Я буду твоими глазами

Pov. Якова - Ох, ну почему так громко? Что у вас там? Что может быть важного в пять утра? – раздраженно Ник почти поднялся с кровати и хотел уж было выйти в гостиную, но я его отвлек. Притянул к себе и поцеловал. Я попросту еще не верил, уж больно все как в сказке: зрячий и счастливый Доминик лежит в кровати, а рядом довольный и оттраханный я. Ник хотел оставить меня и уйти в гостиную, но быстро передумал. Вздохнув, он навис надо мной. Нежно проводя ладонью по моим щекам, он смотрел мне прямо в глаза. Во мне же была куча разных эмоций. Только в отличие от обычного, они все были светлыми. И, кажется, здесь я был счастлив. И эти теплые синие глаза также были счастливы. Также смотрели на меня с любовью. А губы начали нежно целовать. Самый теплый поцелуй в моей жизни. – Я ожидал чего угодно от нашей встречи, но не такого… – тихий монотонный мужской голос отвлек. Кто-то включил свет в нашей комнате, было все еще темно. Зима ведь как ни как. Доминик сполз с меня и откинулся на кровать, даже не удосужившись посмотреть на мужчину, что зашел к нам в комнату. Я же, немного испугавшись, надежно укутался в одеяло и попытался присесть, но резкая неприятная боль в пояснице, так явно напоминающая о прошедшей бурной ночи, не дала мне сесть. Я просто прижался к спинке кровати и принялся разглядывать мужчину. Высокий, коренастый, лет сорока на вид. Лицо мягкое и доброе, но изрядно ошарашенное. Темно-зеленые глаза были удивлены, однако, мягкие пухлые губы располагающе ухмылялись. Знаете, человек пополам – одна его часть в каком-то шоке, а вторая даже забавная. Ах, эти губы довольно мне знакомы. Пожалуй, напоминают губы Доминика, чем-то явно похожи. Да и русые волосы, если присмотреться – такие же. Родственник какой? Не знаю, но врываться вот так – некультурно уж. – А? Отец? Тебя учили стучаться? – был ли Ник раздражен и напуган? Нет, вообще никаких эмоций. Когда он успел стать таким безразличным? Потому что, например мне, хочется провалиться под кровать сейчас. – Думал, ты хоть удосужишься проснуться и встретить меня, – мужчина осмотрелся и вошел. – А ничего у тебя здесь особо не изменилось, – он присел на стул Ника, что всегда стоял у стола. – За исключением одной милой особы… - он посмотрел на меня. Такой взгляд, будто меня сейчас сожрут. Или изнасилуют. Или все сразу. Но мне, правда, не по себе. Нет, мне страшно! Эти голодные зеленые глаза не сулят ничего хорошего! Яков, спокойствие, спокойствие. Ник не даст тебя в обиду… – Ты представишь меня? – мужчина вроде обратился к Нику, но продолжал жадно смотреть на меня. – Отец – это Яков. Яков – это Симон Микалаевич, мой отец, – Ник продолжал вести себя как-то безразлично. – Приятно познакомиться, Симон Микалаевич, – с трудом выдавил я. Ну знаете, я тут как бы голый под одеялом лежу, а на меня незнакомый мужик пялится. Вот неловко что-то на душе. – Можешь просто звать меня Сим. Ник, а где твоя мать? Такой грозный мужлан, а может мне тебя и вовсе Симошей называть? Ах, располагающий все же сукин сын. Приятный у Ника отец, видно и он в него такой хороший. Но вот только еще бы не пялился так на меня, бр. – Узнав, что ты приедешь – сбежала из дома куда подальше, – Ник развернулся к Симону спиной и потянулся за бельем. – Чего ж ты тогда здесь? Соскучился, небось? – еще больше ухмыляясь, отец Ника встал и направился к двери. – Чай может сделать? – Да так, задержался что-то дома, – у них одинаковый пожирающий взгляд. Вот честное слово, мне аж страшно. – Да, сделай, спасибо. Симон ушел на кухню. – Блин, ты хоть бы предупредил! Я… я… я тут голый с тобой в обнимку, а тут твой отец! И смотрел еще на меня так, блин! – я соскочил с кровати, судорожно одеваясь. – Да чего ты такой встревоженный? – он подошел ко мне и обнял одной рукой, – Я, честно говоря, сам забыл. С тобой обо всем забудешь… – он прижал и обнял меня. – Ну не злись, Яша, – тихо прошептав это где-то в мою макушку, он так же легко поцеловал меня. – Не злюсь. Мы