Часть 12
7 августа 2018 г., 08:40
— Ричи. Ричи, — тяжелая рука опустилась мне на плечо, — очнись, — я открыл глаза и обнаружил себя в окружении целой толпы, — Ричи ты как? — Галио стоял, склонившись, надо мной, приводя в чувства.
— Вроде жив, — затем вспомнил, что было перед тем, как я потерял сознание, как меня вместе с Эвелин поглотил некий вихрь, и усомнился в своих словах, — жив же?
— Если кто-то из нас и думает, что мы в загробном мире, то могу заверить, что я чувствую себя живее всех живых, как и Биатриче, — вечно сварливый Свейн со своим вороном на плече явно был недоволен всей этой компанией, к тому же, как я заметил, именно его плащ сейчас прикрывал мою наготу, и это вряд ли шло на пользу настроению анимага.
— Да, нас с тобой никогда бы не отправило по одну сторону загробной жизни, — воинственная девушка с клинками за спиной держалась в стороне, сложив руки перед собой и упершись спиной о стену этого непонятного помещения.
— Ирелия, — с отвращением в голосе произнес ее имя Свейн, — я буду только рад, если мы сейчас все вместе отправимся в ад. Твоя вера в свою непогрешимость слишком мерзка, чтобы впускать тебя на небеса.
— Сатана призвал меня к себе на службу, дабы я уничтожил мир, и вы просто пешки, что падут от моей руки ему на радость, — взревел вдруг демоноподобный воин и выхватил из-за спины свой меч, который по форме более напоминал рыбий скелет. Синешерстный волчара, что до этого мирно лежал и кусал блох, услышав громкий возглас вдруг завыл, перекрывая все прочие звуки.
— Ирелия, Свейн, Атрокс, Варвик, тихо! — Гангпланк, капитан Гангпланк, в этот раз он уже был не с кружкой пива и выглядел абсолютно серьезно, — Мы не знаем точно где мы и почему сюда отправило нас семерых.
— Восьмерых, — осторожно вставил я. Пусть никто из нас ее не видит, но я чувствую, как дрожащее тело Эвы до сих пор прижимается ко мне. Она единственная, не считая меня, имеет понятие о том, что тут происходит, вот только я то тут совершенно случайно, а Эвелин нет, ее сюда затянуло явно по чьей-то воле, и просто так уже не выпустят.
— Нас восьмерых, — пират увидел, как я держу кого-то в объятиях, — что-то или кто-то сюда переместил. Если от нас чего-то хотят, то мы должны не сориться, а при возможности выполнить просьбу, но если нас заперли тут, то мы тем более должны объединиться, чтобы выбраться, — едва Гп закончил речь, одна из стен раздвинулась и перед нашими глазами предстала новая местность.
Сплошная равнинная пустошь простилалась на километры вперед и уходила куда-то за горизонт, никаких строений, зданий, растений или хоть каких-то признаков жизни. Словно пустыня простилалась перед нами, только вместо песка — мусор. Целлофановые пакетики, пластмассовые баночки, обрывки одежды, обломки деревяшек, осколки бутылок и прочие всевозможные отходы цивилизации усыпали землю, кажется, что ткни я металлический стержень, чтобы проверить высоту этого слоя хлама, он бы скрылся там полностью. А не провалюсь ли я сам туда? Но на мой вопрос уже дал ответ пират, который шагнул вперед из этой непонятной комнаты и твердо встал на эту стихийнообразовавшуюся почву. Стараясь не наступить на какое-нибудь стекло, я пошел следом и резко повернул влево, услышав шорох.
— Поппи! — две косички и молот, несоизмеримо большой по сравнению со своей маленькой носительницей, это определенно она. Вот даже оборачивается, услышав свое имя, — Господи, — я отшатнулся назад и не упал только благодаря крепкому плечу Галио, стоявшему позади.
Даже не знаю, что меня шокировало сильнее, болотноблевотный цвет кожи, злобные маленькие глазки или дикая улыбка во всю ширь лица. С этой Поппи явно что-то не так.
— О, свежее мясцо, сегодня рановато, — усмехнулась уродливая Йордл, отвлекшись от мусорной кучи, — или вы новенькие? — в ее глазах появился некий интерес, — Тристана!
