Перезагрузка (Control, Alt, Delete)

Со всех сторон Шерлока и Джона окружают мужчины в черных галстуках и женщины с бокалами Шато Лаффит. Детектив опускает телефон в карман. — Идиоты, — выдает он. — Никуда Виктория Робинсон не пропадала, ее убили. Неразборчивость в связях. Предположительно, сожитель. — Откуда тебе это знать? — сквозь зубы замечает Джон. — И какого черта ты не мог выразиться яснее, чем "надень что-нибудь приличное"? Они находятся в поместье Жульена в Хэмпстеде, и бесконечные балюстрады в стиле рококо, равно как и итальянский мрамор, успели уже набить оскомину. Все вокруг, включая прислугу, одеты куда элегантнее Джона, но раздражен он не из-за этого. Нет, он злится, потому что пока они добирались сюда на такси, он успел благополучно поцапаться с единственным в мире консультирующим любителем театральщины. Все шло просто прекрасно, пока в голову Джону не закрались подозрения о том, что именно предпочитает удалять Шерлок. _________________________________________________ — Мелодия. Ты сегодня бубнил ее себе под нос, — заметил Джон. — А теперь перестал. Когда Шерлок не подал ни малейшего признака того, что понимает, о чем идет речь, Джон напел несколько тактов "Имперского марша". Шерлок уставился в окно машины. — Понятия не имею, о чем ты. — Шерлок, я показывал тебе этот фильм. Ты его удалил? — Нет, — решительно возразил Шерлок. — Хорошо. — Во всяком случае, пока нет, — тихо добавил он. Джон воззрился на детектива. — Что? — выпалил Шерлок. — Я знаю, Джон, что этот фильм видели все, но я-то не все. Какая тебе радость от забивания моей нервной системы всяким вздором? Джон стиснул зубы. — И чем этот фильм тебе не угодил? — Нет! Хватит! От твоих разговоров он только сильнее пропечатывается у меня в голове! — Но... — Оооооххх! — сжав пальцами виски, Шерлок свернулся на сиденье калачиком и застонал, словно от боли. — Сюжет, если честно, достоин жалости... игра актеров натянутая, в преобразователе энергии пронзительный свист... — Ладно, — прошипел Джон, когда таксист закашлялся, — я понял. — Выстрелы из бластеров слышны при полном отсутствии атмосферы. Но это же невозможно, ни при каких условиях. В космосе...* — Да, я в курсе, — с каменным лицом перебил Джон. Со времен фальшивого Вермеера Шерлок страстно увлекся космосом. — Но тебе следует понимать, что этот фильм был одним из самых ярких моментов моего детства. Шерлок застонал. — Только не заставляй меня тебя жалеть, — взмолился он. — Не волнуйся, Хан все же выстрелил первым. — Арррргх! Как такое возможно? Это чушь! Остаток пути они провели в напряженном молчании. __________________________________________________ Мимо проходит официант. Джон подхватывает с подноса эбенового дерева бокал водки с тоником и медленно возвращается с ним обратно. — Джон, — зовет Шерлок, помахивая длинным пальцем прямо перед носом соседа. — Пожалуйста, постарайся сосредоточиться. Минивэн мисс Робинсон обнаружен на Торрингтонской парковке. — И? — от нечего делать Джон начинает гадать, где здесь могут быть уборные. Перед глазами возникают позолоченные писсуары, каждый со своей личной крошечной мраморной балюстрадой. — Ты когда-нибудь бывал на этой парковке? — Конечно. — Опиши мне ее. — Даже не знаю; кажется, я удалил все существенные детали, — с удовлетворением Джон отмечает, как собеседник нахмуривается в ответ на его слабую попытку бунта. Так тебе и надо, нечего быть таким тупицей, думает он. — Ну ладно, — сдается Джон, сложив руки на груди. — Серая. Сплошь из бетона. Битком набита машинами. — Ты нарочно так делаешь, чтобы завести меня, — обвиняюще тянет Шерлок. — Мне нет нужды что-то делать. Когда мы познакомились, ты уже был на взводе. И это твое обычное состояние, вроде кататонического синдрома**. — Джон, постройка старая. Отсеки узкие, возможно, на 43 сантиметра уже средних размеров. Хватит, чтобы свободно разместить "Мини" шестьдесят третьего года, но не больше. — Извини, по-прежнему не улавливаю. — Плюс в парковке спиральный спуск. — Так. — А еще, — раздраженно фыркает Шерлок, — она сидела на бензодиазепинах и соскочила не позднее пяти дней назад. — О, — в дело вступают профессиональные знания, и Джон тревожно прикусывает нижнюю губу, — синдром отмены амфетаминов. Она должна была испытывать усталость, тревогу, депрессию, возбуждение. Было возможно суицидальное поведение. И ничто из этого не