Жизнь после

      Снаружи дом выглядел совершенно неприметным — ряд подъездов, каждый из которых тянулся на четыре этажа вверх, не блестящие новизной, но и не требующие серьезного ремонта кирпичные стены, двери, выкрашенные скучным грязно-бежевым цветом. Несколько кустарников, которые наверняка периодически подстригала какая-нибудь местная активистка, чей-то велосипед, бдительно примотанный к перекладине перил противоугонным тросиком.       Едва ли Стив обратил бы внимание на это невзрачное здание, едва ли оно вообще могло вызвать чей-либо интерес, настолько безликим, сливающимся с общей бесцветностью района оно было.       Жильцы дома оказались под стать своей обители — все как один равнодушные, погрязшие в рутине и не замечающие ничего вокруг. Стиву пришлось обойти добрых две трети квартир, прежде чем один старичок опознал Барнса по распечатанному стоп-кадру, вырезанному из записи камеры наблюдения с парковки рухнувшей высотки. На радостях ошалевший от беготни Роджерс едва удержался от того, чтобы стиснуть наблюдательного пенсионера в объятиях, и ограничился лишь вежливыми изъявлениями благодарности.       Квартира, в которой теоретически обитал Джеймс, ожидаемо пустовала. По крайней мере, дверь Стиву никто не открыл, хотя он настойчиво мучил звонок минут двадцать. В глубине души Роджерс и не надеялся найти здесь Баки, но попытаться стоило.       Убедившись в том, что на этот раз он вытянул холостой патрон, Стив вышел из здания и вернулся в машину, самовольно позаимствованную со служебной парковки. Достал из кармана куртки мобильник и в который раз включил запись сообщения, доставленного ему около 4 часов назад.       «Привет, — голос Баки был усталым и больным, и услышав его впервые Стив почувствовал, как тревожно похолодело в груди. — Надеюсь, ты в порядке. Знаешь, я ведь дождался, пока прилетел твой пернатый друг. Так что не думай… Хотя нет, всё равно это выглядит довольно паршиво. Ты наверняка хотел бы услышать объяснения, но на это нет времени. 30 секунд, а потом номер можно вычислить… Чёрт, чувствую себя параноиком. В любом случае, я просто хотел еще раз извиниться. Прости, из-за меня ты пострадал. Если бы я мог это предвидеть… Всё было бы по-другому. Мне нужно исчезнуть, понимаешь? Не пытайся меня найти, это небезопасно. И, — он замялся на мгновение, — ты же знаешь, что тоже нравишься мне, правда? — смущенный смешок, переходящий во вздох. — Ладно, теперь это уже неважно. Прощай, Стив.»       Роджерс прослушал сообщение снова, а потом в сотый раз попытался дозвониться по высветившемуся на экране набору цифр, но равнодушно-вежливый голос всё так же уверял, что данный номер не обслуживается. Подумав, он начал набирать другому абоненту. Стиву нужна была помощь.       Вскоре он вновь поднимался по узкой, покрытой пятнами краски лестнице на второй этаж в компании Наташи и сомнений по поводу этичности того, что они собирались сделать.       — Цель оправдывает средства, — от Романофф не укрылись нравственные метания её спутника. Она указала на одну из трех входных дверей, за которыми скрывались крохотные квартирки. — Эта?       Стив кивнул. Наташа грациозно опустилась на корточки и, достав из нагрудного кармана кожаной куртки небольшое устройство, по виду напоминавшее брелок, приложила его к замочной скважине. Спустя полминуты непонятных Стиву манипуляций раздался характерный щелчок, возвещавший о том, что доступ в квартиру открыт.       — Видишь, — Нат бросила на Роджерса снисходительный взгляд. — Без шума и пыли. А тебе пришлось бы ломать дверь.       