Молчание тишины

      Следивший за всеми передвижениями капитана Тони, справедливо переживающий, что этот большой ребёнок великого экономического кризиса, любитель грампластинок, музыки Бенни Гудмена, глаз Марлен Дитрих и губ Марики Рекк заплутает где-нибудь на улицах разросшегося во все стороны до самых берегов океана и всех окружающих его рек города, которого Стив пока ещё толком и не знал, практически всегда был на связи. Мало ли что? Ведь лучше в некоторые районы вообще не соваться, тем более таким известным личностям, как Капитан Америка. Тони всё думал, дойдёт ли Стив до своего дома, пройдётся ли по местам былой славы, но, сколько он здесь прожил, Стив так и не наведался в Бруклин.       Это довольно необычно.       И сейчас, расправившись с детьми на утреннике, на который сослала Пеппер, Тони решил проведать встрявшего на Геликарриере новоиспечённого дитя США. Дитя, которое столько времени провело во льдах где-то там, в далёкой и холодной Атлантике. Вот что плохо: у кэпа никого из близких и не осталось, не считая тётушки Пегг. А тут, наверное, от одиночества можно и в петлю лезть. Обычно всегда серьёзный и хмурый, особенно в своей голове, Тони на данный период времени чувствовал некоторое возбуждение, зудевшее в каждой клеточке тела.       И если бы он не пытался утолять эту жажду! Так нет, только вчера загулял с двумя прекрасными шатенками из маленького городка Дерри штата Мэн. Жажда не утихла, а Тони уже начал грешить на то, что слишком много работает и слишком часто видит ноги своей секретарши через стеклянные стены личного кабинета в офисе на нижних этажах Башни.       Собственно, жизнь Старка текла так же, как и обычно, не считая почти что болезненного любопытства, охватившего его с самой первой встречи со Стивом, а уж когда тот переехал к нему домой, так и вовсе разгорелся новогодней ёлкой. Только Тони мало чего себе позволял, не желая и не рискуя показывать себя такого любознательного до чужой жизни человека, каким его никто и не видел.       Созвонившись с Пепс и сверившись с данными сенсоров, Тони разулыбался детишкам, отвесил несколько подзатыльников и пошёл к парковке, где его ждал новый, более усовершенствованный Марк. Марк. Имя, и зачем только он даёт им имена? Ведь у него уже настругано больше десятка, и он гордился Железным Легионом. Врать не стал бы. Даже под сывороткой правды не смог бы испробовать тибетскую практику по сокрытию тайных умыслов. Думая о том о сём, скидывая азарт и интерес лишь на желание познакомиться поближе с кумиром отца, Тони влез в броню и, махнув маленьким спиногрызам рукой, рванул в небо.       Изобразив в воздухе несколько мёртвых петель, Тони поздоровался с Джарвисом и проложил маршрут до сокрытой от чужих глаз плавуче-летающей базы.       Когда он попросил разрешение о стыковке, как сказал бы Фьюри, и приземлился на твёрдой посадочной полосе, то сразу же вылез из брони, только приказав ей шагать за ним след в след. Пройдя контроль, получив ещё один пропуск, Тони очутился внутри и, следуя показателям на панельке, побрёл в уютную гостевую комнатку в левом крыле авианосца.       Только-только зайдя внутрь, он расплылся в добродушной ухмылке, приметив Стива, читающего какую-то ерундовую книжку вроде «Щ.И.Т. для чайников».       — Привет, — поздоровался он, на этот раз сдерживая порыв придумать какое-нибудь новенькое и колючее прозвище.       — Здравствуй, Тони, — Стив улыбнулся ему, откладывая книгу. — Ты как здесь? Всё в порядке? — спросил он немного обеспокоенно, потому что обычно Старка днём с огнём не сыщешь для каких-то дел секретной организации.       — Я тут по важному делу, решил вот зайти сюда, а тут ты, — Тони развёл руками, не совсем понимая, зачем же он всё-таки пришёл на самом деле. Посмотреть на символ нации, достать его чем-нибудь или наладить контакт, потому что в теле зудит интерес? У него так было с Беннером: тот тоже вызвал какой-то неожиданный всплеск эмоций в заржавевшем мозгу Тони. Холодного Тони, которому плевать на людей. Тех людей, которых он знать не знает, а тут глядите! Сразу два эксперимента, один, правда, не удался, но всё же. Мотнув головой, прогоняя весь этот хаос из довольно стабильно работающего мозга, он подошёл поближе, чувствуя себя немного смущённым. Или запутавшимся. — Так… а ты тут чего? Чем занят? Я думал, после твоего рассказа, что Щ.