UNDERTALE: я не хочу тебя знать

Но Фриск не смогла оставить это просто так. Она начала вечерами копаться в интернете в поисках ответов, перерыла все книги в школьной библиотеке и даже пыталась расспросить Виолетту об этой фигуре, но она наотрез отказалась отвечать на вопросы. Фриск даже подумала о шантаже, но нет… Нет, не стоит так пренебрегать хорошей знакомой. И наконец, в предпоследний день учёбы, она додумалась до того, чтобы сфотографировать бумажку, и найти сайты с похожими символами в браузере. «Шрифт Wingdings» высветилось в браузерной строке. Фриск почувствовала себя супер-пупер-ученым, и от радости упала со стула, а когда поднялась, то увидела за окном ту самую фигуру, снова. Только она была ближе, чем обычно, намного ближе, чем на метр. Фриск замерла, всматриваясь в пустые глаза… Это… Не человек, да? От правого глаза до самой макушки идёт большая трещина, и от левого глаза до самого уголка рта бежит прямая линия. Надеюсь, это маска. — подумала она, щурясь ещё сильнее. Фигура начала исчезать. — Погодите! — воскликнула Фриск, и прижалась носом к стеклу. — Кто вы? Фигура на несколько секунд материализовалась обратно, наклонила голову чуть-чуть влево и бесследно растворилась. Фриск поняла точно, что это был мужчина. Сделав музыку в наушниках громче, она принялась за перевод символов. На это у неё ушёл весь вечер. И когда она рассматривала бумажку, на которой было написано: «МНЕ ТАК ОДИНОКО…», мимо неё пролетела точно такая же бумажка. Фриск испугалась, и снова чуть не упала со стула, но успела удержать равновесие и потянулась к форточке, чтобы закрыть её. — Ещё ночных гостей тут не хватало… — недовольно буркнула она. А потом подняла листок, текста было больше. На расшифровку символов ушло около часа. «ТЫ ОЧЕНЬ КРАСИВАЯ» было написано на листке. Фриск это напугало, а вдруг он маньяк? Серийный убийца или ещё кто-нибудь? Она задёрнула шторками окно (чего раньше не делала), выключила свет, компьютер и легла спать. Но мысли не давали девушке уснуть, потому что происходящее ей очень нравилось. Может, ответить ему? — подумала она, но обозвав себя глупой, продолжила лежать. Полчаса, час, полтора… Кто же он? Неожиданно Фриск подпрыгнула, подбежала к столу, включила настольную лампу и написала короткое: «Спасибо» на маленьком, только более аккуратном листочке. Когда она прильнула к окну, чтобы выпустить листок, то снова увидела фигуру, только у самого окна. Некто поднял голову в её сторону, и отошёл назад на несколько шагов. Фриск вздрогнула, выпустила листок и громко захлопнула стеклянную дверцу. Он что… Наблюдал за ней? Сердце бешено билось… Она осторожно слезла со стола и уткнулась лицом в подушку. И страшно и приятно, как же это странно… Кто же он? Кто он? Кто? Утром Фриск была бодрее, чем обычно. Зубная щётка не вывалилась из её рук, чай получился не слишком сладким, а обувь, вообще, завязалась с первого раза! Перед выходом она выглянула в окно, но никого там не увидела. Ториэль спросила, что она делала ночью, но девушка предпочла уйти от этого вопроса. — Ну, всё, мне нужно бежать, тётя Тори, удачи вам. — Береги себя, дитя… Утренний мороз щипал уши Фриск. Здесь зима была теплее, чем в городе, в котором выросла Фриск, хоть и находились они недалеко друг от друга. Она шла рядом с Виолеттой, которая рассказывала ей об очередной «офигительной» книге. Как вдруг, прямо на её лицо приземлилась бумажка. От испуга Фриск подпрыгнула на месте, из-за чего Виолетта испуганно закричала. Фриск сразу узнала этот почерк, и желание узнать, что же написал неизвестный, заполнило её мозг. Она спрятала листок в карман сумки, пока Виолетта приходила в себя. Фриск благодарила себя за то, что вчера вечером скинула себе на телефон картинку с расшифровкой символов. В школе во время перемен она была целиком погружена в перевод. Санса очень насторожила такая занятость девочки, обычно она читала, или разговаривала с Виолеттой, а тут весь обед просидела, уткнувшись бумажку и телефон. Он тихо подошёл к ней сзади, и начал изучать символы, накаляканные на листочке, но Фриск заметила его, и всем телом улеглась на стол. Санс был ошарашен. — Зачем ты переводишь это? — спросил он. — Какая тебе разница? — разворачиваясь