Стив поджал губы и решительно дернул дверь на себя, шагнул в полумрак чужой прихожей. На ощупь отыскал выключатель, щелкнул тумблером и тесное пространство озарил неяркий свет. Пока он оглядывался, подмечая бытовые мелочи вроде знакомой ветровки цвета хаки, висящей на полупустой вешалке, и валяющейся на тумбе чёрной бейсболки, с которой Баки практически не расставался, Наташа успела проскользнуть вглубь квартиры.       — Обстановка здесь почти спартанская, — донесся до Роджерса её голос.       Комната, в которую он вошел спустя пару мгновений, была единственной в квартире и служила одновременно спальней и гостиной. Низкая двуспальная кровать в одном углу, в противоположном — письменный стол, на котором в живописном беспорядке перемешались журналы, книги и какие-то бумажки. Приоткрытая дверца шкафа демонстрировала пустые полки, а также упругий бок вместительной спортивной сумки. Стив быстро осмотрел ее — одежда, необходимые мелочи, предметы личной гигиены. Какие-то провода, неясного Роджерсу назначения, и покрытый царапинами серебристый ноутбук.       — Я могу им заняться, — кивнула на компьютер Наташа, но Стив покачал головой — без крайней необходимости рыться в личных вещах Джеймса не хотелось.       — Лучше осмотрим квартиру.       Его спутница кивнула и приступила к обыску, а Стив решил подытожить всё, что имелось на тот момент. Итак, собранная сумка красноречиво указывала на то, что Баки собирался уехать. Точнее даже сбежать, потому что поспешность его решения была очевидной — до инцидента с мотоциклом Джеймс не выглядел человеком, готовящимся к переезду. Следовательно, что-то изменилось за промежуток времени между покушением у парка аттракционов и их встречей на выставке. Баки собирался всё ему рассказать. Он хотел попрощаться или попросить о помощи? Даже после столь непродолжительного знакомства Стив мог с уверенностью отвергнуть второй вариант. Значит, всё-таки попрощаться. Хотя ведь мог просто исчезнуть, ничего не объясняя — в конце концов, Баки ничем ему не обязан…       — Стив, тебе стоит это увидеть, — Романофф напомнила о себе, выдернув его из водоворота мыслей.       В её руках была одна из книг, предусмотрительно упакованных в боковой отдел сумки, до обыска которой девушка добралась, не обнаружив ничего стоящего в самой комнате. Между двумя страницами, ближе к концу тома, была зажата фотография.       Со снимка на них смотрела счастливая пара — молодой темноволосый мужчина в смокинге и блондинка в изящном свадебном платье. На заднем фоне угадывался чей-то дворик, украшенный лентами, и часть свадебной арки, увитой живыми цветами. Когда Стив перевернул фото, на его оборотной стороне обнаружилась надпись:       «Жаль, что ты сейчас не с нами, друг. Без тебя всего этого не было бы.       Спасибо от нас обоих. Алекс и Хелен.       P.S. Я по-прежнему твой должник.»       — Алекс и Хелен… — пробормотал Роджерс. Вновь взглянул на запечатленную фотографом пару. Что-то в лице молодожена казалось знакомым. — Алекс… Подожди минуту, — отдав снимок Наташе, он вынул мобильник и кое-как ухитрился запустить браузер. Всё-таки общение с неистовым поклонником гаджетов Уилсоном не прошло даром. Панель инструментов, история, промотать до нужной даты — прошлый месяц, где-то между 10 и 13 числом. Сводка новостей, раздел светских сплетен, навязчиво открывающийся каждый раз, когда пытаешься просмотреть прогноз погоды. И вот он, нужный пост с фотографией, отпечатавшейся в памяти Стива благодаря схожести одного из мужчин на ней с молодым Говардом Старком.       Это была всего лишь небольшая заметка о свадьбе Алекса Маре, младшего сына французского дипломата Стефана Маре. К тексту прилагался снимок — отец и сын в деловых костюмах на каком-то мероприятии. Видимо, кадры с самого бракосочетания папарацци раздобыть не удалось. Как бы то ни было, темноволосый молодой человек на фото в газете и на снимке из книги явно был одним и тем же Алексом.       