sunshine on my back

У нас всё это распределено по графам, и чем реже мы видаемся с данным лицом, тем приятнее убеждаться, при всяком упоминании о нём, в том, как послушно он подчиняется нашему представлению о нём. Владимир Набоков

Он почти преодолел половину коридора, когда замечает Старков, собравшихся в кучу у сувенирной лавочки, и поворачивать назад слишком поздно. Петир в состоянии выдержать одного Старка за раз, но здесь все пять, не говоря уже об Эдмуре, который, чёрт побери, замечает его и машет рукой. — Док! Хей, док! Петир нацепляет улыбку и идёт навстречу, пока Эдмур продолжает пялиться на него с ухмылкой на лице и глазами, сияющими от волнения. — Бейлиш! Так и думал, что это ты, — он энергично встряхивает руку Петира в рукопожатии. — Сколько прошло? Лет десять? — Одиннадцать, — поправляет тот быстро, но после сглаживает ответ: — Вроде бы. Буш был президентом. Эдмур кивает, немного посмеиваясь, по-видимому всё ещё привыкая к факту, что встретил старого знакомого в городе, где он живёт, на его рабочем месте. Петир отводит взгляд от Талли и смотрит на Сансу (кто может обвинить его в этом?), которая, как и её братья с сестрой, молча стоит рядом. Из-за её алых волос не удивительно, что она первой бросается в глаза. Петир задерживает взгляд всего на пару секунд, прежде чем взглянуть на остальных: Рикон меньше и младше братьев, но в его глазах и подбородке уже прослеживаются черты Старков; Арья с нечеткой линей темной подводки и ни дружественным, ни враждебным, просто нейтральным выражением лица, смотрит на мужчину перед собой; Робб высокий и красивый, как отец, с внешностью очень напоминающей брата матери, наклоняет голову с высокомерной умеренностью, присущей его семье и репутации; Джон, одетый в тёмное, больше подходящее для дождливого дня в Сиэтле, чем для стерильного коридора больницы, стоит слишком далеко от родственников, но не столь явно на периферии. Тактика достойна восхищения, должно быть, он учился годами так обманывать неопытного наблюдателя. Петира сложно назвать неопытным. Он даёт себе маленькое послабление и снова кидает взгляд на Сансу. Он успевает заметить, что она выглядит лучше, чем пару дней назад, более расслабленно и счастливо теперь, когда подкрепление прибыло. Её одежда не подходит погоде: тонкие колготки, платье и зимнее пальто, Кэт всегда говорила, что Санса никогда не может правильно подобрать одежду к холоду. Её глаза, когда они встречаются взглядами, спокойны и внимательны. Проходит секунда, и Петир с усилием отводит взгляд. — Одиннадцать лет, — произносит Эдмур. — Дерьмо, чувак. Я давно надеялся с тобой пересечься, — он пожимает плечами, тихо присвистывая. — Не лучший повод приехать в город, но, знаешь, так оно обычно и происходит. — Как они? — спрашивает Петир, стараясь, чтобы голос звучал тихо, заинтересованно и по-доброму. — У меня не было шанса проверить сегодня. — Лучше, — тяжело вздыхает Эдмур. — Говорят, Кэт скоро можно будет вернуться домой, а Бран… — его лицо мрачнеет лишь слегка, едва заметно. — Он выносливый парень, да? — Конечно. — Но хватит об этом, — продолжает он и трясет головой, отгоняя ненужные мысли. — Это можно обсудить позже. Как ты, черт возьми, Бей… о, блин, помнишь, как мы тебя звали раньше? Арья вскидывает голову, вдруг заинтересовавшись разговором. — Как вы его звали? — А, это было тупое прозвище, которое я придумал, — объясняет Эдмур. Петир чувствует, как улыбка примерзла к лицу, но никто этого не замечает, все слишком увлечены своими собственными разговорами. — Раньше мы звали его Мизинец. Сейчас я понимаю, что проще было называть по тебя фамилии. Разве не смешно? Арья фыркает и возвращает внимание к Петиру. — Почему Мизинец? — спрашивает она громко, и Санса быстро и резко пихает её в бок, сверкая глазами. Арья просто посылает ей такой же взгляд в ответ, а после отворачивается, видимо, решив, что одержала победу над старшей сестрой. Петир перебивает Эдмура до того, как он успевает сказать хоть что-то. — Когда я был маленьким, я переехал из места под названием Персты. Твой дядя всегда был сообразительным, но немного грубым. Ему это на руку, я бы сказал. Мне кто-то говорил, тебя повысили. Поздравляю. — Да, правильно, — Эдмур улыбается шире. — И, если повезёт, повысят снова, и скоро я смогу