Перезагрузка (Control, Alt, Delete)

— Для меня? — переспрашивает Джон. — Ты же самовлюбленный мерзавец. — Мне об этом говорили. — Ты меня соблазнял? Если отбросить твои двусмысленности, чем еще это может быть, кроме настоящей... демонстрации? Шерлок с непритворным любопытством рассматривает соседа. — Будь это так, это бы сработало? Джон проводит ладонью по лицу, а затем встает и пересаживается на кофейный столик. Теперь Шерлок оказывается на расстоянии вытянутой руки. Он лежит на диване, все так же расслабленно развалившись, явно нежась после секса. Джон фыркает. Ну конечно. Дождешься, чтобы Шерлок потеснился. — Возможно. Просто… Думаю, нам надо поговорить. — О, замечательно, — Шерлок со стоном пинает подлокотник. На его лице отчетливо написано: "И почему люди все так усложняют". — И не делай этого своего "о, замечательно". Что тебе от меня надо? Серебристые глаза Шерлока впиваются в Джона. — Я думал, это очевидно. — Только не для меня. Ты же сказал мне у Анджело, что не ищешь отношений. — Я не говорил. Джон, серьезно. Почему все путают "искать что-то" с "подобрать то, что само идет в руки"? По всей логике они не обязательно связаны и следуют друг из друга. Я не искал полтинник на лестничной клетке, но почему бы не подобрать его, если я на него наткнулся. — Ясно. Точно. Теперь ты наткнулся на меня. — Именно, — в грудь Джона упирается длинный тонкий палец. Джон устремляет на Шерлока недоумевающий взгляд. — Бога ради, я что, не все еще разжевал? Салки, — поясняет Шерлок. — Все как в игре. Я на тебя наткнулся, теперь твоя очередь. — Кажется, ты путаешь салки и прятки. Шерлок закатывает глаза. — Это неважно. — Просто... что тебе все-таки надо? И не говори, что я уже спрашивал, ты мне все равно не ответил. Ты хочешь, чтобы все и дальше шло так, как есть? Чтобы ты, как прежде, брал без спроса мои вещи, а я заваривал чай и орал на тебя? Хочешь, чтобы я лежал рядом, гладил тебе голову и удалял из нее что вздумается? Или хочешь... Джон замолкает. Сейчас он никак не может заставить себя спросить у этого человека: "Ты хочешь меня трахнуть?", не говоря уж о том, чтобы заменить это на слащаво-романтичное: "Тебе хочется заняться любовью?". Вместо этого Джон, стиснув зубы, сглатывает. — Очень любопытные предположения, в особенности последнее. Почему бы тебе не попытаться проверить на практике, что из него выйдет? — Потому, Шерлок, что, если ничего не получится, вернуться к тому, как мы живем сейчас, будет страшно трудно. А то, что есть между нами сейчас... здорово. Шерлок выгибает бровь. — Даже не "потрясающе"? — Ладно. То, что есть между нами сейчас, потрясающе. Оно восхищает, выводит из себя и, главное, работает. И я не хочу менять нашу жизнь, чтобы взамен тупо трахаться на восточном ковре. Вопреки собственным словам, Джон чувствует, как его взгляд стекленеет при одной только мысли о такой возможности. Кто был бы сверху? Наверно, Шерлок, он тот еще настырный мерзавец. Так шумит и извивается, пока мозги себе ремонтирует. Интересно, что было бы, возбудись он по полной? Джону требуется мгновение, чтобы перед его внутренним взором предстала картинка, как Шерлок проникает в него, движется в нем (ох да пожалуйста просто да трахни уже да), мучительно кончает, выкрикивая его имя, а его сперма мощно выплескивается в Джона. — Всегда можно воспользоваться кухонным столом, — произносит Шерлок, не сводя глаз с его губ. До Джона внезапно доходит, что, ненадолго отлучившись в ОхтрахнименяШерлокландию, он высунул язык, и доктор торопливо его убирает. — Скажи, что ты не всегда знаешь, о чем я думаю, — стонет Джон. — Почти всегда. Твои мысли отображаются у тебя над головой различными гротескными шрифтами*. — Засранец, — с противоречивой нежностью выдает Джон. — С тебя станется. Он