вышли из комнаты, пришли на кухню. За столом сидел добродушный Симон Микалаевич, задумчиво попивал чай, смотря куда-то в окно. Странно, что там можно видеть, темно ведь. Увидев нас, он предсказуемо обернулся и заулыбался. С чего бы это? Эй, твой сын проснулся в одной кровати с парнем, а ты такой счастливый? Или это только меня одного родители убить были готовы? Хотя, милый мужик, очень даже. Он протянул нам по чашке с чаем. Садясь, я пытался как можно удачнее прятать неприятные ощущения после вчерашнего. Все еще ноет моя пятая точка. Однако, бурная ночь того стоила, ха. Ник взял с подоконника большой поднос с разными вкуснятинами и поставил его на стол, где уже сидели мы с Симоном. Вот тут я не мог отказать себе, и моя рука невольно потянулась за вкусно выглядящим печеньем. Я все же немного проголодался, поэтому с каким-то забавным аппетитом принялся радовать свой желудок. Они оба почему-то посмотрели на меня, переглянулись и заулыбались. – Что такое? Не смотрите на меня так… – вы представляете, когда две пары голодных глаз одновременно на тебя посмотрели? Мне не по себе. Но забавные оба. – Ничего, ты просто милый. Кушай, – с такой знакомой мне теплотой в голосе произнес Ник и потрепал мои волосы. – Вы вместе, да? – а в голосе Симона звучал странный энтузиазм, но умилялся он побольше Ника. Забавно, я ему понравился, чему даже рад сам. – Да, – прямолинейность и непоколебимость, вот так сменился Доминик. Он обнял меня, как бы доказывая. А я залился краской. Прям так? Прям сразу? Хотя, я бы сам от тебя уже не отстал. – Даже не думал, что мой Ник может оказаться геем, – его лицо не сменяло располагающей улыбки, чему я также был рад. – Не скажу, что ты много обо мне знаешь и часто со мной видишься, – зря Доминик так с ним. Вроде Симон не думает о нем плохо. – Ну, Ник, мы же договорились не ругаться. Давай хотя бы не при Якове... – Сим явно расстроился. В глазах мелькнуло разочарование. – А что не так? Я чем-то снова тебе не угодил или… – Ник, прекрати, – я прервал его, ибо не выдержу, если они тут ругаться начнут. – Такое утро хорошее, чего ты встреваешь? – я поцеловал его в лоб, чтобы хоть как-то утихомирить. – Ладно, я пойду собираться, а то опоздаю в универ. А никуда он не опоздает, явно у них с отцом не очень ладится. Доминик поцеловал меня в щеку и ушел в свою комнату, окинув отца немного злобным взглядом. – Почему он так злиться на Вас? – ничего, если я подобью отца Ника на откровенность, мне только на руку будет. Может, помирю их. – Ай, я обещал раньше приехать, – допив чай, он поставил кружку на стол и откинулся на спинку стула. – А почему не вышло? Вы были заняты? – не мое дело, но я до жути любопытный, что таить. – Да, работа, семья не ладится… – Вы ведь живете отдельно? – Давно уже. А Ник не рассказывал? – Не очень он то и любит рассказывать о себе, – кстати, да. Доминик редко вдавался в подробности. А может и я особо не интересовался. – Как мы с его матерью развелись, он в конец закрылся. Так еще чуть позже и зрение потерял. Больно вспоминать даже, – он на секунду затих и вздохнул. – Это ведь ты тот добрый мальчик, что помог собрать ему денег? – Не я один. Мой бывший больше всего помог, – что-то снова грустно становится. Да и Вадим далеко не бывший, мы ведь даже расстаться не успели. – Извини, трудно расстались видимо? – Он умер, – я затих, медленно переваривая снова весь тот ужас. – Неужели по мне так видно? – Даже слишком. Спасибо тебе, Яков. Симон встал за мной. Положил руки на мои плечи и продолжил: – Знаешь, ты очень добродушный и я рад, что Доминик выбрал тебя. Нет ну… – он притих, слегка сдавил мои плечи своими руками. А руки у него, кстати, теплые и приятные, окутали мои хрупкие плечи. – Конечно, я как самый нормальный отец всегда мечтал, что у моего сына будет милая хозяйственная жена, которая родит мне внуков, но ты мне нравишься даже больше. Я рассмеялся. Залился как ребенок, от всех этих теплых слов. Так приятно, что я ему понравился, ведь в моей