Интересная находка

      С того момента прошёл один день.       У Чуи шёл второй выходной. Вчера был пир в честь успешного выполнения задания и двух выходных. Пустая бутылка вина стояла на столе, а сам пьяница развалился на диване в гостиной. Всем известно, что горе-мафиози быстро хмелеет, так что головная боль ему была обеспечена после такой пьянки.       Тело дёрнулось. Накахара разлепил свои голубые глаза и тут же их закрыл. Все плыло и мигало, предметы в комнате танцевали вальс, по мнению Чуи. Он опустил веки и мотнул головой. Ох… Зря он это сделал. Ее сразу пронзила ужасная боль, аж челюсть сводило. Было ощущение, словно мозг бился об черепную коробку, хотя, это не далеко от истины. Он застонал и проклял себя сто раз подряд.       Рыжий решил полежать и подождать, пока все не пройдет. Боль и правда утихла, но когда он приподнялся на локтях, то понял, что нифига она не утихла. Кое-как приняв сидячее положение, убийца ещё раз проклял себя сотню раз за то, что столько выпил. К головной боли прибавилась дрожь. Всё тело неприятно тряслось, мышцы сводило. «Утро добрым не бывает», — подумал про себя тот.       Встав, он понял, что всё намного хуже, чем он себе представлял. Из-за сильного головокружения, вызванного головной болью, невозможно было не то что ходить, а даже стоять, чего уж там говорить о том, что мафиози буквально трясло. Поэтому тушка юноши плюхнулась обратно на диван.       После нескольких попыток встать и сделать хоть шаг, пришло осознание, что всё содержимое желудка просится наружу. Еле сдержав рвотные позывы, Чуя, наконец-то, нормально встал и поковылял на кухню, собирая по пути все углы и врезаясь во всё, что можно видеть. Но, в его случае, рассмотреть хоть что-нибудь было нереально трудно.       После того как первый уровень квеста «найди и выпей таблетки» был выполнен, начался второй уровень. Надо было, не разгромив кухню, найти упаковку с лекарством и налить воды.       К тому времени, когда Накахара добрался до нужной комнаты, зрение чуть-чуть устаканилось и было немного лучше видно. По крайней мере, кухня не так сильно расплывалась и при повороте головы, предметы не пускались в пляс. Но головную боль никто не отменял.       Найти аспирин оказалось намного сложнее. Чуя перерыл все шкафчики, но так и не смог найти заветные таблеточки. Спустя долгое время, он, наконец, отыскал это чёртово лекарство, которое оказалось в шкафчике над раковиной на самом видном месте. Он, опять же, проклял себя который раз подряд.       С водой особых проблем не возникло, не считая дрожи, которая немного мешала. Накахара решил не заморачиваться насчёт воды и просто налил из-под крана. Выпив аспирин, ему пришлось опять сдерживать рвотные позывы и у него это отлично получалось. Присев за обеденный стол, он выдохнул и стал ждать, когда подействует лекарство.       Минут через двадцать-двадцать пять лекарство подействовало, и головная боль почти прошла, да и дрожь тоже. Зрение уже давно восстановилось, и Чуя мог нормально видеть.       Ещё посидев, он решил сходить в душ, а после немного прогуляться.       По пути на второй этаж, Чуя заглянул в гостиную и понял, что ему надо выкинуть только пустую бутылку. Удивительно, но в состоянии алкогольного опьянения, он ничего не разнёс, не разбил и не разлил. Его это порадовало, не надо будет тратить времени на уборку.       Рыжий поднялся на второй этаж и, доковыляв до двери ванны, вошёл туда. Первым, что сделал Чуя — это посмотрел на себя в зеркало. Там отражался парень с мешками под глазами, заспанным лицом, растрёпанными рыжими волосами и рубашкой, расстёгнутой наполовину. Ужаснувшись от такой картины, он поспешил снять одежду, чем являлась рубашка, штаны и боксеры. Избавившись от всего этого и закинув в стирку, он залез в душевую кабину и включил прохладную воду.       