подтверждает версии об убийстве. Если уж на то пошло, вероятные симптомы скорее указывают, что она сама отняла у себя жизнь. — Джон. Прекрати мысленно листать медицинские учебники и думать. Когда ты в последний раз видел человека, которому понадобилось лечение бензодиазепинами? — Может, года два назад. — Опиши мне его. — Его звали Дэйв, — начал Джон. — Мы приятельствовали в армии. Нас отправили в Афганистан, а его поставщик остался здесь. Боже, Дэйв прошел через ад. Тошнота. Головокружения. Такие сильные, что он не мог удержаться на ногах, просто обходя палатку. Мощные головные боли, спазмы глазных мышц, акатизия***. Как-то я кинул ему свой шлем, а он не сумел его поймать, хотя раньше был гениальным игроком в крикет. Но в то лето координация у него стала просто ни к черту. Шерлок торжествующе смотрит на Джона. — И это звучит похоже на человека, способного запарковать "Фиат Мультипла" в менее чем стандартном боксе на шестом этаже парковки после подъема по без сомнений вызывающей головокружение спирали? Да еще и задним ходом? — Нет, — отвечает Джон, когда на него накатывает понимание. — Ты прав. Виктория не оставляла там машины. Кто-то припарковался за нее. — Да. Ее парень. Он ее убил, сбросил тело со своей яхты там, где кишат акулы, а затем оставил "Фиат" на парковке. — Потрясающе, — восхищенно уставившись на Шерлока, выдыхает Джон. — Я же тебе даже не рассказал, откуда узнал об акулах. — Не важно. Это все равно охренительно потрясающе. Губы Шерлока растягиваются в улыбке, он буквально лучится радостью с примесью неловкости — словно то лицо, что сейчас надето на нем, как маска, только что достали из коробки, и Шерлок пока совершенно не представляет, как с ним управляться. До чего же он прекрасен. Черт, да только взгляните на него. Долговязая фигура Шерлока затянута в черный костюм. Возможно, то, что на детективе красуется та самая узкая лиловая рубашка, о которой Джон так восторженно отзывался дома, далеко не случайно. Ее ворот распахнут, открывая взору опасно обнаженную шею и ключицы. Мужская грудь никогда не привлекала Джона в сексуальном плане, но сейчас он считает иначе. Справа на шее Шерлока видна очаровательная родинка, а левее и ниже разместилась целая их россыпь. Джон пытается угадать, где находятся остальные. Ему хочется опрокинуть Шерлока на изысканный паркет Жульена и отыскать все, а найдя, медленно обвести каждую языком. Впрочем, у его соседа иные планы. ___________________________________________________ — О, да просто Рождество какое-то, — со стоном выдает Шерлок. — Салли Донован права, — замечает Джон и проводит рукой по подбородку. — Ты от этого тащишься. Шерлок настолько увлечен и погружен в свои мысли, что не отвечает. Сейчас его взгляд совершенно остекленел, дыхание медленное и плавное. Джону буквально приходится встряхнуть его, чтобы добиться ответа. При этом вид у Шерлока становится как у только что выбравшейся из озера афганской борзой. — Что? Ты что-то говорил? — Ничего. Продолжай, пожалуйста. На неумение продолжать Шерлок не жалуется. Нагнувшись, ярый поклонник смертоубийства прижимается щекой к запертой витрине. Внутри полно книг, и если верить прикрепленным к ним ярлычкам, то в XVIII-XIX веке все их переплели в человеческую кожу. — Большинство частных аукционов, где представлены коллекционные предметы, связанные с теми или иными убийцами, страшно банальны, — произносит Шерлок. — Но только не те, что проводит Жульен. У него всегда оказываются самые восхитительные вещи. — М-м-м, — тянет Джон. — Что ж, ты правильно делаешь, что покупаешь рождественские подарки заранее. Я всегда говорил, что это помогает не угодить в давку. Во взгляде серебристых глаз проступает недоумение. — Шутка, — поясняет Джон. Хотя они никогда не затрагивали эту тему, Джон не сомневается, что Шерлок не покупает подарки на Рождество. Не совсем ясно, в курсе ли он вообще, когда именно Рождество празднуют. Ответа Шерлока можно уже не ждать — тот опять не слышит ни единого слова. — Изумительно, — восхищенно выдыхает он, указав на небольшой бледно-серый том в обложке из материала, который на глаз можно принять за очень тщательно выделанную замшу. — Это автобиография одного грабителя. После казни ее переплели в его собственную кожу. Только представь, что из нее можно выжать. Джон, там до сих пор содержится его ДНК. — М-м-м. Подумать только, и как