жизни такое было редко. Не припомню, чтобы малознакомый человек мог вообще рассмешить меня, такой я все же бука. – Ну ладно, Яков, я после дороги, усталый, пойду отдыхать. Хорошего дня, - он направился в гостиную. – Да, спасибо, вам тоже. Встревоженный и обрадованный, я залетаю в комнату к Нику, тот, в отличие от меня, какой-то нервный и огорченный, стоит у раскрытого окна, что слишком странно, холодно ведь. Может, он с утра всегда такой? – Ник, Ник, слушай, – подбегаю к нему и дергаю за плечо, чтобы Доминик закрыл окно и повернулся ко мне. – Представляешь, я понравился твоему отцу! – Ну и хорошо, – он приобнял меня и сделал затяжку. – О, ты куришь? Ник, чего ты такой хмурый? Что-то не так? – глупо и по-детски цепляюсь к нему, но все же, непривычно видеть Доминика в подобной смуте. – Яш, ты не опоздаешь никуда? – выдыхает и противно игнорирует всю кучу моих вопросов. – Никуда не опоздаю. Сегодня вместо инста мне на работу к десяти, Френс попросил поменяться, – даже немного обидно, вижу, что откупается от меня. – А я опоздаю. Ладно, до встречи, Яков, – он закрывает окно и хватает свою сумку. Вот это поворот событий. Еще шести утра нет, а он опаздывает. – Чего?! – как никогда, он меня бесит. – До какой встречи, мать твою? Куда ты вообще?! – Сказал же, что опаздываю, чего ты бесишься? – он остановился у двери, окинув меня каким-то удивленным взглядом. – И правда. Ничего, – обиженно сажусь на кровать, просто хирея от его безразличия. Ну, отлично. Он убегает из собственного дома, при этом ведя себя так, будто мы ночью с ним в карты играли. Чувствую себя самой последней шлюхой. Какая может идти речь о самолюбии... – Эй, Яша, – он сел на пол прямо передо мной, положив руки на колени. – Ты обиделся что ли? – ухмыляясь, Ник заглядывает в самые глаза, от этого взгляда внутри будто буйство огней сокрушают давно растаявший лед. – Ты ведь меня не бросишь? – еле слышно шепчу ему куда-то в волосы. Самый неудачный вопрос, но все же мне страшно снова оставаться одному, возможно, поэтому я сейчас напоминаю маленькую несчастную девочку. – Куда я свои глаза брошу? – он рассмеялся и поцеловал меня в лоб. – Зайду к тебе в кафе сегодня, – встал и вышел, будто ничего особенного и важного, я не спрашивал. Чувствую, мне еще не сладко с ним придется. Вот, что мне нравилось в Вадиме – так это неумолимое количество ответственности и точности, что не спроси – получишь точный и развернутый вопрос, безо всяких шуток. Что может быть лучше прямолинейного партнера? Ах, только он умер. И это не самое время, чтобы сравнивать его с Домиником. И сейчас я лишь очередной раз напоминаю обиженную разведенную женщину. Хотя, о чем это я? Спать с Ником было гораздо лучше, хоть без синяков. Чувство последней шлюхи вернулось. А чего это я вообще тут сижу? Пойду домой. Тут я не нужен. Оглядываю комнату в поиске своих вещей. Особого ничего я не брал, но лучше задержаться на пару минут, чтобы не пересечься с Домиником в подъезде или еще где-нибудь. Так, телефон, плеер, пару дисков – все закидываю в свой маленький портфель, который больше напоминает нелепый мешок. Да еще и грязный, черт дери. Когда я успел? На хоккее же вчера какой-то неадекват кофе уронил, вот тогда скорей всего. Ладно, дома замою пятно. Но если смотреть под другим углом, то пятна даже не видно, и… какой же я все-таки ленивый. Ладно, пора на выход, до дома минимум час на автобусе. Едва выйдя из комнаты, чувствую, хотя скорей слышу вибрацию на дне портфеля. Неудобно просовываю руку в поисках заветного телефона. Скорей всего любимая смс от оператора, в духе: «новый смартфон по отличной новогодней цене» или «супер мега хит вместо гудков… ». Одно входящее от Доминик. Забыл сказать, что ночь была отпадной. С нетерпением жду ее повторения:D Руки замерли, внутри все передернулось, лицо вытянулось в сомнительную гримасу, а губы растянулись в придурковатую ухмылку. Такого я ожидал меньше всего. А может, все еще получится. Фух, ладно, отлегло. Пойду домой.