Она приятно холодила и освежала кожу. Хотелось стоять под душем вечность. Лишних мыслей не было, да и вообще в голове мышь повесилась. Он приподнял голову, жидкость начала стекать по лицу, потом по шее, груди, торсу, всё ниже и ниже. По телу прошла волна приятных мурашек. До чего же хорошо порой стоять под прохладной водой.       Пробыв в такой позе около десяти минут, юноша решил более не затягивать с водными процедурами. По-быстрому помыв голову, он вылез из душа.       Вытеревшись и завязав полотенце на бёдрах, он вышел и направился одеваться. Этот процесс не занял много времени, самое долгое, что делал Чуя, так это искал шляпу. Та оказалась в самом непредсказуемом месте — на книжном шкафу в гостиной (как она там оказалась, даже думать не хотелось). Надев её и быстро обувшись, он поспешил выйти из дома.       На улице было солнечно, пели птички. В воздухе парил приятный аромат приближающегося лета. Ещё было не сильно жарко, так как времени было только около двенадцати.       Постояв и погревшись на солнышке, Чуя двинулся в неизвестном направлении. Он шёл куда глаза глядят, не важно было, куда он придёт, хотелось просто прогуляться.       Чуя просто побродил по улицам Йокогамы, погулял по парку. За всё время прогулки, он, наверно, обошёл пол Йокогамы. Накахара был рад, что не встретил нигде Дазая, потому что хорошее настроение сразу бы улетучилось. Наверняка завязалась бы ссора, а после драка. И как обычно, Осаму стебался бы над Чуей и называл коротышкой, а в это время последний бесился бы всё больше и больше. А в конце разошлись бы, так друг друга и не убив. Накахара и вправду был счастлив, хотя, внешне не было похоже.

Вечером.

      Вечер. Небосвод играл множеством красок. Начиная от насыщенного жёлтого, заканчивая синим. Гамма красок радовала глаз. Было приятно идти и нежиться в лучах закатного солнца. На улице было уже не так жарко, как днём, что несказанно радовало. Ведь Чуя пошёл гулять в своём стандартном наряде, а он, в основном, чёрный.       Мафиози шагал по малолюдной улочке, которая шла вдоль реки. В лицо дул свежий ветерок, принося с собой приятный аромат цветов. Чуя зажмурился, совсем как кот, объевшийся сметаны, и вдохнул. Улыбка непроизвольно появилась на лице, и в голове всплыли воспоминания минувших дней. Но это не были воспоминания с кучей крови и трупов, а хорошие и светлые. Такие воспоминания Чуя хранил как зеницу ока, потому что их было очень мало.       Погрузившись в свои воспоминания Накахара шёл, не обращая внимания ни на что. Этот день тоже останется в голове, и его также будут надёжно хранить.       Казалось, что этот день уже ничего не испортит, но… Вот это «но» и привлекло внимание Чуи. На берегу сидел паренёк, на вид лет восемнадцать, с серебристыми волосам. На нём была серо-голубая потрёпанная одежда. Видно было, что бездомный. Он сидел и не двигался. И в этот момент в Чуе проснулось давно забытое чувство как сострадание. Он удивился, что оно ещё существует.       Но это было не самое главное. Он только раз на него взглянул, а его уже тянет к нему. Так и хочется подойти, спросить что-нибудь, помочь. Это немного раздражало. Обычно он не лезет не в своё дело, а тут так и хочется это сделать.       Постояв и всё хорошенько обдумав, он фыркнул и двинулся к парню. Навыки мафиози позволили тихо подкрасться к нему. Подойдя к нему ближе, Чуя ощутил что-то странное. Это «что-то странное» исходило от мальчика. Что-то животное и необычное. «Сила?» — сам себя спросил Чуя. — Эй, ты чего тут сидишь? — спросил Чуя и прикоснулся к плечу. Мальчишка дёрнулся и резко обернулся к человеку. В его жёлто-фиолетовых глазах читалось удивление вперемешку со страхом. Но Чуе было наплевать на это, он завороженно смотрел в эти прекрасные глаза цвета золота и спелой сливы*. Накахара не мог отвести взгляда от этих глаз, он как-будто тонул в них.       