Но Стива удивило даже не это. В отце новобрачного он узнал видного мужчину, ради встречи с которым Баки так необходимо было попасть в Бруклинский музей тем вечером. Роджерс понял, что наконец нащупал ниточку, которая могла привести его к Джеймсу.       Вкратце объяснив всё успевшей заскучать Наташе, он спросил, сможет ли она раздобыть для него фактический адрес Алекса Маре. Та лишь изобразила улыбку Моны Лизы и вскоре у Стива уже были название улицы и номер дома. Сын дипломата обитал в одном из скромных, но уютных районов, дома в которых были по карману молодым семьям. Судя по всему, Алекс не швырялся отцовскими деньгами направо и налево.       — Мне съездить с тобой? — поинтересовалась Романофф, когда они спускались к машине, предварительно уничтожив следы своего пребывания в квартире Баки и аккуратно заперев входную дверь.       — Не нужно, ты и так тратишь своё свободное время на решение моих проблем, — Стив улыбнулся и неловко, но искренне на ходу пожал запястье Наташи. — Спасибо.       — Мне всё равно нечем заняться, — с деланным равнодушием ответила она и добавила: — Будь осторожен, Стив. Слепому видно, что твой парень влип в неприятности.       — Он не мой парень, — взвился Роджерс.       — Я разве сказала «твой парень»? — Наташа невинно захлопала ресницами. — Я имела в виду «этот парень».       Стив с подозрением покосился на неё, не введенный в заблуждение поистине ангельским выражением лица напарницы. Устраиваясь на водительском сиденье, он раздумывал, стоило ли провести беседу с Сэмом, который мог сболтнуть коллеге лишнего, или же в его собственном поведении окружающим виделось даже большее, чем было на самом деле.

***

      Высадив Наташу неподалеку от штаба, Роджерс кое-как убедил навигатор указать ему путь к дому загадочного друга Баки. И хотя дорога оказалась неблизкой, она всё же закончилась раньше, чем Стиву удалось составить более или менее внятный план предстоящей беседы. Поэтому, стоя на свежевыкрашенном крыльце и тревожа обитателей симпатичного небольшого домика переливами дверного звонка, Капитан чувствовал себя немного неуверенно.       Когда дверь распахнулась, явив гостю хозяина жилища, на пару секунд повисла неловкая пауза. Вспомнив о нормах этикета, Стив поздоровался и уточнил, обращался ли он действительно к Алексу Маре.       — Да, это моё имя, — осторожно согласился мужчина. Его голос был ровным, почти монотонным, но это не раздражало, а наоборот успокаивало. — А вы — Стив Роджерс, — полуутвердительно произнес он.       Капитан протянул руку, которую Алекс пожал. У последнего были тонкие пальцы и узкие ладони, да и всё телосложение сына дипломата едва ли можно было назвать атлетическим. То был скорее уж типичный представитель породы интеллектуалов.       — Мне нужна ваша помощь, — Стив встретился взглядом с внимательными карими глазами хозяина дома. — Я ищу Джеймса Барнса. Баки, — подумав, добавил он.       — Лучше нам зайти в дом, — Маре мгновенно напрягся, бдительно осмотрелся по сторонам и практически втащил Стива внутрь, что выглядело довольно комично, учитывая разницу их комплекций.       Роджерс мельком огляделся — новые обои, светлые тона, много дерева и милых побрякушек из разноцветного стекла. С кухни доносилась приглушенная музыка и аппетитно пахло чем-то пикантным.       Алекс провел его в гостиную, такую же светлую и симпатичную, знаком предложил расположиться на диване, сам занял кресло напротив. Уткнулся локтями в колени, переплетя тонкие пальцы между собой. Его взгляд сканировал Стива словно рентген.       — Зачем вам Баки? — после некоторого молчания спросил Алекс.       — Он в беде, — Стив решил не ходить вокруг да около. — И он ранен.       