Спуск манит, легок спуск

Падать не страшно. Страшно долететь до дна и разбиться.

Нил Гейман.

Тринадцатилетний мальчишка с копной золотистых волос подбежал к высокой женщине, в чьих глазах читались лишь ужас и страх. Она расправила свои коричневатые крылья, дотрагиваясь до мягких перьев, пытаясь как можно дольше ощутить щекотливое чувство под пальцами. Юноша сразу понял, что что-то тут не так. Его сердце больно сжалось от страха, ведь приговор, вынесенный Кейт мог быть не по-детски грозным. Марк схватил свою наставницу за руку и с мольбой посмотрел. Та старательно отводила взгляд теплых карих глаз, пытаясь одним лишь взором не разбивать парнишке сердце. А он все так же, с надеждой, глядел на нее. Как ему вынести изгнание той единственной, что стала для него всем: наставницей, советником и даже... матерью? Пусть такое сравнение непонятно ангелам, Марк знал точно, Кейт совсем, как человеческая мать, так же заботлива. - Ну что? - Нетерпеливо вопросил мальчик. - Маркус, - она опустилась на колени, чего ангелы никогда не делают, никогда, и теперь их глаза были на одном уровне. Столько чувств отражалось в них, - пойми, я согрешила, потому и должна уйти... Ты ведь знаешь нашу политику... - Но... ты ничего плохого не сделала! - Он собрал всю волю в кулак, чтобы ни одна слеза не скатилась из глаз из-за нечестной разлуки. - Это для нас ничего, но Архангелы мыслят по-другому, не как мы. - Они... они оторвут тебе крылья? Ты станешь падшей? И перестанешь ощущать... Кейт не ответила, вместо этого крепко обняла своего ученика. Он коснулся её могучих крыльев - самой чувствительной части тела. От ласкового прикосновения та вздрогнула. В Марка она вложила все самое лучшее, что было в ней самой. Воспитала его и была тепла, хотя Архангелы предупреждали её о строгости к подопечным. Они пытались сделать из нее такого же бесчувственного преследователя целей, как и других наставников. Кейт ослушалась, более того, сбежала в мир людей, баловалась азартом. И теперь обязана оставить Марка. - Ты нарушила приказ. Почему? Неужели смертный мир лучше нашего? В глазах женщины вспыхнул новый страх, который отличался от боязни потерять крылья. Сейчас это был страх за мальчика, что мог постичь страдания самой Кейт. Нет, такого допустить нельзя. - Нет, Маркус, - строго сказала она, как каждый раз, когда тот допускал запрещенные мысли о свободе. - Никогда, слышишь, никогда не допускай моей ошибки. Ясно? Это - ошибка! Не достижение, которым можно гордиться. Добившись от мальчишки неуверенного кивка, она ушла, не сказав больше ничего. Марк смотрел ей в спину, на сложенные крылья, которые никто больше не увидит, дожидаясь, когда же его единственный настоящий друг обернется, но она ни разу не оглянулась, и тогда мальчик понял, Кейт и в правду безвозвратно ушла.

***

Забытая комната в забытом здании. Спрашивается, зачем искать скрытный уголок в итак темном, заброшенном месте? А из-за того, что уж очень нравится Архангелам подглядывать. Сами они, конечно, не таскались за мной и Аароном, но зато пустили следить свое око, небольшой огненный шарик - назойливая штука, докладывающая всё и вся нашим, скажем так, начальникам. Наконец оторвавшись от глупого огонька, мы наткнулись на наше новое убежище. Потертые стены, рваные шторы, солнечные лучи, выбравшиеся из заколоченных окон, не теряя надежду, пытающиеся добраться до нас сквозь густо висящей в воздухе пыли. Пыли, мешающей дышать, однако даже это не остановило меня при первой же возможности достать из кармана сигарету и закурить. Наблюдая за узорами табачного дыма, мозг судорожно размышлял, зачем же моя скромная персона понадобилась Высшим силам. Только вот пристальный взгляд Аарона адски раздражал, он до сих пор не принял присвоенную мной злосчастную человеческую привычку. - Какого черта собеседование у Высших сил проходят в месте, когда-то служившем химчисткой? Аарон зло посмотрел на меня. Он молчал - очевидный признак того, что мой дружок обижен. Хотя и видит, как сильно я волнуюсь. Нервному ангелу нельзя втянуться в сигарету? Пусть он и занимается этим весь день. А что