. Может, сон, который оказался вещим, может, что-то ещё. Поколебавшись, мужчина закатил глаза на свои же мысли и направился к Диме. — Где жить собрался? Ну, пока не найдёшь… это, квартиру… есть у кого? — по правде говоря, он чувствовал себя ужасно неловко, говоря всё это. — Наверное, — ответил Ларин и отчего-то едва слышно засмеялся. Задумавшись, он сидел всё на той же лавочке. — Если хочешь, можешь у меня какое-то время пожить, — наконец предложил Юра. Ларин мгновенно выбрался из своих мыслей и удивлёнными глазами посмотрел на врага. — Нет, спасибо, у меня... у меня есть, — он даже запнулся от нежданности такого предложения. — Приходи, если что. Юра чувствовал себя странно. Тот сон не отпускал его, ему казалось, появись он тут раньше, всё было бы хорошо. В смысле, лучше, ведь всё могло быть ещё хуже. Могла сгореть не только квартира. Прошёл, может, час, но Ларин так и не появился. Хованскому даже стало немного обидно: он без насмешки, издевательства или чего-то подобного предложил картавому свою помощь, а тот не принял её. Довольно неожиданно телефон завибрировал. — У тебя какая квартира? — что-то внутри громко вопило и сильно радовалось.