Rosario to Vampire. Reloaded.

Глава 14. Утро добрым не бывает? Совет вам, да любовь или здравствуй, дом родной! Отступление. Девушка, в полупрозрачной ночной рубашке, освещаемая лишь серебристой полоской лунного света, лежала поперек кровати и лениво болтала почти достающими до пола ногами. - Цукуне… - прошептала красавица, поджимая ноги и поворачиваясь набок, отчего шлейф розовых волос, блеснув серебристым в ярком свечении спутницы земли, опустился на вымытый до блеска паркет. Моке – а это была именно она, было до боли обидно, что отец, при молчаливой поддержке Совета, решился на ее свадьбу. Ладно Исса Шузен, он готов положить на алтарь благополучия всех вампиров и семьи Шузен в частности, не только свободу своей дочери, но и собственную жизнь. Но эти, законсервированные аристократические развалины, зачем влезли? Тут решалась не судьба вампирского народа, а свобода, личная свобода третьей принцессы одного из родов, пусть и наследницы, а все потому, что старшие сестры отказались и передали эту ношу ей. Как она радовалась, когда в один прекрасный день, отец провозгласил ее своей преемницей и как несчастна сейчас, понимая, на что ее подписали любимые сестрички. Они ведь уже тогда знали, что одной из них придется выйти замуж по расчету и пусть Акуа – вторая принцесса, вряд-ли удостоилась сей «почести», потому что была «принятой» в семью. Но Каруа – старшая из сестер, как она могла ничего не сказать ей? Ведь с самого детства, она была одна из немногих в Семье, кто любил и поддерживал Моку. - Сестренка, почему? – Прошептала свернувшаяся девушка, чувствуя, как горячие слезы начинают наполнять глаза. – Если бы не ты, то я смогла быть с… - Госпожа Мока, могу я войти? – Послышался голос служанки и по совместительству телохранителю девушки. - Конечно. – Через минуту, включая ночник и накидывая темную шаль на плечи, ответила девушка. - Позвольте, я расчешу вам волосы перед сном. – Вежливо поинтересовалась вошедшая служанка и, не слушая ответа, достала туалетные принадлежности. - Сия, можешь мне ответить на один вопрос? – Поинтересовалась Мока у отражения в зеркале, перед которым ее усадила служанка. - Конечно, госпожа. – Кинула мимолетный взгляд на отражение девушка, чуть старше самой Моки, отточенными движениями проводя тонким гребешком от кончиков к корням волос. - Почему сегодня был собран Совет? Отец… отец ведь все уже решил и даже слова Старейшин не смогли бы его переубедить. По нашим правилам они не имеют право вмешиваться в такие вещи как свадьба, даже если это свадьба дочери Патриарха. Но там, на собрании, Старейшины, словно молчаливо просили одобрения у отца, и тот, так же молча, утвердительно отвечал им. Почему так, Сия? Гребешок в руках служанки на секунду замер, но тут же продолжил свое движение. - Госпожа, – наконец заговорила девушка после минутного молчания. – Я могу ошибаться в своих предположениях, вы же знаете, что наше гнездо единственное в Японии, но не всем мире. В других странах они то же есть и многие из них не уступают в силе нам. Возможно, вас хотят выдать замуж за наследника Патриарха другого гнезда. - Ч… что?! – Мока шокировано уставилась на опустившую глаза служанку. – Н… но ведь еще никогда наследники правящей семьи не переходили в другое гнездо! Зачем отцу нарушать правила составленные Первым Советом Патриархов? Ведь в них четко сказано: «Только наследники Семей Внутреннего Совета могут при согласии оного перейти в Семью Союзного Гнезда»! – Процитировала девушка на старовампирском. - Именно так, Госпожа. Но вы забываете о том, что есть еще один претендент на ваше место. - Кокоа! - Глаза девушки расширись от озарения. – Если со мной что-то случится, то моя младшая сестра станет наследницей! Но, тогда я не понимаю, почему Совет извинялся перед отцом? - Извините, но об этом я не знаю. – Взгляд Сии на мгновение вильнул в сторону, что впрочем, осталось