же делать, когда к вам с утра пораньше заявляется целая группа ангелов-контроллеров, предупреждающие о совещании у Совета, состоящим из Архангелов, тех самых Высших сил. Меня чуть не хватил сердечный приступ, если такое вообще возможно. Теперь, в секунды ожидания, я молился, точно не знаю кому, чтобы вчерашний окурок, оставшийся на комоде, оказался незамеченным. И вот, где-то в глубинах этого утерянного строения Архангелы обсуждали мою судьбу, коленки трясутся от такой мысли. Если вам кажется, что старшие ангелы неженки, посылающие лучи добра и любви, то вы и не представляете как ошибаетесь. Скажу по секрету, они монстры, только вот от них не избавишься, не сбежишь. - Скромность, - ответил Аарон, который души не чаял в Совете. Ему бы родиться ангелом-контроллером, но нет, мы с ним хранители, должны приглядывать за людьми. Мне моя должность нравилась, а вот моему приятелю... он ненавидит каждого смертного. Наверно за то, что люди щадят грешников. Хотя, сам от них не отличается, ведь его вообще тут быть не должно. Заявился сию же секунду, как узнал о моем уходе из Небесного города, чтобы приглядывать за мной. А ведь во мне есть черта грешника, пока что тонюсенькая. Каждый раз, когда Архангелы выбирались из своего священного города, Кейста, они заявлялись в таких вот заброшенных зданиях. Многие считают это скрытностью или же скромностью, однако я-то знаю, они могли обзавестись аккуратным, непроходимым для обычного человека местом, Высшие силы как никак, вместо того, чтобы сидеть в пыльных комнатушках. - Скромность и жадность в чем-то схожи, а? - Дуралей, - глаза-изумруды Аарона сверкнули. - Марк, когда до тебя дойдет?! Совет тут неспроста заявился, веди себя наконец по-человечески. Тьфу ты, по-ангельски! Они ведь могут... - Вырвать мне крылья? - собираю всю волю в кулак, чтобы не поморщится от одной лишь мысли. Крылья - щекотливая тема для нас, ахиллесова пята. Вырвать их значит лишить осязания. Не знаю кто создал ангелов, но больно уж уязвимыми он нас сделал. А вот Аарон не скрывает своих чувств, на его лице отразился первобытный страх, и не только за себя. Такой вот мой неисправимый друг, чтобы я не натворил, всегда беспокоится обо мне. Без понятия чего от меня хочет Совет, но мой час пробил, или как там говорится? Перед носом вспыхнул яркий синий огонек, то самое око Архангелов. Оно недовольно посверкивало, что могло означать лишь одно, в зале совещаний меня заждались. Стерев с лица все презрение, нервозность и волнение, я стал тем, кем и был рожден - ангелом. Обернувшись к своему приятелю, заметил на лице легкую тень удивления. Ну конечно, так и не сумел привыкнуть к моим мгновенным переменам, стоит мне этого пожелать. Взяв себя в руки, он подошел ко мне и обнял, кончиками пальцев касаясь моих крыльев у основания, что было немного щекотно. - Прошу не сквернословь перед ними. Легок спуск, тяжел подъем, - прошептал он на ухо. Вместо соглашения с его опасениями, я ответил: - Спуск манит. Развернулся на каблуках, пригладил костюм, надетый особо для этого случая и последовал за разгневанным оком. Шёл бесшумно, грациозно обходя прогнившие доски. Огонек не очень хороший собеседник, так что я будто направлялся к смертному одру. Возможно, так и есть. Расправил свои сапфирового оттенка крылья и легко коснулся, словно проверяя на месте ли они. Солнечные лучи тянулись к ним, точно к магниту. Могучие и чарующие, а сам я светлый и красивый, как и подобает ангелу. Аарон пытается спасти во мне то чистое и нетронутое, что осталось. Однако он совсем не понимает, я все еще ангел, просто живу человеческими желаниями. Ох уж эти люди, такие свободные и счастливые, следуют приказам своего сердца. А у ангелов сердец нет вовсе, мы обязаны выполнять команды Высших сил. Горькие мысли травили сознание. И вообще, надоело засыпать ночью, храня грёзы о том, кем хочется очнуться утром. Человеком. Крылья мне совсем не мешали, а вот поставленные рамки, которые соблазн так стремился разорвать... И снова крылья... Только отними их у ангела и всё, он вовеки не ощутит ласкового прикосновения, сладости любых плодов и