Перезагрузка (Control, Alt, Delete)

Джон лежит на спине в объятиях Шерлока, обвившегося вокруг него наподобие облаченного в наряд от Армани кракена. — Превосходно, — замечает Шерлок и толкается бедрами. — Ты все же определился со способом расплаты. Значит ли это, что ты наконец-то собрался взять меня? Я уже подготовился. — Нет, это до чертиков… — Джон потирает колючий от щетины подбородок. — Что ты подразумеваешь под «я подготовился»? Шерлок ухмыляется. — Ты не можешь быть готов, — возражает Джон. — Ты же полностью одет. — Ты видишь, но не… — Поверь, Шерлок: у меня был такой день, что ты совершенно точно не хочешь договаривать это предложение. — Тогда расскажи, как я сумел подготовиться. Ну же, вычисли это. Джон стонет. — Черт тебя подери, ты невозможен. — И это ты завоевывал Азию. «Невозможен», ты же не это хотел сказать. Джон в ответ опрокидывает любовника на спину и перебрасывает ногу через его бедро. Нежась под ласками, Шерлок тянется и извивается, как разомлевший на солнце кот. — Что ты делаешь? — спрашивает он. — Ищу улики. Расстегнув вишневую рубашку, Джон отводит ткань в сторону, обнажая скрывающуюся под ней алебастровую кожу. То, что ему позволено делать это, позволено разоблачать тело Шерлока ради собственного удовольствия, до сих пор ново и непривычно. Моментально потеряв голову от открывшегося перед ним вида белоснежной груди и живота любовника, он втягивает воздух. Растерянность Джона не ускользает от внимания Шерлока. Даже растянувшись на спине, тот все так же насмешлив и самоуверен. — Думай, Джон, думай, — подталкивает он. — Как мне думать-то, когда ты такой? — Джон скользит ладонями по изогнутым ключицам, спускается к нежно-розовому соску, поигрывает с ним, пока тот не затвердевает. Кожа у Шерлока бледная, за исключением тех мест, где природа окрасила ее в великолепный розовый цвет: рот, соски и пока еще скрытый от глаз член. Губы нежные и пухлые, а еще Джон прекрасно ощущает под собой потрясающие изгибы партнера. Тело Шерлока просто переполнено отзывчивостью, которую едва ли можно было бы ожидать в человеке, столь ревностно скрывающем свои эмоции. Шерлок окидывает Джона оценивающим взглядом. — Ты в курсе, что у тебя вид человека, сгорающего от вожделения? Я содрогаюсь от мысли, как бы ты выглядел, нравься тебе мужчины по-настоящему. — Мне нравишься ты, — парирует Джон и в подтверждение своих слов зарывается лицом в опушенную волосами ямку под рукой Шерлока. — Джон. Щекотно. Шерлок трясется от беззвучного смеха. Но это не мешает Джону прижаться щекой к подрагивающей подмышке и потереться об нее, а потом проделать то же с другой. Когда он поднимает голову, капельки пота на его лице складываются в две ажурные полоски, которые Джон несет на себе с таким видом, словно они — его добыча. — Что ты делаешь? — требует ответа Шерлок. Кончиками пальцев Джон смахивает капли — теперь они покрывают еще нос и горло — и глубоко вдыхает, наслаждаясь издаваемым ими запахом. — Собираю данные для анализа, — поясняет он и трется о зажатое между его ног бедро. — Наш телефонный разговор ведь вызвал у тебя прилив адреналина? Мне не следовало бы так глупить и бить случайно подвернувшегося под руку хлыща за то, что он мерзко относится к тебе, но тебе же приятно, что я так сделал. Ты ласкал себя? В смысле, не когда мы разговаривали, а потом. Да, точно, думаю, так и было. — И не подумаю отвечать, — возражает Шерлок, коленом пытаясь спихнуть с себя Джона. — Слезь с меня. Ради всего святого, от тебя воняет. Джон сдавливает брыкающуюся конечность между ног так, что ею теперь не пошевелить. Оставшись верхом на Шерлоке, он одной рукой прижимает запястья