зарабатывать хотя бы половину из того, что зарабатываешь ты. Если честно, я надеялся увидеть тебя в хирургическом костюме, но, видимо, мы не всегда получаем то, что хотим. — Ну, моя смена закончена, так что ты опоздал. Я уже ухожу, так что… — Какое совпадение! — восклицает мужчина. — Как и мы. Рик хотел, — он взъерошивает волосы племянника, и мальчишка смеется, уклоняясь от руки дяди, — посмотреть этот новый фильм, ну знаешь, с роботами и парнем. — А вот и семейная неопределенность Талли, по которой я так скучал. В фильме, наверное, есть и девочка? — Отъебись, — отвечает Эдмур, а после прикрывает рот ладонью. — Ох, дерьмо. Рикон, мы не говорим таких слов. Ну, Бейлиш, ты понял, куда мы. Кроме Сансы, потому что она хочет разбить мне сердце. Санса притворно вздыхает, отвлекаясь от разговора с Роббом. — Я не разбиваю твоё сердце. Ты же знаешь, кому-то нужно покормить собак. — Они сами не свои всю неделю, — бормочет Эдмур. — Не любят новых людей, снующих туда-сюда по дому. К тому же, сын Лизы замучал бедняг. Ты его знаешь. — Ходячая катастрофа. — Точно. Кстати, ты можешь присоединиться к нам за ужином, поболтаем. — В другой раз, может быть, — как всегда любезно (пусть и сквозь зубы) отвечает Петир. — Долгий день, я просто хочу завалиться домой и проспать двенадцать часов подряд. Талли вздыхает, демонстрируя своё разочарование передергиванием плечами. — Сначала Санса, теперь ты. Должно быть, вы затеяли заговор, — шутит он. — Неплохая идея. Мне, правда, пора, но ты заходи ещё, пока в городе. Выпьем кофе, — обычно Петир не предлагает такого рода вещи, но у Эдмура всегда были проблемы с составлением планов. — Конечно, конечно, без проблем. Обязательно, — кивает Эдмур сам себе и поворачивается к родственникам. — А сейчас кто-нибудь напомните мне, где я припарковал машину. — В передней части парковки, — отвечает Санса и поворачивается к брату, протягивая руку. — Робб, мне нужны ключи, — парень кладет ей на ладонь серебряные ключи, и она широко и ярко улыбается, издевательски поклонившись. — Спасибо большое. — Я припарковался в гараже, — говорит он, нежно стукнув её по плечу. — Позвони, когда доедешь. — Конечно, — на мгновение её взгляд смягчается, прежде чем она провозглашает: — А теперь напомни мне, как отсюда дойти до гаража. — Быстрее всего через боковой вход, — предлагает Петир. — Я иду туда же. Пойдем, я провожу. — Спасибо, доктор Бейлиш, — бормочет она, переминаясь с ноги на ногу. Её ресницы подрагивают, когда она поднимает на него взгляд, а после снова опускает. Санса шепчет что-то брату на ухо, слишком тихо, чтобы Петир расслышал, и коротко ухмыляется, пока машет своей семье, когда они выходят через передние двери. Арья единственная, кто оборачивается, легкое недоумение написано на её лице, но она быстро возвращается к разговору с Джоном. Петир указывает рукой, куда следует идти, и она шагает туда, её ботинки ритмично постукивают по плитке. На какое-то время это единственный звук, и тишина заметна ещё больше, когда они оказываются в гараже. Свет там бледно-желтый, окрашивающий всё вокруг на пример старого фильма. Вроде тех, где женщин называют дамами, их ноги кажутся бесконечными, а в конце мужчины падают перед ними на колени. — Твоя сестра довольно интересный человек, — внезапно произносит Петир и действительно удивляется, когда Санса смеётся. — Она напугала тебя? — спрашивает она, наклонив голову и перебрасывая волосы через плечо. — Она довольно пугающая. — Нет, — фыркает он, но улыбка Сансы только растёт. — Все так говорят, — она останавливается рядом с серебристой машиной, припаркованной между рисованными линиями. — Это моя. — Ладно, — он делает шаг к ней. — Моя там. — Окей, — Сансу, кажется, забавляет его неопределенность, как он намеренно задерживается, дольше, как если бы она не была… чем-то особенным. Для него. — Тогда встретимся на месте. Рефлекторно Петир кивает, а потом: — Что? — Ты ещё не встречал собак, — говорит она, будто это очевидно, и нажимает на кнопку разблокировки на своем ключе. Санса проскальзывает между машин, пальцы обхватывают ручку, и она наклоняет голову, открывая дверь. — Не любишь животных, да? Он качает головой, не в силах сделать что-либо ещё. — Всё будет хорошо, —она опять смеётся, присаживаясь на водительское сидение.