Попытка номер два

       На улице третий день лил дождь. И, казалось бы, за столько лет жизни в Готеме можно было привыкнуть к постоянным ливням, но именно сейчас эта вода раздражала Джокера.        Сначала мужчине показалось, что это плачет Харли, обидевшаяся на то, что он её похоронил. Он будто бы слышал, как девушка плаксиво зовет его.        Джокер даже разговаривал с ней. Рассказывал шутки, различные истории. Но Харли всё плакала. И это начинало бесить: при жизни она себе такого не позволяла.        Решив, что его Тыковку нужно развеселить, Джокер приобрёл телевизор и начал смотреть новости, придумывая что-нибудь интересное.        Бесконечные слухи о «смерти Короля» бесили, а версия о самоубийстве во имя Харли вызывала тихую ярость.        Но именно эти слухи подали идею. Джокеру было необходимо «воскреснуть». И сделает он это с размахом!        Убить трёх зайцев сразу: отомстить, развеселить, «воскреснуть». Главное — сделать всё красиво!        А для красоты нужно приготовить декорации и реквизит…

***

      Мелони закрыла ноутбук и потёрла глаза. Очередная статья отняла много сил и времени, хотелось расслабиться.        Сейчас бы выпить чашечку горячего шоколада и посмотреть какую-нибудь комедию, чтобы снять дневное напряжение.        Но шоколада не было, а был только кофе. Да и комедий в такое время не шло — сплошные мелодрамы. Эх, вот так и разочаровываешься в жизни.        Девушка грустно улыбнулась и включила телевизор.        Ну и что тут показывают? Переключая каналы, девушка наткнулась на новости. Конечно, не хотелось на ночь слушать, что всё плохо, или очередную байку о смерти Джокера, но ей, как журналисту, нужно было быть в курсе.        Симпатичная телеведущая что-то вещала о курсе валюты, как вдруг картинка исчезла, и вместо студии новостей появился какой-то заброшенный дом.        Мелони напряглась. Кто мог так прервать эфир и зачем?        Из телевизора раздался жуткий смех, от которого по коже поползли мурашки. Этот смех был визитной карточкой. Владелец этого смеха был страшнее любых фильмов ужасов.        В кадре появился Джокер. Он неспешно подходил к камере из-за стены, смотря куда-то в сторону.        Казалось, что он с кем-то разговаривал, но настолько тихо, что слов было не разобрать. Улыбнувшись невидимому собеседнику, Джокер повернулся лицом в кадр. От его взгляда Мелони содрогнулась. Взгляд безумца. Говорят, что глаза — зеркало души. Глядя в зеленые омуты Джокера, девушка могла поклясться, что у него души не было.        — Мы давно с вами не виделись, дорогие друзья, — почти ласково начал мужчина. У него был приятный голос, но манера разговора не давала это заметить. — Я слышал, вы успели похоронить меня. Как это невежливо с вашей стороны. Неужели вы думали, что я умру, не оставив вам подарок на память? Я был о вас лучшего мнения.        Джокер опустил голову и скромно покрутил трость. Минуту была абсолютная тишина. Её нарушали лишь тихое дыхание Мелони, да ветер, гуляющий по заброшенному зданию, где был сейчас мужчина.        — Однако, я вас прощаю, — вдруг весело воскликнул Джокер. — В честь своего возрождения я хочу устроить праздник. Я хочу видеть ваши улыбки! — лицо психопата исказила гримаса ярости. — Особенно улыбку того, кто убил мою Харли. Сейчас мы вместе посмотрим, как он будет улыбаться, — Джокер вновь повеселел и вышел за кадр. Раздался неприятный скрежет и мычание. — Подведите детей, беременных женщин и людей со слабой психикой поближе к телевизору, и да начнётся веселье! — воскликнул он за кадром.        Мелони с дрожью ожидала того, что сейчас появится на экране. Видимо, предчувствие её не обмануло, и Джокер действительно будет беспощаден.        