жгучей боли. Хотя боль остается - заседает в эмоциях. Шарик на мгновение остановился, а потом прошел сквозь старую, потертую дверь. Надеюсь, после посещения собрания не исчезну так же бесследно как и это небольшое пламя. С такими бодрящими мыслями я повернул дверную ручку. И зашел в огромных размеров помещение, которое никак не могло быть частью данного темного, ветхого строения. Передо мной предстала сияющая комната, окрашенная в золотистые тона, на потолке висела завораживающая хрустальная люстра, пол покрывал пушистый ковер, по которому и ходить жалко, пусть даже и в такой дорогой обуви как моя. В дальнем конце стоял большой, до блеска отполированный стол, за ним дожидался сложа руки Совет, все когда-либо существовавшие Архангелы. Я имею ввиду, те самые Архангелы (в детстве все никак не мог запомнить имена всех Высших, ну хоть сейчас подучил). - Марк Сарто, - прогрохотал Михаил, - подойди. Я оглянулся назад, такая у меня привычка, оборачиваться, вдруг оставил что-то позади, недоуменно взглянул на белоснежную глянцевую дверь и направился прямиком к знакомым лицам, которыми пугали маленьких ангелочков. Крылья у каждого были сложены, однако и это не скрывало их огромных размеров, не то, что у каких-то мелких жителей Небесного города. И оперение у всех одинаково, блистательно золотые, из-за излучающего ими света они казались почти белыми. Смотреть больно. Старшие ангелы неотрывно смотрели на меня, что сковывало любое мое движение. Взгляды их глаз, чей цвет напоминал четырнадцатикаратное золото, отчетливо ощущался, словно прожигали кожу, оставляя на нем след. О чем они размышляют? Почему я здесь? Неужели Архангелы влезли в мой разум и разузнали о моей неверности? То ли благословенного Мишу впечатлил мой элегантный костюм, то ли они с самого начала не посягали на мою свободу. В любом случае Михаил проговорил следующее: - Ты знаешь почему здесь? Нам доложили о твоем бездельничестве, пусть у тебя и был отдых, но длится он что-то слишком долго. Серьезно? Значит, служишь одному человеку двенадцать лет, а после получаешь заслуженный отдых и вот уже, - спустя каких-то шесть лет! - тебе снова поручают человека. Хотя, спасибо и на том, могли просто лишить крыльев. Собственные страхи скрыли от меня очевидное, именно Архангелы выбирают хранителям подопечного, ну да, и с небес скидывают они, только вот сегодня не тот случай! А мне-то казалось, что это мой последний день, проведенный полноценным ангелом. - Так не может продолжаться, - заговорил Гавриил, - хранители должны усердно трудиться, и ты, Сарто, не исключение, ты тот же, что и твои собратья! - Потому, - сказал Уриил, - я проведу тебя к твоему новому подопечному, чья жизнь находится под опасностью. Докажи же, что ты истинный хранитель, спаси же его. Их манеру говорить выдерживают только люди с невероятной силой воли. Всякий раз произнося речь, подобно этой, они вскидывают подбородки и иронично смотрят куда-то вдаль. Можно сказать, я питал к ним те же чувства, что и Аарон к людям, всего лишь причины были другими. - Ну так что? - Голос мой охрип от долгого, невыносимого молчания, в то время как мне есть что сказать. - Следуй за мной, Маркус. Другие Архангелы не удостоили меня больше никаким вниманием, но Уриил поднялся из-за стола и направился к другой двери, которой минуту назад вовсе не было. На её поверхности кружились завитки прямо как от табачного дыма. Ну вот, рука сама тянется к пачке сигарет, хорошо, что вовремя одернул сам себя. Миновав дверь, мы оказались на улице, окруженные, уже виданным мною, пейзажем, пустым и всеми забытым, лишь вдалеке слышались гудки машин, звуки города. Прохладный ветерок, предвещающий начало осени, приятно обдувал со всех сторон. - Куда мы идем? - Вопросил я, поспевая за широко шагающим Архангелом. И знаете что? Он не ответил. Не произнесенные им слова несли примерно такой смысл: "Любопытство - человеческая черта, ангелам стоит гнать ее". В том же невыносимом молчании Уриил распахнул свои ослепляющие крылья и взлетел. Порыв его был так силен, что чуть не сбил меня с ног. Со своими крыльями я обращался