незамеченным для расстроенного вампира. – А теперь выпейте вот это. - Что это? – Мока подняла глаза, начинающие заполнятся слезами на стакан, поданный служанкой. - Снотворное, Госпожа. Завтра у вас важный день и вам нужно выспаться, это приказ вашего отца. - Ладно, - буркнула Мока, залпом выпивая прозрачную безвкусную жидкость и чуть поерзав на кровати, окликнула собирающуюся уходить служанку. – Сия, поспишь со мной, пожалуйста? - Конечно, Госпожа. *** - Прости, что пришлось соврать тебе, Мока. – Служанка, являющаяся одной лучших воинов Гнезда, прижала к себе забывшуюся сном девушку. – Я дала обещание перед могилой Акаши, что буду защищать тебя от всего, даже если это интересы Семьи или Гнезда. И если бы все было так, как я сказала, то, не смотря ни на что, смогла бы вынести тебя отсюда. - Мама… - Даже сквозь сон, Мока услышала имя той, кто дал ей жизнь. «Кто же ты такой, Аоно Цукуне» - Служанка утерла одинокую слезинку, скатившуюся по щеке девочки, невольно вспоминая тот день, когда посланник зачитал просьбу-приказ Теммея Микогами о свадьбе ее подопечной и некоего Аоно Цукуне. Совет, присутствующий в зале собраний, где и зачитывалось письмо, с шоком уставился на посланника. Сам Исса Шузен, сидел словно оплеванный, чем немало позабавил служанку. Хотя их можно понять, что бы наследница Главной Семьи вышла замуж за кого-то не из Гнезда? И не просто вышла, а что бы этот Аоно присоединился к Семье?! Спустя пару минут, когда бешеная жилка на лбу Патриарха грозилась вот-вот лопнуть, посланник поднял руку и попросил разрешить озвучить секретные сведения, которые Темный Владыка приказал передать на словах. Чуть было не сорвавшийся Исса, резко успокоился и, глазами указав всем, кроме совета, на дверь, кивнул посланнику. Выходящая последней Сия услышала лишь одно слово… - Шинсо. – Прошептала девушка, поглаживающая по голове чему-то улыбающуюся во сне Моку. Шинсо – так называли сильнейших, можно сказать непобедимых воинов вампиров, что смогли пробудить кровь Алукарда – прародителя вампиров. Конечно, во всех вампирах течет его кровь, даруя очень долгую жизнь, демоническую силу, скорость, реакцию, бешеную регенерацию, в общем, много всего полезного. Вот только количество во всех вампирах разное и из-за этого, соответственно, уровень сил тоже разный. Со временем, когда контроль над кровью Алукарда крепнет все больше и больше, то вампир поднимается в иерархии все выше и выше. Так, Обычный вампир становиться Высшим. Высший – Истинным. А Истинный – Шинсо. Вот только последнее, за всю историю вампиров случалась лишь трижды и никто из этих троих, так и не сказал, что же потребовалось для перехода на последнюю ступень. Да никто сильно и не интересовался, потому что каждый раз, Шинсо появлялся незадолго до того, как происходили катастрофы мирового масштаба. Последней была Акаши Бладривер и буквально через месяц, Прародитель сошел с ума и в течение семи дней, поглощая силы пытавшихся остановить его разумных, уничтожил континент. Лишь совместная мощь тех, кого позже назвали Тремя Темными Владыками, смогли убить его, но, сколько полегло демонов во время этой битвы, так никто и не узнал. Известно лишь одно - мир, скрытый от человеческих глаз, получил ощутимый удар и еще долго будет восстанавливаться. Уже засыпая, Сия с улыбкой вспомнила, как после ухода посланника их запустили обратно в зал. Войдя, девушка застыла с приоткрытым ртом. Весь совет был покрыт кусками мебели, ранами и кровью, а несколько особо старых Глав Семей, бессознательно висели воткнувший головой в потолок, сделанный из цельного куска скалы. Лишь Патриарх, полыхая черной аурой, сидел на своем троне, вперив взгляд в никуда. Именно эта картина поверженных советников, которых, из-за предвзятого отношения к Моке, так не любила служанка, будет греть ее холодными вечерами всю оставшуюся жизнь. Конец отступления. - Брати-и-ик! – Раздался