В кадре появился Джокер, двигающий стул с привязанным к нему парнем. Ему можно было дать не больше двадцати пяти лет. Почему именно он?        Джокер с улыбкой посмотрел в камеру и повернулся к парню. В руке психа вдруг появился нож, которым он разрезал веревку на рту жертвы.        — Скажи, скажи им, что ты сделал. Пусть все это услышат. Пусть они услышат, кто будет виновен в том, что случится дальше, — начал шептать Джокер, наклоняясь к лицу мальчишки.        — Я… — голос парня дрожал, было видно, что у него не получается мыслить связно, а уж тем более говорить. А ведь на нем ещё не было ни единой видимой царапины или синяка. Что же Джокер с ним сделал? — Это я убил Харли Квинн.        Глаза парня расширились от страха, он с ужасом и ожиданием смотрел на психа.        Но тот лишь хлопнул в ладоши и весело рассмеялся. Бедный юноша от этого действия дернулся.        — Молодец, хороший мальчик, — произнёс Джокер, потрепав парня по голове. — Назови своё имя. Людям нужно знать имя того, кого они будут проклинать. — весело добавил он.        — Рей… Рейнард Брейк, — трясясь, ответил парень.        — Отлично, просто замечательно. Какой послушный, — Джокер обошёл своего заложника и встал у него за спиной, смотря в камеру.        — На трёх улицах Готема заложены бомбы. Они прикреплены на огромные канистры. В одной из канистр находится кислота, во второй Яд смеха, ну, а в третьей, — Джокер выдержал драматическую паузу. — Минеральная вода. Когда бомба взорвётся, то вся улица окажется залита содержимым канистры.Через минуту я скажу расположение каждой из этих бомб и своё месторасположение. А потом займусь Реем. Я хочу, чтобы он улыбался. И, безусловно, я помогу ему сделать это, — Джокер перекинул нож из одной руки в другую, «тонко» намекнув. — В щеке этого мальчика находится чип. Я понятия не имею, в какой, ведь вживлял его не я. Но у меня есть одна маленькая вещица, которая поможет мне этот чип активировать. Как только я его запущу, бомбы взорвутся. У вас есть время, чтобы попытаться меня остановить, пока я буду искать.        Мужчина замолчал и отвернулся. Казалось, он кого-то слушает, но в кадре никого не было, и ни звука не было слышно. Но собеседник у Джокера был, потому что тот вновь что-то ему ответил. А может, Харли все же жива? Или у Джокера совсем съехала крыша в связи с гибелью подруги?        — Ты хочешь что-нибудь сказать? — обратился Джокер к жертве. — Нет? Тогда начнём веселье!        — Мейн-стрит, дом 38, на крыше. Кстати, в крыше кажется кто-то проделал дыры, и все содержимое канистры потечёт прямо в квартиры жильцов. Сейчас, — Джокер глянул на наручные часы. — без семи двенадцать ночи. Как думаете, знают ли люди об опасности?        — Клинтон-стрит, дом 7. Пятый этаж. Я советую полиции поспешить, ведь дверь не станет серьезным препятствием для ядовитых испарений моего яда или кислоты.        — Секонд-стрит. Знаете, там есть такое высокое здание с крутой крышей? Когда бомба взорвётся, то дождик из ядовитого, или не очень, сюрприза пойдёт по всей улице. Ваше время пошло. Остальных же попрошу поближе к телевизору.        Бэтс, я нахожусь на Олн-стрит, — Джокер развёл руки в стороны и посмотрел по сторонам. — Я думаю, ты понял, где. А вот этаж я не подскажу.        И, со смехом, Джокер повернутся к до смерти испуганному парню.        Покачивая ножом у него перед лицом, псих что-то говорил Рейнарду. Иногда он повышал голос, и можно было разобрать несколько слов, но общий смысл не улавливался.        Дьявол знает, с чего вдруг парень решил ответить, но этим он очень сильно взбесил Джокера. Тот наотмашь ударил его по щеке и тут же крепко схватил за волосы.       