Новые Стражницы

Играя в незнакомую игру, никогда не делай первого хода. ©Джек Лондон, «Мартин Иден»

POV Ханна

Озираясь по сторонам, я пыталась отыскать глазами прохожих, свою надежду, лазейку, которой удастся меня вытянуть, но её не было. В такой поздний час все предпочитают сидеть по домам и спать спокойным сном. Мне никто не поможет, кроме меня самой. Пытаясь подняться, я обнаружила, что и сама я себя тоже подвела. Не знаю, что произошло с ногами, ведь боли я не чувствовала, но встать я тоже не могла. Будто бы застыла во времени. Но это невозможно. Шаги становились всё чётче и чётче. Вот так ты, Ханна Олсен, и умрешь, не успев стать нормальным человеком, и не извинившись перед мамой. И вот где этих чертовых Стражей Кандракара носит, когда они так нужны?! Оглянувшись вокруг, я поняла, что умирать, лёжа на асфальте не хочу. Я поднялась на руках и поползла в сторону ограды, рядом с которой было красиво посажено дерево. Оказавшись рядом с ним, я поднималась на ноги по его стволу, когда услышала голос. — А ты сильная. От того, насколько он был громкий, мне заложило уши. Казалось, что это призовёт какую-либо помощь. Но сильнее я удивилась не из-за этого. Голос был. женский, легкий и красивый. Даже девчачий! «На меня напала маленькая девочка! Какой позор».

«Твоя подружка и так сдвинуться не могла.»

«Чего? Чего-чего? Чего?! Голос в мыслях? Хотя, чего я пугаюсь. С альтер-эго я же болтаю. К тому же, как это может удивить меня, хранительницу знаний о Завесе и всей прочей дрябидени?» Возможно, мои мысли были похожи на раздумья самого наихрабрейшего человека на свете, но на самом деле на темном углу темной улицы мне было не до храбрости. Я кое-как ухватилась за нижнюю ветку дерева и подтянулась к ней. Ноги совсем не слушались. И я их не чувствовала. Они будто застыли, оставаясь в желеобразном состоянии. Бр-р. Опустившись на оградку, я постаралась удержаться на ней, а заодно рассмотреть приближающуюся смертоносную опасность. Ой, да к чему эта официальность, — просто опасность. Повторно удивиться меня заставил облик нападавшего. Яркие фиолетовые глаза, освещающие расстояние между нами, древний плащ и капюшон, которым уже давно место на свалке, легкая и почти наивная детская улыбка на смуглой коже, темные волосы, обрамляющие лицо и развевающиеся на. Постойте. Ветра же не было. Я же его не чувствовала.

«Не думай так много, милая. Моя голова тоже может взорваться»

И снова её голос в моей голове. Интересно, а она как нормальные люди общаться будет? Ведь умеет же.

The End POV Ханна

— Что. что тебе нужно? — тихо, еле слышно пробормотала девушка, не переставая обниматься с молодым клёном (в ботанике девица была уж не сильна). На лице темноволосой, что ранее беззаботно улыбалась, появилась до ужаса ядовитая ухмылка, а глаза засияли ещё ярче. Однако она ненадолго остановилась, предвкушая момент.

«Твоя смерть»

Ханна распахнула глаза и, незаметно для себя самой, сильнее прижалась к дереву. Но девушке было не страшно. Ей было. Весело. Да, весело. Она никогда не боялась смерти из рук сверхъестественных существ, а всегда ждала её, как старого друга. Наверное, она хотела побывать в мире мертвых, рассмотреть его, описать, а уж потом думать, чего ей стоила эта экскурсия. Поэтому на лице сероглазой появилась улыбка. Радостная улыбка. От этого девушка, как бы выразилась Рид, одетая в балдахин и мусорный мешок одновременно, оказалась в замешательстве. Этой глупой тут о смерти скорой говорят, а она ржёт да лыбится в тридцать два зуба! Странная пополась ей жертва, ну очень странная. Внезапно приближающаяся «мисс мусорный мешок» остановилась. Огляделась по сторонам. Что-то наблюдало за ними, что-то сильное, более могущественное, чем она сама. Это её очень разозлило, но и напугало тоже.

«Как что-то может быть опаснее меня?»