— Не ори! — послышалось где-то со слепой зоны из-за угла, и к Поппи подошла вторая коротышка, такая же страшная и злобная, — че глотку рвешь?
— Смотри, еще отбросы, — ткнула она в нашу сторону, — затем схватила своими кривыми пальцами какого-то жука и закинула себе в рот, с хрустом разжевывая его.
— Что это за место? — первым попытался завести беседу Гангпланк, — зачем мы здесь?
— Это свалка, — ответила ему Тристана, — сюда сваливают весь мусор и таких как мы и вы. Так что прошу, устраивайтесь, вы тут надолго, очень надолго, — ее голос даже не скрывал сарказма, — только на нашу территорию не ногой — тут наш мусор, — а теперь это была явная угроза.
— Нам не нужен ваш мусор, и мы не собираемся тут оставаться, — пират был настроен категорически, — как отсюда выбраться?
— Выбраться? — усмехнулась йордл, — смотрю ты не совсем понял, что происходит. Тебя выбросили, как ненужную вещь, и никому не надо, чтобы ты отсюда выбрался, ты можешь умереть или продолжить свое никчемное существование, в попытках выжить, но учти, каждый тут сам за себя, и если вынудит нужда я загрызу и тебя, и даже Поппи, — коротышка с молотом на такое заявление даже не отреагировала, — вот каково это место.
Галио положил кисть на плечо Гп, он уже понял, что местные совсем одичали, и о чем-либо говорить с ними бесполезно, но прежде чем он что-то сказал, раздался звон стекла, бутылка словно с небес свалилась на плечо гаргульи. Или не словно? Прямо передо мной упал набитый мусором мешок, а когда я поднял голову, то увидел целую кучу мусора летящую на нас, и если бы не Эвелин, которая оттащила меня назад, под крышу, то получил бы сейчас по лбу обломком кирпича. Галио и Гангпланк также поспешили в укрытие, и уже оттуда мы наблюдали за этим явлением, а потом увидели нечто жуткое.
С громким шлепком, в метре от нас упало обезглавленное тело миньона, кости его треснули при столкновении с землей, а часть даже вылезла наружу, нелепо торча из тушки, следом еще одно тельце, облаченное в розовый балахон, грохнулось на мусорную пустошь, или правильнее сказать лишь его половина, отрезанная чьим-то остро наточенным лезвием. А потом начался настоящий дождь из трупов, словно мы в самом деле попали в преисподнюю. Порубленные, оборванные, сожженные, замороженные, пронзенные насквозь и словно расплавленные кислотой, бились они о слои из отходов, и еще сильнее уродуясь, заливая кровью все вокруг и забивая и без того смрадный воздух трупным ароматом.
Йордл с молотом схватила одно из этих тел, сорвала с него одеяние и вонзила свои острые зубы в бочину, разрывая кожу и выхватывая кусок мяса вместе с кишкой. Ее ручки начали жадно запихивать длинный мерзкий сосуд в пасть, где мощные челюсти перемалывали все в однородное месиво, совершенно не беспокоясь о том, что все лицо и доспехи залиты застоявшейся кровью, затем она полезла еще глубже и начала выворачивать наружу прочее содержимое мертвеца. Почки, печень, легкие, сердце, желудок — все это валялось вне своего тела. Поппи замахнулась молотом и опустила его на голову миньона, размозжая череп, она руками раздвинула костную коробку и достала мозг, йордл откусила кусочек, но что-то ей не понравилось, и лакомство полетело в сторону. Героиня направилась к следующему телу, а ее подруга начала собирать выпотрошенные внутренности в мешок.
Это были не единственные каннибалы, что пришли поживиться на такое пиршество, вскоре к ним присоединился еще один странный тип, представляющий собой массу расплывающегося жира, передвигающуюся на четырех крабоножках. Он не имел кистей как таковых, на правой его руке была неизвестного мне вида пушка, а левая заканчивалась острой полуклешней, на которую он и нанизывал трупы, после чего обгладывая. Монстр бросил вдруг на нас взгляд своего механического зеленого глаза, но затем продолжил трапезу. Даже в нашей братии нашлись любители мертвечины, Варвик и Свейн, принявший свою уродливую форму полуворона, восприняли такой расклад как данное, в отличие от Ирелии.
