Подземелье или жизнь Кристины Даэ с Призраком.

      Комната плыла перед глазами. Было трудно разглядеть её очертания. Кристина лежала на кровати, её легкие невыносимо горели, но девушка старалась не замечать этого. Её больше волновало то, что Эрик, приведя её в чувства, закрылся у себя в комнате, даже не удосужившись проверить, всё ли с ней хорошо. Да, у неё не было особого желания лишний раз видеться с ним, но всё же какая-то маленькая часть её души хотела, чтобы Эрик вошёл в её спальню.       Его поведение в ловушке было очень странным. За эти два дня, что она находилась рядом с Голосом, Кристина толком не смогла его понять, что-то узнать о его жизни. Единственное, что она с уверенностью может сказать так это то, что Эрик был очень вспыльчив, а ещё то, что у него что-то с лицом, да и в общем со всей кожей, ведь тогда ему было бы незачем прятать свою внешность от посторонних глаз.       Кристина попыталась встать, но тело её плохо слушалось, и только с третьей попытки у неё получилось сделать задуманное. Голова кружилась, ноги не слушались, но всё же она смогла дойти до ванной комнаты. Девушке нужно было хоть чуть-чуть привести себя в более менее подобающий вид. Кристина устала бездействовать, она и так уже здесь находится третий день, ей пора возвращаться в оперу.       Задуманный план был крайне безумный и опасный. Нет, она не собиралась сбегать или ещё что-то, Кристина хотела увидеть его лицо и она это сделает. «Раз он не хочет показать мне свое лицо, я сама это сделаю», – подумала она.       Девушка понимала, что это вряд ли поможет ей на пути к свободе, но жить с тем, кого никогда не видела разве такое вообще возможно? Возможно полюбить, как просит Эрик, мужчину, лицо которого никогда не видела? Вот и Кристина была уверена, что нет! Она чувствовала, что потом ей будет плохо, но разве её это остановит? Она об этом сейчас не думала, все её мысли были возле мужчины и его маски.       Быстро приведя себя в порядок, она покинула свою комнату и отправилась к двери, ведущей в спальню Эрика. Вокруг стояла полная тишина. Аккуратно толкнув дверь и, поняв, что она не заперта, Кристина тихонько зашла.       Эрик лежал в своём, как бы это ужасно не звучало, гробу и беспокойно спал. Он что-то говорил, иногда покрикивал и ворочался. – Нет, не трогайте меня! Не бейте! – закрывая лицо руками, кричал он.       Кристина осторожно подошла к гробу. Маска всё так же была на его лице, как и перчатки. Она не знала, как ей поступить. Девушка сомневалась, правильно ли поступает. Эрик сейчас, лёжа в гробу и, видимо, видя что-то из прошлой жизни, что-то ужасное, был таким беззащитным, что с него с лёгкостью можно было сорвать маску. Но почему-то Кристина не спешила этого сделать. Она медлила.       Эрик мог проснуться в любую секунду и Кристина, поднеся руку к маске, замерла. – Пожалуйста, не надо! – в его голосе слышалась мольба и боль.       Возможно, на девушку так повлияли его слова, которые он говорил во сне, а может быть что-то другое, но она убрала руку, так и не коснувшись маски.       Вдруг Эрик открыл глаза. – Кристина, что Вы здесь делаете? – спросил он удивлённым тоном. – Я? – Кристина не знала что придумать. – Я услышала как Вы кричали и решила зайти, проверить всё ли у Вас в порядке. – Вы лжете! – повысил он голос. – Ничего Вы не слышали, я вижу это по Вашим глазам. Зачем, дитя моё, зачем!? – с болью в голосе спросил он. – Вы хотели снять маску пока Эрик спит? Отвечайте, Кристина! – Эрик, нет. Что Вы такое говорите? – девушка в приступе паники стала отступать назад.       Эрик, заметив это, взял в руки, непонятно откуда взявшуюся удавку*, и, схватив Кристину за руку, он накинул её ей на шею и затянул. Девушка схватилась за края петли и стала тянуть, пытаясь ослабить хватку, но Эрик был безжалостен. Легкие девушки, и без этого пострадавшие в ловушке и не успевшие оправиться от воды, заболели ещё сильней, а лицо её стало синеть. – Что же я наделал?! Кристина, моя Кристина, простите Эрика, – мужчина ослабил хватку и снял с её шеи петлю. – Я не хотел.       Эрик прижал Кристину к своей груди, а она даже не пыталась вырваться. Его прикосновения были ей противны, но сил у девушки не было, она кое-как цеплялась за своё сознание. В глазах было темно, и поэтому она стояла, прижавшись к мужчине и не пыталась вырваться из его рук, от которых веяло холодом и смертью, даже будучи спрятанными в перчатках. Да и девушка понимала, что если она попытается скинуть руки и оттолкнуть его, он разозлиться ещё больше и убьет её, в этом Кристина не сомневалась.

***

      Весь оставшийся день Кристина провела в своей комнате.       Эрик всё же отпустил её, и девушка, кое-как державшаяся на ногах, убежала в свою спальню. Мужчина даже не остановил её. А зачем? Какой в этом был бы толк?       Девушка успела пожалеть, что не сорвала эту проклятую маску, хотя бы смогла увидеть его лицо, а так получается, что она пострадала зря.       Ворвавшись в свою комнату, Кристина заперла дверь и больше оттуда не выходила. Приходил Эрик и звал её сначала на обед, затем на ужин, но Кристина ничего не отвечала, а он и не настаивал, молча уходил от неё, так и не дождавшись ответа.       Было около девяти вечера, когда девушка услышала звуки фортепиано, доносившиеся из гостиной. Мелодия была очень грустной и наводящей ужас, но Кристина не знала её и, наверное, хорошо, так как от неё у девушки по спине пробегали мурашки, а в душе зарождался страх.       Стараясь не слушать, она подошла к комоду и взяла книгу. Проходя мимо зеркала, она обратила своё внимание на фиолетовый след на шее и воспоминания о сегодняшнем дне всплыли в её голове. В уголках глаз стали собираться слёзы, но Кристина, смахнув их, села в кресло и, поближе поставив лампу, чтобы хорошо было видно, стала читать. «Чтобы чего-нибудь добиться, стоит лишь сильно пожелать...»**