Ханна прекратила веселиться, услышав мысли девушки: — Чего? Русая толком не поняла ни слова из вышесказанного. «Опаснее? Опаснее неё? Она в замешательстве? Или это очередная попытка напугать меня? Или эта штука, что опаснее неё, тоже пришла по мою душу?» — размышляла сероглазая, облокотившись на дерево и перестав обращать внимание на девицу в капюшоне. До того момента, как не услышала безумный, до боли в ушах сильнейший крик. Зажав уши, Ханна не могла справиться с собой, её как-будто резали сотней ножов, вспарывая белоснежную кожу и наслаждаясь алой кровью, струйкой текущей по ней. В неё словно стреляли из ружий, пистолетов, луков — боль от ударов пронзала и отрезвляла девушку. Не выдержав всех этих помутнений рассудка из-за дьявольского крика, девушка тоже закричала. Тихо, скромно, неуловимо человеческому слуху. Но её услышали все, кому надо было её услышать. Внезапно вой той девицы прекратился. Оглядевшись по сторонам, Ханна, еле державшаяся и чуть не свалившаяся за оградку и кубарём не покатившаяся по склону, попыталась подняться на ноги — и у неё это получилось! Девушка вновь ощущала все свои конечности, и была этому безумно рада. Сероглазая вновь окинула тротуар и дорогу — но девушки с фиолетовыми глазами там не было. Она будто растворилась, убежала, скрылась во тьме. Но Ханна не могла поверить в свою удачу. Она слышала, как эта девица сказала, что здесь есть что-то могущественнее неё, и это явно была не сероглазая. В глубине её души затаился страх, что смерть была отсрочена ненадолго. Внезапно, откуда не возьмись, появился парень одного с Олсен возраста; он уверенно шёл к девушке, глаза его светились тусклым зеленым светом, в сжатых в кулаки руках догорал огонь… Ханна бросилась бежать. От парней, играющихся с огнём, добра не жди. А от парней-гибридов — тем более. Свернув за угол, девушка, пробежав ещё немного, быстро, мимолётно оглянулась назад. Погони не было. Казалось, тому парню на неё плевать, и он уже забыл про её существование. Но что-то подсказывало ей, что все не так однозначно. Ханна повернула лицо в сторону пути к спасению… Который был отрезан. Прямо перед ней стоял огненный парень-гибрид и прожигал её нормальным, человеческим взглядом. Ханна отшатнулась, не удержала равновесие и упала. Её серые глаза распахнулись, то ли в ужасе, то от удивления. Брови неуверенно, но определенно яростно исказили лицо, и теперь оно стало похоже на лица грозных воительниц из разных кассовых фильмов. Дыхание сбилось, но постепенно восстанавливалось, как будто готовя Ханну к бою. Однако парень явно не собирался на неё нападать. — У тебя кровь на губе, — тихо заметил он, рассматривая Ханну и будто оценивая её силы. Русоволосая быстро докоснулась до губ. Вверху, из небольшой ранки сочилась её кровь, и девушка быстро стёрла её. Невесомые капли крови остались на её руке, и она поспешила вытереть руки об одежду. — И. Лучше бы тебе этого не делать, но теперь слишком поздно, — попытался предостеречь парень, подняв брови и сжимая губы в полоску. — Кровь плохо отстирывается. — Похоже, ты не знаком с такой вещью, как «тёплая вода», — съязвила Ханна, незаметно отползая от юноши. Тот хмыкнул, оглянулся по сторонам, и продолжил было разговор: — Здесь слишком темно, не думаешь? — но когда перевёл взгляд на девушку, от которой уже и след простыл, гневно пробормотал: — Вилл, твоя дочь — исчадье ада! И ринулся за ней. Остановившись в нескольких сантиметрах от неё, и заметив ужас и желание вновь убежать в её глазах, парень ухватил её за предплечья, таким образом, не давая вновь сбежать. — Глупо, глупо бегать от вампира, тем более от. — Глупо не пытаться спастись от него, — выплюнула Ханна, не дав парню закончить фразу. — А зачем от меня спасаться? — правая бровь юноши взметнулась вверх, а в глазах появились зеленые огоньки. Кровь, очень безмолвно о себе напоминающая, была слишком близко. — Как будто ты сам не знаешь. Пораскинув мозгами, парень ответил: — Нет, я действительно не знаю. — Хорошо, я напомню. Потому что вампиры убивают людей, — взглянув на гибрида с отвращением, произнесла Ханна, пытаясь вырваться из его цепких рук. На лице парня отразилось смятение. Потом появилась лучезарная улыбка и погасли зеленые огоньки. Он отвёл глаза от недоумевающего лица Ханны и засмеялся. — Похоже, мы неправильно начали наше знакомство, — с улыбкой сказал он, вновь поворачиваясь к Ханне, — итак, давай представимся друг другу. У меня много имён, такие, как Гонщик, мистер Холмс, Огненный Ищейка и Фреддзилла, но настоящее имя — Фредерик. Просто Фред. Я — очень весёлый гибрид, в котором на половину течёт кровь вампира, на четверть — мага, и на четверть — оборотня. Напомню, бежать от меня бесполезно, — на этих словах он отпустил Ханну. — Также я люблю жить среди простых людей, неважно, откуда они — из Элиара, Меридиана, или Земли, — и работать, как простой человек, детективом, но немного по своим правилам. И последнее — пятое, — я, в данный момент, исполняю просьбу твоей матери, Вильгельмины Вандом, с которой познакомился в своё время. Ну, а как тебя зовут? Ах да, ещё кое-что — это я прогнал ту капюшонию. Ханна не могла сказать ни слова. Она только хлопала ресницами да открывала и закрывала рот, не зная, что и думать. Но в конце концов она все же заговорила: — Ей больше подходит «мисс мусорный мешок 2016». Парень улыбнулся, Ханна тоже. Теперь, зная кто это такой, она не собиралась от него убегать. — А я Ханна. Можешь звать меня Хани.