— Пожалуйста, прекратите, — всхлипнула девушка воительница, — кто-нибудь, убейте меня, — она села на пол и обхватила колени руками, — это, это бесчеловечно, это ужасно, я не смогу так жить. Лучше смерть.
— Никто из нас не собирается здесь оставаться, мы обязательно выберемся отсюда, — я попытался успокоить бедняжку, но та лишь сильнее разрыдалась.
— За что мой бог послал меня сюда? В чем я так сильно нагрешила? — и девушка вдруг вскрикнула, увидев в помещении гостя.
Этот представитель местной фауны имел такой же безобразный вид, как и все прочие, челюсть его разрывалась неимоверным образом из-за огромных клыков, а мощные когти сильно оттягивали тонкие руки к земле. Существо не имело ног и просто парило над землей, представляя из себя полузомби полупризрака. В отличие от своих двух товарищей, что складывали оставленные едоками тела на самодельные носилки, он пристально смотрел на Ирелию.
— Тут все живые, — встал я между представителями прекрасного и ужасного, — тебе нечего тут делать, уходи, — зомби бросил на меня недовольный взгляд, но все же послушался. Уже втроем они взяли полную тел ношу и удалились.
Я вышел из комнаты, желая убедиться, что эти твари окончательно ушли, и увидел, что сейчас все поле наполняют эти существа, собирающие мертвых миньонов, кто-то из каннибалов было попробовал огрызнуться за свою добычу, но были вынуждены отступить под взглядом десятков зомби, которые как ни в чем не бывало продолжали свою работу.
Бесконечной вереницей двигались они от сюда и до тех мест, что находились на противоположной стороне от входа, не видимую нам ранее. А та было на что посмотреть. Сотни, тысячи, десятки тысяч крестов вкопанных в землю стояли на идеально очищенной от мусора почве, под предводительством одного лишь гробовщика, что сгорбившись на землей выкапывал очередную могилку. Чтобы в одиночку вот так похоронить каждого мертвеца, что дают нам небеса, нужно заниматься этим сутки напролет, без перерывов на еду и сон сжимать свою лопату в ручищах, имея в помощниках лишь зомби неспособных ни на что, кроме как биться да таскать тяжести. Нужное дело у него, хоть и жуткое.
— Ричи, — шепнула мне на ушко Эва, смотри, — и ее ручки повернули мою голову чуть в сторону, где на чахлой скамейке сидел парень, совершенно исхудавший, с кожей покрытой морщинами и старческими складками, а также седыми волосами.
— Тарик? — удивился я, едва узнав нелюбимого многими саппорта, — и он тут, — а потом заметил, как его тело обволакивает легкая голубоватая дымка, которая тонкими струйками тянулась в сторону, — это же?
— Да, что кто-то высасывает из него негативные эмоции, — подтвердила мои догадки девушка, — и я знаю лишь одного человека, кто бы это мог быть, — после небольшой паузы она все же решилась, — я думаю, что это та самая Эвелин, которую стерли из-за меня, — на последних словах ее голос дрогнул.
— Нет, не из-за тебя, — и Эва вот вот сейчас заплачет, нет, я не перенесу столько плачущих девушек вокруг себя, — ты тут не причем, ты точно также стала жертвой обстоятельств, и никто тебя ни в чем не винит. Идем, поговорим с ней, — и вопреки сопротивлениям потащил ее к парочке.
— Эвелин, — повернулся я налево, — Эвелин, — и на право. Представлять двух невидимок, наверное со стороны это выглядит очень странно, хорошо, что никому сейчас нет до нас дела, я даже не уверен, что они сами то видят друг друга. И точно, обе чувствоедки вышли из прозрачного состояния и сейчас молча рассматривали свою визави, ну, мир не самоуничтожился, как я немного опасался, уже радует.
Обе девушки одновременно были и похожи друг на друга, и в тоже время выглядели совершенно разными. Цвет кожи местной Эвелин был куда более светлым, также как и ярко розовые волосы, что стояли словно дымка, ушки торчком в разные стороны с золотыми серьгами, наряд куда откровеннее: грудь закрывала лишь полоса ткани, из-под очень короткой юбочки торчали черные кружева, а ножки окольцовывали ремешки с шипами, и личико, благодаря более пухленьким губкам и томному взгляду, смотрелось куда более соблазнительным. Словно ту Эву, что пришла со мной, засунули в волшебный редактор и выкрутили там яркость на максимум, и эта версия нравилась мне куда больше, я бы хотел, чтобы она меня оседлала. Кхм. Главное не говорить это Эвелин, которая номер два.