Придя в себя, Ацуши небрежно бросил: — А Вам-то что? Так интересно? — А, что если да? Что с того? — спокойно ответил Чуя, нарушая зрительный контакт. — Ты ведь бездомный? — поинтересовался мафиози без зазрения совести. — Вам какое дело? — продолжал Ацуши отвечать вопросом на вопрос. — Да, в общем-то, особо никакого. Просто хотел помочь, но видно ты в помощи не нуждаешься, раз так разговариваешь. Кстати, ты не ответил ни на один мой вопрос, только я отвечаю тебе, — возмутился Чуя. — Пофиг. Раз Вам никакого дела до меня, то идите, куда шли, — бросил Ацуши, странно покосился на нарушителя покоя и тут же отвернулся. Чуя уже закипал от манеры речи парня и был готов врезать ему хорошенько. — Мне Ваша помощь не нужна… Уже, — последнее слово он сказал очень тихо, чтобы не услышали, но Чуя всё равно смог расслышать его. — Как тебя зовут? — немного остыв, спросил Чуя. — Накаджима Ацуши, а Вас? — опять повернулся к собеседнику. — Накахара Чуя. Приятно познакомиться, — сказал Чуя, протягивая руку вперёд. Ацуши недоверчиво покосился на руку, затем протянул свою, заключая её в рукопожатие. «У него очень тёплая рука», — подумали они одновременно.       Во время рукопожатия у Ацуши в животе заурчало. На щеках появился нежно-розового цвета румянец, он поспешил отвернуться и спрятать лицо. Чуя прыснул в кулак. — Значит, не нуждаешься в помощи? А мне кажется ещё как нуждаешься, — пытаясь не засмеяться от вида смущённого Ацуши, проговорил Чуя. — Пойдём.       Накахара взял за запястье Ацуши и опять почувствовал что-то странное и не человеческое, исходящее от него. Подумав, что с этим потом разберётся, Чуя хотел было сдвинуться с места но… — С чего это вдруг я должен с Вами идти? Если я знаю Ваше имя, это не значит, что я могу Вам доверять. Так что я не пойду с Вами, — вырвав руку, возмутился Ацуши. — Лучше помру с голоду, чем пойду куда-то с незнакомцем. И вообще, Вы мне не нравитесь! — Тц… Бесишь. Я тебе помочь пытаюсь, а ты меня посылаешь, — пробубнил Чуя. — Короче, наплевать. Ты пойдёшь со мной, без вопросов, — схватив его за руку, он повёл парня.       Со стороны Ацуши сыпались возмущения, оскорбления и угрозы, но Чуя его не слушал, он был погружён в себя. С чего это он решил помочь какому-то оборванцу, который его оскорбляет и знаком с ним от силы минут десять?! Чуя не знал. Но одно он знал точно, что этот ребёнок его чем-то зацепил, разбудил давно забытое чувство сострадания. А ещё, вокруг него была странная аура, неестественная обычному человеку. «Нет, ну точно способность!» — подумал Чуя.       Вся дорога до дома мафиози сопровождалась ругательствами и с одной стороны и с другой. И ещё попытками вырваться или ударить своего похитителя. Прохожие смотрели на них, как на больных людей и чуть ли полицию не вызывали. Но Чуе на это всё было всё равно, так как он корил себя за свой поступок и размышлял, что же ещё сподвигло его на это, кроме проснувшегося чувства.       Под конец пути Ацуши успокоился и смирился с тем, что его не отпустят. Чуя выдохнул и немного ослабил хватку, так как держал его крепко, чтобы не вырвался. Учитывая, что Чуя самый сильный в мафии, хватку можно было назвать стальной. Он убрал руку с запястья и взял ладонь Ацуши в свою и сжал так, чтобы было не очень сильно, и не слишком слабо, чтобы можно было сбежать. Это произошло чисто машинально, так что он совсем не обратил на это внимания. А Ацуши наоборот обратил и залился краской. Это было слишком смущающе. Пытаясь спрятать своё лицо, он просто отвернулся и попытался отвлечься. У него получалось, плохо, но получалось. На щеках остался почти незаметный румянец.       После того, как Ацуши успокоился, до дома они добрались быстро. Стоя перед дверью, Накахара понимал, что теперь Накаджима будет жить с ним, ведь не выбрасывать обратно, как это сделали с ним. Но, как ни странно, он был не против этого. Обычно он сожителей не выносит, но жить с этим пареньком совсем не против. Нет никаких противных ощущений, только тепло, неизвестно откуда взявшееся.       Никто не подозревал, что с появлением Накаджимы появятся и проблемы.