Reclamation

Элореан попыталась одернуть свои руки, стыдясь того, что произошло в тот вечер с Королем. Его реакция ошеломила ее. Она понятия не имела, что сделала не так. Каллистиа была обучена быть его целителем, не Элореан. И произошедшее делало это болезненно очевидным. Трандуил почувствовал, что эльфийка пытается убрать руки, но он не отпускал ее запястья. В этот раз он не позволит ей сбежать. Светло-розовый румянец пополз по ее щекам, но ее глаза были опущены в землю. Отпуская ее руки, Трандуил мягко приподнял ее подбородок пальцами. Ее глаза цвета морской пучины были затуманены и покраснели. Она выглядела, словно проплакала не одну ночь. Король сделал шаг к эльфийке, его прикосновения сместились к темным кругам под глазами. Другой рукой он крепко сжал предплечье эльфийки, опасаясь, что она вновь исчезнет слишком быстро. — Я не хотел сделать тебе больно, Элореан, — проговорил он. Его голос звучал успокаивающе, словно стук капель летнего дождя о лесную листву. — Что с вами случилось? — спросила Элореан, к ней наконец вернулась способность говорить. — Это ожоги? — Да, — ответил Король. — Дракон. Услышав звуки приближающегося всадника, он отпустил ее руку, разворачиваясь. — Милорд, — проговорил Ферен, склоняя голову. — Пауки перебрались через реку. — Собирайте отряд. Я встречу вас у главных ворот, — приказал Трандуил. — Вы поведете их? — удивленно спросил Ферен. — Да, — отозвался Король. — Я приказал уничтожить гнездо дважды. В этот раз мне придется сделать это самому, — поворачиваясь обратно, он увидел, что Элореан уже не было. Она вновь сбежала. Король отправился в конюшню, чтобы забрать своего коня. Главный конюх сразу же подбежал к нему, кланяясь и предлагая свои услуги, но Трандуил прогнал его, желая снарядить свою лошадь самостоятельно. Казалось, что животные разом склонили свои головы, когда Король вошел в стойло. Он подошел к своему коню, поглаживая его по холке. — Почему ты прячешься в тени? Я знаю, что ты здесь, — проговорил он. Элореан сделала шаг вперед. — Мне нужно закончить работу, — ответила эльфийка. — Какую работу? — Я ухаживаю за животными, милорд, — снова ответила девушка. — Что? — недоуменно переспросил Трандуил. — Я разгневала леди Гвинетиэль, — Элореан отвела взгляд. — Подойди, — приказал Король. Зрачки Элореан расширились, и Трандуил заметил, как начал метаться ее взгляд, ища пути отступления. — Я не причиню тебе боль, — мягко проговорил он. Элореан сделала неуверенный шаг к Королю. — Твой дар не может растрачиваться впустую в амбарах, — легким движением он смахнул выбившуюся прядь с ее лица. Трандуил улыбнулся, когда эльфийка даже не вздрогнула. Затем он повернулся к своему коню, подвел его к воротам, быстро вскочил в седло и галопом умчался прочь. Элореан вздохнула, провожая его фигуру взглядом. Она чувствовала себя сбитой с толку, и ей очень хотелось отдохнуть, но работа была еще не закончена. Начинало темнеть, когда Элореан вернулась домой. Леди Гвинетиэль и Каллистиа сидели за столом, покуривая свои тонкие трубки. — Ты опоздала, — проговорила Гвинетиэль, замечая Элореан. — Ужин окончен, иди в свою комнату! Эльфийка вздохнула, но молча отправилась в свои покои, затворяя за собой дверь. Желудок болезненно сжался. Она не ела ничего весь день, кроме горсти ягод, проглоченных утром. Убеждая себя в том, что она не голодна, эльфийка укуталась в одеяло и скользнула в кровать. Это одеяло ей сделала ее мать, прежде чем уплыла в Валинор. Элореан закрыла глаза, еще сильнее укутываясь в ткань и обхватывая себя руками, и на секунду ей показалось, что это были руки ее матери. Эльфийка прикрыла глаза и вскоре провалилась в беспокойный сон. Было еще темно, когда в комнату ворвалась Каллистиа, сжимая в руке универсальный ключ матери. Все равно, подумала Элореан, она даже не закрывала дверь, решив, что не будет предоставлять им удовольствия от посягательства на личное пространство. — Собирайся! — горделиво скомандовала Каллистиа. — Сегодня ты отправишься в темницы, — и она быстро вышла, захлопывая за собой дверь. Элореан встала с кровати, потягиваясь. Наливая воды, она искупалась в небольшой бадье, а затем надела чистую рабочую одежду. Эллет вышла из комнаты со все еще влажными волосами. Алеал уже встала и теперь готовила завтрак. Она протянула Элореан чашку травяного чая и какую-то лепешку. — Элореан, дорогая, ты выглядишь ужасно, — обеспокоенно проговорила она. — Что с тобой приключилось? — Ничего. Все в порядке, Алеал, — ответила эллет, с жадностью съедая лепешку. — Держи, — Алеал протянула ей блестящее красное яблоко. Оглядываясь по сторонам, она наклонилась