Что-то прошипев посеревшему Брейку, Джокер поднёс нож к его лицу и провёл аккуратную полосочку от уголка рта до виска парня. Из пока ещё неглубокой ранки потекла кровь, заливая футболку парня и пачкая рукав Джокера.        Но мужчина не обратил на это ни малейшего внимания.        Он приручался и в экстазе закатил глаза. Неужели этого маньяка возбуждает запах крови? Мелони содрогнулась от ужаса.        — Молитесь, чтобы чип был не здесь, — рассмеялся Джокер и, открыв парню рот, просунул в него лезвие ножа.        Резкое движение. Мелони зажмурилась и отвернулась. Она не хотела видеть. Вот только крик боли этого молодого парня все равно настиг её.        — Хм, тут нет, — Джокер заинтересованно посмотрел на парня, повертел его голову, меняя себе угол обзора. — Попробуем ещё раз.        На второй щеке парня появилась тонкая полоска. Удивительно, но парень ещё не умер от болевого шока, и лишь тихо всхлипнул, когда Джокер надавил на ранку.        — Эй, тебе ещё рано умирать. Будь мужчиной, терпи, — произнёс псих, похлопывая парня окровавленным лезвием по ещё целой щеке.        Между лицом Джокера и Рейнарда пролетел бэтранг. И если бы не потрясающее чутьё Джокера, он бы зацепил его руку.        Но от резкого движения нож слегка царапнул кожу парня, оставляя на ней лишнюю полоску. Джокер с сожалением посмотрел на испорченную картину и повернулся к «гостю».        — Бэтси, Бэтси, Бэтси, а я уже было подумал, что ты не придёшь.        — Отпусти парня, — прогремел голос за кадром.        — Спокойнее, Бэтс, спокойнее. Ты же понимаешь, что я не могу отпустить его. Да и кому он теперь такой будет нужен? — Джокер крутанул стул вместе с мальчишкой боком к камере, показывая зрителям и Бэтмену разорванную щеку.        — Он, как и двуликий, лишь проникнуться ненавистью ко всему миру. Он будет убивать. Не так масштабно, как я, но причинит много неприятностей, — голос Джокера будто гипнотизировал. И, сама от себя не ожидая, Мелони поверила его словам.        — Ты не убиваешь злодеев, Бэтс, но что мешает сделать это мне? — Джокер приставил нож к горлу парня. — Дай мне закончить свой шедевр, а потом я уделю внимание тебе. Что думаешь, Бэтс?        Рядом с головой Джокера просвистела пуля, чуть царапнув кончик уха.        Джокер состроил грустную гримасу.        — Что ж, тогда придётся делать все менее аккуратно, — вздохнул он.        Мелони не удалось проследить за действиями Джокера: он был слишком быстрым. А Бэтмена просто не было видно в кадре. Видимо, Джокер как-то защитил камеру, раз Темный рыцарь её ещё не сломал.        Все произошло будто в одно мгновение: Джокер выхватывает левой рукой револьвер и стреляет в Бэтмена, правой он начинает разрезать вторую щеку парня, шипя на него, чтоб не дергался.        Но, видимо, увернуться от пуль, что Джокер чисто выпускал почти не глядя, Бэтмену было легко. Джокер не успел разрезать и половины, когда Рыцарь ударил его по голове.        Псих упал и прекратил всякое движение. Оглушён?        Бэтмен наклоняется, дабы забрать у него оружие, но Джокер вдруг кидается ему в лицо.        Если бы не маска, Бэтмен, наверное, был бы мертв, но ему повезло. Однако секунды, что Джокер выгадал, хватило для того, чтоб пустить парнишке пулю в лоб.        Мелони испуганно смотрела на Рейнарда. Сражение перешло куда-то за кадр, и сейчас на экране было лишь обезображенное мертвое молодого парня.        Зажмурившись, девушка выключила телевизор. Хватит. С неё хватит.        Ближайшие ночи однозначно будут бессонными, а потому девушка открыла ноутбук и села за работу.