Обе девушки на мгновение посмотрели на меня, одна с легким удивлением, другая более заинтересованно, неужто мои желания так легко для них читаются? Та, что посексуальнее, прошлась взглядом по телу второй версии и явно осталась довольна. Это можно воспринимать как приглашение члена мужского сообщества в прелести сладкой девичьей любви? Так, мне надо отвлечься, проведаю пока Тарика, пусть Эвы тут спокойно общаются.
— Эй, привет, — я помахал рукой перед самым носом парня, но тот никак не отреагировал, — смотрю ты совсем плох, — я подобрал с земли какую-то палочку и тыкнул ему в плечо, опять ничего, тогда я подцепил его рукав и поднял ему руку, размахивая ей из сторону в сторону, — самоцветы сияют, и я сияю, хо-хо-хо, — изобразил я война, а потом бросил это глупое занятии и подсел ближе к нему, — я бы тоже хотел, чтобы эта сексуашка затрахала меня до потери сознания, — шепнул я ему на ухо, — ну или чуть послабее, а то ты выглядишь ну очень не очень.
Я бы никогда не легла с ним в одно постель, — я и не заметил, когда местная Эва подошла к нам, — лучше смерть от недотраха, чем он, — ее лицо выражало тоже отвращение, что и слова, — хотя теперь я, кажется, нашла, с кем мне тут развлечься, — девушка недвусмысленно подмигнула мне.
— Тогда чем это ты его так? — а мне определенно нравятся ее намеки.
— Я? Я тут совершенно не причем, — Эва присела рядышком, — он просто не выдержал всего этого, и банально сошел с ума, так же как и Поппи с Тристаной, — она посмотрела в сторону, где две йордлы изучали свой улов, — только если девочки превратились в диких каннибалов, то мальчик потерял всякую волю к жизни и сидит теперь тут как овощ, да вырабатывает вечный негатив. У меня от него уже чуть ли не рвота.
— А остальные? Как тут живется прочим, да и лично тебе?
— Каждый приспособился как смог, — усмехнулась Эвелин, — да и всем остальным это место походу даже нравится. По крайней мере, когда мы собрались искать выход, нас собралось лишь четверо, — в ее голосе слышалась горечь, — Йорик помешан на похоронах, а когда мы только появились тут, трупов было столько, что, казалось бы, нужна целая вечно, прежде чем он упокоит каждого, так что ждать его было бесполезно, Картус нашел здесь свой бесконечный источник неисчерпаемой силы, и уже ничто не оторвет темного мага от крови мучеников, — только после этих слов я обратил внимание на то, что от рек крови не осталось ни следа, — а Урготу просто на всех насрать, — со злостью закончила девушка.
— А выход, вы его не нашли? — если они до сих пор тут, то значит что-то пошло не так, вплоть до того, что этого выхода просто напросто нет.
— Наш небольшой отряд столкнулся с одним значительным препятствием в первом же походе, это нелюди. Жуткие существа, которые в больших количествах обитают повсюду, кроме разве что этой свалки, из-за них нам каждый раз приходилось начинать путь из одной точки, изо дня в день меняя направление и стараясь добраться как можно дальше. Два месяца мы пытались найти выход, но потом осознали, что нас просто слишком мало, чтобы пробиться через нелюдей. Незадолго до того, как сойти с ума, Тарик предположил, что они тоже когда-то были такими же живыми как и мы, но это место превратило их в нечто неживое, и такая же судьба ждет всех нас.
— Или же наоборот, это те, кто однажды станет нами, — предположила вторая Эвелин, и я даже не знаю, какая из теорий звучит более жутко.
— Вы же все равно будете пробовать? — с надеждой спросила местная сексуашка, — возьмите меня с собой, у меня есть это, — девушка достала из-под скамейки обломок лезвия изумрудного цвета. — ты знаешь, что это?
— Эм, кусок меча? — сделал я самое очевидное предположение.
