Влюбиться за три недели

      Три дня до отъезда. Время бежит так быстро. Они оба этого не замечали, но тайно боялись приближения того дня, когда придется расстаться скорее всего навсегда. Печальный конец так и не завязавшегося курортного романа.       Сейчас они просто лежали и смотрели телевизор. Определиться с программой было непросто. Жаклин смотрела новости, а ЧонСок, хоть и интересовался тем, что творится в мире, но третьего выпуска подряд его психика просто не выдержала. Жак переключила на ужасы, а он сказал, что кровавая резня испортит им аппетит. Она включила детектив, а он сказал, что исход предсказуемый. Он включил комедию, а она сказала, что терпеть не может «примитивный юмор для отбитых», тогда он включил романтический фильм, а она завопила, что не выдержит «этих соплежуев». — Ты невыносима! — его нервы окончательно сдали. — Девочкам надо уступать! — она потянула пульт из его рук на себя. — Девочкам? Да ты материшься и пьешь больше, чем крепкий мужчина! — Ах так! Тогда жребий, — она достала коробок спичек и сломала одну, а потом взяла еще четыре и перемешала за спиной, — у меня пять спичек, кто первый вытянут короткую, тот и выбирает, что смотреть. — Идет, — он вытянул первым, — Короткая! Да будет романтика. — Чертов читер, — она обижено плюхнулась на кровать.       Он посмотрел на неё взглядом победителя, а в ответ получил взгляд убийцы. В прочем, всё как всегда. — Да что ж ты такая глупенькая-то, твою мать! Он тебе признался в любви, а ты говоришь, что сомневаешься! — от скуки она начала комментировать происходящее, — Господи, боже, да засоси ты её по самые гланды, чтобы у неё отпали все сомнения! — Я, конечно, понимаю, что ты эксперт в амурных делах и всё такое, но помолчи, пожалуйста, смотреть мешаешь. — Зануда, — она обняла подушку.       Спустя долгие, ОЧЕНЬ ДОЛГИЕ, тридцать минут, Жаклин потянуло в сон. Её голова немного склонилась под собственной тяжестью. Парень не смог не заметить этого. Он положил её голову на свое плечо. Так делают почти во всех дорамах. Ему всегда было интересно, что же такого особенного в таких мелочах. Оказалось, это очень приятно, особенно, если на плече засыпает хрупкая беззащитная девушка, которая ещё и нравится. Подумать только… Три дня и её не будет рядом. Он уже тоскует по ней, наслаждаясь столь теплым и интимным моментом.       Примерно через час он почувствовал, что она шевелится. Ресницы начали медленно дрожать. Ему повезло, он актер, поэтому просто сделал вид, что спит. — Я уснула, да? — она спросила сонным голосом. — А? Блин, я тоже, — он тоже ответил так, как будто только что проснулся. — Ладно, проехали, — она отвернулась от него и продолжила спать.       У него же снова началась бессонная ночь по её милости. Он задавал себе целую тысячу вопросов. Например, почему она так холодна? Видит же, что не безразлична. Или, неужели она сможет его просто так забыть? И коронное — он что, один влюбился, как идиот, всего за какие-то три недели? Ладно, утро вечера мудренее. Он не уснет, но постарается отвлечься.       Она все это время лежала на боку и тихо плакала в подушку. Жаклин реалист. Какая может быть любовь между корейским популярным актером, который все время работает и странствующей британкой, которой не сидится ровно на одном месте и все время хочется приключений. Все, что у нее есть — это свобода. Но, кажется, он лишил ее и этого. Она не может быть свободной от чувств к нему и поэтому чувствует себя глупо и паршиво.       Утро обоих началось порознь. Она встала почти с рассветом, сделала маску на опухшее от слёз лицо, а потом как ни в чем ни бывало ушла в зал. Он предпочел долго валяться в кровати, а потом он ушел к менеджеру.       Ближе к вечеру она все же вернулась в номер. А так не хотелось. Она бы сейчас с удовольствием сбежала, да только вот это невозможно. Она видела офицеров, которые сказали, что операция будет завершена ровно в час дня послезавтра. Преступника поймали, но саперы до сих пор работают. Ничего радостного. — О, ты пришла, — он тепло улыбнулся ей, будто ничего не было. Словно все те неловкие моменты это всего лишь игра воспаленного воображения. Он тасовал карты. — Да, — она тяжело выдохнула. Видеть его улыбку слишком больно. — Сыграем? — Я не картежник. — Ц, так и сказала бы, что не умеешь. — На Понт берешь? Ладно, раздавай, — она села рядом. — Так и быть, не буду играть в полную силу. — Еще чего, играй, как играешь. — Ладно, тогда на желания, — он посмотрел на нее с интригой в глазах. — Идет, ты готов целоваться с унитазом? — А ты готова есть то, что ты приготовишь? — Одно условие: желания не должны угрожать жизни и здоровью играющих. — Ты так уверена в убойности своей стряпни? — он посмеялся, но потом перестал, вспомнив этот «божественный» вкус. — Да, — заявила она гордо.       