радостный крик, почти совпавший со звуком наполовину вошедшего в дверной косяк ножа, кинутого на рефлексах в сторону голоса. Спасибо Ками, Игараси-сану и тому, что сориентировавшись в последнюю секунду, я успел поправить траекторию броска и одна мелкая… вредная… ведьма, сейчас не лежит бездыханным трупиком. - Юкари, ты что творишь! – «Ласково» поинтересовался я, убирая пистолет от окна и выбираясь из угла, куда ушел перекатом. - Вау, Братик! Как ты это сделал?! Я только тут... А потом ты фух и там! И что-то «бум» рядом со мной! – Восхищенно воскликнула Сэндо и перевела голову в сторону воткнувшегося, как раз на уровне ее глаз ножа. Прошла секунда, другая и в глазах Юкари отразилось сначала удивление, потом понимание и наконец, страх. Все же ее не просто так называют гением. – Ц… Цукуне, ты что, хотел меня убить? Я убрал в висящий на стене пиджак пистолет и присев рядом с Юкари, крепко прижал девочку к себе. - Юкари, пообещай, что больше никогда не будешь так врываться ко мне, особенно спящему. – Блин, да ее нервная дрожь колотит, видимо у девочки хорошее воображение. Пришлось присаживать Сэндо за стол, попутно выдергивая нож из косяка, доставать из холодильника сок, и разведя его десятком миллилитров вина, буквально заставить девочку выпить. И только сейчас, смотря на просвечивающую дыру в стене, я осознал насколько был сильным бросок. Пробить дерево, десяток сантиметров бетона и выйти с другой стороны. И попади я в Юкари… блин! Да там никакой Директор бы не помог, просто потому, что нечему было бы помогать! Блин-блин-блин! - …тик, Братик? – Перед глазами возникла чуть покрасневшая, но вроде адекватная Юкари. - С тобой все нормально? Ты побледнел. – Я кинул взгляд на настенное зеркало. Побледнел? Ага, как же, более румяных в гроб кладут. Сильно же меня зацепило. – Может коменданта позвать? - Дожили, меня успокаивает ребенок, а ведь это она минуту назад была на волосок от гибели. Так, взять себя в руки, салага. - Все в порядке, Юкари. – Чуть приподняв и усадив пискнувшую девочку на колени, я серьезно посмотрел в карие глаза. – Пообещай, больше так не делать. - Обещаю. – Юкари кивнула головой и уткнулась мне в плечо. Все же, произошедшее не прошло даром для ребенка, значит нужно чем-то ее отвлечь. Взгляд сам собой упал на завернувшуюся в одеяло, как в ролл, Куруму. Вот ведь… соня! Тут такой шум и гам стояли, что и мертвый бы поднялся, а ей хоть бы хны! Придется отвлекать разговором. - Кста-а-ати, Юкари. – Я скопировал интонацию Наставника, когда тот собирался проехаться по моим мозгам из-за какого-нибудь косяка. – А как ты открыла замок? Я точно помню, что замкнул его, да еще и повесил сверху цепочку, так ка-а-ак? Вздрогнувшая при первых звуках моего голоса Сэндо, подняла взгляд, моргнула пару раз, поднесла указательный пальчик к ямочке под нижней губой, что выглядело довольно мило и немного подумав, выдала: - Магия? - Магия? – Я хитро прищурил глаза. – Без палочки? Вчера, после разноса, Некономе отобрала у Юкари палочку, правда, пообещав, что вернет во время поездки и пояснила: ведьмы не могут, от слова совсем, пользоваться магией без контроллера. Становясь, по сути, обычными людьми. Поэтому, многие из них занимаются единоборствами, стрельбой или углубленным зельеварением. Чем оно отличается от обычного и что вообще такое это зельеварение, я так и не понял. Будет время, поинтересуюсь у Сэндо. - Без палочки, я просто захотела и дверь открылась. – Девочка смотрела в пустоту, витая где-то далеко отсюда. – Но это невозможно. – Тут Юкари «вернулась» и, резво соскочив с моих колен, побежала к единственному чистому участку стены, находящуюся как раз, ага, над футоном. Ну а что вы хотите, там полка, здесь вешалка, тут плакат. В общем, места нет. В предвкушении спектакля «Злая Куруму против Сэндо, что вот-вот окончательно забудет об утреннем происшествии», я поставил чайник и