к нему, спросила Фриск. И удивилась, такие эмоции на его лице она видела впервые. Он беспокоился. — Как давно ты общаешься с ним? — Зачем тебе эта информация? — Ну… Фриск, это не очень хорошее существо… — Ты знаешь его? Все больше и больше ребят поворачивали головы к ним. — Да, я знаю, кто это, и общаться с ним тебе не советую. Фриск фыркнула и развернулась. Санс решил, что с этого момента будет более тщательно наблюдать за ней. Но и во время предновогоднего собрания клуба перевести текст ей не дали. Когда ребята обсуждали, какое выступление они подготовят для новогоднего фестиваля, в комнату завалились Санс и Папирус с заявлением, что они новые участники клуба. Тэм было очень рада этому, и налила всем чаю в честь такого события. И дома эти двое не давали Фриск перевести текст, братья всё время вытаскивали её из комнаты, предлагая смотреть телевизор. А какая для неё была радость, когда поздним вечером Ториэль выгнала мальчиков домой. «МНЕ БЫ ХОТЕЛОСЬ ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ. ПРИХОДИ ЗАВТРА К ДЕВЯТИ В ЧАЙНУЮ БИЛЛА. МЕНЯ ТЫ УЗНАЕШЬ ПО КРАСНОЙ РОЗЕ.» Вот это поворот… — подумала Фриск, тут же мысленно соглашаясь на приглашение. Как обычно, Фриск спала до самого обеда. А когда девушка проснулась, и на глаза ей попались электронные часы, цифры на котором сообщали, что уже обед, она соскочила с постели, как ужаленная и побежала в ванную. Сразу после душа Фриск наткнулась на Ториэль, а она сразу же отправила непослушного ребёнка кушать. — Что это сегодня с тобой? — спросила у неё Ториэль, кусая свежий огурчик. — Цветёшь как майская роза, а не пахнешь. — Тётя Тори, меня пригласили на ужин сегодня вечером! — радостно сказала Фриск. — Оу, дитя, ты даже улыбаться начала… — сказала Ториэль, и улыбнулась. — И кто этот счастливчик? — Пока сказать не могу… — мечтательно протянула девушка — И почему же? — Потому что это секрет. — А ты уверена, что он ничего плохого тебе не сделает? Что-то мне это не нравится затея с секретными друзьями. — Все будет хорошо, обещаю. — Хорошо, дитя… Впервые за многие годы Фриск взяла в руки тушь для ресниц, духи и лак (все это было выпрошено у Ториэль) и использовала все это на себе. Перед выходом она надела нежно-фиолетовое платье и распустила волосы. Ториэль проводила её до самых ворот, и долго смотрела вслед, происходящее ей не нравилось. Фриск шла сквозь кучи снега, которые собирались из-за начинающейся метели. В небе плавало плотное, большое облако, но сквозь него просачивались яркие лучики Луны. Сейчас эмоции переполняли девушку, ведь она не знала, как он выглядит на самом деле, его характер, рост, манеру речи, возраст, абсолютно ничего. К счастью, чайная находилась вниз по склону, ближе к школе. По дороге она встретила Санса. — Хей, Фриск, куда ты собралась в такое время? — До магазина. — Тогда я к вам зайду, нам поговорить надо. — Ок. — закончила девушка, и ускорила шаг. И вот она, дверь заветной чайной, ещё совсем немного… Фриск открыла дверь, и шагнула вовнутрь: в помещении играла приятная классическая музыка, в воздухе парил аромат мяты и вдоль трёх стен стояли столики и сидения каштанового цвета. Напротив входа стоял небольшой бар, около которого крутились посетители, а посреди зала стояло небольшое чайное дерево, окружённое плетёным столиком, за которым сидела компания людей и пила свежий чай. Фриск сразу увидела компанию отдыхающих девочек, что обычно кружат вокруг Санса. Наверное, Санс шёл именно отсюда, — подумала Фриск, и начала рассматривать зал, в поисках знакомой фигуры. — А если он вернётся, то, что я ему скажу? И когда она увидела его, внутри все сжалось. Мужчина в чёрном строгом костюме сидел за маленьким столиком в самом углу зала и смотрел на неё. Она медленными шагами пошла к нему. Ей было не ясно, человек он или нет. Его руки были сложены в замок, он наблюдал за каждым движением девушки и приятно улыбался. Это был скелет, ведь вместо пальцев Фриск видела костяшки, вместо глаз она смотрела в пустые глазницы… Но это не отталкивало её. Он жестом пригласил Фриск присесть, она сняла шапку, пуховик и опустилась на сидение напротив него. На столе стояла ваза с красивой, пышной алой розой. Видимо, сидел он тут давно, ведь