И.Т. приберёг идеи для создания супероружия Гидры, не решишься больше мотаться сюда, и да… как ты попал сюда? Гондола? Вертолёт? Истребитель? Или параплан? Хотя последнее вряд ли… с такой комплекцией на тебя и не найти крылышки… — он невинно улыбнулся и снова сократил между ними расстояние. Что за идиотское возбуждение? Нет, не то, не нижнее, а верхнее.       — Что? Гондола? — Стив рассмеялся, взгляд его стал мягче, а сам он почувствовал себя лучше и спокойнее, настроение вдруг из обычного стало приподнятым. — Нет, Тони, не гондола и даже не воздушный шар. Квинджет. Мария залетела за мной, — поняв, что прозвучало это несколько странно, будто на спине агента Хилл имелся пропеллер, как у героя одного мультфильма, который ему показала Наташа, он поспешил добавить, не переставая смеяться: — Квинджет залетел, которым управляла Мария. Я тут… ну знаешь, не всё же время мне сидеть в Башне? Думаю о том, что буду делать дальше, прикидываю, каковы перспективы, — он сделал шаг навстречу Старку, сам не зная почему, просто вдруг ему стало необходимо оказаться ближе.       — Ага-а-а! Так я и знал, что ты занимаешься здесь какой-то тайной деятельностью, — фыркнул Тони, взмахивая рукой. — Мария, квинджет, как же много я пропустил за работой? А что ещё ты узнал? Узнал, что авианосец может рухнуть в любую секунду? Смотри, — глаза его загорелись ярко-ярко, словно он обнаружил что-то такое, чего никак не ожидал обнаружить. Достав старкфон из кармана, он вбил несколько команд, и все системы корабля отключились, свет погас, и заверещала тревога. — Вот так пошалим! — вскрикнул он, расставляя ноги шире, стараясь удержаться и не рухнуть на пол, надеясь лишь на чудо, что Геликарриер выдержит нагрузки и не перевернётся в воздухе. Но больше он надеялся на запасные генераторы и полные баки топлива, которые вновь заведут моторы, и лопасти с новой силой поднимут их в воздух.       — Тони! Безопасность корабля это не шутки! — Стив нахмурился, не разделяя его веселья. — Верни всё как было. Сейчас же, — он очень серьёзно относился к подобным вещам, возможно, потому, что воспоминания о войне и технике того времени были ещё живы в сознании.       Тони сразу же поник. Глаза его, только-только горевшие огоньком веселья, потухли, и он, беззвучно вздохнув, уже чувствуя крен на левый борт, приказал Джарвису всё вернуть в исходное положение. Раздался лёгкий шум, потом что-то загудело, и свет включился, а корабль через несколько секунд принял горизонтальное положение, выключая сирены.       — И ты такой же, как и другие, — безразлично заметил он, подходя к небольшому столу, стоявшему возле окна. Правда, безразличия в нём не было ни на грош. Враки, всё враки. Никогда и никто не поймёт того, что он с техникой на короткой ноге и что может и хочет её подчинять, и готов был даже похвастаться своим умением, но в очередной раз сделал что-то не то.       Стив вздохнул и пожал плечами. Он не забыл, как летел вниз, видя перед собой бескрайний океан, затянутый покровом толстого белого льда, помнил момент столкновения, но не станет же он сейчас признаваться, что… испытал страх? Это была не паника, ничего такого серьёзного, но где-то внутри скрутился ледяной ком, и сердце неприятно кольнуло. Фантомная боль, отголоски. Но это неважно, он ведь жив.       — Даже если ты бог новых технологий, такие игры всё равно до добра не доводят, — он не собирался занудствовать, просто пытался как-то объяснить своё отношение к таким вещам. — На корабле люди, и они могли испугаться.       — Ой, только вот не надо этих твоих увещевательных разговоров, — ушёл в защиту Старк, проводя пальцами по столу, смотря далеко-далеко на воду. — Не хочу говорить об этой чепухе, люди, войны, что за время? Ты с собой будто принёс запах той жизни и всю… горечь, — скривился он, передёргивая плечами. — Так и веет от тебя промёрзлой землёй и диким холодом. Что с тобой? Болит? Нарывает? — он обернулся и открыто заглянул ему в глаза. — Страшно?       — А если да? — Стив сам не ожидал от себя такой откровенности, но вызов был брошен, и он не смог устоять. — Ты… Твоё поколение, вы ничего не знаете о войне, о настоящей войне, где гибли люди, где не было всех этих… — он поморщился, — гаджетов, чтобы облегчить жизнь. Но это правильно, потому что именно ради этого, ради мирного неба над головой они… мы умирали, чтобы вы берегли то, что досталось нам таким трудом. Поэтому не шути с безопасностью и жизнью людей на корабле ради забавы. Я знаю, что такое падать, и знаю, как это страшно. А ещё я провалялся больше полувека в ледниках, и, может, поэтому… рядом со мной холодно, — он произнёс эти слова без единой капли злости или упрёка, но в них сквозило отчаяние и застарелая боль, которую можно было физически потрогать руками.       Тони стоял не шелохнувшись. Он ожидал чего угодно, но только не правды. Что-то в груди защемило, а потом встрепенулось. Он пожевал нижнюю губу, по-новому смотря на Стива. Не эксперимент. Человек. Больше чем человек. Капитан. Он вёл людей за собой, потерял близких, видел кровь и лишения. И ему больно. Почему нельзя было догадаться об этом раньше? Подавив порыв извиниться, он кивнул.       — Может быть… ты отогреешься, у меня в Башне неплохая система отопления, — неловко пошутил Тони, не отрывая от него взгляда.       — Может быть, — Стиву тоже стало как-то неловко, что их разговор начался вот так: неправильно, с такой тяжёлой темы. Или… наоборот, правильно? Он испытывал довольно странные ощущения, находясь рядом с Тони, иногда умиротворение, а иногда, как сейчас, тот бросал ему вызов, и он не мог не ответить, причём всегда отвечал правдой, какой бы болезненной она ни была. — Так… Ты здесь по делу? Я, наверное, отвлёк тебя, — предположил Стив, пытаясь сменить тему.       — Я тут решил устроить разведывательную миссию и покопаться в делах Фьюри, — Тони предупреждающе выставил вперёд руку, не давая Стиву перебить себя, и продолжил: — Да думал, покажу тебе… чего-нибудь, ведь они пользуются моими игрушками. Неблагодарные. Ты вообще знаешь, что я должен был быть просто консультантом? Не знаешь? Зато я знаю, а я ведь чуть не умер там, в этом хреновом портале, а зарплату мне так и не подняли, — забурчал он, тоже пытаясь всё вернуть на круги своя — он несерьёзный, Стив не болеет и не мучается, и всё у всех замечательно. Легче спрятаться за маской полудурка, чем сказать… «Я понимаю тебя», и это было главным для Старка. Люди предают, и часто, а доверяться кому-то, да нахрен надо.       — Ник ценит тебя. Мне кажется, это видно. Не как того, кто снабжает его разработками, а по-другому. Да ты и сам наверняка это знаешь, — проговорил Стив, небрежным движением руки поправляя чёлку. — Покажи… мне интересно. И, думаю, пойдёт на пользу такому древнему ископаемому, как я. Всё-таки эти новые штучки, игры с инопланетным оружием… хочется узнать больше. Устрой мне краткий экскурс, — взгляд Стива посветлел, и, кажется, между ними вновь воцарилось нечто, похожее на взаимопонимание.       Тони приподнял бровь и ничего не ответил. Ему на миг показалось, что он залип на двигающихся губах капитана. Это… глупо. Всё глупо. Не надо было приходить, осадок после неудавшейся попытки повеселиться, осознание тоски и печали, и всё это чужое неожиданно причинило ему боль. Он даже потёр грудину, стараясь унять внутреннее негодование.       Выйдя в коридор, ведя Роджерса вперёд, Тони юркнул в дверь, ведущую к складам, и прошептал:       — То, что мы делаем, незаконно.       — С тобой так всегда, верно? — улыбнулся Стив, на этот раз почему-то загораясь каким-то странным азартом.       Они сейчас не угрожают безопасности людей, просто кое-что посмотрят и положат обратно. Боже, кажется, Стив заразился от Старка и начал рассуждать, как он. Но внутри что-то будто бы вспыхнуло, он следовал за Тони, полностью доверяя ему, чего не делал уже очень давно.       — Со мной ещё лучше, — самодовольно заявил Тони, включая мистера «обаяшку», и улыбнулся, спускаясь по лестнице вниз, желая показать Стиву всё, что только можно показать в этом месте, напичканном столькими интересными вещами, что без живого примера и не расскажешь.       Стив закатил глаза и подумал, что старковское эго — это наследственное. Говард понятия не имел о личном пространстве, вечно шутил, поддевал, появлялся, как ураган, сносивший всё на своём пути, и Тони, дитя своего времени, умный, но тоже тот ещё тайфун без представлений о зоне комфорта для человека.       — Как много у Щ.И.Т.а нелегальных проектов? — решился спросить Стив о том, что его мучило с того самого дня, как он первый раз оказался на Геликарриере. — Вроде тех экспериментов с Тессерактом.       Тони запнулся о ступеньку и недоверчиво покосился на Стива. С чего бы непоколебимому символу нации интересоваться таким деталями? Руки взмокли от желания поскорее поделиться подноготной Щ.И.Т.а, но он сдержал столь безумный порыв, давая себе некоторое время на обдумывание. Роджерс и такой интерес не вязались в одно. В глубине души Тони стало приятно, что именно у него спросили об этом, но он сразу же пришёл ко мнению, что больше-то спросить не у кого. Наташа слишком верная, Хилл вообще не разговорить, Колсона больше нет, а все остальные… они так, в таких вещах мало что смыслят.       — Ты хотел сделать мне комплимент? У тебя получилось, — хмыкнул Тони и потёр руки. — Если бы ты знал, сколько информации я скопил с того дня, как попал сюда первый раз… ты бы очень и очень удивился прыткости Фьюри. И всех начальников совета. Они те ещё жуки, хоть я и понимаю: безопасность превыше всего, но здесь… кажется, попахивает паранойей, а ведь у Ника небезграничный карман. Так, собственно, о чём я? А-а-а… о нелегальных проектах… Большая часть из них сокрыта на базе в Трискелионе, где я тоже побывал, наверное… месяца три-четыре назад, — он пожал плечами и остановился перед широкой дверью. — Я обнаружил несколько счетов, которые переводят крупные суммы денег на какие-то, вообще, левые счета малазийских туземцев, а потом возвращают раз в шесть меньше. Ты знаешь, что это значит? Кто-то… хочет конкретно подставить Ника, а всё потому, что он очень много знает и очень много прячет. Например, они в лаборатории пытались создать оружие, влияющее на разум человека. Что бы это могло быть? Я обнаружил лишь маленькие кусочки. Но больше всего поражает факт того, как много Ник хотел сделать в маленьких городках США… вот скажи, зачем ему база, о которой никто не знает? А ещё… кровь какого-то инопланетянина, фотки которого до сих пор вызывают во мне дрожь. Ты только представь… что творится у него в голове? Попробуй удержать столько информации и не взорваться, — Тони даже и не заметил, что ведёт монолог, — так сильно увлёкся рассуждением благодаря внимательности, спрятанной в глазах капитана. — Только дай мне волю развязать язык, я тебе и правительство продам!       Слушая Тони, Стив прикидывал, что к чему, и делал выводы из его рассказа.       Он читал о создании Щ.И.Т.а, вышедшего из-под СНР с лёгкой подачи Говарда и Пегги, читал о том, как всё начиналось, как организация набирала обороты, как привлекала всё новых учёных и полевых агентов, уже становясь не научным резервом, а вполне себе внушительным органом, чуть ли не теневым аналогом ЦРУ и АНБ. Конечно, как и в любой организации, в Щ.И.Т.е должны были быть свои подводные камни, но эксперименты с инопланетным оружием, вообще с чем-то внеземным, нелегальные счета и обороты денег… это всё выглядело очень и очень странно.       — Но если даже ты об этом знаешь, то думаешь, Фьюри не замечает, что творится у него под носом? — поинтересовался Стив, стоя рядом со Старком плечом к плечу. — Я несколько удивлён тем, чем Щ.И.Т стал за последние десятилетия. Уверен, он задумывался не таким, каким стал теперь, но мне слишком мало известно об этом. Другое дело ты с твоими возможностями и знаниями.       — А что, ты думал, случится с ним? Мой… мой отец вложил немало средств и сил в это дело, думая, что Щ.И.Т. спасёт всех на земле, — вздохнул Тони, морща нос, не желая говорить об этом, но всё же говоря. — Лучше бы он открыл приют для собак — меньше бы спящих было или тех, кто ворует из собственной кормушки. Стив… здесь невообразимая текучка, а сам Щ.