К его удивлению, Маре спокойно кивнул, продолжая сверлить гостя взглядом.       — Это мне известно. Как и то, что он едва ли будет рад, если я начну трепаться о его местонахождении. Знаете, мистер Роджерс, — Алекс откинулся на спинку кресла, вызывающе вскинул подбородок, — лишь то, что я видел вас в офисе и узнал без костюма, позволило вам переступить порог этого дома. Я не люблю незнакомцев, особенно любопытных. Как вообще вы на меня вышли?       Несмотря на нарочито грубый тон, Стив почувствовал, что Алексу не по себе. Тот явно нервничал, его выдавали резкие интонации и беспокойные движения рук.       — Я видел фотографию в квартире Баки, — попытался объяснить Роджерс. — На ней вы и ваша невеста. А парой недель раньше мне попалась на глаза заметка о вас. Так всё и сложилось, — Алекс молчал, и Стив предпринял еще одну попытку достучаться до него: — Если вам что-то известно, что угодно. Я не знаю, куда Баки ввязался, но обязан помочь ему. Если он действительно ваш друг…       — Друг, — Маре прервал его, усмехнувшись. — Баки не просто мой друг, я ему жизнью обязан. Не знаю, смогу ли вообще когда-нибудь с ним расплатиться… Он мой спаситель, — невеселая улыбка исказила бледные губы Алекса. Заметив недоумевающий взгляд Стива, он быстро добавил: — Это не моя история. Если Баки захочет поделиться с вами прошлым — он сам всё расскажет. А почему вы так стремитесь помочь ему?       Роджерс пустился в путанные объяснения с упоминанием дружбы и взаимовыручки, которые Алекс слушал с едва заметной улыбкой. Когда Стив выдохся, хозяин дома вздохнул. Его лицо приобрело дружелюбное выражение, хотя до этого Маре выглядел так, словно под журнальным столиком у него прикреплено ружье и оно вот-вот выстрелит.       — Я всё прекрасно понял, — очень серьезно заверил он, только в карих глазах промелькнуло что-то лукавое. — Не уверен, что Баки не оторвет мне голову, но я помогу вам. Он запретил мне приезжать, якобы слишком опасно, но ему нужны еще лекарства.       — Рана…       — Она не угрожает его жизни, — поспешил успокоить Алекс. — Край бронежилета, что был под рубашкой, сместил траекторию и замедлил пулю. Видите ли, по образованию я хирург, даром что теперь просиживаю штаны в офисе. Баки каким-то чудом добрался до одного из автовокзалов и позвонил мне. Я отвез его на старую квартиру моего брата, осмотрел ранение и извлек пулю. Возможно для других травма оказалась бы опасной, но на нём заживет через пару недель.       — В каком смысле? — не понял Стив, но Маре быстро свернул разговор, снова пробормотав что-то на тему «не его истории».       — Вот адрес, — Алекс протянул клочок бумаги, вырванный из записной книжки. — И ключ, иначе он вас попросту не впустит. Лекарства я сейчас соберу. Бинты когда-нибудь меняли?       Стив молча кивнул — на войне и не такое приходилось делать. Вскоре он уже стоял на пороге, держа в руках пакет с бинтами и антибиотиками. В нагрудном кармане Роджерса были надежно спрятаны координаты Баки и ключ от его временного пристанища.       — За вами могут следить, — предупредил Маре, и Стив кивнул — по дороге сюда он осуществил все известные приемы по избавлению от «хвоста», но осторожность никогда не бывает лишней. — Удачи, мистер Роджерс.       — Стив, — Капитан снова протянул руку, и на сей раз рукопожатие вышло почти дружеским.       — Передавайте привет от меня. И извинения, — судя по лицу Алекса, он всё же чувствовал угрызения совести за то, что «сдал» друга Роджерсу.       — Хорошо, — гость улыбнулся и начал было спускаться по ступенькам, когда Маре окликнул его.       — Стив, — дождавшись, пока тот обернется, Алекс произнес фразу, от которой у Роджерса сердце упало. — Я не в курсе всего, но того, что мне известно, достаточно, чтобы понять — он не сможет остаться.