***

С момента похорон Астрид прошло четыре недели. За это время Хиттерфилд всё больше и больше погружался в золотую осень, в октябрь, окрашивая листву в бордовый, оранжевый, красный и жёлтый цвета, навевал счастливые воспоминания о прошлом и мечты о будущем холодный ветер, заслоняли солнце, что давно уже не согревает, как раньше, серые тучи… Настроение Иккинга и Рапунцель было как пример с тучами. Вроде бы да, вот они, друзья, да только кое-кого не хватает. Хедер уже давно перестала лезть к Иккингу, всё больше и больше времени проводя дома, взаперти, ни впуская в свой мир кого-либо, совсем не появляясь в школе. Эльза, возможно, была единственной, кто всё ещё оставался с улыбкой в эти хмурые для друзей дни. Вот она появляется в дверях школы. Лёгкой, слегка неуверенной походкой она рассекает главный коридор на две части. Вот ей улыбается Мейвис и её компания, с другой стороны она видит весело болтающих Ханну, Астера и остальных. Как будто все забыли об Астрид. Но ведь так и есть — они продолжают жить своей жизнью, будучи не слишком озабоченными смертью знакомой. Но вот прямо перед ее глазами появляется группа из трёх человек. Они не улыбаются, не веселятся, они стоят, темнее ночи, не разговаривая. Каждый думает о своём, прислонившись к стене, роясь в шкафчике, или просто ожидая других. Тихо подойдя к ним, Эльза, дабы хоть как-то поднять настроение друзьям, взъерошивает волосы Иккинга и Хиро, и восклицает: — Привет, хмурый народец! Как у кого дела? — пройдя мимо парней, блондинка заглядывает в шкафчик Рапунцель, в котором та буквально спит. — Нормально, только совсем не выспались, — зевнув, ответил ей Иккинг. Рапунцель оказалась и вправду спящей в положении стоя, и Эльза, похлопав её по плечу, разбудила шатенку: — А? Что? Был звонок? О, Эльза, доброе утро, — сонно пробормотала она, поправляя прическу и закрывая шкафчик. — Позвольте узнать, почему же вы не выспались? — отходя от стены, поинтересовалась Эльза, направляясь в кабинет математики. — Рапунцель, пока тебя не было, вновь вместо того, чтобы учиться, смотрела фильмы да читала, поэтому ей вчера пришлось корпеть над учебниками под моим строгим надзором. — Ой, не такой уж он был и строгий, — заметила Рапунцель, зевая. — Я успела поспать целых три часа! — Это ты успела, а я нет, — добавил Иккинг. — Как обычно, — вставил Хиро. — Ой, заткнись, — будто семиклассница, ответил Иккинг. Эльза хмыкнула. Её друзья вроде бы приходили в себя, иногда веселились, улыбались, но Астрид по-прежнему не выходила у них из головы. По крайней мере, она так думала. — Ладно, с нами вопрос решён, — тебя чего не было? Отписалась каждому и пропала на неделю, — поинтересовалась Рапунцель, осматривая подругу с ног до головы. — На вид не больная, а даже совсем наоборот, куда-то уезжала? Эльза, помедлив с ответом, задумалась. Буквально несколько часов назад она обещала не рассказывать никому, где находилась прошлые восемь дней, кроме Рапунцель. Но ведь здесь было ещё двое человек, совсем не знающих ни про Кандракар, ни про Завесу, ни про её Стражниц, поэтому она решила утаить истинную причину: — Да, мы с мамой ненадолго ездили к её сестре. Ну, та, которая инвалид. — Понятно, — ответил Хиро, заметив, что Эльза не говорит всей правды, но решив не приставать к ней с расспросами, — а то мы позавчера поймали Анну, так та ничего дельного не сказала. «Конечно, не скажет. Вампирское убеждение — сила не маленькая, особенно если она направлена в нужное русло», — подумала Эльза, заворачивая за угол. Кабинет математики, которая сейчас была у её друзей, находился прямо под носом. — Прошу, — театрально распахнув дверь, девушка поклонилась, словно дворецкий, и пригласила всех внутрь, задержав Рапунцель. — Встретимся после урока. Надо поговорить. В нашем месте. Рапунцель кивнула, не став вдаваться в подробности. Лишь добавила, что голубоглазую ждёт сюрприз. Эльза, попрощавшись с друзьями, направилась чуть дальше, в сторону кабинета искусств. Привилегия учеников выпускного класса, — сам выбираешь себе нужные уроки, — девушке очень нравилась. — Доброе утро, мисс Лин, — как ни в чем не бывало, поздоровалась с учителем Эльза, и только потом поняла, что сказала. — Мисс Лин? Что вы здесь делаете? — Как видишь, теперь — работаю, — заметила новый предполователь искусств. Эльза удивлённо и радостно одновременно улыбнулась. — Так вот о чём говорила Рапунцель. Да, вы самый лучший сюрприз. Когда устроились? — Буквально на прошлой неделе. Кстати, как мама? Слышала, вы с ней навещали Натали? «Быстро же слухи разлетаются», — подумала Эльза, вспомнив, что Хай Лин знает настоящую причину её отсутствия. Следовательно, она как бы напомнила Эльзе, что нельзя раскрывать тайну другим личностям. — Да, вы правы. Тётя Нат совсем устала. Вы представляете, её бросил муж, забрав сына себе. Теперь она совсем одна. — Знаю, — выдохнула Хай Лин, садясь за стол и разгребая кучу бумаг. — Мы же подруги с детства. Вчера созванивались. Да ты садись, скоро звонок будет. Хотя постой, — Стражница ухватила Эльзу за запястье, когда та почти ушла вглубь класса. — Как там Хиро и остальные? Эльза задумалась. Как? На них определенно лица нет. Они грустные, покинутые, еле улыбающиеся, и то, возможно, только потому, что не хотят расстраивать её. — Нормально, — солгала она, отходя от преподавательского стола и присаживаясь за свою парту, у окна. Зачем она солгала? Эльза сама не знает.