бойфренда к постели, и тот наконец-то сдается. — От меня потрясающе пахнет, — поправляет Джон. — Во всяком случае, в будущем я планирую пахнуть именно так, а значит, зачем откладывать? Тогда всякий на расстоянии двух метров от меня будет точно знать, чем мы занимались. Я пахну так же, как ты, когда течешь. — У мужских особей не бывает течки, — нетерпеливо возражает Шерлок. — Только гон. Я тебя научу терпению, думает Джон, ты, секс ходячий. — Мужская особь? — переспрашивает он. — Дай-ка проверю. Я прекрасно умею проводить тесты на определение пола. И минуты не займет. Выпустив запястья пленника, Джон сквозь ткань брюк сжимает напряженный член Шерлока, а затем берется за пряжку его ремня. — Джон, — задыхаясь, выдавливает Шерлок. — Джоооооон. Джон! Какие бы доводы ни хотел Шерлок привести раньше, теперь он только со стоном зовет любовника, на разные лады произнося его имя, в то время как тот изо всех сил пытается освободить партнера от брюк. Шерлок то растягивает гласные, то вовсе их глотает. Все вместе это напоминает искаженную и крайне эротичную морзянку. Постепенно Джон расправляется с одеждой — пряжка, пуговица, молния. Быстрым резким движением, словно разворачивая рождественский подарок, он сдергивает брюки. Ему хочется заняться членом бойфренда прямо сквозь прорезь в боксерах, но тот сейчас слишком напряжен, чтобы без труда пролезть в нее. Вместо этого Джон принимается медленно тянуть боксеры вниз, пока пояс не спускается на поджарые бедра Шерлока. Когда из-под ткани показывается набухшая плоть, он ласкающе проводит по ней рукой. — Мое мнение? Биологически ты относишься к мужскому полу, — произносит Джон. — О Боже, да. Сплюнув на большой и указательный пальцы, Джон слюной увлажняет коронарное ребро. Щель, и так уже блестящая от предэякулянта, в дополнительной смазке явно не нуждается. Стиснув зубы, Шерлок выгибается под руками Джона. — Да, благодарю вас за усердие, сотрудник НСЗ*. Как я могу… — Ш-ш-ш, я размышляю. Думая обо мне, ты себя ласкал, но кончить не дал. Ты это подразумевал под «подготовиться для меня»? Нет, не это. Ты хотел почувствовать меня внутри себя. Самовозбуждение дало бы тебе возможность оставаться податливым и расслабленным, но самого по себе его было бы недостаточно, чтобы… Джон дважды моргает, а затем прикусывает губу. — Ты этого и не делал, — произносит он. Задрав подбородок, Шерлок с молчаливым вызовом уставляется на Джона, а затем скрещивает руки на обнаженной груди. — Приподнимись, — приказывает Джон. — Я хочу к тебе прикоснуться. Едва Шерлок отталкивается от кровати, как Джон запускает руку за пояс его брюк, а затем и между до крайности округлых ягодиц. Его палец скользит вниз по расщелине до тех пор, пока не натыкается на разыскиваемое: расширяющуюся основу силиконовой затычки, плотно сидящей в его соседе. — Охххх, Боже… — выдыхает Джон и замолкает. — Дай тебе жить? — услужливо подсказывает Шерлок. — Пожалуйста, — бормочет Джон. Не испытывать благодарности за столь щедрый дар, как его ненормальный чувственный сосед, было бы глупо. От одной мысли, что именно сделал Шерлок, член судорожно дергается, а брюки спереди становятся до боли тесными. Джон касается кончиками пальцев основания игрушки. — Эта штука… — рискует начать он. — Да, — подтверждает Шерлок глухим, будто истекающим сексом голосом. — Я выбрал затычку, наиболее точно соответствующую тебе по толщине и объему, и вставил ее. — Она такая большая, Джон, — продолжает он. — Самая большая из всех, какие у меня были. Я никогда раньше с ней не пробовал и едва сумел к ней приспособиться. Пытаясь отыскать точку опоры, Джон случайно надавливает на