поудобнее уселся на стуле. «Вот только, кажется, меня жестоко обломали» - пронеслось в голове, видя как Юкари, ловко запрыгнула на «ролл», который даже не дернулся, достала мелок и начала резво строчить какую-то абракадабру. Уже давно был заварен чай, сделаны бутерброды и накрыт стол. А я, с флегматичным взглядом продолжал наблюдать, как Юкари уже в десятый раз стирает свои непонятные писульки и с раздраженным бормотанием начинает заново. За те пятнадцать минут, что Сэндо топчется по «Сосиске в тесте», Куруму не то, что не проснулась, а даже не изменила своего положения. Я же узнал для себя много новых, хоть и не понятных слов, таких как «Радиальный круг», «Блуждающий источник», «Инерционный всплеск» и т.д. Нет, примерно я представляю, что они могут значить, но так ли это – без понятия. И вот, спустя десять минут, за которые я успел сточить все бутерброды, сделать новые и опять поставить чайник, случилось это! Аллилуй браться и сестры, ибо Куруму, наконец, соизволила заворочаться и вытащить растрепанную голову на свет божий (клянусь, я слышал мультяшный «пуф»)! Несколько секунд, недовольные фиалковые глаза буравили мою тушку, флегматично помешивающую свежезаваренный чай, следом переместились на ноги, чья хозяйка ничего не замечая, так и продолжала топтаться по одной соне и наконец, поднялись вверх. - Ты-ы-ы! – Спустя еще пару секунд раздался звук спущенной шины от моей Горгоны. А что, похоже, судите сами: вьющиеся голубые волосы, что сейчас спутались в комок а-ля «ехала в «Ниссане», тормозила головой». Перекошенное злобной гримаской личико и яростный взгляд, что готов убить все живое. Эх, умей Куроно колдовать и одной, так до сих пор ничего не заметившей ведьмочкой стало меньше, а высококачественной статуей «мечта лоликонщика» больше. - Цукуне, помоги. – Куруму вновь повернулась ко мне.– Пожалуйста. - И взгляд побитой собаки, ведь девушка так и не смогла ни достучаться до Юкари, ни выбраться из плена одеяла. Я с честью выдержал молящий о помощи взор девушки, меланхолично отхлебнул чай и перевел взгляд в окно. Увы, Куруму, сейчас меня такое не пробьет. За последние полчаса, я познал дзен, попал в нирвану и ушел глубоко в астрал. А все почему? Потому, что когда Юкари только-только начала свое священнодействие, одеяло, не выдержав пыток скачущей по нему ведьмочки, начало активно разлетаться. Что в свою очередь не понравилось вошедшей во вкус Сэндо и она некрасиво, хоть и мелодично, матюгнулась на не-пойми-каком-языке и продолжила свои изыскания. Вот тут я и познал дзен, нирвану и астрал на сдачу. Потому, что мой вещмешок неожиданно подскочил к одеялу, оперативно развязал тесемки и, достав из горловины пластиковые наручники, которые почему стали на сорок сантиметров длиннее, активно начал завязывать, разобравшийся было ролл. Но и это еще не все! Ожившая сумка, закончив со своим грязным делом, отпрыгнула в сторону и, встав по струнке, приложила одну из лямок к горловине, а другую использовала вместо фуражки. Только тогда я вспомнил, как Игараси сан рассказывал, во многих странах нельзя отдавать честь с непокрытой головой… Блин! Даже мой личный вещмешок помнит об этом, а я нет! Что за … тут происходит?! Но и это еще не конец! Юкари опять матюгнулась, и этот мусорный пакетик, совершив поклон, ускакал по месту дислокации – в угол комнаты, вот только перед тем как замереть, показал лямкой сначала на меня, потом на свою воображаемую голову и покрутил ей в воздухе. Это он про что? Про то, что у меня в голове ветер, когда он даже без нее знает больше?! Выкину! Ага, еще не замершая сумка вдруг черканула лямкой по горловине и, чуть дрогнув, осела обычным мешком. Интересно, а бояться свою сумку, это нормально? Прикинув, как будет ржать Наставник, если узнает об этом, я повторно познал дзен. *** - Он мой! – Рыкнула обхватившая мою левую руку Куруму. - Нет, он Мокин! А Мока моя! – Надменно