— Это не просто кусок меча, это один из четырех потерянных частей меча Ривен, того самого, что однажды сломал Гарен, — торжественно объявила Эва, — понимаешь?
— Не совсем, — честно признался я, хотя, правильнее будет сказать, что не понимаю вовсе.
— Ривен может воскрешать свой меч для битвы, возвращая его в изначальный вид, и каждый раз, когда это происходит его части устремляются, — девушка остановилась, давая мне закончить.
— В небеса? — попытался я придумать хоть что-то.
— Нет! — она явно была не очень довольна моей сообразительностью, — они устремляются на свободу, к рукояти, а это значит, что выход есть! Только, увы, я слишком поздно узнала это, к тому времени я осталась единственной желающей выбраться, а всех прочих уже поглотило безумие этого места. Каждый раз, по окончанию битвы, эти осколки возвращаются сюда, и я каждый раз находила один из них и смотрела, куда они полетят, моя невидимость позволила зайти мне достаточно далеко, но там уже столько нелюдей, что даже я не способна пройти там без боя, к тому же эти твари меня как-то чувствуют. Но я до сих пор продолжаю постоянно хранить у себя один из кусков меча, ведь это единственное, что все еще держит во мне надежду на возвращение.
— Ричи, чего ты там, — Гангпланк подошел к нам и застыл, увидев сразу двух Эвелин.
— Это Ева, сестра Эвы, — я высказал первое пришедшее в голову объяснение, все же не стоит пока распространяться о том, что же в самом деле происходит, осознание того, что всех их заменили, и то, что вернувшись домой им придется повстречать обновленную версий самих же себя может их шокировать, а это повлияет на их боеспособность. Разберутся на месте, там уже это будет чисто их проблема.
— Хорошо, Ричи и Эва с Евой, мы уже готовы выдвигаться, вы с нами? — пират без каких-либо вопросов проглотил мою ложь, отлично.
— Конечно, к тому же Ева знает в какую сторону нам идти, — подкинул я немного мотивирующей информации.
— Я даже знаю тропы, по которым мы сможем незаметно пробраться почти до самого пункта назначения, — а это приятный сюрприз уже и для меня.
— Незаметно для кого? — морской разбойник с подозрением посмотрел на наш небольшой кружок, его опыт сразу нашел этот маленький подвох в словах девушки.
— Для местных жителей, — что-то более подробное я и не мог сказать, так как и сам знал о них по словам Эвы, — которые будут недовольны нашим маленьким бунтом.
— Ричи, — окликнул меня Галио, незаметно подошедший к нам. В руках его был какой-то небольшой сверток, — я тут нашел кое-что среди свежего мусора, и, кажется, это твое, — гаргулья протянул мне свою находку, и я с радостью обнаружил в ней свои шорты, боты и левую перчатку.
— Великолепно, пусть это и не полный набор, но с ним я мог уже нормально сражаться, а самое главное я, наконец-то, могу избавиться от этого дурацкого плаща, — я быстренько натянул все это на себя, и выбросил пропитанную насквозь запахом птиц тряпку, — Выдвигаемся?