***

       — Сдаёшь позиции, Бэтс, старость? — весело хохотал Джокер, легко уворачиваясь от ударов Рыцаря.        Рыцарь, надо же. И кто придумывает эти прозвища? Где это видано, чтоб Рыцарь сражался с Королем?        Не смотря на то, что он отвлёкся, Бэтмен не нанёс ему ни единого удара. Неужто и впрямь стареет?        Джокеру было… скучно. Увернувшись от очередной атаки, он понял, что эта борьба не возбуждает так, как раньше. Да что с ним?!        Подобные эмоции, мысли неимоверно раздражали.        Джокер начал атаковать. Как редко он это делал, к тому же всерьез, но сейчас. Вся ненависть, ярость, злость, боль, что копилась все эти дни вдруг потребовала выхода. С ужасающей гримасой Джокер атаковал Бэтмена, пытался достать его ножом, стрелял из револьвера и даже, подобрав трость, попытался ударить ей на манер биты. Отчего та переломилась.        Он не контролировал своё тело, сейчас оно двигалось само, выталкивая из себя все эти чувства, что вдруг проснулись в нем.        — Я уничтожу тебя, Бэтс. Боюсь, что в этот раз нашему дуэту придёт конец, — с нотками неприкрытого безумия прошептал Джокер, когда ему удалось задеть соперника.        Пропуская атаку за атакой Бэтмен судорожно ждал мгновения, когда Джокер неаккуратно откроется. Иначе ему действительно не выжить. Ни одна броня не выдержит напора серьезного Джокера.        Увернувшись от дула револьвера, Рыцарь почувствовал, как по губам что-то течёт.        Он понял, что непозволительно отвлёкся и приготовился к сокрушительному удару, но…        Джокер будто очнулся. Кровь Бэтмена, лицо которого он чисто случайно задел концом лезвия отрезвила его. Ведь если Бэтмена не будет, то зачем существовать ему, Джокеру?        Руки задрожали и безвольно опустились, выронив оружие.        Возможно, было подло пользоваться этой слабостью Джокера, но Бэтмен ударил.        А тот даже не подумал защититься. Массивный кулак Рыцаря просто сбил Джокера с ног, и, кажется, выбил ему челюсть. Он упал, как кукла, у которой вдруг оборвали все ниточки, держащие её.        Джокер рассмеялся. Это был тот сумасшедший смех, которым он обычно пугал обывателей, вот только… Этот смех был каким-то надломленным.        Чуть не убил Бэтмена. Последнее, что у него осталось, он чуть не уничтожил своими же руками.       Джокера трясло. Два единственных дорогих существа. По-своему, извращенно дорогих. Одна умерла за него. А второго он чуть не прикончил.        Смех все не прекращался. Впервые Джокеру удалось напугать своим смехом Бэтмена. Впервые Бэтмен действительно испугался сумасшедшего клоуна.        — Запри, запри, запри меня, Бэтс. Вылечи. Или убей. Запри меня, — бессвязно начал шептать Джокер, периодически срываясь на крик.        Бэтмен бросил взгляд на мертвого парня, которого какое-то время назад пытал Джокер. Отвратительное зрелище. Так почему же Рыцарь сочувствует этому психу?        Опустившись перед Джокером на колени, Бэтмен достал наручники и надел их на руки психа. Вряд ли бы Джокер сейчас мог, а главное — хотел что-нибудь сделать.        Ему нужно было время. И помощь хорошего психиатра.        А Бэтмену предстояло ещё больше изуродовать труп парнишки, доставая гребанный чип.