основание, проворачивая игрушку. Едва она погружается глубже, Шерлок со стоном запрокидывает кудрявую голову. — Боже, — выдыхает Джон и убирает руку. Шерлок с намеренно-демонстративной небрежностью опускается обратно в постель. Вид у него при этом совсем ошалелый, а они ведь еще даже не поцеловались. Джон трясет головой. — Невероятно. Черт подери, просто не верится… — Когда ты отбросишь все невозможное, то, что останется, даже самое невероятное, обязательно будет правдой. — И чем больше я изучаю это самое невозможное, тем больше замечаю, что оно относится исключительно к тебе, восхитительный ты псих. Шерлок делает движение, будто собираясь убрать затычку, но Джон ловит его запястье. — Оставь ее, — говорит он. Шерлок язвительно кривит верхнюю губу. — Это приказ, капитан? — Да. Если ты ее вытащишь, то я тебя опять переверну и жестко отымею, а я не хочу, чтобы наш первый раз вышел таким. А теперь дай мне просто тебе отсосать. — Твой рот, — произносит Шерлок. Поняв, что затычку только что отнесли к категории особо развратных поясов верности, он осторожно сжимается вокруг нее. — Твой чертовски сексуальный рот. Разве ты с его помощью ставишь пациентам диагнозы? — Ты удивишься, когда узнаешь, что я собираюсь сделать с его помощью. Джон неловко тянет боксеры, пытаясь равномерно спустить их по ногам, но Шерлок сжимает бедра, останавливая движение. — Не надо, — говорит он. — Оставь их там, где они есть. И рубашку тоже оставь. — Что с тобой? Что за желание оказаться полуголым? — удивляется Джон. В голове возникает образ Шерлока, гораздо моложе, чем сейчас, ласкающего на заднем сиденье машины другого юношу. Или, возможно, он стесняется, думает Джон, из-за спины. — Не ищи простых ответов, — произносит Шерлок. — Это никак не связано с тайными сексуальными развлечениями подростков. И никак не связано со шрамами, так что можешь выкинуть их из головы. От уточнения, что на это он никак не способен, Джон все же отказывается. — Тогда что? — Просто мне хочется, чтобы у тебя сохранилась связь между «я одетый» и «я раздетый». Хочется, чтобы, когда мы будем где-нибудь в городе, ты видел эту рубашку и знал, что под ней я обнажен, жду тебя, как и было практически с того самого дня, как мы познакомились. И еще, Джон? Я и дальше буду заниматься этим для тебя. — Ох, дьявольщина, — запустив пальцы в короткие волосы, выдыхает Джон. — Тебе обязательно нужно быть таким соблазнительным? Я трахну тебя, только когда буду готов к этому, не раньше. А теперь расскажи мне, как тебе отсосать. — Ты действительно этого хочешь? — уточняет Шерлок. — Предполагается, что рокировка должна принести удовольствие тебе, а не мне. — Для гения дедукции ты задаешь слишком много вопросов, — отвечает Джон. — Да, я хочу. Честно, я об этом весь день то и дело думал. Шерлок согласно кивает, и Джон опускается между его ног на колени. Джон начинает с поцелуя. Он оставляет его, почти невесомый, на уздечке — треугольном образовании рубинового цвета между головкой и крайней плотью. Шерлок вздрагивает. Воодушевленный этим, Джон высовывает язык и на пробу облизывает член. Шерлок издает тихий стон. — Больше, — шепчет он. — Скажи мне, чего ты хочешь, — умоляет Джон в промежутке между все более и более замысловатыми касаниями языком тела Шерлока. — Тебя, — удается выдохнуть Шерлоку, когда Джон берет головку в рот. С нежностями покончено, думает Джон. Переходим к делу. Теперь он принимается пробовать любовника на вкус всерьез. Джон проводит языком вдоль головки, чувствуя выступившие на ней соль и желание, затем движется по стволу вниз, смачивая его. Он понятия не имеет, что сейчас делает, но Шерлоку влага, тепло и