внимательно изучает угловатое лицо своего соседа. — Ты когда-нибудь был с мужчиной? Внезапно Шерлок отводит взгляд, а затем, плотно запахнув халат, яростно уставляется на Джона. — Какая разница? — Я просто спраш... — А ты? Нет, не отвечай. Я и так знаю, что не был. Ты всегда спал с женщинами. Я почти чувствую, как от тебя ими пахнет. — Спасибо тебе большое, Шерлок, за столь милую метафору. Шерлок подтягивает к себе колени, словно хочет повернуться к Джону спиной, но вынужденно замирает, когда Джон хватает его за запястья. — Прекрати. — Прекратить что? — у Шерлока слишком удивленный вид, чтобы пытаться освободиться. — Прекрати отворачиваться и утыкаться лицом в подушки, словно ты меня игнорируешь. Потому что на самом деле ты просто придумываешь оправдания тому, чтобы лишний раз продемонстрировать свою восхитительную задницу. — Пффф. — Точно. Пффф. Молчание. — Ты серьезно считаешь ее восхитительной? — Еще как. Не видишь, как это написано у меня над головой шестьдесят четвертым кеглем современной версии "Джонстон Андеграунд"? — Значит, ты не так уж и гетеросексуален. Запястья Шерлока выскальзывают из рук Джона. — Очевидно, нет, — отвечает он. — Либо да, но тогда об этом надо было сказать моему члену. Большую часть вечера внизу живота болело от желания овладеть Шерлоком, да и сейчас член все еще напряжен и очень чувствителен. Из него вышел бы превосходный костыль, не будь он направлен вверх. — Хм, — Шерлок, явно довольный собой, чопорно складывает руки на груди. — Тогда, полагаю, сейчас очень подходящий момент для продолжения рассуждения о достоинствах моей задницы. Джон фыркает. — Еще бы ты так не думал. Ты же самовлюбленный хрен. — Джон, — снисходительным тоном замечает Шерлок, — мы поговорим о моем хрене после того, как ты на него посмотришь. Давай обсуждать одну часть тела за раз. Джон зажмуривается. Под закрытыми веками клубятся яркие точки. Едва их движение утихает, как из них складываются слова: "Со мной никак не может такого быть". Когда Джон вновь открывает глаза, Шерлок все еще рядом, сидит, глядя на него так, словно Джон — особо впечатляющая улика. — Ладно. Хорошо. Она охренительна, — выдыхает Джон. — До смешного охренительна. Ни один человек с подобной фигурой — сплошь из костей, суставов и углов — просто не имеет права вертеть такой задницей. Боже сохрани! Стоит делу добраться до темы разговора, как Джон, не удержавшись, взмахивает рукой. — Ты действительно так думаешь? — Ты же знаешь, что да. Это неприлично. Прямо как в каком-то клипе Сэра Микс-Э-Лот**, — Шерлок растерянно уставляется на Джона. Тому приходиться приложить все возможные усилия, чтобы сменить тему. — Неважно; не обращай внимания. Считай это комплиментом. — М-м-м. — Плюс твоя манера одеваться. Она тоже не улучшает ситуации. — И как я одеваюсь? — с потрясающей наивностью спрашивает Шерлок и настороженно замирает. — Ты прекрасно знаешь, как. Вот это что такое? — протянув руку, Джон хватает краешек синей ткани. — Халат. — Именно. Ладно, мужчины так не одеваются. Только не там, откуда я родом. Либо я не продержался бы в убежденных натуралах так долго. Думаю, то, что халат блестит, приятен на вид, притягивает свет, а когда ты ходишь, так и льнет к тебе, случайность? — Возможно. — Ага, точно. Он, конечно же, должен быть в полоску, а то вдруг без этого твоя задница будет выглядеть недостаточно вызывающе. Шерлок, поверь, последнее, в чем нуждается твоя чрезвычайно возбуждающая пятая точка — это оптически увеличивающие ее полосы. Всякий раз, как на тебя находит хандра, и ты в этом своем шелковом халате плюхаешься на диван и лежишь там с надутым видом, игнорируешь все подряд, ворчишь, так вот всякий раз мне приходится сбегать из дома, чтобы не вонзиться в твой зад зубами. — Ясно, — хмурится