это наш кофейный столик так долго простоял без нее. — Обычно на подобных мероприятиях натыкаешься исключительно на низкокачественную дешевку, — презрительно замечает Шерлок. — Однажды я зашел на одно, где выставили клоунский костюм Джона Уэйна Гейси****. Джон, серьезно. Чему у него можно научиться. — Почему стоит бояться клоунов? — А рядом поместили трусики женщины, до смерти забившей мужа железной клюшкой для гольфа. Девятым номером, если быть точнее, — Шерлок вздрагивает, но скорее от отвращения, чем сочувствия. Женское белье, как и его обладательницы, к его сфере интересов не относятся. — Но то, что предлагает Жульен, — сочным баритоном продолжает он, — просто первоклассно. Как-то он достал копье, на котором выставляли голову Оливера Кромвеля. Широким шагом Шерлок отходит на несколько метров и падает на обтянутые шерстяным крепом колени перед другой витриной. — Джон, Джон, ты только взгляни на это! Джон заглядывает через плечо друга. Под одеждой ощущается едва проступающая мускулатура. Витрина застелена темной тканью, и единственный содержащийся на ней предмет — покоящееся на подушке нечто, сильно напоминающее очень потрепанную записную книжку в кроваво-алой кожаной обложке. И хотя надпись на ярлыке практически стерлась, Джону удается разобрать в первой строке слово "Холмс". — Опять человеческая кожа? — уточняет Джон. — Лучше, — мурлычет Шерлок. От его дыхания стекло затягивается дымкой. Пока детектив доводит себя над записной книжкой до небольшого оргазма, Джон пользуется минутной возможностью полюбоваться на дивную картину стоящего на коленях Шерлока. Но нахлынувшие мечтания оказываются грубо прерваны низким, с придыханием, голосом, раздавшимся в двенадцати сантиметрах над его ухом. Обернувшись, Джон натыкается взглядом на высокого тощего француза с черными волосами, оливковой кожей и пронзительными зелеными глазами. Черт. Весь его вид наводит на мысли о сексе, от него буквально веет роскошью дорогой, пошитой на заказ одежды. Именно такого человека я представил бы рядом с Шерлоком, если бы мне понадобилось представлять рядом с ним хоть кого-то. — Шерло'к, — тихо произносит незнакомец. — C'est si bon de te revoir. — Жульен, — Шерлок садится на пятки, прежде чем ответить на приветствие. — Я тоже рад тебя видеть. К вящему ужасу Джона, Жульен опускается на колени рядом с Шерлоком, берет его за подбородок и целует на французский манер, сначала приникнув губами к правой щеке, а затем к левой. С высоты своего роста Джону не видно, отвечает ли на поцелуи Шерлок. Наконец, Жульен берет детектива за запястья и помогает встать. Кровь Джона сперва застывает, а затем вновь обжигающе бежит по венам. С каких это пор он позволяет посторонним прикасаться к себе подобным образом? Я до него никогда так не дотрагивался. Бурлящий через край адреналин требует, чтобы Джон ударил, но тут сбоку к нему подходит Шерлок. Его присутствие там немного удивляет. Жульен проходится несколько раз по Джону внимательным взглядом, кривит губы, но из-за чего — удивления или презрения — Джон сказать не может. — А это твой... — Джон. Это Джон. На щеках Шерлока слабо алеют оставшиеся после ничтожного давления губ Жульена отметины. Еще бы их не было. Твою мать. Его кожа такая бледная и нежная, что любое прикосновение на ней следы оставит. Не человек, а гребаный "Волшебный экран". Джон надавливает большими пальцами на глаза. Он на самом деле не хочет думать о том, как легко было бы сейчас заставить появиться на бледном теле Шерлока яркие пятна. — Твой... Джон, — выдыхает Жульен. — Charmant. Помолчав, он что-то шепчет Шерлоку на ухо. — Это не так, — резко возражает тот. Джон хмурится, пытаясь без слов, с помощью одного только выражения лица сказать Жульену: "О чем бы ты только что ни говорил, ты, черт возьми, убежден, что это именно так". — Конечно же, нет, — соглашается Жульен. — Моя ошибка. И все же, видеть тебя довольным — удовольствие. Пожалуйста, будь как дома. Надеюсь, ты находишь все в твоем вкусе? — Более чем, — отвечает Шерлок, отчего Джон начинает испытывать настойчивое желание схватить Лот N146 — ножик для колки льда, фигурирующий как орудие преступления в Торквейском тройном убийстве*****, — и всадить его прямо между его блестящих, как ртуть, глаз. — Знаешь, — тянет Жульен, — наверху у меня еще больше всего. Par exemple, орудие убийства из Дела о Девонширском