давление, похоже, очень нравятся. — Хорошо, — бормочет он, беспомощно шаря руками по сторонам от себя. — Да, оххх… Взяв одно из яичек в рот, Джон посасывает его. На губах остается яркий и острый вкус. Он вызывает у Джона воспоминания о лесе, о пропахших потом логовах диких зверей и темных дырах, поджидающих путника под поваленными деревьями. — М-м-м, — тянет Шерлок, когда Джон переходит к другому яичку. — Джон. Джон. Ты точно уверен, что не хочешь меня перевернуть и войти? Мне говорили, у меня самая зрелищная задница. — А ну тихо, — выдыхает Джон. Он опять облизывает блестящую головку, а затем проводит языком по щели. Здесь вкус соленый, как морской воздух. Подняв взгляд, Джон видит расширившиеся зрачки любовника, усеивающие его грудь и скулы розовые пятна, дрожь его горла. Такой вид Шерлока напоминает Джону о том, как он, будучи подростком, разглядел с темного, продуваемого всеми ветрами пляжа Комету Галлея. Сейчас он тоже, весь пропитавшись солью, наблюдает нечто редкое и прекрасное. — Как же я чертовски хочу тебя, — цепляясь за простыни, умоляет Шерлок. Джон замирает от осознания, что его рывки, должно быть, заставляют затычку двигаться, касаясь Шерлока повсюду. — Я с тобой, — говорит он. Он берет в рот столько плоти Шерлока, сколько может, а затем отстраняется, водя языком по чувствительной нижней поверхности, посасывает головку, после чего опять берет член практически до самого основания. — Да, Боже, да, — выкрикивает Шерлок. Сейчас ему нужны не поддразнивания, а методичность, и Джон намерен ему ее дать. Он вырабатывает ровный ритм посасываний и полизываний там, где нежная кожа наиболее чувствительна. Едва Шерлок издает благодарный стон, как Джон принимается равномерно вскидывать и опускать голову. Он наслаждается чувством соприкосновения своего рта и члена любовника, смакует бархатистый привкус мускуса на губах. Через несколько минут Джон перемещается чуть в сторону, проведя нежной нижней поверхностью языка по округлому кончику головки. Шерлок невольно напрягает бедра. — Оу, — выдыхает он, распахнув глаза шире, чем Джон когда-либо видел в период отсутствия расследования. — На нижней стороне нет… вкусовых рецепторов. Там у тебя кожа такая же гладкая, как … ах… у меня там, где ты… оххх… лижешь. Сделай еще. Джон с радостью подчиняется. Все, что только будет позволено, чтобы продолжать делать это, продолжать и дальше дарить Шерлоку сокровенное удовольствие. По-прежнему посасывая и полизывая, он запускает руку между ног Шерлока и берет в ладонь его твердые, напряженно вставшие яички. — Джон, — выдыхает Шерлок и, приподнявшись над кроватью, дергает бедрами. В его голосе чувствуется легкая паника. — Джон, ты захочешь выпустить меня… Джон, у меня… Джон смотрит ему прямо в глаза и делает еще одно посасывающее движение. С силой. — …оргазм, — задыхаясь, выпаливает Шерлок. Всхлипнув, он содрогается и мощным потоком выплескивает в застывший в ожидании рот Джона свидетельство полученного им удовольствия. Когда все заканчивается, он, совершенно обессиленный, падает обратно на подушки, вывернув одну руку, а другой крепко вцепившись в здоровое плечо Джона. Прежде чем Шерлок успевает произнести еще хотя бы слово, Джон надвигается на него и демонстративно сглатывает, а затем, если смысл увиденного не дошел до Шерлока сразу, нарочито медленно облизывает губы. — Боже, — едва слышно произносит Шерлок. Его голос звучит изумленно, устало, но определенно не скучающе. — Я создал монстра. Джон согласно кусает его за ухо. ___________________________________________________ От переводчика. *НСЗ — Национальная служба здравоохранения (National Health Service).