И.Т. теперь больше крысиное гнездо. Я не знаю, чем занимается Ник, почему допускает такой разврат там, где его быть не должно, и позволяет всему… тому, что было сделано руками моих… э-э-э… в общем, что было сделано не чужими мне людьми, рушиться. Ник последнее время финансирует какой-то проект, пару раз даже советовался с моим техником, но ко мне не обратился. Не знаю, что там в голове у него, но знаю, что тут, — он указал на закрытую дверь, у которой они топтались, и пожал плечами. — Серьёзно, даже у меня в компании воруют, а я тот ещё жмот… то есть… я могу повысить зарплату, дать премию, но за безделье никогда платить не стану, тем более не переношу тех, кто берёт чужое. А Ник берёт, а потом у него берут другие, и так всё время. Это… ни к чему хорошему не приведёт, подумай, ведь нас всех хотели убить, сбросив ядерную боеголовку на город…       — Именно об этом я и думаю, Тони. О том, чем была для нас эта ракета и как изменился мир, раз проще уничтожить тысячи жизней, чем их спасти, — тихо сказал Стив, в глазах которого таилось непонимание и разочарование. — Покажи, что за дверью, — попросил он, чтобы снова не скатиться в размышления о том, стоил ли такой мир потерянных на войне жизней.       Старку стало грустно. По спине пробежался холодок, ведь он прекрасно понял, о чём сейчас сказал кэп. Отвернувшись, пряча замешательство, Тони вбил код и, приоткрыв дверь, пропустил внутрь Стива, а потом зашёл и сам, закрывая дверь с лёгким щелчком, оставляя их в кромешной тьме.       — Ты не боишься темноты? Я сейчас, — он зашуршал по карманам пиджака в поисках мобильного, легонько прижимаясь к нему полубоком.       Темнота. Если бы Старк не сказал об этом, не задал вопрос, Стив, может быть, и не заметил бы, что они оказались вдвоём в тёмном помещении. Но слова были брошены, а его в это же мгновение пробила яркая, крупная дрожь и так отчётливо резануло воспоминаниями о том, что происходило долгими тёмными ночами за закрытыми дверями разных помещений. Прошло столько времени, а он не забыл. Не смог забыть.       Дыхание Стива стало поверхностным и частым. Он вдвоём с мужчиной в тёмной комнате, пусть этот мужчина и не представляет опасности. На первый взгляд. Стыдно. Но больше, чем стыд, его охватил иррациональный страх, и вместо того, чтобы отскочить от Тони подальше, он вжался в него, чуть ли не стуча зубами. Вот это было неожиданно, потому что даже сам Стив не понял, почему его притянуло «к», а не «от» Старка.       — Где же… твой свет? — голос дрогнул. Пусть нет, пусть Тони не слышал, как сбилось его дыхание.       Тони ощутил волну какого-то нелепого предвкушения, тихой неожиданной злости, запульсировавшей в висках, и желания сделать хоть что-то, чтобы Стив расслабился. Тепло чужого сильного тела сыграло с ним злую шутку, будто он очутился под водой не в силах вдохнуть. Он вздрогнул и положил одну руку Стиву на плечо, прижимая к себе, а второй включил фонарик на панельке. Глаза его при ярком свете выглядели словно далёкие бездны космоса, словно та самая дыра в небе, портал в другое измерение.       — Я прикрыл реактор нано-плёнкой, — выдохнул Тони, легко сжимая пальцы на плече, чувствуя какое-то идиотское желание защитить кэпа от темноты. С чего вдруг? Что за херня? — Всё? Всё в порядке? Можешь не говорить, в чём проблема, я провёл три месяца в плену у чокнутых террористов… они пытали меня темнотой… и водой, — добавил он, прищурившись, и заглянул ему в лицо.       Внезапно Стив почувствовал необычный и необдуманный порыв ответить правдой на правду, но… Его правда была слишком неприглядна, чтобы раскрывать всё то, что мучило на протяжении слишком долгого времени. Нет. Никто не должен знать.       — Я… понимаю. Немногие выдерживают плен, но ты здесь, и значит… ты сильный человек, — сказал он, наконец делая глубокий вдох и беря под контроль тело, отодвигаясь от Тони. — Порядок. Я в порядке.       — Ну всё-всё, здесь только я и техника, больше никого и ничего нет, — тихо сказал Тони, смотря в побледневшее лицо капитана. Он правда и не знал, кого хочет успокоить больше: себя или его. — Пойдём, — он направился вперёд, крепко сжимая в руке старкфон, подсвечивая им дорогу среди пока ещё полок с научным оборудованием, а не настоящих боевых технологий.       Стив пошёл следом за ним и его светящимся маячком и понемногу успокаивался, начиная с любопытством рассматривать стеллажи с понятными и не очень штуками.       — Слишком много техники, — вздохнул он, проводя пальцами по одной из полок. — Раньше всё было не так, но теперь… Голова идёт кругом от оружия разного назначения: химическое, биологическое… Внеземные технологии. Кажется, я безбожно устарел.       — Ты уникальный: родился в начале двадцатого века, а жить будешь в начале двадцать первого века, — буркнул Тони, надеясь, что его слова не воспримут с каким-то тайным умыслом. Это всего лишь правда, которая… манила и притягивала изобретателя в нём. — Здесь есть то, чего ты никогда и ни у кого не увидишь. Эти руки, — не без гордости заявил он, выставляя ладони вперёд, — иногда делают потрясающие вещи, вот, например, бладстоун, честно… с названиями у меня туго, раньше эта штуковина называлась объект М1428, — он потряс маленькое устройство, взятое с полки, и прозрачный шарик стал красным. — Стоит его бросить, вот прямо сейчас, ведь я его уже зарядил, как в радиусе пяти-семи метров всё живое ляжет замертво. Круто, да?       Стив фыркнул и покачал головой.       — Техника разрушения. Я уже понял, что в этом времени появились более серьёзные угрозы и что к ним необходимо быть готовыми, но… Это одновременно озадачивает и ужасает, — он посмотрел на красный шарик и инстинктивно поёжился. — Все эти устройства пугают меня. Нет ничего хуже того, чтобы использовать неизведанные штуки вроде Тессеракта в своих целях. Я видел, на что он способен, и, если Щ.И.Т. занимается подобным… не хочется думать, что организация, призванная защищать, проводит такие эксперименты, — он огляделся вокруг, подмечая множество разнообразных и непонятных ему вещей, и посмотрел на Старка, который сейчас сильно напоминал отца, так же восторгающегося научным прогрессом.       — Это не несёт в себе смерть, это просто шарик с живым газом, который при ударе разбивается и обнимает своих жертв, погружая в подобие дремоты, — угрюмо объяснил Тони, начиная раздражаться из-за того, что Стив не видит логики в том, что он и другие создают. Будущее в технике, а время керосиновых ламп и перьевых ручек давно ушло. — Если бы не гениальные люди прошлого, то вы бы убивали друг друга палками-копалками, и думаю, что никто бы не пережил войну, потому что Шмидт оказался более… изощрённым в своих желаниях, чем отец и Филлипс, — приподнимая брови, сурово заявил он и осторожно отложил бладстоун. — Власть портит тех, кто стоит у руля, но ещё больше она портит тех, кто выполняет мелкие поручения. Не знаю, чего ждать от экспериментов Фьюри и его команды, но… Думаешь, я и ты вдвоём сможем что-то сделать? Всех денег мира не хватит для того, чтобы избавиться от некоторых последствий.       — У нас есть команда, — сказал Стив, снова переводя взгляд с Тони на окружающие их полки с оборудованием и обратно. — Я ещё не совсем понял, как и для чего задумывались Фьюри Мстители, но… если что-то случится, есть люди, на которых можно положиться, которым можно верить, — он немного придвинулся к Старку, боясь ненароком задеть что-то со стеллажа, и пожал плечами. — Я пока не знаю, как ко всему этому относиться. Когда меня разморозили, то я попал в самый эпицентр событий, толком не разобравшись, что к чему. Но теперь мне хочется понять, каково моё место в этом мире, есть ли оно вообще… В сорок пятом я знал, чего от меня ждут. Но сейчас… Целыми днями торчать в Башне я не могу, но и исполнять приказы того, чем стал Щ.И.Т. сейчас… Ты ведь тоже относишься ко всему этому с осторожностью?       — Не вызывай во мне чувство жалости, оно… мерзко, лучше я просто посочувствую тебе, — без тени эмоций сказал Тони, отворачиваясь от него, возобновляя путь к главным творениям. — Я вообще не работаю на Щ.И.