***
Ганпланк, Галио, Ирелия, Атрокс, который сразу сказал нам, что он согласился только потому, что ему пообещали хорошую кровавую битву, и если обещанных противников не будет, то проливать он начнет нашу кровь, а также я и две Эвелин, таков был наш отряд. Варвик и Свейн не имели ни малейшего желания нам хоть в чем-то помогать, да и чувствовали они себя тут прекрасно, а местных, как и говорила Эва, все это также не интересовало. Так же, как и обещала нам девушка, мы добрались до места без каких-либо пересечений с нелюдьми, и вот перед нами небольшое поселение, домов так на двадцать, но не просто деревянных, а из камня, даже двухэтажных, и большая площадь по середине этого всего. Я бы сказал, что туда нам и надо. И все это дело окружено забором из металлических прутьев, высотой так метров на пять, а за ними они, нелюди, я бы описал их как скелеты, которого облили какой-то нефтью, только более густой, среди них были и более худенькие, и помассивнее, такие напомнили мне Гарена, или Дариуса, и Джеймса, а еще Джарвана, как будто это и правда заготовки под нас. Кое-кто из них и с крыльями был, и с хвостом, у некоторых встречались рога, в общем, всех мастей. Нашел я там и еще кое-что интересное, за забором, совсем недалеко, стояла воткнутая в землю арматурина, с разворотником на сто восемьдесят градусов на одном конце, для моего мятежа это будет отличным мятежником. На нем висел темно синий кожаный плащ с разрезом как у дирижеров, а также цилиндр чуть более темного оттенка, с надетыми на него очками как у летчиков. Осматривая все это, я вспомнил одну мелодию, что сейчас заиграла у меня в голове, медленно и спокойно, но в тоже время предвещающая бурю. Гангпланк хотел было скомандовать наступление, но я показал ладонью «стоп». — I am ángel, — негромко напел я, потихоньку втягиваясь в ритм и не обращая внимания на нелюдей, что потихоньку стягивались к забору, завидев нежданных гостей. — Что, Ричи? — не поняв переспросил Гп, но я лишь снова ответил ему жестом, на этот раз призвав помолчать. И в правду, какое тут наступление, это же только вступление, музыка лишь потихоньку набирает обороты. — I am ángel, — и вот наконец пошли басы, раз, два, три, четыре, и я рванул бегом к забору, дав жестом сигнал Галио, тот понял меня с полу слова, пролетел вперед меня, и, повернувшись ко мне лицо, подставил ладони сложенные вместе, я оттолкнулся от земли, приземлился в кисти горгульи, добавив силы ветра к мощи его броска взмыл над высоким препятствием, оставив его далеко снизу. Сразу несколько нелюдей, на чьих спинах торчали нелепейшие крылья, помчались на меня, я выхватил воображаемый револьвер и направил прямо в лицо твари. — Бах! — черепушка нелюдя разлетелась в клочья, как грецкий орех от удара молотка, а я уже направил свой прицел вниз на следующего монстра, что пытался дотянуться до моих ног, — бах, — свинцовый шарик раздробил ему плечо и шею на процентов восемьдесят, и его безжизненное тело послужило мне опорой для прыжка. Мне пришлось сделать сальто назад, чтобы выбрать целью последнее существо, но пуля ударила в цель до того, как я сымитировал выстрел, и в этот раз Гангпланк промахнулся, пройдясь по касательной и лишь оставив моего противника без кисти, но ничего, я схватил челюсть нелюдя левой рукой, обе сферы бешено закрутились, и две стихий начали заполнять бесформенный сосуд, образуя внутри огненный ураган. Провернув на лету еще парочку оборотов, я швырнул самодельную бомбу вниз, прямо в толпу, где та, едва коснувшись земли, взорвалась ярким вихрем, что разбросал всех в разные стороны, создавая мне место для приземления, прямо там, где меня ждал мой набор косплеера Сабо. — The darkest of night falls around my soul, — я перекинул плащ через плечо, а арматурину вместе с шляпой швырнул высоко вверх, — And the hunter within loses control, — удерживая одеянии за шиворот я трижды промахнул им вокруг себя, после чего вывернул так, чтобы он лег как надо на мою спину, — Gotta let it out, — правая рука зашла в правый рукав, — gotta let it out, — левая в левый, я распахнул плащ, чтобы тот лучше сел на тело, затем вытянул правую руку вверх, не глядя ловя крутящийся меч прямо у основания, — Gotta let it out, gotta let it out. Левой рукой я поймал цилиндр и нахлобучил первому же подбежавшему нелюдю ее на голову, по самую шею, затем подцепил изогнутым концом за ногу