Life

Так как глава начинала получатся больше, чем я думала, решила поделить. Всех с праздником)) Спасибо всем, кто читал это творение, комментировал, оставлял оценки)) В парке аттракционов, благо, народу было немного, что было на руку идолам, которые хоть раз хотели нормально отдохнуть. - Ну, куда пойдем? – спросил улыбающийся лидер, смотря на Романову. - Горки, экстрим, адреналин! – протараторила Ника, сверкая глазами, наполненными неподдельным счастьем. - Может, не надо на американские горки, а? – жалобно спросил Вукки, вспоминая прошлый горький опыт. - Ну, пожалуйста… Пойдем-пойдем-пойдем! – Ника, как заведенная, прыгала вокруг парней, которые явно были в шоке от такого энтузиазма. - Хичоль, ты её покусал, что ли? Или же Кю? – Хекк наблюдал за иностранкой и улыбался, впрочем, как и все. - Ей отказать просто невозможно, - улыбнулся Хи, не обратив внимания на подкол танцора. – Конечно, пойдем, - обратился он к писательнице. Та, услышав желаемое, порывисто обняла Золушку, улыбнулась еще шире. Зная, что только Кю тут самый большой любитель подобного рода развлечений, схватила за руку и потащила в сторону самых устрашающих горок. - Во попали, - хохотнул Тукки и поспешил за парочкой. За ним поплелись и остальные. Первый раунд выдержали все. На второй тоже пошли все, ибо никто первым выбывать не хотел. Ладно, Кю проиграть, но девчонке… На третьем - поваренок, Сонмин, Хекк, Хичоль дружно завыли, моля о пощаде. Шиндон с Йе, ссылаясь на то, что за «пострадавшими» нужно присмотреть, остались на твердой земле. Ника со злобным макнэ отрывалась по полной. Казалось, ей не надоест никогда. Но после шестого круга, она вылезла, шмыгнула носом и подошла с эвилом-младшим ко всем остальным. Все же, до конца никто не смог выстоять. - Ты устала? – заботливо спросил Итук. - Да нет, просто надоело, - буркнула она, разочаровавшись. – Есть что-то получше? У парней глаза на лоб полезли. Откуда у этой лентяйки и домоседки столько энергии и любовь к подобным вещам? - Комната страха, - хитро улыбнулся Кю. Комната страха была совсем новой, так что никто из мемберов не имел понятия кто и откуда может выпрыгнуть. Заходили все туда с самыми мужественными мордашками, а вышли какие-то зашуганные. Все, кроме Ники, Кю и Канина, которые вытирали слезы с глаз и держались за животы. Так как ничего страшного эти трое не нашли, то решили себя развлечь и попугать остальных. Это у них удачно получилось. Особенно Хичоль и Реук дружно заорали, когда Романова своими маленькими ручками схватила тех за щиколотки, предварительно присев и хорошо спрятавшись. Правда, с Йе было неинтересно. Он так увлекся осмотром гробика, что среагировал не сразу и то, лишь выдавил из себя вялое «А?». Итук, конечно, пожурил проказников, хотя сам за всем наблюдал и веселился. Хекк же держался рядом с Шивоном, который спокойно все прошел. Только эти двое подпрыгнули разок, когда услышали чей-то визг… Сонмин с Донхэ отказались даже заходить, а когда увидели вечного макнэ и Золушку, с ором вылетевших оттуда, обрадовались, что не пошли, но в тоже время заинтересовались, что могло так напугать… Ребята разбрелись искать «сбежавших». К Фиши, который вяло восседал на лавочке, приставили Романову и приказали никуда не ходить. Ника внимательно посмотрела на парня. Она увидела в его глазах грусть. Словно щенок, которого безжалостно бросили в этот жестокий мир. Поддавшись странному порыву, подошла к нему и погладила по голове, слегка взъерошив волосы. Он вздрогнул и поднял голову. - Тебе не весело, - констатировала факт иностранка. – Ты чем-то опечален… - Прости, просто я вспомнил папу. В этом парке я когда-то был с ним, - грустно улыбнулся айдол. Ника села рядом с ним плечом к плечу и просто молчала. - Знаешь, - поле пяти минут тишины, она заговорила, но тихо и мягко, - ты сейчас со своей семьей, которая, если увидит тебя таким, начнет беспокоится и все радостное настроение может рассыпаться, словно пыль. Я не говорю, что вспоминать плохо, просто наслаждайся теми мгновениями улыбок, не омрачай ничем. Подумать, поплакать – всегда можно, но лучше делать тогда, когда это можно. Возможно, это немного жестоко для тебя – сдерживать свою боль, но не забывай, что ты айдол, тебя в любой момент могут сфотографировать, а ты тут сопли распускаешь… Фиши внимательно слушал. Она противоречила сама себе, но в тоже время была в чем-то права. Тряхнув головой, отогнал унылые мысли и увидел, что к ним направляются парни, весело смеясь. - Спасибо, - он благодарно чмокнул её в щеку, от чего та зарделась и удивленно уставилась на него. - Ты, щенок, какого лезешь к моей лапочке? – Хи, завидев действия рыбного, начал возмущаться. Оттолкнув смеющегося Фиши, начал вытирать щеку Романовой, куда недавно прикоснулись губы танцора, рукавом, при этом злобно пыхтя. - Чем это вы тут занимались, пока нас не было? – спросил Итук. - Я хандрил, она меня подбодрила, а я отблагодарил, - коротко отчитался парень, хитро сверкая милой улыбкой. - Куда дальше? – пытаясь не думать о случившимся, светловолосая попыталась переключиться на аттракционы. - Пока отдохнем, - буркнул Хекк. – Я проголодался, - Шиндон согласно закивал. Началась прогулка по парку… - Сладкая вата! – воскликнула Ника, завидев розовую сладость, тыкая тонким пальчиком. Итук, словно мамочка, купил всем и с улыбкой смотрел, как «дети» улепетывают за две щеки. С набитым ртом каждый пытался поблагодарить, но выходили какие-то хрюки, плевания, а в итоге – дружный и заразный смех. - А теперь – купить колокольчик и ушки! – хлопнул в ладоши Золушка. Блин, не забыл… - Может, не надо? - жалобно пикнула Романова, смотря снизу вверх. - Надо, пуся, надо. По звуку я смогу найти тебя в толпе, - улыбнулся Хичоль, крепко держа запястье писательницы, чувствуя, что та, как и дикая кошка, может слинять. Через пару минут нашелся нужный ларек. - Давайте я дома надену, а? – снова умоляюще провыла Ника. Парни только дружно отрицательно замотали головами. - Надень, - Донхэ стал напротив неё. Черт, его щенячьи глазки… О, еще и улыбается… няша... Что-то внутри щелкнуло. Возле Хэ стал Итук. Ой, его ямочка! Какая прелесть… Гады, знают, как манипулировать… К ребятам присоединился Шивон, играя бровями, словно подзадоривая. Её губы сжались. Все же, устоять перед ними тяжело. - Нет, - еле выдавила она, пытаясь не смотреть в сторону красавчиков. - Ну, пожалуйста, - Хичоль сделал самую милую мордашку какую только мог. - Я тоже хочу посмотреть, - Йе стал справа от неё, словно пытаясь загипнотизировать. - Ты слишком близко, - буркнула Ника, желая сделать шаг в сторону, но почувствовала чей-то палец на своей щеке. - Одень, - теперь Сонмин присоединился к «соблазнителям», как их окрестила Романова. Она видела боковым зрением, что Кю и Канин довольно хихикают, наблюдая, как под напором девушка сдается. - Ладно, - выдохнула она и сразу почувствовала обруч, который оперативно одел Хекк, на своей голове. Проведя рукой, ощутила два пушистых ушка. - Какая прелесть, - любовно воскликнул Хи, заключая иностранку в объятия. – Как же мне тебя теперь называть? – поднял он глаза к небу и приложил палец к губам. - Ника, - сразу ответила школьница. - Не интересно, - отмахнулся парень. – Пуся, прелесть, лапочка…короче, буду называть под настроение, - он довольно хлопнул в ладоши, радуясь собственной сообразительности. Светловолосая только тяжело вздохнула. Перечить глупо и она это прекрасно понимала. И пока она углубилась в собственные мысли, ей на шею одели тоненькую черную шелковою полосочку, по середине которой болтался серебряный колокольчик, мягко звеня при движении. Теперь я питомец СуДжу… Пока парни смеялись и сюсюкали, янтарные глаза наткнулись на двух парней иностранцев, которые привлекали взгляды отдыхающих. Настроение сразу ухудшилось. Она спряталась за спину Итука, возле которого как раз стояла. - Ты чего? – лидер отошел в сторону, а она, шарахнувись, бросила взгляд в сторону иностранцев, спряталась за спину Хэ. Тукки, проследив за её взглядом, вскинул брови. - Кто это? - Мои одноклассники, - нехотя ответила девушка. Казалось, что даже её ушки готовы были прижаться к голове. - И что, ты не рада их видеть? – Вукки недоуменно хлопал глазами. Ника скептически на него зыркнула. - Их я не хотела бы видеть никогда, ведь именно они и начали издеваться надо мной еще с класса пятого…