ответила вскинувшая свой носик Юкари, еще теснее прижимаясь к моей правой руке. Вот ведь, девчонки так смотрят друг на друга, что того и гляди пролетит ветвистая молния или даже не одна. Блин, опять в дзен уйти, что ли? Ведь еще час назад, когда я вышел из этого состояния, девушки сидели и спокойной пили чай с бутербродами. На мой закономерный вопрос: А где собственно армагеддон, апокалипсис и рагнарек вдогонку? Ведь судя по тогдашним взглядам Куруму, по достоинству (и не только) которой, в прямом смысле слова прошлись, то на Юкари как минимум должны обрушиться десять казней египетских. Мне, в два голоса начали объяснять, что когда этого Эйнштейна Магических Наук отпустило и Юкари, так и не понявшая, почему колдует без палочки, посмотрела вниз, то даже невольную пленницу пробило на смех от шокированного лица девочки. Представив эту картину, я тоже ухмыльнулся. Вот только улыбка быстро слетела с моего лица, потому что когда мы ложились спать, на девушке, кроме трусиков, больше ничего не было одето. Тут, заметив мой красноречивый взгляд в сторону Суккубы, взяла слово Юкари. Прокашлявшись, девочка поинтересовалась, как я отношусь к Куроно, на что получила честный ответ, что да люблю эту девушку и хочу в будущем сделать ей предложение, от которого сложно отказаться. И зачем я так? Ведь знал реакцию Куруму, так нет, решил посмотреть, что на это ответит Юкари. Ага, посмотрел, вот только из глубины близняшек суккубы, обзор совсем хреновенький получается, зато как противогаз самое оно! Газ вообще не пропускает, никакой, даже, мать его, кислород! После того как я отдышался, Сэндо вновь взяла слово и патетически заламывая руки, произнесла голосом великомученицы, что отдает любимого, неповторимого, мужественного брата в руки Куруму и желает нам «Совет, да любовь», а она, так уж быть, заберет Акашию Моку себе. Мол, бедняжке будет нужна поддержка и когда та вернется в академию и она – Юкари, готова подставить крепкое дружеское (и не только) плечо. И вот тут я сглупил, заявив, что у меня собственно отношения с двумя дамами и, перекинувшись взглядом с Куруму добавил, что как раз Мока будет первой женой. Суккуба лишь посмеялась, ответив, что ей неважно кем быть, первой женой, второй или даже любовницей, лишь бы любимый был рядом и, тут же была затискана уже мной. Юкари похлопала глазами, посмотрела на меня, на Куруму, снова на меня и, видимо от избытка информации, крышу юной ведьмы унесло далеко-о-о в атмосферу. Потому, что эта… маленькая извращенка заявила, что я расстаюсь с Куроно и, когда Мока приедет, затаскиваю вампира в постель. А потом, в самый интересный момент ворвется Юкари, и присоединиться к нам! Но увидев мое дергающееся вместе со щекой веко, поправилась, что на мою честь она не претендует, все же не инцестница какая-то! Только Мока, только однополая любовь! И вообще, Цукуне, убери реме-е-ень! Вот только исполнить наказание я не успел, потому что пришел лесник, то есть Некономе и началась раздача слонов и пряников. Вот только пряники, то есть Тайяки, получили девочки. А слонов, в виде выговора, я. На совершенно справедливый вопрос, о совершенной несправедливости данной ситуации, мне был дан ответ. Что раз я первый гаремодержатель на деревне и вообще рубаха парень, то должен уметь улаживать скандалы своим дам без ругани и доставления беспокойства другим. От этого ехидного «гаремодержатель» я взвыл так, что, наверное, даже Гин, не показывающий вот уже несколько дней даже нос из комнаты (упокой господь его невинные губы), услышал. Молчаливо получив еще куль слонов и мешок (блин, что-то мурашки пробежали по телу) слонят, я заискивающе поинтересовался, а кто этот бессмерт… то есть добропорядочный господин, что настуч… долож… рассказал о небольшом (угу-угу) конфликте в нашей комнате? Меня смерили подозрительным взглядом, заглянули в глубину честных и обаятельных глаз (Кот из Шрека