Шерлок. — Только зубами? — А еще, — шепотом с самым заговорщицким видом продолжает Джон, — ту штуковину от твоего секси-прикида, которая вечно за тобой волочится, можно применить в качестве веревки для бондажа, если мне захочется тебя связать и использовать у камина, раз она всегда под рукой. — Строго говоря, это пояс. — Строго говоря, тебе не все равно? — Полагаю, да. — Я так не считаю. Только взгляни на себя. Мозги размером с красного гиганта, а одеваешься как дешевая потаскушка. Это грубости, но произносит их Джон с восхищением. Шерлок оскорбленно фыркает. — Не знал, что «Дольче и Габбана» смотрятся дешевкой. — Ах, да, твои шмотки. Почему бы их тоже не обсудить? Те чертовы черные брюки, которые выглядят так, словно их на тебе нарисовали. Ту узкую лиловую рубашку. Когда ты в ней, стоит тебе открыть холодильник, как под тканью проступают соски. И не ври, что не знаешь, какие они маленькие и твердые, когда тебе холодно. Но ты начинаешь смотреть на меня странно, и мне приходится отводить глаза от твоей груди, зная, что дальше я буду снова голодным взглядом пялиться на твой зад. Шерлок моргает. — Доктор Ватсон, у вас до ужаса… пошлый язык. — Цитируя одного друга, «мне это говорили». К тому же его можно по-разному использовать. — Сколько зарабатывает оператор в службе секса по телефону? Потому что как врач ты уже кончен. — Спасибо. Я подумаю. — Как жаль, правда. — Точно, жаль, — говорит Джон. Теперь он настроен решительно. Нависнув над соседом, Джон хватает того за плечи. — Жаль, что секунд через тридцать я возьму тебя в рот, а ты станешь так вопить, что женатики, живущие у миссис Тернер, принесутся сюда с просьбами одолжить им тебя и баночку «Мармайта»*** впридачу. А потом в прихожей столпится вся клиентура «Спидиз» в надежде получить нечто подобное, но это не поможет, потому что делиться тобой, Шерлок, я не намерен. Если ты позволишь мне обладать тобой, ты будешь принадлежать только мне, отныне и навсегда. Тесно прижавшись и тяжело дыша, мужчины смотрят друг на друга. Джон берется за пояс соседа, но Шерлок делает, как Джон пару минут назад: хватает его за запястья, вынуждая остановиться. — Нет, жаль, что нам пора. Мы уходим. — Какого черта? — Нас ждет Жульен, — имя Шерлок произносит с легким французским придыханием на конце. Естественно, его произношение безупречно. — Если честно, меня, но тебя я беру с собой. — Да что за хрен с горы этот Жульен? — с удивлением Джон обнаруживает, что теперь ругается еще грязнее, чем обычно, когда оказывается из-за Шерлока на взводе. — Джон, у нас было целых полчаса. Тебе же захотелось потратить их на болтовню. Разве не моей обязанностью, как будущего сексуального партнера, являлось угождение твоим желаниям? А теперь иди и надень что-нибудь приличное. — Чем нехорош мой свитер? — А чем он хорош? Джону никогда бы не достигнуть звания капитана медицинской службы сухопутных войск, не умей он правильно расставлять приоритеты. — Прекрасно. Может, оставим критику гардероба на потом? Я сделаю, как ты говоришь, но сначала мне нужно, чтобы ты усвоил две вещи. Во-первых, ты — возмутительный динамщик. Шерлок, кажется, расценивает это как комплимент. — Учел. — А во-вторых, — продолжает Джон, и его губы прикасаются к уху Шерлока, — ты мне за это еще заплатишь. Ухмылка растягивается до размеров плутовской улыбки. — Я на это рассчитываю. _________________________________________ От переводчика. * Гротескный шрифт (он же шрифт сан-сериф, готический шрифт) — шрифт без засечек. Его образцом как раз является «Джонстон Андеграунд». ** Сэр Микс-Э-Лот (Anthony Ray, Sir Mix-A-Lot) — американский рэпер и продюсер. *** Мармайт — пряная пищевая паста, изготовленная из концентрированных пивных дрожжей с добавлением трав и специй, очень вязкой консистенции.