***

Темнота. Пустота. И снова темнота. Почему это место нас пугает? Почему это место пугает любого, кто даже не боится тьмы? Даже самые храбрые страшатся оказаться здесь, и лишь безумцы поступают умнее всех — спокойно плывут по течению, не сопротивляясь. Ведь рано или поздно, но любой окажется здесь. В темноте, будто в чёрной коробке, у которой нет ни стенок, ни отверстий, неподвижно лежала девушка. Её кожа была бледная, словно первый снег, одежда — джинсы и футболка, как у каждого подростка. Светло-русые, пшеничные волосы, до сих пор до конца не высохнувшие, обрамляли красивое лицо девушки. Она была похожа на спящую красавицу и одновременно котёнка, сжимаясь в клубок. Лишь одно могло заставить усомниться в её идеальной внешности — чёрное, перекликающееся с фиолетовым пятно под левой лопаткой девушки, от которого тянулись пульсирующие чёрные линии к разным частям её тела, с каждой секундой становилось все меньше и меньше, исчезая, растворяясь, будто его и не было. У этой девушки появился шанс спастись из места, которого все страшатся. Вот только сможет ли она? Внезапно чёрное пятно скопилось в маленький, ничтожно крошечный фиолетовый ноготок и пронзило белоснежную кожу, заставив пролиться кровь. В тот же момент глаза, серо-голубые глаза пшеничной блондинки распахнулись. Она наконец проснулась.