дьяволе. А еще, ты знал, что Бостонский Душитель****** изготавливает ювелирные украшения? — Я прекрасно осведомлен, что Альберт де Сальво увлекался ювелирным делом, — поправляет Шерлок, — и могу тебя уверить, что человек, на самом деле совершавший убийства, за которые осудили Сальво, так и не был пойман. Обломись! Лицо Джона озаряет просто неприличная для офицера радость. — О, точно, в деле ведь есть какой-то спорный пункт? — не собирается отступать Жульен. — Но, возможно, тебе захотелось бы увидеть кое-что получше. Это жемчужина моей коллекции. Я храню эту вещь надежно спрятанной в главной спальне. Ее видели всего несколько человек. — Что это? — спрашивает Шерлок. — Табакерка. — Звучит впечатляюще, — бормочет себе под нос Джон. — У нее крайне... своеобразное происхождение, — добавляет Жульен. Шерлок потрясенно разевает рот. — У тебя есть табакерка Джека Потрошителя? Жульен кивает. Ну ладно. Посмотрим. Несмотря на отсутствие особой привычки лапать своего соседа, Джон левой рукой крепко обхватывает узкую талию Шерлока и тянет его к себе, остановившись, только когда их бедра начинают соприкасаться. Перестав таращиться на Жульена, пленник переводит взгляд на удерживающего его человека. — Мы очень хотели бы на нее взглянуть, — выпятив подбородок, насколько это возможно, произносит Джон. — Правда, дорогой? Жульен, вы ведь не против того, чтобы показать нам главную спальню прямо сейчас? Продолжая нехарактерно молчать, Шерлок попеременно переводит взгляд с удерживающей его руки на лицо Джона и обратно. — Подумать только, взгляд на часы — и осенило, — восклицает Жульен, явно оценив ситуацию заново. — Terriblement извинения, но мне необходимо отыскать сомелье. Знаете, как бывает. Если сейчас не откупоришь Шато д'Икем, никто его так и не выпьет. — Какая жалость, — вздыхает Джон, по-прежнему не отпуская Шерлока. Сейчас, когда бедро Джона и ляжка Шерлока будто переплавились в единое целое, они должны представлять из себя довольно-таки забавную пару сиамских близнецов. — Может, как-нибудь в другой раз. — Возможно, — соглашается Жульен. Замолчав, он мягким движением отводит с лица Шерлока выбившийся завиток. — А ты все не меняешься, chéri. — О, полагаю, я изменился. Всего за какие-то два месяца, — возражает Шерлок. В его голосе нет ни нежности, ни жестокости. — Прощай, Жульен. Жульен бросает на Шерлока удивленный взгляд. — До новой встречи. Отрывисто кивнув Жульену, Джон заталкивает Шерлока в неприметный уголок под винтовой лестницей, вытягивает шею так, что теперь можно прошипеть тому прямо в ухо. — Повтори-ка мне еще раз, — выдыхает он, — ты точно уверен, что у тебя нет парня? ____________________________________________ От переводчика. * Проводится параллель со словами Дж. Лукаса, которыми он начал свою речь на премьере первого (по счету) фильма из серии «Звездных войн»: «Разумеется, нам известно, что в космосе выстрелы не слышны…» ** Кататонический синдром (кататони́я) — психопатологический синдром (группа синдромов), основным клиническим проявлением которого являются двигательные расстройства. В структуре синдрома выделяют кататоническое возбуждение с повышенной двигательной и речевой активностью и кататонический ступор. http://ru.wikipedia.org/wiki/Кататонический_синдром *** Акатизи́я — клинический синдром, характеризующийся постоянным или периодически возникающим чувством внутреннего двигательного беспокойства и проявляющийся в неспособности больного долго сидеть спокойно в одной позе или долго оставаться без движения. http://ru.wikipedia.org/wiki/Акатизия **** Джон Уэйн Гейси (англ. John Wayne Gacy, Jr) (р. 17 марта 1942 — 10 мая 1994) — американский серийный убийца, изнасиловавший и убивший 33 молодых человека, в том числе нескольких подростков. Также известен как «Убийца-клоун» («Killer Clown»). ***** Видимо, имеется в виду исчезновение и последующее обнаружение мертвыми Клары Маршалл и ее двух дочерей, случившееся в 1978 году. ****** Альберт де Сальво (известный также как «Бостонский Душитель») (3 сентября 1931 года — 25 ноября 1973 года) — американский серийный убийца. Изнасиловал 300 женщин. В 1964 году де Сальво был арестован по подозрению в изнасиловании. Его направили в психбольницу. Там он признался в убийстве 13 женщин. Некоторые исследователи сомневаются в достоверности показаний Де Сальво и считают, что он убил около 7 женщин.