Т., я сам по себе, но никогда не премину возможностью узнать что-то, что может сыграть мне на руку. Мстители… не смеши, кэп, миллионы воевали в сороковых, а нас всего-ничего, и, если бы не техника, если бы не все эти новомодные штуки, да даже если бы не авианосец… чёрт знает, что бы было. — Они добрались до широких двойных дверей, и Старк остановился, вбивая электронные ключи в панельку, ища доступ. — Ты же знаешь, что лучше доверять, но проверять? Я из тех, кому не стоит верить, и Ник об этом знает. Просто… я чувствую запах чего-то плохого, и мне это не нравится, а ещё не нравится, что ты не можешь найти себе занятие. Люди каждый день умирают, делай то, что ты хорошо делаешь: спасай мир, Стив.       Стив вздохнул и ничего не ответил, только передёрнул плечами — ему тоже не нравилось всё это. Он мог и хотел спасать мир, но всё вокруг озадачивало столетнего капитана.       Конечно же, он уже согласился работать со Щ.И.Т.ом под командованием Фьюри, да у него и выбора не было особо, ведь это единственное, что он умел, кроме рисования. Стив списывал свои сомнения и неуверенность на слишком поспешный ритм жизни, на новую обстановку, хотя пытался приспособиться ко всему этому так быстро, как только мог.       — Ну, я поэтому и здесь, Тони, — произнёс он, снова следуя за ним. — Мир я, конечно, не спасу, но работа здесь не даст мне сойти с ума от безделья, и, может быть, я найду в этом то, что ищу.       Тони спрятал панельку в карман брюк и молча хлопнул в ладоши. Он не желал вдаваться в полемику больше нужного, да и Стив, это ископаемое, будто вылезшее из племени Чингачгуков, своим… нежеланием понимать новое и ещё неизведанное за несколько минут успел поднадоесть. К чему разговоры, если они не поймут друг друга и каждый останется при своём мнении. Проще показать то, что имеет силу, а остальное — хрен с ним.       Он подошёл к перилам и посмотрел вниз, где один за одним зажигались лампочки, придавая ангару какую-то сюрреалистичность. Опершись ладонями о прохладное железное ограждение, Тони счастливо выдохнул. Смотря на боевую технику, он ощущал себя живым, примешанным к большому миру, чувствовал свою значимость и, конечно же, гордился тем, что приложил руку к большему числу разработок СтаркИн.       У правого крыла расположились гаубицы с автоматической системой наведения на тепло, колёсные вездеходы, тягачи, миномёты, самоходные артиллерийские и зенитные установки, тяжёлые на гусеницах огнемётные системы, мотоциклы и шипованные внедорожники. По центру, будто бы для любования, стояли огромные беспилотные роботы, выкрашенные в чёрные и серые цвета, пока ещё они были без чипов, потому что Тони не решался использовать непроверенный материал, а впереди них в ряд были выставлены электромагнитные пушки. У левого крыла находились боевые самолёты, бомбардировщики, вертолёты, беспилотники и истребители, стратегические бомбардировщики и капсулы для пленных. Они даже наткнулись взглядом на гиперзвуковые летательные аппараты в количестве трёх штук. На такой пташке можно было развить скорость, от которой кожа бы слезла с тела.       — Фьюри параноик, я говорил тебе? А под нами, если спуститься, можно обнаружить склад оружия, боеприпасов и обмундирования, — усмехнулся Тони после того, как Стив вроде переварил увиденное.       — Это выглядит очень… внушительно, — удивился Стив, ещё никогда не видевший столько новой боевой техники. — Фьюри ограбил ВВС США? Откуда всё это? Насколько я знаю, Щ.И.Т является теневой организацией, а вооружения здесь столько, что можно напичкать целую армию, — он обводил взглядом ангар, стараясь придумать хоть какое-то объяснение этому.       — Так у теневой организации и спонсоров больше, да и акционеров, что уж говорить о том, что полицейских на улицах не хватает, они ездят на поломанных плимутах, а все ломятся сюда, потому что отмываемыми тут деньгами можно зад подтирать. Вербовка — страшная вещь, лучше тебе не знать, как проходит отбор, — Тони покачал головой и провёл пальцами по перилам. — Кажется, бесстыжий Тони Старк посеял зерно сомнения в безгрешном Капитане. Что же теперь будет? Я уже говорил, что совет попечителей крепко держит яйца Ника в кулаке, а тот давно хочет в свободное плаванье, вот и думай, для чего и почему, только, пока он спешит оформить безопасность для своих людей и подготовиться к нашествию зомби, за его спиной ему же и роют могилу. Только кто? Понятия не имею.       — Я получил больше вопросов, чем нашёл ответов, — нахмурился Стив, которому ещё предстояло самому разобраться в том, что он здесь увидел. — Но, если об этом знаешь ты, думаю, Фьюри не слеп и тоже много чего видит. Несмотря на пиратскую повязку, — он ещё раз оглядел потрясающую воображение технику и повернулся к Старку. — Никто не безгрешен, Тони. Пойдём назад, кажется, я всё здесь увидел.       — А с тобой ничего так, есть о чём поболтать, — задумчиво хмыкнул Тони, уже не чувствуя раздражения и непонимания, возникшего между ними на почве оснащения мира технологиями будущего. Он пошёл к выходу, смотря на карту авианосца. — Знаешь, что я хочу увидеть? Объект 084… посох Локи, — мечтательно вздохнув, он закрыл за ними двери и снова включил фонарик, при этом ещё вырубая свет, закрывая карту и открывая присланный на почту договор от Пепс. — В прошлый раз мне дали слишком мало времени на изучение.       — Не думаю, что это хорошая идея, — поморщился Стив, вспоминая инопланетного Бога и всё то, что он и его армия успели сотворить с городом. — Игры с таким оружием до добра не доводят. Не то чтобы я боялся, но… Всё магическое, если так можно выразиться, хорошо бы оставить тому миру, которому оно принадлежит, — он смотрел на Старка и думал о том, что Тони цепляет его внимание, может быть, своей сумбурностью, смешанной с желанием везде успеть и всё изучить, а может, его привлекала сама сила жизни в этом необычном человеке.       Тони будто горел, загорался от того, что его интересовало, вспыхивал, и рядом с ним Стив чувствовал, что в какой-то степени отогревается. Оказывается, ему тепло не только в Башне с подогревом, но и в непосредственной близости со Старком.       — Ничего ты не понимаешь, кэп, — замахал руками Тони, создавая иллюзию дискотеки ярким фонариком, свет которого забегал по стенам, стеллажам и полу с потолком. — Магии не существует, всё можно объяснить научным путём! Я тебе говорю, как человек с тремя докторскими, — он подмигнул и, закрыв дверь, предварительно стерев отпечатки пальцев с панели ввода рукавом пиджака, начал подниматься по лестнице, включая через панельку все системы безопасности корабля.       — А я тебе говорю, как тот, кто видел, как опасна эта штука внутри посоха, если она хоть на каплю связана с Тессерактом, — не сдавался Стив, пытаясь образумить того, для кого наука и исследования были превыше всего. — В любом случае у нас нет этого посоха, он исчез, и даже Тор не знает, где он, — покачал головой он, поднимаясь по лестнице вслед за Тони. — Не нравится мне всё это. Если эта штука здесь, в нашем мире, значит, жди беды.       — Ну не начинай, ладно? Я живу один раз и не собираюсь отказывать себе в том, чтобы познать неизведанное и найти в этом всём логику, — сухо отозвался Тони и, остановившись у двери в гостевую комнатку, заглянул Стиву в глаза, пытаясь понять, почему этот человек вызывает полярные эмоции. То злит, то тянет, то невыносимо раздражает, а то хочется пожалеть. Загадка Стива Роджерса? — Не сиди тут долго, голова вспухнет, — он махнул рукой и направился к выходу, где его ждала броня. — И не сломай ничего!       — Я буду к ужину! — крикнул уходящему Старку Стив и, немного помедлив, уже тише добавил: — Хотя ты всё равно не ужинаешь, пропадая в своих мастерских.       Он зашёл в гостевую, там, где лежала его книга, и опустился в мягкое кресло, потирая пальцами виски. Стиву необходимо было время, чтобы всё обдумать и переварить то, что он сегодня увидел, и то, что сказал Тони о Фьюри и об организации в целом. Вопросов больше, чем ответов, да и сам Старк — человек-загадка. Забавно, но Стив поймал себя на мысли, что слишком часто думает о нём, иногда сравнивая с Говардом, а иногда… просто думает.       Взяв в руки книгу, он вновь углубился в чтение, давая себе небольшую передышку.