и сбил на землю. Правая нога опустилась ему на кадык, а вторая на живот, рука в перчатке направилась назад, и из нее ударил мощный столп пламени, используя тело как борд я заскользил сквозь быстро зарастающие прорехи в рядах противников, что появились после взрыва, но вскоре мне пришлось резко остановиться и швырнуть обеими ногами труп в сплошной строй врагов. Нелюди тут же воспользовались моей заминкой и бесконечным потоком поперли на меня, удар металлической трубы разбил череп первому же, затем еще парочка упали с переломанными ногами после кругового взмаха, следующего я схватил за грудак и вбил в землю, а еще одного просто проткнул насквозь, но долго так не могло продолжаться. — Trickster! — воздушная сфера на перчатке заработала, наполняя мои ноги силой ветра, я рванул вперед, стрелой пролетая между множеством черных рук, затем резко рванул в сторону, чтобы избежать чьих-то мощных челюстей, а дальше мне не осталось никакого иного выхода кроме как прыгнуть вверх. Мощный воздушный поток образовался под моими ступнями, позволяя мне оттолкнуть прямо от воздуха и подпрыгнуть еще выше, уже там я заметил небольшое здание и совершил рывок в его сторону, затем с трудом, но еще один раз использовал аэр как опору, там уже мои ноги достали до стены, и, пробежав по вертикальной поверхности несколько метров, я зацепился за черепицу, подтянулся и оказался на крыше. — Swordmaster! — ветер перешел в руку и арматурина закрутилась в моей руке, залезающие ко мне нелюди, попадающие под ее удар, разлетались в сторону, как от лопастей вертолета, но продолжали скапливаться на другой стороне крыши, тогда я широким взмахом орудия очистил вокруг себя пространство, сделал шаг назад и положил руку в перчатке на трубу, покрывая ее смешанной силой ветра и огня. — Гетсуга Теншоу, — я развернулся через спину, мятежник в моих руках описал дугу, и смесь двух стихий устремилась вперед в мощной полубесформенной волне, сметая все на своем пути, вот только и этого оказалось мало, меня вновь окружила толпа, тянущая ко мне свои лапы. — Royalguard! — плотный слой пламени покрыл мое тело словно доспех, конечности нелюдей вспыхивали, огонь перетекал по ним от одного до другого, вселяя в их ряды некую панику, а я просто шел вперед, не обращая на них внимания. Может стоило сразу так сделать? Но нет, я понял, что тут не так, огненная сфера на моей перчатке накалилась, и я чувствовал это даже через плотную ткань, это же искусственный источник стихии и под такие нагрузки он не рассчитан. Я волной отправил огонь во все стороны, дабы дать себе еще немного времени для передыха, а новые крылатые нелюди уже окружали крышу. — Gunslinger! — но, у меня же нет никакого огнестрельного оружия, а Гп сейчас слишком далеко позади, чтобы хоть чем-то мне помочь. Твари устремились на меня всем своим скопом, и мне пришлось прямо с крыши прыгать в окно соседнего здания, стекло нехотя разбилось, одаривая мелкими осколками, впивающимися в кожу. Избавляться от них было некогда, и я прямо так побежал дальше по коридору, пока нелюди не добрались и до сюда, но пробежал я так немного, одна из дверей вылетела с петель и передо мной появился очередной враг, я высоко прыгнул, наступил ему стопой на лицо, оттолкнулся и рванул дальше, перелетая следующего противника, еще один нелюдь сразу же оказался схвачен моей левой рукой, и сейчас его лицо очень близко знакомилось со стеной вдоль трети коридора, а после он полетел в окно, очищая мне путь от осколков. Я наступил на раму и хотел было прыгнуть на крышу соседнего дома, но чья-то лапа ухватила меня за пятку и я полетел вниз, уже там новые и новые твари хватали меня руками, наваливались сверху, закрывая меня горой тел и не давая даже пошевелиться. Обе сферы вновь закрутились, как бешеные, вырабатывая дикое количество энергии. — DEVIL TRIGGER! — закричал я, и огромная огненная буря вырвалась из меня, разбрасывая мою ношу во все сторону, стихия кольцом обвила меня, а после осела на теле в образе верхней половины война с мечом, размерами раза в три больше меня. Я взмахнул арматуриной и пламенная копия повторила мое движение, тогда я резко рванул вперед, прямо на новый поток врагов. Я рубанул трубой сбоку, крупный нелюдь закрылся от удара руками и даже остановил его, но огненный меч, идущий следом, смел его, так же как и еще дюжину истекающих черной жижей воинов, стоящих