намного аккуратнее, и потому, расправил их, наслаждаясь каждой секундой, а после взлетел. Земля становилась все дальше, а мне совсем не хотелось останавливаться. Да я был готов позволить солнцу обжечь себя, лишь бы не прекращать подъем. Только вот направлялись мы не в небеса, а, судя по всему, к моему подопечному, сейчас являющемуся букашкой где-то далеко внизу. Уриил тщательно высматривал дома, в поисках нужного. А сам я размышлял о том, кто же мой подопечный. Хранителей определяют к людям предельно близким к смерти. И речь идет не о болезнях, с ними мы могли бы бороться, благодаря волшебным плодам Небесного мира, но это строго запрещено. А еще хранителей никогда не определяют к грешникам. В этом Совет тоже ошибается, ведь именно им и нужно спасение, не так ли? Архангел энергичным рывком спикировал вниз, тем временем как я невольно пролетел еще полтора метра. Высшие силы в своем полете отражали всю мощь, накопленную годами, угнаться за ними не так уж и легко. Словно по иронии, спуск мне нравился больше. Когда ветер, что есть силы, сопротивляется, а крыльям безразлично. Ощущение противостояния неуправляемому опьяняло. Такие секунды напоминали небольшой бунт против Матушки природы. Могу ведь я хоть как-нибудь помечтать? - Они нас увидят? - Ровняясь с Уриилом, сквозь ветер прокричал я. Одна из немногих привлекательных способностей Высших - быть невидимыми для людей, стоит того пожелать. По-моему, он закатил глаза. Мы спускались в жилой район и опустились на тесный балкон многоквартирного здания. Точнее сказать, спустились на маленькую частную свалку. Повсюду лежали старенькие предметы, что так и вопили: "Мы были нужны, мы наполнены воспоминания". Люди всегда держат такие вещички, потому что жизнь их коротка и проводят они её, пытаясь запомнить каждый миг. Перья Уриила легко касались кончика моего носа (сколько же сил мне потребовалось, чтобы не чихнуть). Высшему ангелу определенно нужно побольше места. Особенно нам мешало распахнутое окно, в которое я почти пролез. Запах маленькой квартирки сразу сменил собой свежий уличных воздух. Пахло тут ванилью и сандаловым деревом, определенно. - Он, - Архангел коротко кивнул на юношу, умиротворенно полулежащем на диване с девушкой. Густая тень трепещущих ресниц падала на высокие скулы, каштановые кучерявые волосы делали кожу еще бледнее, худая рука поглаживала головку устроившейся рядом подружки. Выглядели они, как любая другая человеческая парочка: мирные, полные нежности. На миг мне стало забавно, после чего меня накрыла досада. Неужели этого парнишку, такого спокойного, придется опекать? Мой отпуск становится увлекательнее, чем новая работа. - Тьерри Хейден, - нарушил тишину, длинною с вечность, мой проводник. И чем же Тьерри провинился перед Смертью, что она так скоро решила подобраться к нему? - Образованный, вежливый и обходительный со всеми. Это звучит отвратительно, но тебе бы у него поучиться, Сарто, - сверкнул глазами Уриил, - Ты прекрасно знаешь, в последнее время все больше ангелов становятся падшими. Подозрение нашлось и в твоей персоне. Потому тебе и придется перевоспитать себя через твоего же подопечного. Обидно, не так ли? Ангел учится у человека? Да это оскорбление! Однако сказать что-либо против - явное самоубийство. Бунтовать буду в более отдаленном от Высших месте. - Каждую неделю ангелы - контроллеры будут проверять твои успехи. Совет не может потерять ещё одного хранителя. "Мы не принадлежим Совету", - хотелось завопить мне. Уриил уж было собрался упорхнуть, только вот как же история посапывающего мальчишки? Должен же я знать, от кого его спасаю. - А что с Тьерри не так? Чего он такого натворил? Архангел пожал плечами, такой древний жест. - Он ни в чем не виноват, а вот его отец... Считай его гангстером, что натворил уйму дел, за которые теперь сын обязан отдуваться. Ах да, ещё, на него покушаются. Не медля больше ни секунды, он взлетел и чуть не опрокинул меня с балкона. Я вновь вгляделся в Тьерри. Выглядел он ужасно хрупким, что даже раздражало. Собственно, таким человечкам и нужен ангел-хранитель. - Что же, приступим.