Without restraint +38

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер», Гарри Поттер (кроссовер)

Основные персонажи:
Маркус Флинт, Оливер Вуд, Перси Уизли
Пэйринг:
Маркус Флинт/Перси Уизли
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
PWP
Предупреждения:
OOC
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
"Он высвобождается из объятий, потягивается на постели, вытянувшись во весь рост и, сладко зевнув, встаёт с кровати.
- Доброе утро."

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Примечания автора:
Очередная проба пера. Чешу свои фетиши. Можно читать как продолжение "Награды за терпение" https://ficbook.net/readfic/4673137, но можно и как самостоятельную работу.
19 августа 2016, 09:59
      — Воу! Вуд! Какими судьбами? Не ожидал тебя здесь увидеть, — Оливер обернулся и чуть ли не уткнулся носом в широкую грудь Маркуса Флинта.

      — Здорово, Флинт. Честно говоря, тебя я ожидал увидеть здесь меньше всего.

      Он сидел за барной стойкой, держа в руках бокал с ярко-зелёным напитком, присыпанным разноцветным чем-то. Флинт хмыкнул, увидев, что у Оливера в бокале, и сел на соседний стул.

      — Ну вот так, — развёл руками Маркус, как бы оправдывая своё нахождение в популярном гей-клубе "Without restraint". — Так какими судьбами?

      — Вытащил Перси развеяться. Его если силой куда-нибудь не вытянешь, то так и будет без конца работать.

      — Перси, это который Уизли, что ли? — наморщив лоб, вспомнил Флинт.

      — Ага, он самый, — кивнул Вуд. — А вот, кстати, и он.

      Маркус оглянулся и с интересом уставился на подошедшего только что Уизли. Черные брюки, белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей, всё идеально выглажено, а классические туфли на ногах отражают блеск прожекторов. Маркус подумал, что в жизни есть, по крайней мере, одна постоянная вещь — как был перси Уизли ботаником и занудой, так он им и остался. Даже удивительно, что он оказался геем.

      — Перси, посмотри кого я тут встретил, — указывая на Флинта, проговорил Вуд. Сам Оливер был одет в джинсы и футболку с ярким принтом и был на порядок раскованней Уизли. Перси перевёл взгляд на Маркуса, молча ему кивнул и сел по правую сторону от Оливера.

      — Что будете пить, сэр? — тут же спросил бармен, который был одет в нескромную жилетку на голое тело, не скрывающую рельефных мышц и галстук-бабочку.

      — Виски со льдом.

      Перси показался Маркусу несколько чужеродным в помещении забитом разодетыми парнями, танцующими под громкий хит "Handclap" Fitz & The Tantrums, льющийся из динамиков. Здесь сам воздух был пропитан похотью и вседозволенностью. Перси же со своей чопорностью вписывался сюда примерно также, как маггл в Минестерстве Магии.

      — Как дела в команде, Флинт? — спросил Оливер, и Маркус начал рассказывать про прошедший сезон, чуть склонившись к Вуду, чтобы окружающие магглы не расслышали его слов. Впрочем, при той громкости, что царила в помещении, не услышать могли не только магглы, но и сам Вуд.

      Они говорили с полчаса, Оливер изредка бросал взгляды на Перси, который с неприступным видом цедил виски и безэмоциональным взглядом разглядывал толпу на танцполе. Маркус видел, как пару раз к нему подходили мужчины, чтобы пригласить на танец, но были отшиты самим Перси, и значения этому не придал. Каждый раз, когда Перси кому-нибудь отказывал, Оливер дёргал его за рукав и посылал недовольные взгляды, которые Перси игнорировал. В конце концов, он встал и, что-то сказав Оливеру на ухо, ушёл в сторону туалета.

      — Удивительно, что к нему ещё и подкатывает кто-то, — усмехнувшись, сказал Флинт как только Перси отошёл. — Как ты его терпишь? Он же ужасный сноб по жизни.

      — Ты ошибаешься, Флинт, крупно ошибаешься. Я тебе как бывший парень говорю: Перси бывает совершено другим, ему просто нужно расслабиться, — Оливер отпил из бокала — на этот раз жидкость была оранжевая. Флинт ничего не ответил, переваривая новость.

      — Так, значит, вы встречались?

      — Да, ещё в Хоге и потом несколько лет, но... Остыли со временем и решили расстаться, оставшись друзьями.

      — Ничего себе... — пробормотал Флинт. — Значит, вы были вместе несколько лет.

      — Ага, — кивнул Оливер.