позади, затем удар снизу, чтобы вместе с противником на арматурине, а также еще кучей враждебных существ, попавших под стихийную проекцию, взлететь в воздух, рубящий слева, справа, перехватил оружие обоими руками, направил вниз и вместе с ним упал на землю, вызывая очередной взрыв гигантским клинком. Легкий свич назад, а после длинный рывок вперед, закрутившись вокруг себя и раскидывая нелюдей самобытной пушкой во все стороны. Один оборот, второй, третий, и тут на моей левой руке что-то взорвалось, а стихия разом испарилась. Я посмотрел на перчатку и увидел, что один из проводов на ней разорвало на куски, а сферы так и продолжали вращаться по инерции, и если бы не пыл битвы, я сразу выкинул бы ее прочь, так как руку жгло мне адски. Вот только сейчас совсем не до этого, нелюди опомнились от моего нападения и сами перешли на активные действия, не спеша, всей своей толпой они надвигались на меня, и если от первых двух я успешно отмахнулся, то третий уже тянул свой лапу ко мне со спины, но так и застыл, пронзенный магическим шипом насквозь. — Эвелин! — обрадовался я девушке, что все это время двигалась по расчищенному мною пути и сейчас, в такой сложный момент, пришла ко мне на помощь, — мы добрались до сюда, — и в самом деле, я и не заметил, как оказался в центре той самой площади, что приметил в начале. Вот только.. — Где же сам выход? — мы на месте, мы прорвались через всю тропу врагов, но никаких намеков на какую-либо дверь или портал тут не было. Неужели все это зря? — Ричи! — я обернулся и увидел возвышающуюся над толпою тварей Эву-сексуашку, махающую обломком клинка, в то же время едва удерживая его в руках. Видимо она забралась на спину Галио, чтобы привлечь мое внимание. — Сейчас откроется! — изумрудный осколок вырвался наконец из ее ладоней и устремился в нашу сторону, пробив несколько нелюдей он вдруг воткнулся прямо в воздух, в самом центре площади, а следом прилетел еще один кусок и вбился в первый, идеально состыковавшийся, за ним следующий. От последнего удара пространство задрожало и треснуло, пропуская собравшийся на семьдесят пять процентов меч в образовавшийся проемчик, и прежде чем оно начало затягиваться я воткнул туда арматурину. — Ирка, Галио, народ, скорее сюда! — я вцепился руками в пространство и начал вырывать из него небольшие куски, расширяя дыру, Эвелин активно занялась защитой, буквально окружив нас стеной из тел, нанизанных на шипы. — Я не понимала, почему бог послал меня сюда, но теперь поняла, что и здесь есть те, кто нуждается в моей защите и поддержке, — услышал я голос воительницы где-то неподалеку. К тому времени я уже расширил проем до тех размеров, чтобы туда пролез человек и сразу, не спрашивая, запихнул туда Эвелин. — Я не брошу Ирелию одну и тоже останусь здесь. Как воин Демассии я обязан защищать тех, кто слаб и сбился в пути, — рев гаргульи едва донесся до меня из-за кучи нелюдей, что после потери препятствия вновь хлынули ко мне, вцепляясь всеми конечности, когда я даже не могу толком от них отбиться, мне даже пришлось вылезти из плаща, который тут же утащили куда-то в толпу. — Ричи, — я увидел личико розоволосой сексуашки совсем неподалеку, прямо посреди кучи нелюдей. Ее совсем не смущало множество лапающих ее ручищ, она протекало ко мне через них, словно через густую тянущуюся субстанцию, — очень долгое время я жила тут держась лишь одной хрупкой надеждой, что это еще не конец, что я когда-нибудь отсюда выберусь, и вот, когда здесь появился ты, я наконец добралась до сюда. Я стою тут, у самой границы между этих двух миров, и я понимаю, что мне уже не выбраться от сюда, — при этих словах девушка с грустью усмехнулась, и я увидел, как же сильно ее сейчас облепили, то, что она подобралась сейчас ко мне так близко, это уже чудо, — но ты еще можешь уйти. Иди, и не переживай за меня, ведь теперь, когда я своими глазами вижу этот разлом, я знаю, что это не просто хрупкая надежда, что выход и в самом деле есть, и я готова подождать, пока сюда попадет кто-то еще, и уже все вместе мы примем еще одну попытку покинуть это место, а сейчас, — девушка вскрикнула и вокруг нее выросла целая куча магических шипов. Хватка существ ослабла, и я почувствовал, что снова могу двигаться, моя кисть потянулась к Эве, но та лишь оттолкнула меня прямо в дыру, — иди, и жди меня на той стороне. Глава 12 — Вперед, к свободе.