к Элореан и зашептала, — Король был в ярости из-за леди Гвинетиэль! Он прислал гонца со словами, что он не потерпит того, как она растрачивает лекарей на прислуживание собакам. Будь осторожна, Элореан, она очень зла сегодня. Они обе резко обернулись, услышав, как леди Гвинетиэль прокашлялась, останавливаясь в дверном проеме. — Элореан, сегодня ты поработаешь в темницах. Какая-то мерзкая оспа распространяется между заключенными. Можешь не возвращаться, пока не обойдешь их всех! — скомандовала она, ее голос был холоден. — Да, миледи, — отозвалась Элореан и направилась к выходу. — Оставь это в миске, — проговорила Гвинетиэль, указывая на фрукт, который эльфийка держала в руке. Нехотя Элореан все же положила плод на тарелку и вышла из помещения. Она чувствовала слабость из-за недоедания. Ее аппетит, который исчез после смерти брата, проснулся вновь. Элореан спускалась по многочисленным ступеням, ведущим в подземелья, где держались пленники. Тело знобило от утренней прохлады. Она не подумала взять с собой плащ, так как редко выходила из своей комнаты до того, как солнце разогревало землю. В темницах дурно пахло. Зловония от гнойных ран заставили желудок эльфийки сжаться. Она с трудом добралась до решеток, сдерживая свой завтрак внутри. Еще не успевшая перевариться лепешка подбиралась ближе к горлу, и Элореан потребовалось какое-то время, чтобы вновь взять себя в руки. — Где находятся медикаменты и необходимые принадлежности? — она подошла к стражнику, который спокойно наблюдал за девушкой. — Там, — бросил он, указывая рукой на обшарпанную дверь. Элореан разочаровал скудный медицинский запас, с которым ей придется работать. Она собрала все, что думала может пригодиться и, откинув непослушные волосы через плечо, приступила к работе. Ситуация была просто плачевной. Пятнадцать пациентов были уже подвержены осложнениям после оспы, а дюжина других имели симптомы. Не имея необходимых медикаментов, Элореан приходилось использовать собственную энергию в работе. Приносить облегчение этим несчастным душам было стоящей работой, но, подходя к пятому пациенту, эльфийка начала чувствовать себя слабой и опустошенной. Она не посмела послать за помощью, так как все еще с ужасом помнила, как леди Гвинетиэль приказала ей не возвращаться, пока она не осмотрит всех заключенных. Привыкнув к тошнотворному запаху, Элореан вновь вспомнила об остром чувстве голода и начала думать о том, будет ли у нее хоть какой-то обед сегодня. Но она сомневалась. Стражник игнорировал ее присутствие и даже не взглянул на нее, когда она просила открыть замок. Заходя в темницу пятого пациента, эльфийка увидела его теплую улыбку. Его глаза тоже улыбались. Он протянул свою руку. — Дорогуша, ты выглядишь даже хуже, чем я, — Элореан слабо улыбнулась ему. У него был очень запущенная стадия болезни, и протянутая рука пожилого гнома тряслась в воздухе. Она взяла его ладонь своими двумя, садясь на колени на против него. — Меня зовут Элореан, я здесь. Чтобы помочь вам. — Я Леонин, из дома Солоис. Очень рад встречи с вами, миледи. — Я тоже рада, Леонин, — ответила Элореан, пытаясь скрывать свое беспокойство. Но гном вдруг отвел ее руки от себя. — Побереги свои силы для других, моя дорогая. Я уже не выживу в этот раз, — Элореан почувствовала, как в горле стает комок. Она знала, что может спасти его, если бы под рукой были нужные принадлежности и что-нибудь перекусить. Ее силы иссякали. Мягкий свет в ее руках превратился будто в одинокого светлячка, который сам искал помощи. — Почему вы здесь, Леонин? — спросила Элореан. — Это была великая битва при Эреборе, — проговорил гном. — Меня…унесли, — он тихо засмеялся себе в усы. — Проклятое темное крылатое чудище унесло меня прямо с поля боя! Элореан улыбнулась. Как бы прося его продолжать. — Эта тварь бросила мня прямо на дороги. Королевская стража нашла меня, бродящим по тропинкам Лихолесья, — сказал он. Элореан моргнула. — Да, но как вы оказались здесь, в темнице? Старый гном печально посмотрел на эльфийку. — Нарушил границы, моя дорогая. Я нарушил границы. Элореан почувствовала, будто где-то внутри нее что-то просыпается. Это был нечто, что в основном всегда приносило ей только неприятности. Ее бабушка когда-то сказала ей, что у Элореан были руки целителя и сердце воина. От несправедливости по отношению к гному у эллет закружилась голова. — Я помогу тебе! — воскликнула Элореан. Он вскочила на ноги, отбрасывая все сомнения, и направилась к стражнику. — Я хочу увидеть Короля. Немедленно! — в ее голосе было столько скрытой силы, что эльф сделал шаг назад и чуть не споткнулся о ведро.