Он раздал карты. Так получилось, что его крайне счастливая рука принесла крупные карты далеко не ему. Но он изо всех сил старался изображать загадочность и не подавать вида, что не знает даже, чем ходить. Актер он в конце концов или не актер! — Ха! Ты проиграл, — она сложила тузов ему на погоны. — Давай уже свое желание, — хоть он и проиграл, признавать этого ему не хотелось. Слишком уж у Жаклин лицо самодовольное. — Я хочу… Так, что бы придумать… Точно, звони менеджеру и говори, что случайно отрезал себе палец, когда был пьяным и поэтому не можешь продолжать съемки. И, естественно, ставь на громкую. — Ты… Ты! Да как ты додумалась до такой ерунды?! — Не поверишь — мозгом! — она коварно потирала ладони, изображая злого гения, пока он доставал телефон. — Алло, менеджер, вы не спите? — Нет, а что такое? — Я звоню, чтобы предупредить, что не смогу участвовать в съемках. — Как? — Я по пьяни отрезал себе палец… — По пьяни?! Ты что, пил?! СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛ?! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, ЧТО С НАМИ ПРОДЮСЕР СДЕЛАЕТ? НЕ ЗНАЕШЬ?! А Я СКАЖУ! ОН НАС РАКОМ ПОСТАВИТ И ОБОИХ ВЫЕБЕТ В ЖОПУ! ТЫ ПОНИМАЕШЬ! — на этом ЧонСок бросил трубку. — Довольна? — Ага, продолжим? — Сколько азарта в твоих глазах. — Раздавай молча. — Как скажешь.       Этот кон был напряжённым. Собственно, если бы они играли просто на интерес, то свели бы партию к ничьей, но два барана не хотят уступать. ЧонСок уже придумал план мести, а она накидывает варианты на случай своей грандиозной победы. Неожиданно для самого себя парень допустил глупую ошибку. Так странно, когда ошибается тот, кто старается не ошибиться. — Ха! Тебя что, детсадовцы играть учили? — она снова победно подкалывала его. — Ой, говори уже свое неинтересное и не смешное желание. — Хорошо, я хочу, чтобы ты сейчас пошел в 7595 номер, там живет француз, так вот, закричи на русском «О, жабоед! Что ж мы вас в восемьсот двенадцатом не добили!». — Я бы с радостью, но есть одно НО. Я не знаю русского! Я не выговорю этого — Да мне все равно. — Жаль, а я так надеялся, что это сработает! — Зря, — она не могла не улыбаться в предвкушении сего зрелища.       Так получилось, что этот «француз» на самом деле оказался русским туристом. Жаклин плохо понимает по-русски, но сама интонация заставила её смеяться, как чайка. Девушка сползла по стене вниз, задыхаясь от собственного смеха. — Как ты это делаешь? — Что? — она вытирала собственные слёзы. — Как ты умудряешься так меня подставлять? — Оно само, просто ты удачник, — она снова залилась диким…нет, не смехом, ржачем. — Вот если я сейчас выиграю, тебе не жить. — Ты? Выиграешь? Ну, может быть, когда-то. В параллельной вселенной. — Ну, посмотрим.       И на этот раз он тоже проиграл. бедному парню пришлось идти в ванную и терпеть депиляцию ног. Он долго не соглашался, но в качестве альтернативы ему было предложено подкатить к парню. Лучше уж помучиться. Особенно, если ты точно натурал. — Неужели ты всё еще хочешь отыграться? — Я выиграю, увидишь.       Он что, экстрасенс? Все лучшие карты и правда оказались у него. В итоге с большой неохотой, но Жаклин всё равно проиграла. — Да говори уже! — на не выдержала его ухмылки долгого. аж десятисекундного молчания. — Подойди ближе, — он встал перед ней. — Может ты уже скажешь, что делать? — А ты не поняла? — он указал пальцем на щёку. — Ты серьёзно? — Да! После все своих мучений имею право! — Только заткнись! — она поцеловала его, специально накрасив губы помадой. Водостойкой. — Улыбаешься? Что, понравилось? — он наклонился к ней. — Ну, почти, — она отошла, хихикая. — Ещё раз? — Да. я уже придумала желание. — Я тоже.       Напряженная обстановка. Она знает его желание и тайно надеется проиграть.Она кусает губы, не давая себе волноваться. Завороженно смотрит за его руками. Если он выиграет, она не выдержит и откроет ему то, что не открывала до конца никому и никогда — своё сердце… Если он выиграет, то её жизнь сломается, ведь они расстанутся уже через пару дней… Меньше ста часов… Ей придется держать всё в себе и выигрывать, хотя даже одержав победу в игре, душой она уже давно сдалась, не признавая до сих пор своего поражения, как маленький ребенок. Один неверный ход… Что ж, видимо, такого судьба. — Твоё желание… — она не договорила. — Ты знаешь? — он убрал её волосы на бок и поцеловал в шею, — знаешь, ты походила так предсказуемо, что у меня создается впечатление, что тебе просто нравится со мной целоваться. — Господи, верни мне того скромного соседа… — Еще раз? — Последний, мне надоело.       На самом деле карты были краплеными. Это его тонкая игра, но ожидал от нее идиотских желаний типа кукареканья под столом. Он хочет показать ей, что она ему небезразлична. И пусть они живут в разных странах и абсолютно разными жизнями, он согласен на всё, лишь бы быть вместе с ней. Он влюбился всего за пару недель, так привык к её присутствию, что даже уснуть без неё не может… — Моё последнее желание на сегодня, — выиграв, он подошел к ней и обнял за талию так, чтобы она не смогла увернуться. — Нет, так нельзя! — она оттолкнула его. — Почему? — Потому что мы знакомы всего три недели! А потом мы просто разъедемся, так неправильно, целоваться с первым встречным не делает девушку порядочной. — А на второй день спать рядом с незнакомым парнем в кружевном разврате — это нормально? — Да ид… — он заткнул ее поцелуем.       Фейл. Она укусила его за губу, причем до крови, а потом ушла в ванную, громко хлопнув дверью.