нервно курит в сторонке) и, видимо померив в наичистейшие помыслы, одного молодого и совершенного безобидного паренька, рассказали, что коменданту пожаловался мой склизкий друг, он же сука-сосед, а Накаяма-сан, в свою очередь, позвонил ей. М-да, не повезло пареньку, причем настолько, что его даже учителя презирают, вон как перекосило классную при упоминании о нем. Да и Некономе далеко не такая дур… простушка, коей хочет казаться и прекрасно поняла, что рассказав о нем, организовала склизкому товарищу путевку из общаги. Не сейчас, так позже, уж очень сильно я не люблю стукачей, впрочем, их мало кто любит. Наконец, заметив как Куруму с Юкари доев тайяки, начали бросать друг в друга взгляды полные «нежности» и «тепла», Некономе, подхватив под локоток Сэндо и кинув на прощание, что ждет нас через сорок минут перед тоннелем, ушла, уведя с собой Юкари. Куруму, поцеловав меня на прощание и увернувшись от ответных объятий, тоже убежала. Вздохнув и закинув в рот последний бутерброд, пришлось и мне отправляться в туалетную комнату… …вот такие пироги со слонятами, то есть тайяки с бобовым джемом. Нет, конечно, я довольно таки сильно утрировал, произошедшее час назад, но лишь потому, что рассказывал своими словами. И сейчас, я сижу на заднем сидении автобуса, между двумя бойцовскими хомячками, что неудачно пытаются скосплеить Бурю из Людей Икс, причем в плане способностей, а не внешности и очень грустно вздыхаю. Ведь я чувствую, что, не смотря на показушную вражду и ненависть, обе девушки просто забавляются. Только если у Куруму эта забава с привкусом хитрости, умиления и… ого, даже материнского инстинкта, то у Юкари это просто чистая, незамутненная радость от того, что она нашла близких ее сердцу людей. Устав от этого представления, я просто откинулся на сидении, вытащил руки и, обняв двух девушек, прижал их к груди. Тишина то, какая сразу настала, лепота-а-а. Интересно как Мока передала мне эту способность? Неужели тем поцелуем? (сука-сосед!) Да не, бред. Но факт остается фактом, я чувствую эмоции разумных, правда только тех, кто в радиусе метра, в отличие от той же Моки, которой нужен физический контакт. Да и если вспомнить, она может чувствовать только эмоции людей, зато всех. А я всех, зато только близких. Еще одна йена в копилку того, что Мока тут не причем. Тогда кто? Директор? Ага, как же, привил мне вампирский ген во время операции. Не, нафиг, хочу ген Узумаки с их долголетием, выносливостью и количество внутренней энергии или на крайний случай Сенджу, уйду в Гринпис и буду озеленителем работать! Хе-хе. Ладно, что-то голова от этих мыслей устала, все равно, надо сначала Моку найти и если это не она, то не думаю, что откажет в помощи поиска зацепки. А сейчас спать, девушки, вон, уже сопят себе преспокойно, пора и мне… *** - Аоно, просыпайся и буди девочек, автобус сломался. – Раздался беспокойный голос Некономе, но только лишь через пару секунд я осознал, что она сказала и, резко открыв глаза, увидел лишь удаляющуюся спину классной. - Как сломался? – Пока учитель не отошла далеко, успел произнести я, но видимо слишком громко, потому что завозившиеся девушки оторвались ото сна и синхронно, да еще так заразительно зевнули. - Водитель говорит, что поломка серьезная и придется провозиться до завтрашнего вечера. – Ответила Некономе, не поворачивая головы. – А теперь на выход, котятки. - Директор, ну это уж игра совсем на грани фола. – Задумчиво протянул я через пару минут, наблюдая за тем, как контуры автобуса, вместе с водителем и классной внутри, растворяются, являя миру… - Ну вот девочки, это и есть дом, в котором я вырос! Отступление. - Ну и как? – Поинтересовался Микогами, обратив внимание на сгустившиеся тени в одном из углов кабинета и заметив молчаливый кивок, кивнул в ответ – Значит, план входит во вторую фазу. За это надо выпить, как насчет стакана бренди, Нур? - Наливай.