Летели облака

Мы с Рене в очередной раз пошли в ночной клуб. Играла очень громкая, ритмичная музыка, под которую было сложно усидеть на месте, особенно учитывая то, что вокруг все танцевали и это было чертовски заразительно. Но все же мои комплексы и стеснение мешали мне. Я сидел за барной стойкой и неторопливо пил коктейли, а сестра уже давно затерялась в разгоряченной толпе. Я никак не мог расслабиться, ведь в голове было слишком много ненужных мыслей. Почему-то постепенно я стал считать все, происходящее между мной и младшей сестрой какой-то странной ошибкой. «Зря мы уехали из Орегона» «Зря я целовал ее и клялся в любви» «Зря мы вообще встретились» Все было зря. Я не смогу всю жизнь жить скрываясь, без образования и нормальной работы. Да и она тоже. Возможно, Рене просто всегда двигает юношеский максимализм (как и мной, похоже). Иногда я сомневался насчет нее: мне казалось, что она просто мной манипулирует. Дергает за ниточки и играет на чувствах. Но иногда, я так верил ей, что она правда любит меня, что начинал считать это правдой. Но я не знаю, чему мне верить. «Почему все так сложно?» Я выпил ещё. И еще. И еще. Дурные мысли сразу же пропали. Алкоголь меня полностью расслабил и раскрепостил. Ботаник Тони куда-то исчез, а вместо него пришел абсолютно другой, веселый и безбашенный Тони, который еще и обожает потрахивать свою младшую сестрицу. В общем, теперь я хотел веселиться и отыскать Рене. Заплатив за последний напиток, я отошел от барной стойки, направились в толпу. Людей было так много, что сестры я даже не видел, но Рене сама нашла меня, и ни слова не говоря, нежно целуя, резко притянула меня вплотную к себе. По нашим лицам бегал розовый, голубой и фиолетовый свет. Лихорадочно мигали белые прожекторы. Мне казалось, что все вокруг замедлилось. Оторвавшись от моих губ, она погладила меня по щеке, глядя мне прямо в глаза. — Ты когда так нажраться успел? — по-доброму ухмыльнулась она. — Сегодня. — Да я-то поняла, что не вчера, хахах. — и она снова поцеловала меня, не обращая внимания на толкающуюся толпу. От ее ласк возбуждение не заставило себя ждать. Выпитое спиртное добавляло мне смелости, в другом бы случае, я бы вряд ли был бы так настойчив. Взяв её за руку, я повел ее в туалет. Рене не стала задавать никаких вопросов, уже и так понимая все без слов. Уж точно в этом она была по-опытней меня. Я буквально запихнул ее в свободную кабинку, хотел защелкнуть дверцу, но щеколды не было. Меня это сейчас не волновало. Я жадно поцеловал ее в губы, исследуя языком ее влажный рот. Рене с приглушенным стоном отвечала мне, и положив ладонь мне на затылок, стала прижимать ближе. Ей всегда нравился телесный контакт. Она обожала тереться об меня, трогать, обнимать. Делать хоть что-то, чтобы ощутить жар моего тела. Я развернул ее к себе спиной, заставив упереться Рене руками в стенки кабины и прогнуться в спине. Бедра сестры я притянул к себе поближе и уже стал расстегивать молнию на ее джинсах и спускать их, но как раз в этот пикантный момент какой-то лысый амбал открыл кабинку, удивленно уставившись прямо на нас. — Пидоры совсем охуели! — заорал он в бешенстве. Очередной ярый гомофоб? Ужас. И даже при том, что я и не гей. Но незнакомец, похоже, принял Рене за парня, что на самом деле было вполне реально. Со стороны все происходящее выглядело так, будто пьяный студент нагнул в кабинке пацана-подростка лет пятнадцати. У меня от неожиданности душа в пятки упала (да и член тоже). Я торопливо натянул на Рене обратно ее джинсы, а мужик уже угрожал мне набить мою «гейско-педофильскую» морду и разобраться по-мужски. Сестра пыталась объяснить, что ей не пятнадцать, и она не мальчик, но из-за безудержного смеха у нее получалось это невнятно. Короче говоря, мы просто убежали от него, а амбал похоже уже слишком хотел ссать, чтобы начать за нами гнаться. Рене все еще смеялась и угорала надо мной. — Это было одновременно и страшно, и ржачно. — прокомментировал я. — О, и не говори! — вздохнула сестра, взяв меня за руку. Мы медленно пошли домой пешком.