через несколько минут им принесли коньяк, шоколад, чашку зелёного чая и несколько булочек. — Ты такая красивая сегодня. — Сказал он, и взял в руки алкогольный напиток. Его голос был очень приятным, но он произносил каждое слово так, будто он не говорил на этом языке уже несколько лет. — Спасибо. В её голосе не было уверенности. Фриск хорошо чувствовала атмосферу вокруг него, сейчас он был хладнокровен и очень уверен в себе. — Как твои дела? И о чем мы будем говорить? Спросим как дела друг у друга и разойдёмся? Фриск не могла даже спокойно пить чай, когда он смотрел на неё. Она чувствовала, что краснеет больше и больше. — Нормально. А как ваши дела? — Давай на «ты». У меня все отлично. Слово цеплялось за слово, и таким образом они поговорили до самого закрытия чайной. — Ты тоже любишь фотографии? — радостно воскликнула девушка. — Да-да, я часто фотографирую здешние просторы. Фриск никому не рассказывала столько всего о себе, даже Ториэль знала намного меньше его. Она выяснила, что зовут его Гастер, и ему 31 год. А ещё, когда Фриск спрашивала о слежке, которую мужчина вёл в течение нескольких месяцев, он начинал глупо улыбаться. — Ну-с, пора нам идти, — он одним глотком опустошил стакан и встал из-за стола. — А то хозяин заведения скоро начнёт ругаться. Фриск очень нравилось наблюдать за его движениями, скелет двигался… Ну очень необычно. Она кивнула и последовала за ним. И вкус у него был отменный! Он выбрал превосходные булочки, которые Фриск съела с удовольствием. Гастер накинул на себя пальто, взял из вазы розу и пошёл вперёд. Фриск шла следом за ним, и улыбалась, как ребёнок, вышедший из магазина игрушек. Все посетители направлялись к выходу. Увидеть человекоподобное существо в этом городе — не было чем-то особенным, но всё-таки, находились те, кто оглядывался на Гастера. — О-о, Фриск, приве-ет… — неприятным голосом сказала одна из подружек Санса. Следом за ней волочилось ещё несколько девушек с кислыми минами. — Наконец-то парня себе нашла?~ Под неодобрительным взглядом Гастера вся стайка девочек сконфузилась. Фриск и Гастер ещё долго бродили по городу: они посидели на детских качелях, прогулялись по мосту над рекой, посидели на лавочке в парке, и все это время они спокойно что-то обсуждали. Фриск никогда не чувствовала себя настолько открытой перед кем-то. А когда он посмотрел на часы и озвучил время, девушка тихо ойкнула. — Тебе запрещают гулять в такое время? — Удивлённо спросил он. — Я не гуляю вообще… Запаниковав, она схватила его за руку и потащила за собой в сторону дома. Кисть Фриск провалилась в дыру в костях скелета, и её это смутило, но мужчина всего лишь улыбнулся ей в ответ. Рядом с домом он остановился. — Фриск, мне нельзя туда идти. — Почему? — Я не в самых лучших отношениях с Ториэль. — Почему это? — Между нами было много нехорошего в прошлом, — он нажал указательным пальцем на нос девушки. — Но теперь я исправился, и, надеюсь, что твоя семья тоже исправилась. — А ты сможешь рассказать, что между вами произошло? — Конечно, но не сегодня. — Хорошо. Тогда тут разойдёмся? — Да. Фриск мило улыбнулась, и потянулась к Гастеру, чтобы обняться. Его, мягко говоря, удивил такой жест, а вот она ничего необычного в этом не увидела. Ведь он стал первым, кого Фриск действительно посчитала своим другом. Даже то, что мужчина был на три головы выше её, не помешало осуществлению задуманного. — Ну что ж, с нетерпением буду ждать следующей встречи. Спасибо за сегодняшний вечер. — И тебе спасибо, было круто. Он отдал ей розу, и медленными шагами пошёл в другую сторону. Фриск и не заметила, как он растворился. Дома её ждали Ториэль, Санс и Папирус. Братья сидели за столом, и пили чай со свежеиспечённым печеньем, а Ториэль перебирала скомкавшуюся набивку в подушке. Как только Фриск вошла в дом, Тори кинулась ей навстречу. — Дитя, где ты была? — спросила она, и, увидев в её руках розу, немного напряглась, — И с кем ты там была? Сразу же в коридор прибежали братья. — Ну… Я с другом гуляла. Так же, Гастер попросил Фриск не называть его по имени в присутствии родственников. — Другом, который подарил тебе розу? — присоединился к расспросу Санс. По лицу парня было видно, что он в недоумении.