      В зале сменилась музыка, и в это время вернулся Перси. Маркус подумал, что с такой каменной рожей нужно запретить появляться в клубах, дабы не портить своим кислым видом настроение людям. Он посмотрел на него и Вуда, но не смог представить их вместе. Попытался разглядеть Перси повнимательней, но так и не понял, что нашёл в нём Вуд. Рыжий и с веснушками, худощавый, но не дистрофик, самый обычный, каких чаще всего никто не замечает. Музыка стала активней, и какой-то парень только что утащил Вуда на танцпол. На его место тут же уселся прилизанный блондин, бросающий на Маркуса заинтересованные взгляды. Флинт заметил, как нахмурился Перси, когда остался без компании Вуда. В этот момент он показался ему потерянным.

      Опрокинув в себя стопку текилы, Маркус решительно встал и подошёл к Перси.

      — Как на счёт потанцевать? — негромко сказал он в самое ухо вздрогнувшему Уизли. Перси поднял на него взгляд, но ничего не сказал, а просто молча встал, берясь за протянутую руку.

      Флинт повёл его в центр танцпола, где под очередной хит Beyonce народ уже не то что танцевал, а занимался массовой оргией в одежде. Ну или в том, что некоторым из них заменяло одежду.

      Он остановился и сразу же притянул Перси ближе к себе. Маркус положил свои руки на бёдра Перси и начал медленно двигаться в такт музыке, давая Перси втянуться. Тот немного сковано положил свои руки на плечи Маркуса, и так же сковано стал двигаться, повторяя движения Маркуса.

      Флинт решил, что так дело не пойдёт и нужно избавить Уизли от барьеров. И первый барьер это одежда. Он прижал одной рукой Перси к себе, второй расстегнул ещё три пуговицы на рубашке Перси. Огладив участок бледной кожи, он провёл шершавой ладонью выше по шее и очертил большим пальцем линию скулы, задев губы и оттянув вниз нижнюю, заставив Перси открыть рот. Вот теперь этот рот похож на тот, что хочется целовать. И не только...

      Перси не противился и позволил Маркусу развернуть его спиной к себе и прижаться к нему пахом. Продолжая всё так же двигаться в медленном темпе, Маркус расстегнул пуговицу на одном рукаве, и потом закатал его до локтя и то же сделал со вторым. После этого он стал ускорять темп, медленно исследуя тело Перси руками. Перси принял правила игры, и развернувшись в кольце рук Маркуса, прижался ближе к нему, давая волю рукам.

      Руки Маркуса спустились ниже поясницы, и он сжал ягодицы Перси, на что тот прогнулся в пояснице, и уткнувшись лицом Маркусу в грудь, огладил его живот, прочертив пальцами границу ремня.

      Они уже оба были вспотевшие, а от возбуждения, алкоголя и безумно громкой музыки, долбящей прямо в виски, у них шумело в ушах. Они чувствовали возбуждение другу друга и только подливали масла в огонь. Маркус наслаждался чуткой податливостью Перси, тем как тот реагировал на прикосновения. Перси казался ему невинным, и это возбуждало ещё сильнее.

      Перси всё ещё был неуместен в этом зале, но теперь из всех присутствующих здесь, каким бы откровенным ни был их наряд, и сколько бы похоти не было во взгляде, Маркус бы выбрал именно Перси, с его неловкостью и невинностью. И когда Маркус осознал это, ему захотелось увести его отсюда, спрятать ото всех, чтобы отзывчивый Перси, тихо стонущий и подставляющийся под ласку Перси, достался лишь ему.

      Кончилась музыка, и Перси потянулся к нему, встав на носочки, проговорил на ухо:
      — Пошли отсюда, — Маркус только кивнул и потянул его из клуба, плечом и локтем расчищая дорогу, стремясь как можно быстрее оказаться на улице. На улице оказалось одуряюще свежо и потрясающе тихо по сравнению с клубом. Перси глубоко вздохнул и повернулся к Флинту.

      — К тебе или ко мне? — Маркус задумался на секунду, вспомнил беспорядок в холостяцкой квартире и понял, что туда им придти не светит.

      — К тебе.

      Перси кивнул, взял его за руку и дотащив до ближайшей подворотни, аппарировал вместе с ним прямо в прихожую своей квартиры. Свет, горевший в прихожей, резанул по глазам, но не успел Маркус привыкнуть, как Перси потащил его в спальню. Там, при неярком свете лампы, он скинул рубашку и, повернувшись к Флинту, спросил:
      — Ты со мной в душ?

      Подумав, а почему бы и нет, Маркус просто стащил с себя футболку.

      Через минуту они уже стояли под тёплыми струями воды и ласкали тела друг друга. Вскоре Перси потянул его из ванны, по пути мгновенно высушив их, и плавно опустился на широкую кровать, потянув Маркуса за собой.

      Он накрыл невысокого Перси собой полностью. Тот раздвинул перед ним ноги, немного подтянув их к груди и, обхватив Маркуса за шею, притянул к себе для поцелуя, наполненного нежностью, которая быстро превращается в жадность. Он впускает язык Маркуса, позволяя властвовать над собой, и стонет, выгибаясь, в поцелуй. Маркус проводит шершавой ладонью по рёбрам и животу, и ему страшно от того, каким тонким кажется Перси, и как сильно его это возбуждает.

      Флинт отрывается от покрасневших губ Перси и спускается к шее, целует, кусая и зализывая нежную кожу, наслаждаясь стоном-мычанием сквозь сомкнутые губы. Спускается ниже, задевая сосок и, видимо, эрогенную зону. Довольно скалится, прикусывая и вылизывая сжавшиеся тёмно-розовые соски. Перси под ним извивается, стонет, слегка царапая короткими ногтями плечи и спину Маркуса, и подтягивает ноги ближе к груди. Маркус проводит дорожку из поцелуев от груди до пупка и языком очерчивает его контур, оставляя мокрую дорожку, спускается к паху. Слегка задев возбуждённый член, переходит к бёдрам. Целует внутреннюю сторону, оставляет засосы и шепчет:
      — Какой же ты... Перси... Хороший, — оставляет засос, слегка дует на покрасневшую кожу, спускается ниже. — Мой, — беря в рот член.

      Перси выгибается, всхлипывает и цепляется за короткие волосы, раздвигая ноги шире.

      Маркус неторопливо скользит пальцами ниже мошонки, обводит пальцами анальное отверстие, на секунду отрывается — взмах палочкой — здесь теперь мокро, пальцы скользят по гладкой коже, а комната наполняется запахом малины.

      Сладко.

      Кончиком языка от основания до головки и прихватить губами, посасывая.

      Вкусно.

      Пальцы хлюпают в дырке, а сверху стонет и всхлипывает Перси, сжав белую простынь в кулаках до побелевших костяшек пальцев. Маркус тянется к нему, целует горячо и страстно.

      Пальцы входят внутрь глубоко, разминая стенки, задевая простату. Губами прихватывает мочку уха, прикусывает, втягивает в рот.

      — Ма-а-аркус, — в тонком охрипшем голосе мольба. В глазах без всяких слов читается: "Возьми меня!".

      И он берёт, разом заполняя собой его. Перси распахивает глаза, замирает. Маркус тоже замирает, давая привыкнуть. А затем впивается в покрасневшие губы поцелуем, одновременно толкаясь вперёд. Перси отрывается от его губ и несдерженно стонет, так громко и пошло, что Маркус на мгновение замирает, впитывая и запоминая запах, линии ключиц, беззащитно подставленной шеи, капли пота на висках, мокрые ресницы и затуманенные желанием глаза с расширившимися значками, словно он находится под дозой наркотика. И это всё ещё невинно. Перси шепчет его имя, прижимает его к себе сильнее. Маркус движется всё быстрее, сцеловывая слёзы в уголках его глаз.

      Оргазм накатывает сильной волной, заставляя замереть, кончая глубоко в него. Толкается ещё пару раз и на исходе сил выходит из него. Склоняется к паху, берёт в рот и почти тут же ощущает вкус его семени.

      Маркус ложится рядом с Перси, притягивает его, дрожащего, к себе. В теле пустота и усталость. Прижимает его сильнее и незаметно проваливается в сон.

      Утро начинается поздно. Под боком примёрзший Перси — после оргазма не было сил даже на то, чтобы накрыться, да и жарковато на тот момент было. В голове всплывают картинки, воспоминания прошедшей ночи, и внутренности сжимаются от возбуждения. Маркус лениво размышляет о том, какой же везунчик, чёрт возьми, Оливер Вуд.

      Перси вздыхает во сне, несильно ворочается и открывает глаза. Не сразу вспоминая, что произошло, пугается Маркуса. Вспоминает и застенчиво улыбается, глядя в карие глаза напротив и чувствуя во всём теле сладкую истому. Он высвобождается из объятий, потягивается на кровати, вытянувшись во весь рост и, сладко зевнув, встаёт с кровати.

      — Доброе утро.

      — Доброе.

      Маркус смотрит как голый Перси неровной походкой скрывается в ванной, оставив дверь приоткрытой. Усмехнувшись, встаёт и отправляется к Перси, плотно прикрывая за собой дверь.